Танец со зверем

Я вошла в комнату следом за подругой и оперлась плечом о дверной косяк, сложив руки на груди.

Наблюдать за тем, как полупьяная девушка, пританцовывая, снимает одежду, было весело, потому что Полина иногда принимала смешные позы, а неуклюжие движения говорили о том, что она в отличном настроении и просто дурачится.

— Ну и что это всё означает? — снова обозначила своё присутствие, когда Полина уже переоделась в домашний костюм и, раскинув руки в стороны, завалилась на кровать.

— Ох, Женька… Как же хорошо… — выдохнула она в ответ и, вытянув из-под головы подушку, крепко прижала её к груди.

— Ведёшь себя так, будто у тебя случился секс с самым красивым и страстным мужчиной планеты, — усмехнулась я, вспоминая, что таковым моя подружка, несмотря ни на что, считала Леонардо Ди Каприо.

Полина обожала фильм «Титаник», и ей было плевать на то, что красавчик Лео давно уже не тот милый парнишка. Когда-то она даже собиралась накопить денег и поехать к нему за границу.

Юная девчонка искренне верила, что актёр в неё непременно влюбится и женится, а я слушала эти сказки и мысленно завидовала тому, какая моя старшая подруга счастливая.

Как же легко поверить в подобное, когда ты ещё ребёнок. Всё кажется простым и… чудесным вокруг.

— Если бы я переспала с самым красивым и страстным мужчиной планеты, то умерла бы после от счастья, а я, как видишь, живей живых, — обиженно надула губы Полина и швырнула в меня подушкой.

Я ловко увернулась от брошенного в меня снаряда и со смехом запрыгнула на кровать, устраиваясь рядом с девушкой.

— Так что случилось? Я приготовила для тебя завтрак. Твои любимые гренки, которые, между прочим, уже остыли, — толкнула подругу в бок, состроив обиженное лицо.

— Женя… Какие, к чёрту, гренки?! Я завтракала в дорогущем ресторане! Ела блюдо, название которого даже не запомнила, и запивала его самым вкусным в мире вином, — Полина даже причмокнула в конце, вероятно вспоминая вкус того самого вина.

— Ну здо́рово, конечно. А можно поподробнее? — напряглась я, потому что, несмотря на счастливую физиономию Полины, внутри у меня было неспокойно.

— В общем, дозрел мой Андрюшенька! Понял наконец, что со мной нельзя обращаться как с остальными его шалавами, — ответила она, а у самой лицо брезгливо скривилось, и я знала точно: это искренние эмоции, которые девушка испытывала к Андрею Петровичу.

— Зачем тебе вообще сдался этот старый кобель?

Подскочила на ноги и заметалась по комнате, не в силах понять поведение подруги. Лично с Шакаловым Андреем Петровичем я не знакома, но по рассказам подруги отчётливо нарисовала его портрет в голове, а также уяснила, что именно из себя представляет мужик, который ко всему женскому полу относится потребительски.

— Зачем? — вспыхнула Полина и тоже вскочила с кровати. — Да затем, что мне хочется нормальной жизни! Дорогих шмоток, вкусной жрачки и чтобы никакой Мегеры Юрьевны за спиной!

— Но ты же сама говорила, что Шакалов лишь использует молодых наивных дурочек, а потом бросает их! — не сдавалась я, решив достучаться до разума подруги.

Деньги и роскошная жизнь — это хорошо, но ложиться в постель с мужчиной, который тебе противен…

Эти мерзкие ощущения от прикосновений вряд ли возможно заглушить шопингом или едой в ресторане. А уж собственное достоинство, изляпанное грязью, и вовсе не отмыть!

— Это других он использует, а на мне женится! — вскрикнула Полина, и у меня на мгновение дар речи пропал от подобной неслыханной глупости. — Что ты так смотришь? Я знаю, как себя вести с подобными мужиками. Главное — додавить, а потом уж показать, что лучше меня ему никого не найти.

— А тебя не смущает тот факт, что Шакалов в свои почти пятьдесят до сих пор не женат? Думаешь, ему на пути не попадались такие продуманные, как ты?

— Не попадались, если до сих пор не женат! — самоуверенно заявила Полина и, скрестив руки на груди, посмотрела на меня так, будто я враг всего живого. — А ты чего так завелась? Уж не сама ли решила Шакалова к рукам прибрать?

