
Полная версия
Новые удивительные истории в Волшебной стране
– Джек?
– Ребята! Что вы делаете?
– Прячемся, вздохнула Бэкки.
– Мы здорово испугались, когда увидели несущийся на нас с неба прямоугольник, – призналась Эмми.
– Знаете, кого я нашёл? – с гордостью сказал Джек. – Это лучший друг детства моего отца.
Эрик смущённо хохотнул, вылез из канавы, отряхнулся, вытер о штаны запачканные землёй руки и широко улыбнувшись, протянул Блэю ладонь:
– Приятно познакомиться. Эрик. А это, – он указал на девочек, – близняшки Эмми и Бэкки.
– Кэндор Блэй, – представился новый знакомый.
***
– Значит, Вы из-за гор?
– А что это за слово такое: «Отровяка»?
– Как Вы познакомились с отцом Джека?
– А что там, за горами?
– А Отровяка умеет говорить?
Вся ребячья компания вместе с Кэндором Блэем на дымчатом ковре-самолёте летела к Фиолетовому дворцу. Дети так и сыпали вопросами, перебивая друг друга и не давая возможности Блэю ответить хотя бы на один из них
– Дети, дети, дети! Стоп! – со смехом воскликнул Блэй.
Галдёж прекратился.
– Давайте по порядку. Во-первых, я из-за гор. Во-вторых, «Отровяка» – это просто кличка. Если бы Отровяке она не нравилась, разве бы он на неё откликался? Правда, Отровяка?
Перед ребятами прямо из ковра возникла улыбающаяся собачья морда и, согласно кивнув, исчезла.
– В-третьих, – продолжал Блэй, – с Ником мы познакомились очень просто: жили в одной деревне, почти по соседству, были примерно одного возраста, вот и подружились. В-четвёртых, за горами, скажу я вам, совсем не так интересно, как вам кажется, но есть свои плюсы. В-пятых, да, Отровяка умеет говорить. Но только если сам этого хочет. Желание поговорить у него появляется редко, и меня это вполне устраивает.
И вдруг неожиданно раздался приятный голос
– Внимание! Внимание! Пристегните ремни! Идём на посадку.
Голос звучал совсем рядом, ребята завертели головами.
– Это он сказал? Отровяка? – догадалась Эмми.
Кэндор Блэй хмыкнул:
– Вам повезло.
И, помолчав, добавил:
– Впрочем, вы услышали не его голос. Отровяка здорово умеет не только трансформироваться, но и копировать голоса. А это голос стюардессы самолёта, на котором мы с ним недавно путешествовали…
Взглянув на ребят, Блэй засмеялся:
– Самолёт – это такая большая железная птица. Она переносит людей на большие расстояния в своём брюхе. Эта птица – машина, которой управляет человек – пилот. Понятно?
– Да-а… – в один голос восхищённо вздохнули юные пассажиры.
Внизу расстилались живописные пейзажи, похожие на огромный зелёный, расшитый цветниками и украшенный игрушечными домиками платок. А вот и Фиолетовый дворец. В мягких лучах заходящего солнца с высоты птичьего полёта он казался ненастоящим, как кукольный замок.
Ковёр пошёл на посадку.
***
Дровосек только что вернулся домой после трудового дня, он сидел в своём кабинете, чистил топор. Сегодня он много работал – латал домики жителей своей страны, рубил дрова для пожилых живунов, корчевал пни, чтобы они не мешали землепашцам. Усталости не было. С тех пор, как он стал железным, Дровосек перестал уставать, человеческие хвори теперь тоже обходили его стороной. А то время, когда он состоял из мяса и костей, всё равно вспоминалось с грустью. Оно было недосягаемо, безвозвратно потеряно, то время, когда он умел любить… Его доброе из нежнейшего шёлка сердце порой сжималось от горя, и слезы готовы были брызнуть из глаз. Но железный человек во время вспоминал, что может заржаветь, и тогда думал о сыне, на сердце теплело.
