Талисман этого места. Девушка с зелеными волосами

– Нет, просто...– я тихонько покачала головой, и опять всё поплыло перед глазами.

– А вы где живёте ? Здесь, в этих домах?

–Нет, там в отеле...,– я махнула рукой в сторону Косы. – на том конце променада.

– Я вас отвезу, – он потянул меня за руку.– До машины дойдёте? Тут пять шагов.

Я встала и, взяв полицейского, прилично уступавшего мне ростом, под руку, дошла до машины. Полулёжа устроилась на заднем сиденьи. Уже без мигалки и достаточно медленно мы так и поехали по набережной. До отеля идти прогулочным шагом было не более пятнадцати минут, а ехать — и того меньше. Но мне хватило времени прийти в себя. Я показала, где остановиться, и, выходя из машины, спросила:

– Скажите, а на запястье, это был браслет? Она наркоманка?

– На двух запястьях и на щиколотке, – сказал полицейский, оглянувшись на меня. – Это не передозировка, головой ударилась...Вы что-то знаете?

– Спасибо.

Захлопнув дверцу машины, я поспешила к входу в отель.

Говорят, утро вечером мудренее. Это не мой случай. Ранним утром я тупа как пробка, никакой реакции. Чашка кофе помогает, если только выпить её после десяти часов утра.

К моменту моего прихода в ресторан почти все гости отеля уже закончили свой завтрак и я мысленно им поклонилась. Через некоторое время я осталась на застеклённой белой веранде одна.

Солнце сияло во всю, и на окнах приспустили плотные белые шторы.

Было печально...

С соседних столиков две девушки в униформе убирали тарелки. Обе с красными глазами. Вслед за ними высокий простоватый на вид парень складывал скатерти. Не очень аккуратно...

Я сидела, болтала ложкой в чашке с остатками кофе, смотрела в окно. Из-за полуопущенных штор ни моря, ни променад, ни людей видно не было. Глазеть, собственно говоря, не на что.

– Вы видели как её нашли, да?

Передо мной стояла одна из официанток. В стандартной униформе: верх – белая блузка, низ – длинная до щиколоток узкая чёрная юбка из тонкой ткани, бордовый длинный фартук, на лице защитная белая маска, волосы плотно убраны и завязаны под косынку, не разглядеть какие они.

– Хотите, я вам свежий нормальный кофе принесу? И вкусненькое что-нибудь, а то вы только два куска хлеба, намазав кетчупом, съели.

– Хочу, – сказала я. – Только и себе тоже, и посидите со мной.

– Мне нельзя, я вас обслуживаю.

– Ничего, можно. Я скажу, что плохо себя почувствовала. А много народу в отеле знает про вчерашнее?

– ОК,– сказала она и, помолчав, добавила.– Все.

Глава 5

- А про кетчуп с хлебом — это правда или вы пошутили? – поинтересовалась я.

Официантка-«инкогнито» из-за белой маски выставляла с подноса две большие чашки «лате» (аромат у него был получше, чем у кофе из автомата), две тарелки с горячей грушевой шарлоткой, мороженое, ложечки, вилочки и ножички с витыми ручками.

Посуда из вечерних атрибутов, не из утренних.

– Никаких шуток,– покачала головой девушка, усаживаясь напротив, снимая маску. – Можно ребята тоже с нами посидят, послушают?

Какое у неё милое и ещё детское лицо, чуть припухшее, а глаза уже взрослые – внимательные, серые, с коричневыми крапинками.

– Не возражаю.

Отхлебнув горько-терпкий кофе, хороший, сливки вкус не отбивали, и слизнув с ложечки первую порцию мороженного, я была согласна на «интервью».

–Мы как увидели сегодня, что вы едите, так сразу поняли, что про вас вчера в новостях говорили. Что там было? Это, ведь, вы? Девочки, администраторы в холле, видели, что вас вчера полиция привезла.