— Что ты несёшь?! Я его и не видела-то ни разу! — ошарашенно захлопала ресницами, не ожидая услышать в свой адрес подобные обвинения.

— Ага! Зато слышала про него от меня. Я-то, дура, соловьём тебе душу изливала, а ты решила по-быстренькому к начальнику в штаны залезть и денежек на свою дурацкую школу выпросить?! Девственностью своей мне нос утереть?!

— Полина, остановись! Ты вообще себя слышишь? — просипела я, едва сдерживая слёзы обиды.

— Слышу! И теперь ещё прекрасно вижу, какую змею на груди пригрела! Я ведь помочь хотела, думала, как стану хозяйкой клуба, так сразу Мегеру Юрьевну пинком под зад вышвырну, а на её место тебя назначу… — продолжила нести бред Полина, а я стояла и просто смотрела на неё, не в силах возразить или что-либо ответить. — Только учти, милая моя подружка, я три года голой задницей на сцене вертела не для того, чтобы кто-то мои планы разрушил. Андрей мой, ясно?

— Ясно, — кивнула я, понимая, что больше не смогу находиться с Полей в одной квартире. В её квартире.

Удивительно, как быстро может разрушиться дружба, когда дело касается денег и власти…

Вещи я собрала довольно быстро. Полина всё это время молча лежала на кровати, делая вид, что ей нет до меня никакого дела.

Я сложила всё в рюкзак, вышла в коридор, застегнула кроссовки — и в этот момент поняла, что не знаю, куда идти.

Оказавшись на улице, дала волю слезам и поплелась вперёд, не видя дороги. Куда идти — не знала. Что делать — тоже. Желание работать, да и вообще появляться в клубе, пропало, но пока других вариантов заработать у меня не было. Да и перекантоваться ночью где-то нужно.

Мысли о том, чтобы вернуться домой, не возникло, потому что принимать поражение я была не готова.

Чувствовала, что всё наладится. Главное — не сдаваться и не бояться вырастающих на пути преград.

Удача любит смелых!

Глава 6. Женя

— Что в сумке? — гаркнул охранник, когда я подошла к двери и продемонстрировала карточку.

Здоровый такой, лысый, и взгляд холодный и злобный. Смотрел так, будто я не человек, а насекомое.

— В сумке вещи. Мои, — ответила я, проглотив негодование.

Мужчина нагло схватил сумку за лямку и сдёрнул её с плеча. Я и тут промолчала, лишь недовольно поджав губы. Амбал усмехнулся и с довольным видом вывалил всё содержимое на грязный асфальт, а затем пнул кучу из вещей носком ботинка.

Я ещё плотнее стиснула челюсть, чтобы сдержать рвущиеся наружу возмущения, и, присев на корточки, стала запихивать свои пожитки обратно в сумку. Благо что нижнее бельё я упаковала в непрозрачный пакет, а косметику — в тканевую мягкую сумочку.

— Теперь я могу войти? — поинтересовалась, когда закончила сборы.

Мужчина криво улыбнулся и, открыв дверь, немного посторонился, пропуская меня внутрь. Я взгромоздила сумку на плечо и протиснулась мимо тучной фигуры амбала, мысленно не понимая, почему просто не ушла после такого скотского отношения в свой адрес.

— Зачётная. У Катьки глаз-алмаз, — усмехнулся мне в спину всё тот же охранник и шлёпнул своей лапищей меня по заднице.

От неожиданности я взвизгнула и, подпрыгнув, прижалась спиной к стене, на что мужчина заржал ещё громче. Он захлопнул дверь и заблокировал её при помощи кодового замка, а затем повернулся ко мне.

Только в этот момент ощутила, насколько я беспомощная и без всякого сомнения глупая. В узком слабо освещённом коридоре, стоя перед здоровенным качком, мне захотелось домой.

— Чего глазёнками хлопаешь, дура? — произнёс он хрипло и навис надо мной, упираясь руками о стену. — Привыкай к тому, что тут на тебя будут не только смотреть, но и лапать. А потом и трахать во все щели, изгибая твоё гибкое тельце в разных позах.

— Нет… — всхлипнула я в ответ и, зажмурив глаза, замотала головой в разные стороны.

Полина никогда не говорила о том, что к девушкам пристают охранники. И Екатерина заверила, что против моей воли никто не посмеет дотронуться до меня, но…

Разум, как обезумевший, вопил «Бежать из этого места без оглядки», и инстинкт самосохранения был полностью с этим согласен.

