Танец со зверем

— Да. А ты прям сияешь вся! Говорила же тебе — не в деньгах и славе счастье, а в них, в этих крохах, — ответила женщина, шмыгая носом и, вероятно, вспоминая всех своих воспитанников.

Ангелине было чуть больше пятидесяти, но, несмотря на возраст, она могла дать фору многим девчонкам, особенно когда дело касалось бальных танцев.

Вальсировала Ангелина Аркадьевна божественно, в своё время выиграла много наград, но потом её партнёр получил травму и бросил танцы, а с другим у женщины как-то не сложилось. Вот она и посвятила себя обучению.

— Внимательно следи за тем, кто забирает детишек. Абы кому их не отдавай. Написано заявление-разрешение лишь на мамочку, значит, папаш, бабушек и прочих гони прочь. При любой спорной ситуации звони Лидии Петровне или мне, — продолжила она инструктаж. — У нас тут вроде все адекватные, правила понимают и стараются исполнять.

— Да, хорошо. Я поняла, — кивнула я, впитывая в себя каждое услышанное слово.

— Так, цветочки, а теперь живо в раздевалку переодеваться! — похлопала в ладоши Ангелина, и девочки с задорным визгом и смехом помчались прочь из зала.

Мы с Ангелиной Аркадьевной отправились следом, чтобы проконтролировать и сопроводить девочек домой, а также ответить на вопросы родителей, если таковые возникнут.

В раздевалке происходило что-то невообразимое. Вообще непонятно, как в этой куче-мале мамы высматривали именно своего ребёнка и, несмотря на его баловство, умудрялись переодевать и расчёсывать его. Наверное, это приходит с опытом… Хотя некоторые мамочки выглядели не старше меня.

Я наблюдала за происходящим с улыбкой, а потом меня резко бросило в жар, и дыхание участилось. Я быстро заморгала, пытаясь прогнать видение, но образ знакомой блондинки не хотел исчезать.

Девушка сидела на скамейке и пыталась причесать девчушку из моей группы, но у неё не очень-то это получалось…

Недолго думая, я приблизилась к ней и осторожно коснулась плеча, всё ещё не веря в то, что вот так просто в этом большом городе смогла столкнуться со своим недалёким прошлым.

— Майя? — позвала я осипшим от растерянности голосом, и девушка, вздрогнув, обернулась.

Сначала во взгляде проскользнула растерянность, потом испуг, а потом уже и злость.

— Тише! — зашипела она подобно змее и воровато осмотрелась.

Продолжила, лишь убедившись в том, что на нас никто не обращал внимания:

— Мария. Моё имя Мария.

— Извини, я просто не ожидала… — пробормотала я, испытывая неловкость в первую очередь перед белокурой девочкой, имени которой я пока не запомнила, и которая с интересом смотрела то на меня, то на Майю, точнее на Марию. — А что ты…

— Слушай, давай не здесь, а? — выдохнула блондинка и, схватив девочку за руку, потащила её к выходу. — Через час в «Минутке», о’кей?

Я кивнула в ответ, и Мария ушла, а я ещё некоторое время стояла столбом и смотрела ей вслед, поражаясь, как одежда и макияж могут изменять внешность.

В обычном спортивном костюме, не накрашенная и с пучком на голове Майя даже отдалённо не напоминала мне ту развязную блондинку, которая вытворяла на сцене немыслимые вещи и заставляла мужиков выть от желания.

Сегодня в раздевалке она была… обычной, домашней что ли. Такую в толпе прохожих и не заметишь. Впрочем, я сейчас выглядела не лучше.

И от этой мысли почему-то стало легче.

Глава 21. Женя

Маша не пришла к назначенному времени, и я подумала, что она не захотела со мной встречаться и откровенничать.

Допила свой остывший чай, уже собиралась уходить, но спустя полчаса девушка всё же вошла в кафетерий, нашла меня взглядом и с улыбкой присела за столик.

— Ну, привет, Киса. Тесен мир, да?

— Ну да, — пожала плечами, не зная, с чего начать наш разговор.

Мы не были с Майей чужими, но и близкими подругами не являлись. Нас связывало то, о чём просто так первому встречному не расскажешь, а вот элементарных вещей из жизни друг друга за пределами клуба не знали.

— Так ты, значит, теперь у нас преподаватель… — задумчиво протянула Мария, помешивая трубочкой апельсиновый сок и глядя в окно. — Молодец. Только смотри, чтоб мамаши не прознали о твоём недавнем увлечении, а то бучу поднимут. Моралистки хреновы!