Его Джек – необыкновенный мальчик, умный, талантливый, добрый. Он счастливее отца, потому, что не знает, что такое быть из мяса и костей, ему не с чем сравнивать и не о чем грустить… Вместо долго не заживающих ран, синяков и шишек он приносит царапины, а порой и вмятины, которые легко заделывают мастера Волшебной страны (Дровосек улыбнулся, вспомнив первый полёт Джека на новых крыльях).
Потом мысли поменяли направление. Железный человек с тревогой размышлял о том, что вдруг он, Дровосек, не прав, считая сына счастливее себя. Джеку не разрешалось драться, потому, что малыш даже в самом раннем возрасте был сильнее любого взрослого живуна. Этим пользовались другие мальчишки, кое-кто даже не стеснялся толкать и колотить сына своего правителя, просто так, чтобы послушать гул железной банки. Потом сорванцам доставалось от мам, но Джеку-то каково? Он не имел права дать сдачи!
Дровосек нахмурился, собрался было поспорить сам с собой о том, что лучше – состоять из мяса и костей или быть выкованным из железа. Но тут дверь кабинета распахнулась, вбежал взволнованный Джек.
– Папа! Как хорошо, что ты здесь! Пойдём скорей! – мальчик тянул отца за руку.
– Что случилось, Джек? – Дровосек покорно поднялся и пошёл за сыном.
– Знаешь, кто тебя ожидает в тронном зале? К тебе прилетел твой лучший друг!
– Страшила?
– Нет.
– Лев?
– Опять не угадал!
Сердце забилось сильнее в груди, Дровосек прибавил шаг и услышал, как оно стучит о железные рёбра. «Неужели Элли или Энни?» – подумал он.
Во дворе спиной к дворцу стоял человек. Дети окружили его, о чем-то увлеченно наперебой рассказывали. А когда увидели выходящих из замка Дровосека и Джека, загалдели еще громче, указывая на них. Человек оглянулся.
– Ник! Какое счастье! Здравствуй, мой старый друг!
Джек, Эрик, Эмми и Бэкки ожидали, что сейчас друзья кинутся друг другу в объятья. Блэй действительно уже приготовился, распростёр руки. Но Дровосек повёл себя неожиданно. Сначала удивился, затем растерялся, а потом… Джек никогда еще не видел своего отца таким злым.
– Кэндор Блэй, – процедил он сквозь зубы.
Улыбка вмиг сошла с лица Блэя.
С минуту они смотрели в упор друг на друга. Ребята переглядывались: что-то не похоже, чтобы эти двое были друзьями.
– Что тебе нужно? – наконец холодно спросил Дровосек.
– Может, для начала пригласишь меня в апартаменты?
– А что ЗДЕСЬ тебя не устраивает?
Блэй глазами указал на ребят.
Дровосек тяжело вздохнул, потом жестом пригласил гостя войти. Оглянулся на детей. Те сделали вид, что заинтересованы наблюдением за пируэтами резвившегося в воздухе Отровяки. Хотя на самом деле им не терпелось выяснить, кто же такой Кэндор Блэй. Что он не друг Дровосека – уже ясно. Но зачем ему понадобилось врать?
***
– Они пойдут в папин кабинет, – сказал Джек, – Я знаю. Он всегда принимает людей, которые хотят с ним побеседовать с глазу на глаз именно там.
Дровосек и Блэй скрылись в воротах замка. Выждав несколько минут, друзья двинулись следом. Ребята добрались до кабинета, который находился на втором этаже. Прильнув к двери, они услышали голос Дровосека, полный возмущения и негодования:
– …и после того, что ты сделал, смеешь приходить сюда и требовать, чтобы я сделал тебя моим заместителем?
– Ну, во-первых, меня привёл твой сын…
– Тем более! – перебил Дровосек. – Как ты смеешь обманывать ребёнка, внушая ему, что ты – мой друг!
– А что, разве не так? – притворно удивился Блэй.
