Монстроленд

— АААААА… Вот тебе сука…, — крикнул Николай.

— ААААААА…, — ответил Вася, — Отвали, а то урою гнида…

Вася быстро оклемался. Он крепко стоял на ногах и диковато глянул на соперника. Глаза буйные округлил. Он, сплюнув изо рта кровавую слюну, тут же резко бросился вперёд. Но умело уклонился, когда Коля махнул правой рукой. Но старый бродяга лишь воздух сотряс. Вася умело нырнул, как боксёр, и прямо с ходу сбил с ног Николая. Тот сразу оказался на спине. Он тут же пропустил весомый удар в челюсть. Вася бил сильно, крепко и порой наотмашь. Он ударил недруга ещё раз и попал вновь по разбитому лицу. Николай заметно вздрогнул. В глазах всё поплыло. Его челюсть вильнула, а на пол брызнула кровавая слюна изо рта. Николай потерялся. Он широко всё же замахал руками.

— АААААА… ААААА… Сука отвали. Ты урод вонючий…, — закричал Николай…, — ААААА… ААААА…

— Я тебя урою старый урод…, — ответил Вася, — Ты мне зачем волосы рвал сука. Сам отвали.

— АААААА… АААА…

Вася вошёл во вкус. Он замахал умело и широко своими тяжёлыми руками. Он вновь попал по губам Николаю, которые превратились в кашу. Он своими дубовыми кулаками тут же врезал сильно под левый глаз сопернику, у которого тут же появился широкий синяк, а глаз перестал видеть. В оке сильно зарябило и задвоилось. Николай ещё махал руками, но тщетно. Вася бил крепко. Он вкладывался в каждый удар, сидя на сопернике. Ему даже надоело вколачивать кулаки в опухшее синее кровавое лицо Николая. Тот по виду уже не соображал, но чувства не утратил. Он, казалось, мог ударить легко. Вася схватил недруга за грудки и легко поднял на ноги. Ему сил не занимать. Вася тут же умело повёл нежданного гостя в сторону и с ходу бросил в окно, которое давно не застеклено. Николай ощутил всем телом невесомость. Он прямо и быстро нырнул в мокрые кусты, где немного кувырнулся и завалился сразу на бок. Его тут же освежила прохлада и морось. Он тяжело сморкнулся. Из опухшего носа текла кровь. Губы зудели. Он неуклюже сплюнул изо рта кровь и чуть пошевелился. Но в руках ещё не имелось достаточно сил. Николай изнемогал. Ему как будто врезали кувалдой по лицу. У него прямо сильно опухла левая сторона. Он вновь неприятно сморкнулся. Он, дыша тяжело, чуть пополз в сторону и немного высвободился. Он вылез из влажных кустов и бегло глянул на давно разбитое окно, из которого вылетел. Он по виду недоумевал и не понимал, что случилось. Он, казалось, просто не понимал, где находится. Он пришёл в чувства, спустя пару минут. Николай вновь глянул на дом и на окно, из которого совершил полёт по воздуху. Он мучительно сморкнулся кровью, которая наконец-то перестала течь из носа, где теперь повисла тягучая сопля. На губах висели слюни, которые надоедали. Николай обозлился. Голова гудела. Боль томила всё тело. В ушах звенело. Ему показалось, что на него смотрит Таня и Вася. Они прямо громко хохочут и веселятся. Николай терялся. Он чуть помотал головой, глядя на тусклое озарение. Он понял, что его одолевают галлюцинации. Но он понял не сразу. До него долго доходило. Он тут же ощутил сырость в потайном кармане куртки, где запахло водкой. Бутылка разбилась, когда он упал на кусты, где под ними лежало много всяких камней. Николай, громко матерясь, выбросил из кармана стеклянные осколки. Но он говорил неприятно, как будто про себя. Он снова чуть пополз и вновь глянул на окно. Его вновь одолели галлюцинации. Он неприятно сморкнулся. Ему захотелось сильно пить. Лицо как будто горело, а боль напоминала о себе жуткая. Он заглотил словно ком снежный. Но на самом деле