— Да откуда они узнают? Ты ведь не расскажешь? — попыталась я разрядить обстановку, и Маша улыбнулась в ответ.

— Не расскажу. И я рада, что моя Дашка к тебе в группу попала. Ты хорошая. Добрая.

— А Даша — это..?

— Она моя дочь. Правда, прав у меня на неё никаких нету. Мне едва восемнадцать исполнилось, когда я её родила. Мать из дома выгнала. Куда я с ребёнком грудным? Вот и попросила помощи у сестры двоюродной. И та помогла… своеобразно. Она бесплодная, вот и предложила мою Дашку удочерить, — Маша замолчала, повертела стакан в руках, потом продолжила: — Дочку пристроила, но домой так и не смогла вернуться. Мать до сих пор простить не могу, что не поддержала и прогнала. Хотя, конечно, сама во всём виновата.

— А ты не пыталась договориться с сестрой и забрать Дашу? — осторожно спросила я, понимая, что эта тема причиняет сильную боль моей собеседнице.

— Нет. Зачем? У Дашки всё есть. Семья нормальная, любящая. А я кто? Шлюха, которая только и может на пилоне вертеться и мужиков обслуживать. На хрена девочке такая мать? Я всё время издалека наблюдала, в гости иногда приезжала, как тётя, денег отсылала, чтобы совесть свою заглушить. А на днях сестра в больницу попала, а Мишка, муж её, в командировке. Вот и пришлось Дашку забрать и к тётке отвести. Она ходит плохо, но внучку любит, — горько усмехнулась она и залпом осушила стакан с соком, будто там был не сок, а алкоголь. — Осуждаешь?

— Ну что ты! Нет, конечно. Ты поступила правильно и очень смело. И ты не шлюха, а танцовщица, — погладила я девушку по руке, чтобы успокоить.

— Ну, пока я безработная, — подмигнула мне Маша, напоминая о том, как нас недавно выперли без объяснений и лишних комментариев.

Мы рассмеялись, и напряжение между нами окончательно развеялось. Разговор быстро завязался, нашлись общие темы, и спустя час мы уже спокойно обсуждали то, что хранили в глубине своих сердец и считали личным.

Я решилась и рассказала Маше про то, что случилось в подсобке, и про то, что влюбилась в Дикаева с первого взгляда по самые уши.

— Перестань! Через недельку-другую встретишь нормального парня, а этого героя в кавычках забудешь как страшный сон, — не желала верить в искренность моих чувств подруга, даже несмотря на то, что я уже стёрла со щёк очередную порцию горьких слёз.

— Не забуду. Он тот самый, понимаешь? Единственный! — стояла я на своём, уверенная на все сто в своих словах и тем более чувствах.

— Книжек что ли начиталась про любовь сопливую и вечную? Только не того ты героя выбрала для своего романа, Киса, ох не того… Хотя, конечно, он огонь! А голос такой, что мурашки по коже и между ног фонтан!

— Ты специально? — пнула я подругу под столом ногой, и та заливисто засмеялась.

— А чем чёрт не шутит, а? Ты молодая, красивая девушка! Невинная!

— Да тихо же ты! — шикнула я, краснея от подобной рекламы и оглядываясь по сторонам.

Те немногие посетители, что были в кафетерии, сделали вид, что не слышали восклицаний Марии, но я всё равно готова была сквозь землю провалиться.

— Я говорю, баб у этого блондина немерено. И если его и можно чем-то ещё удивить и завлечь, так это такой милотой, как ты, — шёпотом произнесла Маша, наклонившись через стол ко мне.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурила я брови, очень уж опасаясь азартного огонька, вспыхнувшего в голубых глазах блондинки.

— То, что мы начинаем охоту на Дикаева! И он влюбится в тебя, будь я проклята! — уверенно хлопнула ладонями по столу, снова привлекая к нам ненужное внимание.

— Какую охоту, Маш?! У него, небось, охраны больше, чем у президента. Да и всякие Карины, Сары и прочие разве позволят к нему подступиться? И в клуб, в котором мы работали, нас точно не пропустят, — затараторила я, выкладывая все аргументы против этой затеи с охотой.

— Ну, тогда распечатай фото Дикаева на всю стену, вечерами будешь смотреть и слезами умываться, — обиженно отмахнулась Мария, а я прыснула со смеху.