Ребята вздрогнули, услышав в кабинете грохот. Это Дровосек ударил по столешнице кулаком так, что бедный стол жалобно скрипнул и развалился. Джек заглянул в замочную скважину. Да… Таким он отца никогда раньше не видел.
– КАК ТЫ СМЕЕШЬ НАЗЫВАТЬ СЕБЯ МОИМ ДРУГОМ ПОСЛЕ ТОГО, КАК ИСПОРТИЛ НАМ С МЭЙ ЖИЗНЬ!!!
Сказать, что ребята были ошарашены – ничего не сказать. Никто из них никогда не слышал, чтобы Дровосек повышал голос. Никто в Волшебной стране никогда не видел, чтобы правитель использовал свою силу для разрушения или устрашения людей. А сейчас… В замочную скважину Джеку были видны обломки разбитого стола и белое как полотно лицо Блэя.
– Ну, ладно, ладно, успокойся, – примирительно залепетал Кэндор.
Дровосек не ответил. Блэй осмелел:
– Ну, хватит, Ник… Это было давно, а ты всё ещё живёшь прошлым. Так нельзя, дружок. Давай всё забудем…
Блэй тут же понял, что подлил масла в огонь.
– Мы с Мэй любили друг друга, собирались пожениться. У нас могла быть счастливая семья. Но ты… Ты решил нас продать её злой тётке! За горстку бриллиантов!
– За горстку? – возмутился Блэй. – Да там была целая сумка этих камушков!
Блэй осёкся. Дровосек издал звук, похожий на рёв раненого зверя и кинулся на Блэя. Тот успел отпрыгнуть к двери.
Ребята отпрянули.
– За гобелен! – скомандовал Джек.
Вся компания быстро юркнула в нишу за висевшим у двери портретом Смелого Льва. Раньше здесь было окно, однако Дровосек справедливо решил, что оно между приемной и кабинетом ни к чему, его заделали и завесили гобеленом, вышитым женщинами Фиолетовой страны в подарок правителю.
Дровосек любил в свободное время сидеть в приёмной, глядя на гобелен. Он как будто видел перед собой старого друга, мог разговаривать с ним, не боясь, что его услышат – Дровосек не держал слуг.
Теперь гобелен сослужил добрую службу и ребятам – укрыл их, и во время, потому, что дверь кабинета распахнулась, выплюнув как пушечное ядро, Кэндора Блэя. За ним выбежал, тяжело топая и размахивая топором, кипящий как лава Дровосек. Оба скрылись за поворотом лестницы, ребята вылезли из укрытия и, не сговариваясь, бросились за ними.
Глава пятая
Мэй
Когда друзья выбежали во двор, Кэндор Блэй уже улепётывал на ковре-самолёте. На безопасном расстоянии над землёй он приказал Отровяке остановиться.
– Ты пожалеешь об этом, Николас! Я ещё вернусь, консервная банка, я отомщу! Может быть, не скоро, через много лет, но отомщу!
Скомандовав Отровяке: «Вперёд!», он быстро скрылся из виду.
Джек перевёл взгляд на отца. Тот, воткнув свой огромный топор в землю, облокотился на рукоять и тяжело дышал. Было видно, как раскалилось до красна железо на его груди, где билось сердце. Сейчас Дровосек неподвижно стоял, остывая от непривычного гнева. Джек направился к отцу. Бэкки было протестующее замахала руками, мол, не лезь к нему сейчас, но было поздно. Джек уже заговорил.
– Папа… Я виноват… Этот человек встретился мне в лесу. Я поверил ему…
Джек умолк. Бэкки хлопнула себя по лбу, как бы выражая без слов свою каронную фразу: «Ну, я же предупреждала!». А Дровосек тихо сказал:
– Я не виню тебя, Джек. Кэндор Блэй действительно был моим другом до одного случая.
– Какого? – Джек уже догадывался, это связано с какой-то Мэй.
– А вот этого я не могу тебе рассказать. Пока не могу, – Дровосек ласково посмотрел на сына.