Вопросы от подошедших прозвучали почти все разом. Они собрались передо мной – три парня-официанты и помощник повара, администратор ресторана и девчонки- официантки, всего девять человек. Уселись полукругом, как в маленьком зале на представлении, сдвинув стол и перетащив массивные белые стулья с высокими спинками. Ощущение нереальности и театральности подкреплялось спущенными шторами, отделявшими нас от остального мира, и масками на молодых лицах. Только мы с моей визави были без масок, как главные действующие лица.

– Нет, – сказал один из парней в атласной жилетке. – Нашла дама с собачкой и мужик какой-то. А вы что видели?

– Расскажите нам всё-всё, – потребовала девушка в тёмном костюме, судя по табличке – администратор. – С самого начала.

И я рассказала всё-всё, от начала до конца, с того момента, как увидела толпу на набережной.

К концу моего повествования глаза у всех стали печальные, девчонки тихо всхлипывали, вытирая слезы руками и вытянутыми из держателя салфетками.

– Скажите мне, ребята, как её всё-таки звали полностью, и раз она здесь в отеле работала, почему я её ни разу не видела? – голос у меня немного охрип.

Холодный кофе со сливками – не самый вкусный продукт, но усталым связкам помогает. Две девчонки, сидящие ближе к выходу, пошептавшись, встали и вышли.

Все попечалились ещё какое-то время, замалчивая мой вопрос, но я решила, что имею право на информацию. По очереди оглядела всех ребятишек и настойчиво повторила:

– Почему я ни разу не видела девушку с такими заметным волосами? И, кстати, как её, Дину, полностью зовут?

– Вы хотели сказать – звали... – поправил один из официантов, светловолосый, стриженный почти под «ноль», но с хвостиком-кисточкой на макушке. – Все так и звали Диной, а полное или нет имя, мы не знаем.

– А фамилия?

– Не знаем, можно у управляющего спросить.

– Ты за себя говори, что не знаешь, просто не интересуешь никем,– влезла одна из девушек с гладкими темно-русыми волосами, собранными в высокий маленький пучок.– Дина сокращённое от Дианы. Дина считает, ох..., считала, что это слишком броское имя и ни к ней, ни к её фамилии – Маслобейщикова, не очень подходит.

– Ну, вообще-то зелёные волосы незаметности не прибавляли, – усомнилась я.

– Волосы и одежда яркая – это так, камуфляж. Как Дина говорила – чтобы злыдню морочить... А как волосы под шапочку она убрала, так вы её и не замечали. Администратор просила Дину волосы всё время убирать, пока в зале работает, чтобы гости не приставали. Не все спокойно реагируют, особенно если выпьют.

– Были скандалы?

– Да, не скандал, так мелкое происшествие. Один из киногруппы летом. Отмечали они что-то, а Дина соседний стол обслуживала. Волосы просто в хвост собрала. Так он всё хотел утащить её в море купаться, орал что-то про русалку, которая поможет друга от моря забрать, придурок. И потом на следующий день все интересовался у ребят, где девочка с волосами-водорослями, а смена другая была, и они Дину ещё не знали, она как раз только неделю отработала. Ребята решили, что у парня глюки с похмелья, посмеялись и вежливо отправили из ресторана прогуляться.

«Теперь понятно», думала я, «все закупоренные в форму: макси, колпачки, даже бейджики не у всех есть, никого не опознаешь. Наверное, так удобнее, как защитная реакция на постоянный стресс, и претензий меньше. Как высказать недовольство, если не знаешь, на кого указать?»

Затянувшееся молчание прервали две вернувшиеся девочки, позвали перейти на кухню, там повара кофе и закусить приготовили.

«А то сюда в зал выносить неудобно, посетители могут войти».

Действительно, что-то мы засиделись. Время приближается к раннему обеду, а официанты в самом популярном зале сидят, кофе-чаи гоняют. Удар по репутации ресторана и отеля.