А ведь так и будет, потому что другого мужчину я рядом с собой не представляла!

— Я искала фото Руслана в интернете и не нашла, — печально выдохнула я спустя некоторое время обоюдного с подругой молчания.

— Жень, я реально могу помочь и разузнать, где он бывает, чем увлекается и как лучше всего к нему подступиться. Но только ты подумай — оно тебе надо? Слёз ты с этим мужиком прольёшь немерено, это факт. Готова, как подружка твоя Куколка, быть просто красивым приложением к шикарному мужчине? Хотя Шакал, конечно, и рядом не стоял с Дикаевым, но не суть, — Маша так пристально на меня посмотрела, что я съёжилась и даже поджала пальцы на ногах, благо была в кроссовках.

Я хотела уже ответить что-то вроде «нет, не готова», но вдруг поняла, что сама себе вру. Готова. Или, во всяком случае, готова рискнуть.

— Хочу заполучить его внимание. А там видно будет, — спустя несколько минут ответила я, приняв твёрдое решение добиться блондина, чего бы мне это ни стоило.

Глава 22. Руслан

Вечеринки, устраиваемые деловыми партнёрами, терпеть не мог, но на некоторых был вынужден присутствовать. Зачастую именно на таких посиделках в неформальной обстановке принимались выгодные для обеих сторон решения. Ну или кто-то обретал новых врагов, как вариант.

Вадим был одним из немногих моих знакомых, который не особо любил шумиху вокруг своей персоны, и вечеринки в честь своего дня рождения всегда устраивал без лишнего пафоса.

Вот и в этот раз для празднования мужчина выбрал закрытый загородный клуб, где можно найти всё самое необходимое для приятного отдыха.

Никакой толкотни и дышащей в затылок охраны. Тихая расслабляющая музыка и, конечно же, самые лучшие эскортницы, которые готовы наизнанку вывернуться, лишь бы угодить и получить свои кровные.

— Значит, ты всё-таки прибрал к рукам «Ночное небо»… — потягивая виски, озвучил недавние события Вадим и шлёпнул сидевшую у себя на коленках девицу по бедру, чтобы та испарилась. — Поговаривают, ты поступил не совсем честно. А Шакал утверждает, что у вас с ним была договорённость, которую ты нарушил. Не мне тебя учить, как вести бизнес, Рус, но некоторые уважаемые люди могут засомневаться в прозрачности твоих, а значит, и моих действий.

— Договорённость действительно была. Но её нарушил не я, а Шакалов. Мудак сорвал поставку и присвоил партию товара себе, надеясь, что я не выйду на него. А когда его прижали к стенке, отказался платить по счетам. Я дал ему достаточно времени, чтобы либо вернуть товар туда, где он его взял, либо заплатить. Но Шакал, видимо, не воспринял мои слова всерьёз. Поэтому я забрал клуб. Пусть скажет спасибо, что не жизнь, — ответил я, продолжая находиться в полулежащем положении и с закрытыми глазами.

В моей чёртовой жизни было так мало моментов, когда я мог вот так расслабиться и не бояться, что кто-то воткнёт нож в спину. Для меня это не смертельно, но событие весьма неприятное.

— Барон тоже недоволен. Он имел хорошую прибыль, свободно толкая свою дурь в «Ночном небе». А ты вышвырнул на улицу всех его дилеров, — вступил в разговор Илья.

Этот молодой волчонок был у Вадима на подхвате и уже успел один раз облажаться — связался с подставными покупателями, из-за чего мы потеряли нескольких бойцов.

— Барон не первый день знаком со мной и знает, как именно я отношусь к той дряни, которой он травит людей. Мне на моей территории трупаки не к чему, как и лишнее внимание властей, — рявкнул я в ответ, открыл глаза и занял сидячее положение, чувствуя, что данный разговор меня начал утомлять.

— Ладно, хрен с ним, с этим Шакалом. На днях прибудет очередная партия товара от наших зарубежных партнёров, и хотелось бы, чтобы всё прошло гладко. В прошлый раз мы потеряли несколько отличных бойцов… — Вадим нахмурил густые посеребрённые брови и посмотрел на Илью.

— Больше не повторится, — буркнул тот и обиженно отвернулся, откинувшись на спинку дивана.

— Мы на это очень надеемся. Ведь так не хочется портить наши дружеские отношения, — прозрачно намекнул я парню на то, что если облажается во второй раз, отправится вслед за погибшими бойцами.