За воротами послышались стук копыт, скрип телеги. Было слышно, как телега остановилась. В раскрытые ворота вошла молодая женщина.
– Мама! – радостно вскрикнули Эмми и Бэкки, бросившись к ней.
– Здравствуйте, мои дорогие, – женщина крепко обняла дочерей. А я была на фиолетовом рынке, еду домой, в Изумрудный город. Вас забрать? Или я не во время?
Наблюдавший эту сцену Дровосек выпрямился. Он во все глаза смотрел на женщину. Она поймала на себе его взгляд. Повисла тишина. А затем…
– Ник?
– Мэй?
Дети удивлённо переглядывались и ничего не понимали. Эмми и Бэкки, конечно, знали, как зовут их мать, но разве можно было предположить, что их мама – это и есть Мэй из юности Дровосека. Вот это поворот!
«Так вот кого напомнили мне эти девочки», – думал Дровосек.
Да, Бэкки и Эмми были очень похожи на мать. Особенно Эмми. У обеих мамина форма лица, её глубокие синие, как вечернее небо весной, большие глаза. Только… волосы Бэки были тёмные как крыло Кагикар, а взгляд смелый и твердый, как у вождя дикого племени. У Эмми же – густая пшеничная копна на голове и глаза полны солнца и доброты, как у той девушки Мэй, которую помнил Дровосек.
Он так часто вспоминал своё прошлое и тосковал по тому времени, когда любил и был любим. А теперь он вдруг ясно осознал, что совсем не расстроен. В том, что она устала его ждать и вышла замуж за другого, виноват он сам. У неё родились прекрасные дочки, у него есть чудесный сын. Мэй счастлива. Он счастлив. Никакого сомнения.
Конец части
Часть II
Неудачная месть
или
ИСТОРИЯ С казнью для Эрика
Глава первая
Долгожданная встреча
Сегодня день рождения Эрика. Сыну правителя Изумрудного города – четырнадцать. С помощью соломы и ткани городские портные в очередной раз прибавили ему росту.
Кстати, как часто бывает и в обычных семьях, где родители и дети состоят из мяса и костей, соломенный Эрик уже выше своего папы. Но в отличие от отца, кругленького и широколицего, он худенький, стройный, с овальным лицом, что, впрочем, не мешает ему быть таким же умным, как Страшила.
А вот и его друзья. Тринадцатилетние близняшки Эмми и Бэкки подарили Эрику собственноручно связанный красивый и удобный жилет. Джек, сын Железного Дровосека и лучший друг, вручил ролики, сконструированные им самим под руководством механика Лестора. А коготь и Мурлин, дети Смелого Льва, затеяли в честь именинника настоящее цирковое представление. Они прыгали сквозь горящие кольца, ходили по тонкой доске как по канату, делали сальто. Эрик, а вместе с ним Джек и особенно Эмми и Бэкки были в восторге.
Коготь и Мурлин стали уже совсем взрослыми, но вели себя порой как котята. Хоть Коготь готовился стать Царем зверей, он очень любил побегать и пошалить, а Мурлин, по-прежнему не могла оставаться серьезной больше десяти минут к ряду и умела рассмешить кого угодно. Девочки-близняшки в свои 13 лет вытянулись, похорошели, стали настоящими красавицами, а характеры у них совсем не поменялись. Эмми как всегда была «душой» компании, а Бэкки осталась ворчуньей с коронной фразой «Ну, я же предупреждала». Джеку, как и Эрику стукнуло четырнадцать. Он возвышался над друзьями как железная скала и был очень похож на Дровосека. В общем, все подросли, но главное, были рады увидеть друг друга снова.
Глава вторая
Заговор
Компания вышла за ворота Изумрудного города, переправилась через ров с водой на паромчике и вышла на цветущую полянку, на которой была оборудована спортивная площадка. Дальше начиналась стена зелёного леса.
Эрик принёс с собой мяч, началась игра в баскетбол – излюбленная игра прыгунов или, как их еще называют, марранов. Ребята разделились на команды по трое в каждой, играли без счёта.
