Полная версия
Центурион. Первая книга цикла «Геония»
— Начнем без предисловий, — продолжал полковник. Представляю участников группы. Александер Дезет — специалист по безопасности или по проникновению в охраняемые объекты — как угодно, в зависимости от обстоятельств. Человек с пси-нулем.
Стриж вежливо кивнул собранию. Старик насупился и подозрительно оглядел иллирианца. Девушка окаменела лицом. Деревенский отрок остался равнодушным — Дезет подметил, что мальчишка сделал шарик из липкой жевательной смолы и сейчас пытается незаметно пристроить «подарочек» под крышку стерильно-чистого стола.
Наблюдатель тем временем продолжал как ни в чем ни бывало.
— Джулия Симониан — псионик-сострадатель, врач экспедиции.
Мальчишка перестал катать под столом липкий шар и уставился на девушку. Выждав, когда полковник отвлечется, скорчил ей рожицу и тут же с невинным видом продолжил свою возню со смолой.
— …Иеремия Фалиан — э-э-э… нейтрализатор технических устройств.
Старик хранил величественное спокойствие, не реагируя никак.
— И, наконец, Мюф Фалиан — сопровождающее лицо.
Мальчишка мазнул по Стрижу бирюзово-прозрачным, таким же, как у старика, взглядом и приосанился.
— Я сам в представлении не нуждаюсь, — не без угрюмого юмора закончил полковник.
— Перед нами стоит задача, о важности которой сказано все — я не хочу повторяться. Группа должна добраться до гор Янга… Слайд, пожалуйста.
По мановению оператора экраны ожили, и Стриж увидел многократно воспроизведенную в каленусийских рекламный проспектах панораму: далекие льдистые вершины, тонкий пик Игольчатой горы на фоне лазурного неба, ниже — скалистые горы, переходящие в каменистый пастбищный хребет, испещренный пятнами травы, далее, на переднем плане — лесистые пологие холмы. Панорама впечатляла — красивая картинка величественного и одновременно игрушечно-яркого мира.
— Доставку группы на место Департамент Обзора берет на себя. Вас высадят вот здесь…
Хищный треугольник светового указателя метнулся вдоль панорамы, мгновенно превратившейся в карту.
— …Предупреждаю возможные возражения — ближе нельзя. Границы аномальной области проходят всего в двухстах метрах от точки приземления. После высадки группе предстоит преодолеть пятидесятикилометровый участок пути пешком. Карты (неэлектронные) будут выданы каждому участнику экспедиции. Путь не слишком сложный, там есть тропа. Правда, ею давно не пользовались…
По карте на экране уверенно побежала юркая стрелка.
— У меня вопрос к вам, полковник.
Хиллориан, прерванный на полуслове, недовольно воззрился на Стрижа.
— У вас есть аэрофотосъемка аномалии?
— Да, конечно.
— Как ее сделали, если там ломаются беспилотники?
— С планера. На борт приняли только примитивную оптику. Результат обработан и восстановлен Системой.
— Тогда почему…
Хиллориан поморщился.
— Мы не можем забросить группу воздухом. Летчик той машины и его оператор погибли. Собственно, результат, который вы сейчас увидите, выкопан из-под обломков.
Экраны снова ожили, показав удивительной красоты и странности панораму.
То ли долина, то ли каньон. Огромная воронка перевернутым конусом уходила в недра скалистого хребта. По краям отчетливо просматривались ярусы — карнизы из окаменевшей глины, усеянные обломками. Кое-где камень откосов оплетало подобие технических конструкций — ажурные, острых форм каркасы из матового металла или пластика. В постройках чувствовалась некая странность — Стриж понял — они не имели смысла. По крайней мере, смысла, понятного человеку. Несимметричные, болезненные изломы ажурных вышек наводили на мысли о разрушении. Кукольный блеск изображения указывал на кибер-реконструкцию макета.
— Объект назвали Воронка Оркуса.
— Эта реконструкция — все, что есть?