— Так, хватит о работе! — хлопнул себя по коленям Вадим, решив сделать перерыв между важными разговорами, и я был с ним полностью согласен. — Девочки?! Идите скорее сюда!

Из смежной комнаты, в которой располагалась сауна и бассейн, послушался громкий смех, и спустя пару минут к нам присоединилось пятеро длинноногих, пышногрудых и совершенно обнажённых девушек.

Вадим с Ильёй сразу оживились и стали тискать девиц за все места, уже примеряясь, куда кого будут трахать. А я опрокинул ещё один стакан виски, поднялся на ноги и, оттолкнув в сторону повисшую на шее девку, вышел из ВИПа, чтобы немного охладиться и подышать свежим воздухом.

На первом этаже располагался небольшой танцпол, а также бар, где можно было выпить и поглазеть в здоровенную плазму на стене, по которой крутили какие-то музыкальные клипы.

Двое парней, стоящих у двери, молчаливой тенью последовали за мной, потому что без охраны перемещаться по всей территории данного заведения было не принято и небезопасно.

Народу хоть и немного, но я строго соответствовал местным правилам, хоть и с лёгкостью мог справиться сам. Не красиво как-то было бы восставать из мёртвых, когда тебе на глазах у всех выстрелят в сердце, к примеру.

Люди очень впечатлительные, и знать им о моих сверхспособностях не к чему. Через некоторое время мне вообще придётся уйти в тень, чтобы моя нестареющая морда не напрягала общественность.

Спустился по лестнице вниз и направился к выходу, миновав поворот в коридор, ведущий в более специфичные места отдыха данного клуба.

Игра в карты меня не особо привлекала, потому что я всегда выигрывал благодаря своему чутью. Красные комнаты надоели, а тёмные вообще были не по моей части. Оргии тоже остались в прошлом, как и желание доказать всему миру Сверхов, что я лучший во всём, что я нормальный, хоть и искалеченный своим чокнутым отцом.

От не вовремя накативших воспоминаний на душе стало паршиво, и развлекаться вообще перехотелось. Поэтому я вышел на улицу и направился в сторону парковки, чтобы свалить из этого места и просто поехать домой.

Был уверен, что обласканный со всех сторон Вадим до утра не вспомнит обо мне, поэтому не станет названивать и высказывать свои возмущения.

Конечно, ещё нужно было обсудить парочку вопросов, но присутствие девок напрягало. Да и зверь внутри что-то снова недовольно порыкивал и ворочался, заставляя и меня испытывать нервозность.

— Руслан?! Ну надо же, какая встреча! — послышался голос Карпова, и охранники встрепенулись, заслонили меня собой и наставили на замеревшего в нескольких метрах от нас мужчину стволы. — Тише, тише, ребята. Дикий, успокой своих псов, а то больно нервные они у тебя, — гаденько заржал Фёдор, но руки вверх поднял. В то время как его телохранитель наконец опомнился и тоже достал пистолет.

— В следующий раз, Рыба, мои парни тебя пристрелят, если без разрешения решишь приблизиться ко мне со спины, — усмехнулся я и дал охране отмашку.

Карпов — скользкий тип, двуличный, но слишком трусливый, чтобы пытаться устранить такие фигуры, как я или, к примеру, Вадим. Он просто постоянно путался под ногами, пытался увеличить свои счета и зачастую распалялся зазря, терпя убытки.

Вот и теперь Федя решил, что он вполне способен конкурировать со мной в грузоперевозках средней величины, и постоянно искал со мной встречи, чтобы обговорить условия, на которых я бы смог открыть ему парочку каналов связи и уступить один из своих маршрутов.

Ответ прост: ни на каких и никогда. Но Рыба на то и рыба, чтобы через немного забывать о моих словах и снова толкаться лбом в запертую дверь.

— Я повешу на шею колокольчик, чтобы не застать тебя врасплох в следующий раз, — пошутил Карпов, но я шутку не оценил и продолжил стоять, нахмурив брови.

— Да ладно тебе, Руслан. Мы действительно встретились случайно. Я сюда приехал по приглашению Мамая. Может, присоединишься? Говорят, за столом будут серьёзные люди, а значит, и ставки значимые, — предложил он, а сам взволнованно заправил волнистые волосы назад.

Судя по подрагивающим пальцам, Фёдору не терпелось усесться за стол.