– Бэкки, пасую!
– Давай, я отобью!
– Го-о-ол! – Команда Эрика, Бэкки и Мурлин закинула мяч в корзину противника.
– Ну и что? – недовольно рыкнул Коготь, – Играем-то всё равно без счета!
Его по-юношески ломающийся голос от волнения срывался:
– Сейчас я вам покажу!
Он осторожно поднял мяч зубами, подбросил и отбил головой. Эрик подпрыгнул, вытянув руку, но не дотянулся. Мяч пролетел через игровое поле, перемахнул через верхушки деревьев и исчез в лесу.
– Силу надо рассчитывать! – накинулась на смущённого Когтя Бэкки.
– Только, пожалуйста, без обзывалок, – попросил Эрик. – Сейчас принесу.
Коготь хотел его остановить, ведь это он, будущий царь зверей так неаккуратно обошёлся с игровым инвентарём, значит за мячом должен бежать он сам. Но соломенный мальчик уже скрылся за деревьями.

***
Эрик планировал вернуться быстро – подумаешь, найти мяч. Однако оказалось это непросто. Мяч словно провалился сквозь землю.
Эрик понимал, что далеко мяч улететь не мог, и сквозь землю провалиться не мог тоже. Он упорно искал и искал, невольно уходя от друзей всё дальше в лес.
«Ребята уже, наверное, волнуются», – вздохнул мальчик, понимая, что его поиски затянулись. Он уже собирался повернуть назад, как услышал голоса. Эрик пошёл прямо на эти звуки. Вскоре деревья расступились, открыв взору небольшую вырубленную поляну. Там стоял человек, на его плечах лежал чёрный меховой воротник. В руках человек держал мяч Эрика и… разговаривал сам с собой. Верхнюю часть его лица скрывала тень широкополой шляпы.
– Нет, мой дорогой, эта вещь неслучайно упала прямо к нам в руки. Только вот… чья она и будет ли нам полезна?
Эрик хотел выйти из-за дерева, поздороваться и попросить вернуть ему мяч, но тут раздался второй голос. Эрик удивился – звук исходил от того же человека, ошибиться было невозможно, потому, что на поляне кроме него никого не было, но рот его не открывался!
– Вы считаете, хозяин, что с минуты на минуту нам следует ждать здесь гостей?
– Да, – на сей раз рот незнакомца открылся. – Для нас это небезопасно, так как они могут сообщить о нас в Изумрудный город этому… Пугалу, или как там его. Ведь его соломенный щенок, наверняка, рассказал про меня своему папаше.
Тут человек шевельнулся, поднял голову, на его лицо упал свет.
Кэндор Блэй!
Эрик похолодел. Ровно семь лет назад, встретив Джека в лесу, он назвался лучшим другом его отца. И Джек, и Эрик, и Эмми с Бэкки поверили ему. Но выяснилось, что друзья давно стали врагами.
Дровосек, когда еще был из мяса и костей и звался Ником, собрался жениться на девушке по имени Мэй. А Кэндор предал их, рассказав всё вредной тётке девушки, которая на дух не переносила Ника, пожелавшего отнять у неё племянницу-служанку. Она то и подговорила ведьму Гингему заколдовать топор Ника, чтобы тот разрубил его… Когда Дровосека собрали по частям, дав ему железное тело и не сумев вставить сердце, тот решил, что человек без сердца не имеется права на любовь. Он освободил свою любимую от данного ею слова. А она сказала, что будет ждать, пока Дровосек не одумается. Но ждать пришлось слишком долго, и Мэй вышла замуж за другого. Правда это случилось значительно позже, а тогда за предательство тётка наградила Блэя полной корзиной бриллиантов.
И вот сейчас этот предатель стоял в пяти шагах от Эрика. Мальчик хотел было тихонько скрыться в лесу, а потом бежать, сообщить друзьям, отцу, поднять в городе тревогу. Но Кэндор Блэй сказал:
– Пойди, Отровяка, проверь окрестности.