— Да, все. Остальное поймем на месте. Наша задача — достичь объекта. Осмотреться. Сделать картографическую съемку местности, специалист имеется — это я сам. Главное — проверить объект на наличие подземных сооружений. И — наблюдать. Каждая странность, ментальная, психическая, интуитивная, физическая и подлежит фиксации. Заносить ее описание будете на диктофон, копии делать на бумагу — поменьше электронных устройств. В остальном — действуем по обстоятельствам. Еще вопросы будут?
Девушка-псионик подняла голову.
— Медицинское оборудование…
— Никакой электроники. Все, что разрешено, вам предоставят. Антибиотики, обезболивающее, перевязочный материал. Никакой сложной диагностики и лечебной техники. В случае чего используйте ваши сострадателя… У вас, Фалиан, вопросу будут?
Старик, похожий на фермера, коротко ответил:
— Нет.
— Тогда — конец брифинга. Время отправления вам сообщат дополнительно. Извините — до момента отправки мы вынуждены ограничить внешние контакты. Помещение и все, что пожелаете в разумных пределах, вам всем предоставят в стенах штаб-квартиры.
«То есть меня лично сейчас же засунут в камеру», — подумал Стриж. Хиллориан на выходе взял его под руку — то ли приятельский жест, то ли попытка сопровождения. Дезет повернулся к полковнику.
— У меня есть к вам пара вопросов — с глазу на глаз.
Хиллориан кивнул и остановился, выжидая, пока остальные покинут комнату.
— И?
— Это что — попытка самоубийства новым способом? Состав группы у вас интересный. Девушка небоеспособна. Может быть, я шовинист, но дойди там дело до настоящей акции, она — смертница на сто процентов. Старый хрен, фермер с каленусийского востока был хорош, но только лет двадцать назад. Таких, как он, только помоложе, я частенько держал на прицеле. Увы, сейчас из деда сыплется песок. Зачем мальчишка — я не понял совсем. Ваша акция — полный бред. Или вы мне лжете.
— Это не обычная акция. С чего вы взяли, что дело там дойдет до стрельбы или, тем более, рукопашной? С кем? Каньон пуст уже несколько лет — оттуда все разумные разбежались. Эти люди, Стриж, лучшие — в своем роде, и в Каленусии, да и в Иллире тоже, не сомневайтесь. Девочка — сенс шестой категории. Она легко читает эмоции безо всяких приспособлений, а в пиковые моменты формы — мысли.
Стриж тихо присвистнул.
— Впрочем, вас, нулевика, и ей не прочесть… Так что не смущайтесь. Кстати, вы в Форт-Харай следили за новостями?
— Очень мало.
— Значит, не в курсе. Старик, которого вы видели, глушит моторы ментальным усилием и делает пси-наводку на уником-передачи, причем, наводку, оформленную в слова. И снова безо всяких приспособлений. Других таких людей больше нет, а если придется драться — ваш опыт с лихвой перекроет их недостатки.
— А мальчишка зачем?
— Просто так. Старик фанатично верит, что внук — его резонатор для связи с пресловутым Мировым Разумом. На самом деле, паренек — полная бездарь. Впрочем, за парня отвечает только Фалиан. Да, это балласт, но не ваш. Вы можете просто не принимать его во внимание.
— Даже в случае опасности?
— Даже в случае. Если мальчишка потеряется или умрет, с вас никто не спросит.
По замкнутому лицу Дезета невозможно было определить, как он воспринял такую новость.
— Я увижу дочь последний раз?
— Нет, теперь все. Только когда вернетесь.
— Я могу выйти в город?
— Вы рехнулись — нет, конечно.
— Мне не нравится это дело. Я не люблю чрезмерные странности.
— Поздно. Теперь придется полюбить. Если упретесь, мы вас в два счета экстрадируем на неласковую родину. Хотите?
— Нет.
— Тогда не дергайтесь и делайте, что говорят.
— Ладно, я приму это к сведению. До встречи в огне, полковник.
— До встречи. И давайте без обид. Охрана, проводите гостя.
Иеремия спал, вытянув ноги на низком кожаном диване. Односторонний стационарный уником мерцал, мультфильм на экране причудливо искажали помехи. Мюф чуть приоткрыл дверь и выглянул в щель — третий раз за последние пять часов. Коротко стриженный охранник в сером мундире топтался почти у самого входа.