Для меня, да, наверное, уже ни для кого не секрет, что у Карпова была зависимость. Он игроман и уже неоднократно спускал приличную сумму на рулетке. А вот в карты этому чудаку везло. Не всегда, но в большинстве случаев он оставался либо в выигрыше, либо выходил в ноль, что тоже неплохо.

— Спасибо за приглашение, но я, пожалуй, откажусь, — ответил я, хотя лишний раз утереть нос Мамаю очень хотелось.

Мамаев Владимир — тот ещё мудак. Сколотил себе состояние на торговле людьми и нисколько этого не стеснялся. Чужая жизнь для него ничто, лишь деньги и власть значимы.

Я до сих пор помню лицо одной девчонки — совсем юной, с разбитой губой и глазами, в которых уже не было ничего. Она смотрела на меня из клетки, а я ничего не мог сделать. Её потом продали куда-то за границу, и я так и не узнал, что с ней стало. Таких, как она, у Мамая были сотни.

— Эй, Рыба! Я передумал. С радостью сыграю одну партейку, — окликнул я уже шагающего в сторону клуба Карпова.

Злость забурлила в жилах, а зверюга внутри требовал не только выпотрошить карманы Мамая, но и порвать его жирную тушу на мелкие кусочки.

Глава 23. Руслан

В гробовом молчании мы с Карповым в сопровождении нашей охраны проследовали обратно в здание клуба, а затем, минуя бар и остальные достопримечательности первого этажа, по узкому коридорчику добрались до кабинки лифта.

Карпов приложил большой палец к панели, и металлические двери разъехались, приглашая нас внутрь.

Быстро спустились на минусовой этаж, и там нас уже с распростёртыми объятиями встретила вооружённая до зубов охрана в количестве аж пяти человек. Они вежливо, но настоятельно попросили сдать имеющееся при нас оружие, и мы, естественно, беспрекословно выполнили их просьбу.

Мне вообще ничего не пришлось сдавать, потому что оружие никогда при себе не носил. Нас с Карповым обыскивать на припрятанные в трусах сюрпризы не стали, а вот наших телохранителей приставили лицом к стене и облапали с ног до головы.

Привыкшие к тяготам трудовых будней парни стойко вытерпели обыск и после слова «чисто» последовали за нами дальше по коридору, в конце которого была толстенная металлическая дверь, открывающаяся только изнутри.

Сопровождавший нас работник клуба сообщил по рации, что прибыли ещё игроки, и спустя пару минут замок двери щёлкнул, и мы с Карповым наконец достигли пункта назначения.

Охрану пришлось оставить за пределами игровой комнаты, что очень смутило Фёдора, а вот меня искренне повеселило. Идеальнее условий для покушения просто не найти, но кто я такой, чтобы осуждать работу службы безопасности владельца клуба?

В небольшом помещении ничего не было, кроме круглого стола, расположенного посередине, и десяти кожаных кресел, четверо из которых были уже заняты игроками.

Мужчины попивали алкоголь, наслаждались горьковатым привкусом сигар и непринуждённо о чём-то болтали. Но стоило только мне заявиться в их общество, как местные авторитеты напряглись, нахмурили брови, а Мамай вообще скривился так, будто ему очищенный лимон в глотку затолкали.

— Дикий… какими судьбами? — взяв свои эмоции под контроль, поинтересовался Владимир и расплылся в фальшивой мерзкой улыбке. — Не припомню, чтобы я посылал тебе приглашение.

— Не присылал, — оскалился я в ответ, давая понять, что его приглашение мне на хрен не сдалось.

— Это я его пригласил, — виновато пожал плечами Карпов. — Думал, из-за этого не возникнет проблем.

Рыба нагло чесал языком, потому что всем было известно о наших разногласиях с Мамаевым и о том, чем закончилась наша последняя встреча. Но Карпов решил сыграть на этом и что-нибудь урвать ценное для себя.

— Проблем не возникнет, если господин Дикаев готов принять правила игры. У нас за столом ставки крупные и… разнообразные, — ответил Мамаев, и его глаза загорелись азартом.

Я прямо-таки кожей ощутил, как в его черепной коробке зашевелились извилины, перебирая то, что я могу поставить на кон.

Денег, недвижимости и прочих плюшек у меня было предостаточно, поэтому я легко мог потянуть любую ставку. Правда, зачастую Мамай и его подельники любили играть, ставя на кон чьи-то жизни или свободу. Но до этого момента я собирался уже убраться из этого места.