Мы дружно встали, и ребята потянули меня с собой, мимо стойки бара, за дверь с надписью «Для персонала». Это была узкая комната перед кухней, на всю длину комнаты вытянулся сервировочный стол, накрытый к нашему приходу белыми и коричневыми скатертями.

На столе стояли пустые чашки, правда, без блюдец, два высоких кофейника, блюда с бутербродами и две бутылки водки. В дверях кухни нас ждали двое молодых низкорослых парней в накрахмаленных белейших колпаках и полосатых фартуках, конечно же, в масках.

Пока я оглядывала комнату, кто-то из официантов уже разливал водку по чашкам. Понятно, что отнекиваться будет неудобно, не та ситуация, тем более я надеялась узнать о Дине что-нибудь ещё.

Мы выпили по глотку водки в тишине и не чокаясь, без всякого тоста. Ребята молодые, под впечатлением внезапной смерти хорошей знакомой и такой же молоденькой девчонки, о традиционных словах не вспомнили, и я что-то растерялась на чужой территории. Прожевав бутерброд с сыром, я решилась на две просьбы: чтобы ребята сняли маски, а то чувствую себя среди них как в фильме ужасов, и чтобы рассказали ещё про Дину.

– Что рассказывать?– начал парень с хвостиком-кисточкой.

Под маской он «прятал» процесс отращивания бородки и усов, пока на его ещё детском лице это выглядело немного комично.

– Стрёмная она была, булыжники свои повсюду таскала и где могла раскладывала, глупость полная. Один раз хотел сумку её переставить, так чуть не надорвался, битком камнями набита. И ладно бы какие-нибудь необычные собирала, цвет там или с «дырками», а то каждое утро волочёт с пляжа ерунду всякую, такие там на каждом шагу валяются.

– Что ты понимаешь, – встряла светленькая порозовевшая от водки девица.

Она сидела повернувшись к столу боком, и узкая форменная юбка подчёркивала все достоинства длинных ног.

– Дина для всех старалась. Хорошо в камнях разбиралась, рассказывала очень интересно, везде пирамиды ставила, чтобы бизнес хорошо шёл... Она вот светлые камни возле столов разложила, и каждый день в нашей смене чаевые пошли, а то ж в прошлом году на одной зарплате все были... А ты!

Парень смутился, девочка эта ему явно нравилась. Схватил бутылку водки с намереньем разлить по чашкам остатки. Я закрыла свою чашку рукой и попросила кофе.

– Дина появилась в ресторане только в этом году? Раньше никто с ней знаком не был?

Я решила активизировать процесс получения информации, пока кто-нибудь из них не задался вопросом, почему это меня так интересует. Я и сама пока не понимала, зачем я пью с официантами водку в подсобке и задаю вопросы про совершенно незнакомого мне человека. Но, как говорится, обстоятельства сильнее нас. Раз так пошло, противиться сильно не будем.

Длинноногая взяла инициативу на себя. Изредка её дополнял кто-нибудь из девчонок. Мальчики мудро помалкивали. Прихлёбывая кофе, минут через пятнадцать я уже располагала кучей разрозненных данных, из которых вырисовывалась не совсем обычная история.

Половина официанток работает в этом ресторане уже третий год, на сезон приезжают со всей области, парни тоже из других городов. Ростик, кивок в сторону будущего «идальго», от чего он ещё больше покраснел, из Светлогорска, и только две девочки здешние. Я удивлённо уставилась на Ростика – разве в Светлогорске мало ресторанов? Мальчик понял мой взгляд правильно и тут же пояснил, что на лето из-за пандемии почти никто из города не уезжает. Это раньше было – из России к нам, а мы кто в Польшу, кто в Германию. А прислуживать по вечерам своим из компании стрёмно.

«Ага», кивнула я, и опять повернулась к девочке за новой порцией информации.