— Не выглядывай, парень. Тебе нельзя.
— Уник сломался.
— Я вызову техника. А ты — ну-ка, закрой дверь, живо.
Пришлось вернуться. Мюф выждал и снова высунулся. Стриженый охранник, повернувшись спиной и прислонившись к стене, сосредоточенно говорил в портативное устройство связи. Мюф беззвучно выскользнул в коридор, ловко юркнул за угол, снял с вешалки коричневый халат техника, что поменьше, на ходу натянул его, закатал длинные рукава. В коридоре через равные промежутки попадались двери — иногда стеклянные, порой — из толстого металла, с прорезью для электронного жетона. Долговязый мужчина, тоже в форме техника, вышел как раз из такой двери, и рассеянно прошагал мимо низкорослого «коллеги».
Удовлетворенный успехом Мюф проследил за его спиной и тут же воспользовался незапертой дверью. Внутри оказалось безлюдно и спокойно. Вдоль стен и поперек вытянутой комнаты располагались стеллажи с запчастями для киберов. Один угол занимал захламленный стол — разбросанные бумаги, коробка с чипами памяти, недопитая чашка жидкого кофе стыла рядом с терминалом. В другом углу громоздился сейф.
Мюф воровато огляделся, выбрал один чип наугад и сунул в карман штанов, а потом попытался крутить замок сейфа.
— Стоять. Руки за голову!
Мюф обернулся. Незнакомый военный с жестким лицом и щеточкой усов целился в него из настоящего пистолета. Глаза у владельца излучателя были прозрачные, белесые и холодные, словно окна в пустую, до блеска вымытую кафельную комнату, в которой, однако, творили что-то плохое.
— К стене.
Мюф выполнил приказ, едва сдерживая слезы ужаса.
— Имя?
— Мюф Фалиан.
— …Этот парень — мой подопечный, Доктор. Из проекта Хиллориана…
За спиной усатого появился смущенный охранник в серой униформе, но «доктор» и не подумал отвести от Фалиана-младшего ствол.
— Почему он здесь?
— Мальчишка сбежал погулять.
— Я доложу о вашем раздолбайстве, Кравич.
— Угрожаете? Я не вашего ведомства, Док.
— Предупреждаю, Кравич. Предупреждаю и обещаю.
Мюф физически почувствовал испуг охранника, стриженый парень, однако, быстро овладел собою.
— Ладно. Разберемся. Сейчас я должен забрать его и водворить на место — в бокс… У меня приказ Хиллориана, — чересчур поспешно добавил страж.
Белесоглазый помедлил, видимо, получая от ситуации острое удовольствие, мазнул по Мюфу пустым брезгливым взглядом, потом нехотя опустил ствол.
— Ладно. До встречи в другом месте, Кравич.
Стриженый сухо, спокойно кивнул.
— Был рад пообщаться. Прощайте, Доктор.
После этого охранник цепко ухватил Фалиана-младшего за шиворот, одним движением вытряхнул из краденого халата и грубо выволок в коридор. Как только раздвижная дверь отделила их от Доктора, конвоир-спаситель молча, с размаху влепил Мюфу крепкую пощечину.
Белочка еще раз пересмотрела выданные ей медикаменты и инструмент. Ни детекторов, ни электронных зондов, ни медицинского кибера в набор не включили. К отличным хирургические инструменты прилагался устаревший стерилизатор для кипячения. В аккуратных планшетах набор одноразовых шприц-тюбиков — отдельно антибиотики, отдельно противошоковое и стимуляторы. Перевязочный материал и гели для ран в коробках.
Закончив осмотр, Джу упаковала два полных контейнера, вскрыла пакет с жидким пластиком и опечатала крышки личной печатью. Затем легла на койку и, уставившись в потолок, сняла пси-барьер.