— Нет? А ты разве не в курсе, что недотрогам и пугливым девственницам тут не место? — ехидно оскалился он, а меня уже конкретно затрясло от паники и страха.

— Череп?! Хорош новенькую кошмарить! — незнакомый мужской голос заставил меня затаить дыхание, а здоровяка, нависшего надо мной, отойти в сторону.

Не знала, благодарить незнакомца или ожидать очередного нападения, только уже с его стороны. Поэтому просто стояла как статуя, не моргая и глядя на высокого широкоплечего брюнета, внешность которого не так пугала, как у этого Черепа.

— Дэн, я сегодня не в зале дежурю, вот и развлекаюсь, как могу, — виновато пожал плечами Лысый и почесал затылок. — А эта смотри, какая миленькая. Грех было не припугнуть.

— Ты девок охранять должен, а не пугать, — рявкнул Дэн, и охранник виновато втянул голову в плечи. — Ну а ты чего застыла? Бегом к Екатерине в кабинет, — скомандовал он, переводя взгляд на меня.

Я отметила только одно: Череп послушался. Значит, этот Дэн тут не последний человек, несмотря на то, что выглядел намного моложе.

Рассматривать симпатичного темноволосого парня не стала, как и благодарить его за помощь. Без лишних слов сорвалась с места и понеслась по коридору, пытаясь припомнить точный маршрут до кабинета Екатерины Юрьевны.

Заблудиться или попасть в лапы очередного шутника-охранника не хотелось. Мне вообще находиться в этом месте не хотелось, но я заставила себя успокоиться и раньше времени не пороть горячку.

Подумаешь, какой-то дебил решил подшутить над новенькой и напугал её едва ли не до обморока!

Просто нужно познакомиться со всеми и подружиться, как в своё время сделала Полина. И тогда мне нечего будет опасаться.

Где-то в глубине души я понимала, что это не так. Что всё не так просто. Но признаться себе в этом было страшнее, чем продолжать верить в свою наивную сказку.

Глава 7. Женя

Екатерина встретила меня всё тем же холодным высокомерным взглядом и проводила в общую комнату, где толпились девушки.

Не найдя среди них Полину, я обрадовалась, хоть и знала, что встречи не избежать. Оставалось надеяться на то, что девушка немного остыла и обдумала своё поведение.

Извинений от подруги не ждала, но хотелось бы, чтобы она перестала думать обо мне так, словно я продажная меркантильная сука, готовая ради собственной выгоды перечеркнуть столько лет нашей дружбы.

— Введите новенькую в курс дела. Покажите всё и без глупостей! Ясно? — окинув девушек суровым взглядом, спросила Екатерина, и все закивали в ответ.

Администраторша удовлетворённо улыбнулась и, виляя бёдрами, обтянутыми теперь уже стильными брючками, вышла из комнаты.

С уходом начальства помещение покинули и гостеприимство, и банальная человеческая вежливость. Девушки сделали вид, что меня не существует, и продолжили заниматься своими делами.

Некоторые красовались перед зеркалом, примеряя едва скрывающие интимные места тряпочки. Кто-то наносил макияж, а остальные просто расслабленно сидели, уткнувшись в экраны своих мобильников.

Что ж… Не гримёрка, а серпентарий какой-то…

Окинула взглядом помещение и у стены заметила стойку, на которой висели костюмы. Их было много, но внешне они мало чем отличались друг от друга. Их задача была скорее подчеркнуть и открыть, нежели скрыть, что меня совершенно не устраивало.

— А есть что-то более закрытое? Мне для шоу… — решила всё же хоть как-то начать разговор со своими коллегами и даже улыбнулась, подчёркивая свой дружелюбный настрой.

— У нас тут у всех шоу, — недовольно огрызнулась одна из девушек и, грациозно изогнувшись в спине, осмотрела меня с ног до головы. — И почему таким хорошеньким девочкам дома не сидится под родительской опекой, а? Скучно стало? Думаешь, сможешь без проблем потом отмыться от этого дерьма и в нормальную жизнь вернуться?

— Хватит, Стелла! У тебя опять словарный понос? — перебила пылкий монолог девушки сидящая рядом блондинка, и Стелла, поджав губы, замолчала. — Меня Майя зовут. Закрытые костюмы вон в том ящике.

Майя указала пальцем в угол комнаты, где действительно стоял какой-то коробок. Судя по слою пыли, к нему давно никто не притрагивался и внутрь не заглядывал.