— Что ж… сыграем, — хлопнул в ладоши Владимир, когда мы с Карповым заняли места за столом, и девушка-крупье, робко стоящая до этого в стороне, принялась за работу.

Как и ожидалось, каждый ставил на кон то, что мог, желая получить то, что хотел. Ставки росли, как и напряжение за столом. Карпову, увы, не везло, и он спустя какое-то время откололся от общей массы и просто наблюдал, бесконтрольно вливая в себя алкоголь. В итоге, как и предполагал изначально, в игре остались только я и Мамай.

Судя по пульсу и испарине на лбу у мудака напротив, несмотря на явную помощь со стороны крупье, расклад был не очень. Но он упорно делал вид, что у него на руках флеш, продолжая повышать ставки.

— Ты, вероятно, в курсе, что я недавно обзавёлся новым клубом? — ехидно усмехнулся я, и правый глаз Мамаева нервно дёрнулся от злости. — Слышал, ты планировал его выкупить у Шакала, но… не успел. Что поставишь на кон против «Ночного неба», Мамай? Может, свой мерзкий аукцион?

— Не смеши меня, Руслан. Прибыль аукциона в разы больше, чем у такого гадюшника, как «Ночное небо», — попытался отмахнуться Владимир, но я-то знал, как ему нужен этот клуб. — Но раз тебе приобретение не особо по душе, то готов за него ко всему уже поставленному на кон накинуть ещё пару сотен. Идёт?

— Нет, Мамай, не идёт. Ты прекрасно понимаешь, что твоя ставка не дотягивает, — покачал я головой, решив всё-таки, кроме денег, выжать из этого мешка с дерьмом хоть что-то стоящее.

В том, что выиграю, сомнений не было, а вот мой оппонент явно меня недооценивал.

— Хорошо. Пять тысяч сверху, выход по моим каналам на Карима и один маленький, но очень красивый бонус, — поддался на мою провокацию Мамаев, и я согласно кивнул, не придав значение словам о каком-то там бонусе.

Важнее для меня было услышать про Карима, с которым я долгое время не мог связаться. Этот человек имел большую власть на Ближнем Востоке, и все сделки по поставке оружия и прочего в основном проходили через него.

Мамаев смог сблизиться с ним на одном из своих аукционов и быстро прибрал к рукам жадного до красивых русских девушек араба. Без участия Карима нам с Вадимом приходилось переплачивать и везти товар обходными, не всегда безопасными путями.

— Теперь идёт, — одобрительно кивнул я, и Мамаев тут же достал телефон и кому-то позвонил.

— У меня были большие планы на эту красотку. Но, может, после сегодняшней игры у нас не останется обид друг к другу.

Не успел я уточнить, о какой красотке вообще шла речь, потому что дверь распахнулась, в комнату вошли двое мужчин и заволокли следом за собой извивающееся змеёй до боли знакомое тело.

На голове девушки был чёрный мешок, и, судя по сдавленным визгам, рот заткнут кляпом. Но мне не нужно было видеть её лицо, чтобы понять, кто именно стал «красивым бонусом» в этой игре.

Обострённое обоняние быстро отфильтровало все посторонние запахи и выхватило из смеси резких неприятных ароматов один — тот, который я не спутал бы ни с каким другим. Ваниль и молочный шоколад.

Зверь внутри сразу ощетинился, зарычал и приготовился бросаться на помощь попавшей в очередную беду Кошечке.

Но я снова усадил его на воображаемую цепь, потому что ни в коем случае нельзя было кому-либо показывать моё особое отношение к этой девушке. Которая либо специально искала приключения на свою красивую задницу, либо просто родилась со специфичным везением.

Был ещё третий вариант, но думать о нём почему-то совсем не хотелось.

— Если удача окажется на моей стороне, то я так уж и быть отдам девчонку тебе. Посмотри, какая красавица! — продолжал веселиться Мамаев, будто уже выиграл партию, и щёлкнул пальцами, приказывая снять с лица «бонуса» мешок. — Чистый, непорочный цветок. На аукционе я бы благодаря ей озолотился.

— Не сомневаюсь, — оскалился я и швырнул карты на стол, едва сдерживаясь от того, чтобы не заорать во всё горло вертящуюся на языке фразу: «КАКОГО ХЕРА ТЫ ТУТ ДЕЛАЕШЬ?».

Г