Хиллориан представлялся ей черным, литым силуэтом. Яркий «свет» за спиной полковника мешал Белочке видеть его лицо. Силуэт властно, без слов позвал ее, указывая куда-то в сторону. Белочка скосила глаза — в серой, туманной пустоте, на высоте чуть более метра висел светящийся конус. Каким-то образом Белочка поняла, что Хиллориан боится призрачного света конуса. Полковник источал тьму. Тяжелый силуэт без слов просил о помощи, одновременно смутно угрожая. Джу отстранилась с досадой, разорванный контакт отозвался болью в висках, жалостью и тонким, на грани слышимости, звоном порванной струны…
…Иеремия полыхал мягким, желтым светом. Где-то поодаль шевелилась отдельная от Иеремии сущность, связанная с ним незримой прочной нитью. Белочка потянулась ближе и встретила сопротивление — будто чья-то рука незлобно, но решительно толкнула ее в грудь. Сущность заволновалась, исходя рябью, темнея. Старик оставался светел. Рядом мерцала изумрудно-зеленая тень поменьше…
…Холод. Лед. Блестящая, жесткая непроницаемая стена. Сущность Александера Дезета отторгла ее сразу и бесповоротно. Настоящего контакта не получилось. Белочка скользнула вдоль стены, стараясь не прикасаться к ее обжигающе-холодной, враждебной поверхности. Единственным видением, которое ей удалось вызвать, оказались ее собственные воспоминания — тот, наполовину неудачный опыт в салоне виртуальных приключений, во время которого Джу потеряла сознание. Сейчас обморочный мираж вернулся, насыщенный неподдельным ужасом. Ветер, слабый запах полыни. Потрескавшаяся, забрызганная бурой кровью стена. Джу отшатнулась — видение погасло, и в этот миг наполовину вспомнила, наполовину поняла, кем был этот человек…
«Я не верю Хиллориану. Я боюсь Дезета». Пути назад уже не было. Белочка закусила костяшки пальцев и беззвучно, без слез, заплакала.
Этой ночью Стриж долго не спал. Он далеко за полночь мерил шагами камеру специального блока — так делали до него сотни заключенных. Многочисленные датчики, записывающие каждый вздох иллирианца, не уловили ничего интересного, кроме одного-единственного без конца повторяемого слова на чужом, ненавистном каленусийцам языке. «Spes. Spes».
Spes — это надежда.
Полковник Хиллориан тоже не спал. Он осмотрел свою одинокую квартиру в тихом, чистом пригороде Порт-Калинуса. Поискал спрятанные датчики — не нашел. Отключил суетливого домашнего кибера, опустил и наглухо закрыл шторы. Собрал и долго жег на кухне бумаги, бросая их в настоящий дровяной камин. Бумага корчилась, рассыпаясь седым пеплом. Потом, когда снаружи забрезжил тускло-розовый рассвет, полковник встал и вышел за порог. В замке сухо и прощально щелкнул ключ.
Часть вторая. Горы Янга
Глава 6. Сомнения
Каленусия, сектор западного побережья, день «Z»
Вертолеты уходили на юг по широкой дуге, внизу пестрели темно-красные, ярко-желтые и свинцово-серые крыши Порт-Калинуса. Белочка приникла к окну, наблюдая, впитывая, прощаясь…
Хиллориан ободряюще улыбнулся. Мюф расплющил нос о стекло, Иеремия закрыл глаза, кажется, он читал про себя молитву. Помощник летчика подмигнул товарищу, через плечо указал на старика и украдкой постучал себя по виску. Невыспавшийся Стриж равнодушно чистил ногти подобранной во дворе гладкой щепочкой.
Побережье внизу белело рваной лентой прибоя, машины то удалялись вглубь суши, то приближались к бесконечному пространству темно-синей воды.
Хиллориан склонился к Джу, стараясь перекричать шум.
— Через два часа будем на базе Лора. Там дозаправка.
— А?
— На Лора.
Джу подавилась — это место считалось секретным объектом, не доступным простым смертным.
Стриж слегка заинтересовался.
— Сколько будет промежуточных посадок?
— Одна. Только не надейтесь, что сумеете сбежать.