Видимо, закрытые костюмы тут не в чести, ну что ж… Индивидуальность — это хорошо.

— Спасибо. Я Женя, — поблагодарила блондинку и, пристроив свою сумку на свободный стул, направилась к коробку в надежде, что смогу найти в нём хоть что-то подходящее.

— Женя… — усмехнулась Стелла. — Готова поспорить, что это твоё настоящее имя.

— Да, а что? Есть проблемы? — нахмурилась я, и все присутствующие в комнате девушки закатились истеричным смехом.

На мгновение почудилось, что вокруг меня не танцовщицы, а гиены…

И почему Полина никогда не говорила об этой стороне медали?

Тут не только охранники странные и злобные, тут, похоже, все немного чокнутые! Страшно представить, какими заскоками страдает хозяин заведения.

Помогать мне тут явно не планировали, как и вводить в курс дела. Бежать и жаловаться Екатерине я, естественно, не собиралась, поэтому, наплевав на насмешки со стороны девушек, снова сконцентрировала своё внимание на коробке в углу.

Открыв крышку, несколько раз чихнула от ударившей в нос пыли и запаха затхлости. Кажется, эти вещи пролежали здесь долгое время и выглядели ужасно, а пахли ещё хуже.

— Ну что, новенькая? Нашла что-то подходящее? — ехидно поинтересовалась Майя, и комната снова заполнилась разноголосым гоготом.

Я уже собиралась оттаскать за волосы каждую из присутствующих, но дверь гримёрки распахнулась, и на пороге показалась уже знакомая мне фигура.

Сразу стало тихо. А мне ещё и страшно. Не внушал мне доверия этот брюнет. Было в его взгляде что-то пугающее и холодящее кровь. Я почувствовала это раньше, чем успела хоть как-то объяснить себе.

— Чего раскудахтались, куры? — рявкнул парень, и никто из присутствующих даже не подумал оскорбиться.

Напротив, девушки заулыбались, выперли вперёд скрытые тоненькими шёлковыми халатиками груди и начали наперебой строить строгому начальнику охраны глазки.

— Денис, а ты чего такой суровый? Может, сделать тебе расслабляющий массаж? У меня как раз есть полчасика свободного времени, — нараспев протянула Майя, за что отхватила в свою сторону несколько уничтожающих ревнивых взглядов.

— Есть свободное время? Отлично. Покажешь новенькой, что к чему, а остальные быстро на сцену! — не повелся на соблазнения Денис и, бросив в мою сторону мимолётный взгляд, вышел за дверь.

— Нервнобольной! — бросила ему вслед Стелла и, скинув свой халатик, поспешила выйти следом.

— Злобный мудак, но красивый, сука! — мечтательно выдохнула Майя, и остальные девушки дружно с ней согласились.

Такая реакция мне была не совсем понятна. Конечно, Дениса страшным я назвать не могла, но и восхищения в его адрес не испытывала. Меня вообще мало привлекали здоровенные мужики, которые позволяли себе оскорблять женщин и считали, что мускулы важнее мозга.

Когда в помещении остались только мы с Майей, девушка поднялась со своего стула и, цокая каблучками, проследовала к стене, в которую, как оказалось, был встроен шкаф.

Она распахнула дверцы, и моему взору открылось забитое всеразличными шмотками пространство. Внизу шкафа располагались коробки с обувью, и мне жуть как захотелось на неё взглянуть.

Пока я ошарашенно разглядывала буйство красок данного гардероба, Майя, перебрав пальчиками вешалки, нашла костюм, упакованный в серый чехол, и, сняв его со штанги, протянула мне.

— На. Это доставили прошлой ночью. Екатерина решила, что ты у нас будешь кошечкой. Обувь в коробках, расфасованная по размерам, но удобнее и безопаснее всего заиметь свою собственную.

— Кошечкой? Почему кошечкой? — пробормотала я, разглядывая чёрный латексный костюм, который, если честно, мне очень понравился.

Чёрная плотная ткань должна была обтянуть тело, полностью скрывая его от любопытных глаз, но прекрасно демонстрируя при этом всю красоту форм и изгибов.

А маска с ушками, благодаря которой меня даже родители не узнают, если увидят, заставила улыбнуться и прижать её к груди, как нечто ценное.