И тут воротник, который оказался Отровякой, сполз по спине хозяина, встряхнулся как пёс, потом, став прозрачным дымком, быстренько полетел проверять поляну и ближайшую к ней часть леса. Бежать сейчас было опасно. Эрик сам не заметил, как оказался на дереве, закрылся листвой. Авось дымок примет его за гнездо, свитое из соломы. Кэндор тем временем размышлял вслух, а Эрик, разумеется, слышал каждое слово.
– Эта консервная банка в прошлый раз чуть было не прикончила меня своим топором. Но ничего… Я отплачу… Отплачу…
– Хозяин, – Отровяка уже вернулся со своего дозора, – Смею напомнить, что Ваш проект еще не готов.
– Знаю, грубо оборвал его Блэй. – На его завершение потребуется еще, как минимум, года два. Но меня ничто не остановит!
«Он строит козни против отца Джека!» – Эрик запомнил каждое слово злодея. Он решил, что уже услышал достаточно, чтобы поднять в городе панику. Мальчик начал аккуратно спускаться с дерева, чтобы тихо и незаметно удрать, но тут его нога зацепилась за сухую ветку. Мальчик не удержался и рухнул на землю.
Ему показалось, что треск и шум стоял неописуемый, на самом же деле был только шорох, будто с дерева упал некрупный мешочек соломы. Этого хватило, чтобы Кэндор Блэй его заметил.
– Держи! – завопил он Отровяке и выронил мяч.
Эрик не успел опомниться, как чёрный дымчатый канат туго обмотал его ноги и вверх тормашками поднял в воздух. Зеленая шляпа, такая же, как у Страшилы, с бубенчиками тут же попробовала упасть с головы соломенного мальчика, но зацепилась за иголки и булавки, которые вылезли от множества мыслей. К сожалению, на этот раз мысли были не столько умны, сколько хаотичны, поэтому от них не было проку.
Через мгновение прямо перед лицом Эрика оказались злющие глаза Блэя.
– Ты?! – вскричал он.
Эрик не ответил. От испуга он только беззвучно открывал и закрывал рот, как рыба.
– Вот чёрт! Ведь сейчас появятся твои дружки! – Блэй почесал подбородок и просиял:
– Идея: ты – мой заложник, Дэрик.
От возмущения голос вернулся к мальчику:
– Я – не Дэрик, а Эрик, – твёрдо сказал он. – И я Вас не боюсь, Кэндор Блэй. А мои друзья не настолько глупы, чтобы во второй раз купиться на Вашу ложь.
Сказать по правде, Эрик очень боялся. Он знал, что друзья пойдут его искать, и обязательно захотят вызволить из беды. Только бы не наделали глупостей, ведь Блэй – хитрая лиса, расставит ловушки – не заметишь, как пропадёшь.
– Охо-хо-хо! Мой милый, глупенький мальчик. Твои друзья пойдут тебя искать и будут бродить по лесу очень долго. А мы тем временем подготовимся…
И злобно захохотав, Кэндор Блэй зашагал прочь с поляны. Канат-Отровяка вместе со спелёнутым Эриком двинулся за ним.
«Только не идите меня искать. Лучше сообщите в городе, что я пропал, мой папа самый мудрый правитель на свете, что-нибудь придумает». Так размышлял бедный Эрик, скрученный, летящий над землёй вниз головой. Он надеялся, что ребята каким-то чудом услышат его мысли. Он очень старался думать сильно-сильно, даже вспотел от напряжения и зажмурился, чтобы его ничто не отвлекало от телепатического упражнения.
Но тут за кисточку на конце шляпы Эрика зацепилась озорная веточка и всё-таки сдёрнула ее с головы мальчика вместе с несколькими булавками и иголками. Бубенчики зазвенели. Кэндор подпрыгнул и оглянулся. Но зелёная шляпа уже слилась с зеленью листвы.