С прошлого года началась сплошная конкуренция. Заведений стало больше, и народу стало больше, но отдыхающие приехали победнее, и чаевые теперь большая редкость, а на одной зарплате сидеть... Здесь, например, они работают посменно, сутки через двое, и за неделю выходит маловато. Люди косяком идут, крутишься целый день, а в кармане пусто. Говорить о прибавке бесполезно. Не хочешь – не работай, желающих на место хватает. И опять прозвучала уже слышанная мною история про массовки в кино.

Девочек приехало в этом году очень много, в складчину снимают комнаты, пытаются подзаработать где угодно, и все свободные минуты крутятся на съёмочных площадках, вдруг заметят или понадобятся срочно. За то, чтобы попасть в кадр, пока ещё не дерутся, но дружбы между девицами нет. Каждая пытается выделиться, как может. Она, Марина, например, уже трижды снялась в одном и том же сериале благодаря длинной чёрной юбке – стройная официантка понадобилась. Это очень хорошо, она запоминается, и, может, дальше роль со словами будет. Эта группа и сейчас, осенью, съёмку продолжает...

А тут Дина ... ни фигуры, ни лица особого. Появилась в самом конце мая, просто заработать. В этот ресторан пришла наниматься, потому что расположен правильно. А остальные ей не подходили, представляете! На этих словах все дружно заулыбались и закивали головами, видимо, вспомнили само событие. Мариша сделала несколько глотков уже остывшего кофе, и Ростик тут же побежал с пустым кофейником на кухню.

– Сидим мы в основном зале. Уже все приняты, многие администраторам и директору давно известны, с новыми поварами нас знакомят, инструктаж... Все как обычно. И тут в дверь входит чудо. Сама вся зелёная с головы до ног: и волосы, и юбка расклешённая, и футболка, а сверху куртка огромная, не по размеру, оранжевая, огромная холщовая сумка через плечо. Мы аж все зависли. Подходит прямиком к директору и вежливо так заявляет, что скорее всего, будет здесь работать. Директор от неожиданности на стол присел. Все молчат. А она говорит: "Я из Черняховска специально приехала, но вы не волнуйтесь, комнату я уже нашла". Все так и уставились на неё. Директор качает головой и говорит, что, мол, он уже не волнуется. Дина улыбается так светло, порылась в сумище своей, подходит к нашей администраторше, а она уже возрастная, тридцать пять ей...

«Боже мой! А я тогда кто для них?»

...суёт ей в руку какие-то камушки, браслет потом оказался, и говорит, что носить надо подольше, чтобы голова не болела. И всё! Мы все дружно за начало сезона выпили по глотку белого вина. Никогда такого не было! И разошлись готовиться, а на следующий день оказалось, что Дина с нами в смене...

С камнями тоже интересно получилось. Одарила всех девчонок. Девочки дружно продемонстрировали широкие полотняные полоски, на которых в разных сочетаниях распределены мелкие, разных цветов камушки, узоры создающие. Потом, после того как их сменный администратор перестала жаловаться на головную боль, браслеты надели все, даже ребята. Мальчики также дружно подтянули рукава рубашек, и показали узкие кожаные плетёные браслеты с одним камешком-галькой размером с ноготь. Носили они их, повернув камень на внутреннюю часть запястья. Камни у всех были одинакового светло-серого цвета с красными вкраплениями.

И пошло-поехало... Сначала пирамидки появились во дворе, потом на стойке в холле, потом на подоконниках в ресторане ... Никто не возражает, посетителям нравится, чаевые стали частенько оставлять, словом все счастливы.

Дина много про камни рассказывала, когда они в свободные дни иногда гуляли по Косе, и про деревья тоже, когда в лесу у костра «квасили». Она, кстати, пила мало и только пиво. А про себя мало что говорила, никто не знает про её парня, есть или нет, что за семья... и жила она одна, ни с кем из ресторанных комнату не делила и к себе никогда не приглашала, только здесь встречались или в городе иногда.