— В клубе часто ошиваются серьёзные опасные люди, поддержку которых старается не потерять наш Шакал. А всем известно, что богатым и видавшим многое дяденькам сложно угодить и ещё сложнее их удивить. Но хищная сексуальность и детская наивность в совокупности могут творить чудеса и способны свести любого мужика с ума, — голосом гроссмейстера произнесла Майя и с неприкрытой завистью посмотрела на мой костюм.

— Почему ты не танцуешь в таком? — поинтересовалась я, и девушка рассмеялась в ответ.

Смех был не злобным, нет, а скорее обречённым и немного печальным.

— Кисонька, ты можешь выйти на сцену голой или же облачённой в паранджу, но любой мужик, стоит тебе начать двигаться, поймёт, что в твоём поведении — игра, а что — правда. Мне вот роль развратной девственницы уже не сыграть, как и всем остальным. Поэтому клубу постоянно нужна новая кровь.

— Ясно, — ответила я.

Ответ Майи мне не особо понравился, потому что быть «новой кровью» не очень-то хотелось. Хотя если это избавит меня от посягательств и приставаний охраны, то ладно.

— Переодевайся, и я проведу тебе экскурсию, Киска, — похлопала меня по плечу девушка и, напевая какую-то песенку, вернулась на свой стул, снова погружаясь в телефон.

Я сняла с вешалки костюм и приложила его к себе. Латекс был холодным на ощупь, и от этого холодка по спине почему-то побежали мурашки.

Я посмотрела на себя в зеркало — на девушку, которая ещё утром собирала вещи в чужой квартире, а теперь стоит в гримёрке ночного клуба с чужим костюмом в руках. И поняла, что вот теперь дороги назад у меня действительно нет.

Что ж, о таких мелочах, как притирки с коллективом, я не думала, ведь полностью доверяла своей подруге. Но она, видимо, специально взяла отгул, чтобы не облегчать мне задачу. Похоже, наша дружба не только дала трещину, но и вовсе рассыпалась под натиском ревности.

Глава 8. Женя

Первый выход на сцену запомнила смутно. Сердце в груди колотилось так сильно, что голова шла кругом. До сих пор непонятно, как я не свалилась в обморок, оказавшись под пристальными взглядами десятков мужчин и женщин.

Майя просто подвела меня к выходу и вытолкала на сцену. Затем заиграла музыка. В зале был полумрак, но я всё равно отчётливо могла рассмотреть, с каким желанием на меня смотрели мужчины, а женщины — с завистью и даже ненавистью.

Первое желание, возникшее в груди, — сбежать. Но ещё мне вдруг захотелось показать всем присутствующим, каким красивым может быть танец, а тело — сексуальным, хоть и скрытым под одеждой.

Перед глазами всё расплывалось, и пол буквально уходил из-под ног, но я продолжала танцевать, вспоминая всеразличные движения и комбинации.

Как потом оказалась в гримёрке, не поняла. Тело окаменело, а сердце в груди замерло. Руки тряслись, а лицо было пугающе бледным, но спустя полчаса паника отступила, и я наконец смогла нормально дышать.

Девушки несколько минут поиздевались надо мной, отпуская пошлые шуточки, а потом ускакали на сцену. Я же продолжила сидеть на стуле и смотреть на своё отражение, не узнавая себя.

Это была я, но всё же уже какая-то другая. И пугало даже не это. Пугало то, что мне — несмотря на ступор и страх — понравились те ощущения, которые я испытала, стоя на сцене.

Мужчины пожирали меня глазами, и эта власть над ними возбуждала, заставляла тело изгибаться сильнее, а в движения вкладывать ещё больше страсти. Я хотела, чтобы смотрели. Я хотела, чтобы хотели. И это открытие было страшнее любого охранника.

Погруженная в свои мысли, не сразу заметила, что в комнату вошла Екатерина. Женщина, кажется, была довольна моим выступлением и не спешила начинать разговор.

— Ты — молодец, — сказала она, когда наши взгляды через отражение в зеркале встретились. — Желающих уединиться с тобой полно, но я думаю, что для первого рабочего дня приватный танец будет перебором.

— Да, я пока не готова к подобному, — выдохнула, ощущая безумную усталость.

На тренировках в зале я могла часами напролёт танцевать без передышки, а тут за каких-то пять-шесть минут организм превратился в выжатый лимон.

— Ты только сообщи мне, когда будешь готова. Приваты приносят отличную надбавку к окладу, и чаевые там в разы больше.

— Хорошо. Я поняла.