Кэндор постоял, принюхиваясь к воздуху, как собака, потом двинулся дальше, решив, что ему почудилось. Отровяка и вовсе не придал значения такому пустяку, как упавшая шляпа и поэтому ничего не сказал своему хозяину.
Глава третья
Друзья спешат на помощь
– Что-то его долго нет, – беспокоилась Эмми.
– Силу надо рассчитывать, – Бэкки сердито покосилась на Когтя. – Ох¸ чувствовало моё сердце, что всё это добром не кончится.
– Ну, знаешь, что! – вспылила Мурлин. – Если ты не прекратишь ворчать, то я…
– Ой-ой-ой, как страшно! – иронически фыркнула Бэкки.
– Да прекратите вы обе! – прикрикнул на них Джек.
– Но в чём-то Эмми и Бэкки правы, – заметил Коготь. – Его действительно что-то уж чересчур долго нет.
– Да. Странно. Идемте искать.
Джек первым решительно зашагал по направлению к лесу.
– М-может быть сначала сообщим взрослым? – попробовала было возразить Эмми, но Бэкки шикнула на неё:
– Ты что, хочешь, чтобы с нас смеялись? Заблудился – найдём.
***
Ребята уже полчаса рыскали по лесу, не находя даже намёка на пребывание Эрика в этих местах.
– Хоть бы знаки какие-нибудь оставлял, не для себя, так для друзей, чтобы нашли скорее, – всю дорогу ворчала Бэкки. – Как маленький слепой котёнок, честное слово.
– Что-о-о? – сверкнула глазами Мурлин. – Как кто-о-о?
– Никто. Старое пальто, – огрызнулась девочка.
– Да прекратите уже, и без того тошно, – зарычал Коготь.
И вдруг из-за кустов, отделявших лес от небольшой поляны, вынырнула голова Эмми:
– Нашла!
Ребята кинулись к ней:
– Кого? Эрика?
– Нет, мяч! – Эмми протянула Джеку находку. – Удивляюсь, как он не лопнул, упав с вышины в эти колючие кусты.
– А он и не залетал сюда с небес, – сказал Коготь. – Он упал с высоты человеческого роста. Его сюда закатили.
– Кто?
– Не Эрик. Я чувствую запах не соломы, а чужого человека, – ответил будущий царь зверей. – И, если честно, он мне не нравится.
– А здесь чужие следы! – кружась по поляне, торжествующе добавила Мурлин: ей тоже удалось сделать открытие. – Совсем свежие!
– Она принюхалась ещё:
– И Эрик был здесь. Только его следы обрываются, как будто он взлетел.
– Не нравится мне всё это, – проворчала Бэкки.
– Идём по следам чужака, – решительно сказал Джек. – Коготь и Мурлин, ведите!
Они шли уже довольно долго, в напряженном молчании, внимательно глядя под ноги и всматриваясь вдаль, но впереди была только стена леса. Вдруг что-то звякнуло, а Бэкки вскрикнула.
– Ты что орёшь? – Джек от неожиданности подпрыгнул, звонко стукнувшись железной головой о нижнюю ветку дерева. Эмми упала в пыль прямо под нос Когтю, тот на мгновение потеряв след, чихнул на нее. Мурлин недовольно заворчала. Все это случилось в одну секунду. Друзья оглянулись на Бэкки и всё поняли. Прямо ей на голову свалилась остроконечная зелёная шляпа с кисточкой на конце и бубенчиками на полях.
– Это вещь Эрика! – ахнула Эмми, стаскивая шляпу с головы сестры. Ребята поняли – с Эриком случилась беда. Пройдя ещё метров пятьдесят, они убедились в правильности предположения.
На самом краю леса, там, где начиналась великая пустыня, стояли два камня – нет не волшебные магниты Гингемы, а самые обыкновенные гигантские булыжники, по форме напоминавшие раскрытую книгу. Может быть, когда-то это и была книга какой-нибудь гигантской колдуньи (разбившейся о скалы Арахны, например), но сейчас это были просто камни.