— У вас нет никакой логики. Хотел бы я сбежать — сбежал бы еще из Форт-Харай. Раз настолько не доверяете, какой холеры везете с собой?
Хиллориан засмеялся.
— Проблема в том, что других «нулевиков» под рукой нет. К тому же ваша дочь — ваша слабость, ситуация удобна для контроля.
— Как здорово — еще раз напомнить мне об этом…
Пока эти двое пререкались, Мюф притянул Белочку за руку, прошептал ей в самое ухо:
— У меня кое-что есть. Чип для кибера.
— У тебя же кибера нет.
— Дед мне не разрешает.
— А ты бы хотел?
— Да.
— Когда вернемся из путешествия, я покажу тебе настоящих киберов, разных. Одного могу подарить.
На румяной физиономии Мюфа отразилась сладкая мука искушаемого праведника.
— Не врешь?
— Нет. Чтобы я сдохла, если вру.
Мюф простодушно принял клятву — очень уж хотелось верить.
— Ладно. Может быть, ты и сносная девчонка, и тебе можно доверить один секрет…
Он хотел рассказать про свое недавнее открытие — люди в сером не одинаковы, и у таинственного, сердитого Хиллориана есть враги одного с ним цвета. Оформить открытие в слова не получилось — в запасе у Мюфа попросту не оказалось нужных слов. И он добавил на всякий случай:
— Потом.
Мюф тут уже отвлекся, достал перочинный нож, моток липкой ленты, палочку, пестрое перышко индюка и принялся мастерить самодельный дротик. Джу, подавив улыбку, лениво прикрыла ореховые глаза, и принялась подслушивать разговор полковника с иллирианским сардаром. Слова глушил шум, выражения лиц выдавали, пожалуй, нарастающий спор. Задействовать ментальный контроль она так и не решилась.
Иеремия в своем углу поднял голову и первый раз цепко и внимательно посмотрел на Белочку…
На базе Лора их ждали. Груз доверили охране, оставив в опустевшем брюхе вертолета. Джу отдохнула, справилась, с тошнотой перелета, в личном отсеке вымыла и высушила волосы. Ужин оказался неплох, жизнь перестала казаться беспросветной чередой неудач. Белочка залезла под одеяло, ментальным приказом включила лампу на стене и открыла единственное оказавшееся под рукою чтение — «Карманный справочник врача». Полузабытая наука напомнила Птеродактиля, а Птеродактиль — отца. Джулия прикинула, что сказал бы респектабельный доцент Симониан, увидев свою дочку в нынешних обстоятельствах и откровенно опасной компании — результат размышлений доставил ей злорадное удовольствие. Уже засыпая, она поняла, что переиграла отца, изжив детскую обиду.
Снов Белочка не помнила. Проснулась она среди ночи, с острым чувством тревоги и некоторое время лежала в темноте, прислушиваясь к шорохам. Кто-то осторожно скребся в дверь. Джу встала, бесшумно, босыми ногами прошла на цыпочках.
— Кто?
— Я.
Испуганный Мюф прерывисто шептал прямо в замочную скважину.
— Можно мне войти?
— Залетай.
Джу поправила пижаму и сердито распахнула дверь.
— Ты чего не спишь, конопатый?
— Я не конопатый, я веснушчатый.
— Иди спать.
— Не получается. Я хмуриков боюсь. Хмурики приходят из темноты.
— А дедушка? Ты ему рассказал?
— Я звал его — он не просыпается.
Джу осторожно прощупала трепещущий разум Мюфа. И отшатнулась — видение получалось жутковатое: серый комок бесформенного ничто наплывал, давил, лишая сил. Фалиан-младший схватил ее за край пижамной курточки, Белочка услышала как часто колотится маленькое сердце.
Опыт псионика подсказывал — за страшным образом нередко кроются банальные причины, а настоящие опасности лучше встречать лицом к лицу.
— Пошли, посмотрим.
— Я боюсь.
— Не бойся, мы потихоньку. Я — псионик и знаю, как обмануть хмуриков.