— Сегодня можешь быть свободна. Поезжай домой и отдохни. Завтра уже начнёшь полноценную смену, в которую входит три сольных номера и совместные выступления в большом зале. Я надеюсь, что уже к завтрашнему вечеру доставят ещё несколько костюмов для тебя. — Екатерина обошла меня со спины, легко коснулась моих волос кончиками пальцев, но взгляд её остался прежним — холодным и высокомерным.

— Знаю, что это против правил, но… у меня некоторые проблемы с жильём и… я хотела бы спросить… могу ли какое-то время пожить здесь? — стало стыдно, и щёки залились краской.

Неприятно, что администраторша могла принять меня за бродяжку, хотя на данный момент я ей, собственно, и была.

— Ты же вроде с подружкой жила? С Полькой, — удивлённо изогнула бровь Екатерина, и я покраснела ещё больше.

Говорить, что подруга меня выгнала, обозвав меркантильной шлюхой, не хотелось, поэтому я просто неопределённо пожала плечами.

— Евгения, хочу напомнить, что у нас круглосуточное элитное заведение, а не дешёвый бордель. Условия для всех танцовщиц равные, поэтому после окончания смены ты — либо уходишь отдыхать, либо остаёшься и продолжаешь работать. Днём в клубе не так людно, но дел всегда полно. А уж желающих отдохнуть в «тёмной комнате» в любое время суток предостаточно.

— Тёмная комната? Это что такое? — уточнила я, потому что про подобное Полина тоже умолчала.

Она про многое умолчала.

— Это комната для особых посетителей, Женя. Для тех, кому обычный секс не доставляет удовольствия. Да и танцы этих людей не особо интересуют. Им нравится боль… чужая в основном, — ответила женщина, и её глаза пугающе сверкнули, а я сглотнула комок загустевших слюней.

Повисла пауза. Я стояла и не знала, что сказать. А Екатерина, видимо, ждала, что я сама спрошу продолжения.

— В нашем заведении много способов заработать для молоденькой красивой девушки, но твоя подружка сообщила мне, что ты ещё слишком… неопытна. И я пошла тебе навстречу. Может, я ошиблась?

— В чём ошиблись? — сипло спросила я, едва дыша.

— Если тебе нужны деньги, то я могу предложить быстрый способ их заработать, — протянула Екатерина, подошла ко мне вплотную и намотала прядь моих волос себе на палец. — Некоторые готовы заплатить большие деньги за такую малость, как девственность, — последнее слово произнесла с таким пренебрежением, будто это означало что-то мерзкое и непристойное.

— Нет! — выпалила я в ответ и подскочила на ноги, готовая бежать прочь сломя голову, но Екатерина как-то странно рассмеялась, чем сбила меня с толку.

— Расслабься. Я просто предложила. Нет, так нет, — щёлкнула по носу пальцами и, виляя бёдрами, направилась к выходу, давая понять, что разговор окончен. — Твоя смена заканчивается в шесть.

Глава 9. Женя

Лишних проблем я не хотела, поэтому досидела до шести утра в гримёрке, а потом покинула здание клуба, припрятав свои вещи в коробке. На удивление никто из охраны ко мне не приставал, а Череп даже пожелал удачного дня, когда открывал мне двери.

Настроения не было совершенно, как и чёткого представления того, как лучше всего поступить. Однозначно клуб — не лучшее место для такой девушки, как я, но что-то всё же тормозило, не позволяло уйти оттуда.

Пару часов просто гуляла по улице и дышала свежим утренним воздухом. Хорошо хоть лето, а то окоченела бы на хрен от такой прогулки.

Ближе к десяти телефон в кармане джинс завибрировал, и я тут же ответила на звонок, увидев на дисплее фото сестры.

Услышать голос Василисы было очень приятно, и тоскливо до слёз. А когда девушка сообщила, что приболела, на душе стало ещё паршивее. Васька не часто болела, но если всё же подхватывала простуду, то очень тяжело её переносила.

Мне безумно захотелось увидеть сестрёнку, и я, предварительно уточнив, что родителей нет дома, помчалась проведать мелкую, затарившись по дороге апельсинами. Наличности осталось совсем мало, но я надеялась, что скоро проблем с деньгами у меня не будет.

Василиса лежала на диване, закутанная в плед, с красным носом и опухшими глазами. Увидев меня, она сначала дёрнулась, будто хотела вскочить, а потом всё-таки осталась на месте, только смотрела на меня так, будто я пришла не из другого района, а с другого конца света.