он опробовал вновь слюну и кровь вперемежку. Он, лежа на траве, не понимал порой, где находится. Глаза мутные смотрели косо. Николай собою напоминал рептилию после долгого сна. Она пробудилась и теперь хотела кушать. Мысли путались в пьяной голове и досаждали крепко. «Вот же сука… Он мне набил морду и выбросил меня из окна дома, как щенка… Я его прибью. Зря дедушка мой ружьё пропил. Вот дурак был. АААААА… ААА. Как он мне врезал сука. Я его порешу и сучку эту. Она мне никто. Они надо мной смеялись, кажется и зырили на мою рожу. Или мне приснилось. Уже ничего не разбираю. Как мне больно. ААААААА… ААА… Кажется, этот урод сломал мне нос и ухо. Вот же сука подлая. Откуда он взялся? Он моложе меня и набил мне рожу. Сука подлая. Я этого так не оставлю. АААААА… ААА. Как мне хреново. Я не хочу жить. Меня побили. И эта дура меня не любит. Она там трахается с каким-то хмырём. Будь всё проклято. Как мне плохо. Меня выгнал из дома мой сын. Будь он неладен. И здесь меня выгнали… Меня выкинули из окна. Боже ты мой. Как низко я пал. Я, кажется, встать не могу. Он мне врезал крепко. В глазах всё размыто. Как мне больно. Но не от того, что у меня рожа в крови. Мне больно по-другому. Мне больно в душе. АААААА… ААА… Как мне хреново. Я не хочу так жить. Мне бы выпить, но не выпить. Бутылка разбилась. У меня там за кустом есть заначка. Там чакушка водки. Там есть на донышке ещё немного. Я оставлял на такой случай. Надо туда идти и выпить. Я хочу крепко напиться. Мне дурно. Меня все предали. Я никому не нужен. АААААА… ААА… Как мне плохо…», — подумал он. Николай дышал тяжело. Боль томила и тело и душу. Он чуть потянулся и завалился на живот. Ему стало ещё тяжелее. Он вздохнул нелегко. Николай сплюнул изо рта кровавую слюну. У него прямо неудачно повисли на губах алые слюни с соплями. Зрелище прямо некрасивое получилось. Его немного стошнило. Но он тут же нашёл в себе силы подняться на коленки. Николай стал руками шарить траву. Он тут же нашёл свою кожаную потёртую кепку и мигом накинул на голову. Николай прислушался и тут же ошалел немного. Он услышал смех, который исходил из дома. Он сразу узнал звонкий голос Тани. Николай чуть помотал головой и сразу сплюнул изо рта кровавую слюну. В ушах звенело. Ему стало ещё дурнее. Он тяжело поднялся на ноги. Николай поковылял по узко тропке в сторону соседнего огорода, который был давно брошен, и где кругом кривились странные тени. Здесь везде колыхалась высокая метровая трава. Николай перешёл через ломаные жердины. Он вновь двинулся по густой сырой траве. Его штормило. Он чуть не упал три раза, но всё же шёл вперёд. Его как будто держала на ногах какая-то лютая неведомая сила. Он изнемогал. Лицо всё в крови выражало лёгкую боль. По слегка бородатому седовласому подбородку прямо текли заметные тонкие струи влаги. Николай миновал небольшой путь и навалился на старый забор. Он вновь пошёл вперёд, где набрёл на небольшую тропку. Дышал неровно. Мысли путались. «Вот же сучка эта Таня. Будь она проклята. Я не хочу её видеть и вообще не хочу видеть никого. Будьте вы все прокляты. Я не хочу жить в таком мире. АААААА… ААА… Я хочу лишь выпить. Что-то мне дурно стало. Жарко как-то и в груди закололо. Как бы не пасть тут на хрен. Мне хреново. Мама родная. Хочу выпить. Как мне плохо и дурно стало что-то… У меня где-то здесь бутылка спрятана мать ети. Где-то здесь. Сука. Как хреново. Так бы и врезал этому уроду. Вот же жлоб хренов. Я ему рожу ещё набью и харю обоссу. Не хочу там жить. Даже сыну я не нужен. Он совсем из ума выжил. Мне плохо. Как мне плохо…»