Убежденный крепкими аргументами Мюф слегка успокоился. Джулия сунула ноги в парусиновые ботинки и, держа за руку настороженного мальчишку, прикинула, куда могло выходить окно Фалианов. Получалось — на юг. Бегать в пижаме мимо охраны Белочке не хотелось, она прошла вдоль ровного ряда дверей к единственному окну. Со второго этажа приземистого корпуса открывался замечательный вид на вертолетную площадку. Часового на месте не оказалось. Около машины кто-то возился — густой сумрак мешал Джулии рассмотреть лицо. Белочка ослепительно улыбнулась, демонстрируя безмятежность.
— Это полковник забыл свою зубную щетку. Он ее достает из багажа.
Все еще испуганный Мюф слегка хрюкнул от смеха.
— У него зубы из пластика. Я сам видел.
Джу небольно дернула довольного сорванца за ухо.
— Не смей больше будить меня по пустякам. Приходи, если узнаешь важное.
— А кибер?
— Все будет. Мое слово — самое надежное. Мы с тобой как два героя против плохих парней. Понял?
Мюф принял понятную аналогию и успокоился. Белочка проводила мальчишку до его отсека, никем не замеченной вернулась к себе. Странность ситуации она осознала постепенно — после того, как в полной тишине неподалеку услышала четкий, резкий, немного приглушенный стук двери. Кто-то из участников экспедиции и впрямь только-только вернулся с ночной прогулки…
Утро выдалось ветреное и прохладное. Фиолетовая мгла укрыла южный горизонт. Команду спешно загрузили в вертолеты. Если ночной незнакомец и покопался в грузе, видимых следов вмешательства не осталось. Печати на собственных контейнерах Белочки казались нетронутыми. Мешки полковника, Дезета и Фалиана лежали аккуратно, на тех же местах. Таинственный «хмурик» как дым растаял с первыми лучами.
Мюф доделал свой дротик и теперь пристраивался метать его, выбрав вместо цели ботинок Стрижа. Дезет украдкой показал нахалу кулак. Фалиан-младший понял намек и перебрался под защиту Белочки. Иеремия казался до странности отрешенным. Полковник нервничал без видимых причин.
Машины взмыли вверх, подняв тучу мелкой пыли. Лора осталась на севере, степь, растеряв остатки редких рощиц, сменился засушливой равниной. Кочки полумертвых трав казались волдырями, оставленными на земле болезнью. Правее, в отдалении, мелькала бурая спина зверя, опрометью бегущего прочь от вертолетов. Хищные тени машин стлались по земле.
Стриж окликнул Хиллориана.
— Полковник, это оно?
Наблюдатель сухо кивнул, подтверждая. Равнину южнее Лора, почти до самых гор, первые колонисты превратили в поле войны. Зараженная радиацией земля до сих пор чуть светилась под покровом больных трав… Геония бедна на минералы, необходимые для ядерных технологий. Возможно, это обстоятельство спасло остаткам поселенцев жизнь — после того, они максимальным эффектом истратили привезенный запас.
…Помощник летчика встревожено обернулся, оторвавшись от приборов связи.
— Вас вызывает Лора, полковник.
Хиллориан вынул из поясной сумки личный уником, переключил его на прием «немого» текста — строчки, невидимые другим, побежали по миниатюрному экрану.
Стриж демонстративно («не нужны мне ваши тайны — устал») отвернулся. Наблюдатель еще раз перечитал сообщение, чувствуя, как сердце неровно колотится в ребра. Потом убрал устройство в сумку, сел поудобнее, вытянув ноги.
— Капитан, далеко еще до границы зараженной территории?
— Если с такой же скоростью — полчаса лету.
— Как только перевалим линию, высадите нас в безопасном месте.
— Есть.
Хиллориан обернулся к Белочке и Иеремии.
— Произошли изменения, господа. На связь вышла Лора — у них срочные новости. Нет смысла скрывать — граница аномальной зоны, судя по последним измерениям, сместилась. Придется нам высадиться на пустошах — иначе вертолеты эскорта попадут прямиком в радиус пси-воздействия.
— Во сколько лишних километров пешком нам это обойдется, колонель?
— Не менее сотни, Алекс.
Стриж тихо присвистнул.
