Текст книги

Валерий Кобозев
Миссия выполнима. Новый уровень

Миссия выполнима. Новый уровень
Валерий Кобозев

За пять лет с открытия пространственных порталов герои создали крупный международный холдинг, имеющий филиалы в разных странах мира, на Кубе и в Науру созданы мощные базы по производству аппаратуры порталов. Холдинг, используя порталы, занимается удалением вредных отходов, добывает нефть и газ, производит уникальные металлообрабатывающие станки на основе порталов, лечит людей от различных заболеваний, при этом использование порталов остается засекреченным. Герои подошли к открытию секретов порталов для правительства РФ с максимально сильной позицией. Теперь им предстоит совместно с властями страны укрепить оборону с помощью порталов, чтобы в дальнейшем использовать порталы в экономике страны. Быстрые преобразования обороны страны позволили радикально решить вопрос с «лимитрофами» и обеспечить стране мирную жизнь. Это вторая книга цикла «Миссия выполнима», первая книга цикла «Неожиданное открытие»

Первая часть: главы 1-5 перенесены из 1-й книги, продолжение с 6-й главы.

Валерий Кобозев

Миссия выполнима. Новый уровень

Новый уровень

Битва за лучшее будущее человечества началась с маленьких шагов.

За прошедшие пять лет с момента открытия порталов мы встали на ноги, создали крупный международный холдинг, имеющий филиалы в разных странах мира и на разных континентах. Холдинг успешно работает во многих отраслях экономики Земли, используя порталы, занимается удалением мусора и токсичных отходов, добывает нефть и газ, производит уникальные металлообрабатывающие станки на основе порталов, лечит людей от различных заболеваний, спасает жизни людей, при этом использование порталов остается засекреченным. Мы подготовились к открытию информации о существовании порталов для правительства РФ с максимально сильной позицией. Теперь нам предстояло совместно с властями страны укрепить оборону с помощью порталов, чтобы в дальнейшем использовать порталы в экономике страны.

Наши возможности в прогрессорстве и миротворчестве были ничтожно малы в сравнении с возможностями государственных структур. Нужно было выходить на контакты с президентом России.

Глава 1

Большая нефть

Для прогрессорской деятельности нужны деньги, очень много денег. А их может дать только нефть. Поэтому пришлось нам в первую очередь завести геологический отдел по нефтегазодобыче, возглавил отдел Семен Брагин, геолог специализирующийся на нефтеразведке. Задачи ему поставили такие. Первое – разведка с помощью аппаратуры порталов залежей углеводородов на нейтральных территориях мирового океана. Второе – изучение структуры месторождений углеводородов в странах Персидского залива и в Мексиканском заливе.

Отбор в этот отдел шел тщательный – подразделение должно было работать с порталами уже в открытую, дистанционный доступ просто так не объяснишь, не упоминая портала. Наша служба безопасности подобрала кандидатуры специалистов, которые очень в нас нуждались. У одних были больны родственники, другие сами страдали от неизлечимых заболеваний, третьи были глубокими стариками. Все решилось к взаимному удовлетворению. С ними были подписаны десятилетние контракты (к этому времени существование порталов так и так раскроется), зарплату предложили очень высокую, контракты ограничивали перемещение – только под контролем фирмы, поэтому сомнений в их лояльности у нас не было. Размещался отдел на нашей базе в Томске, жили сотрудники там же, не покидая территорию базы.

Мне пришла в голову простая идея – купить нефтяные скважины с низким дебетом в Техасе. Они стоят совсем не дорого. Поскольку у меня двойное гражданство – России и США, – то для меня это не проблема. Потом начать закачивать нефть из океанского месторождения в истощенную скважину, увеличивая добычу до максимума – никто не обратит особого внимания. Так и решили и реализовали эту идею, купив около трех тысяч скважин, в которые пока заливали нефть из чужих месторождений в Мексиканском заливе, обеспечивая добычу примерно ста тысяч баррелей в сутки, что служило для нас резервным источником дохода.

Для этого я зарегистрировал компанию «Техас Атлантик Ойл», на нее оформили покупку скважин. По нашим расчетам нам пока достаточно добычи одного миллиона баррелей в сутки, наши геологи только ждали моей команды, чтобы увеличить добычу до этого уровня. Поскольку мы покупали действующие скважины с малым дебетом, система сбыта нефти была у них уже налажена. Цены известны, нам пришлось только имитировать обновление скважин – и поток нефти вырос в сотни раз.

Проблем со сбытом не возникло – нефтезаводы на атлантическом побережье США легко переварили нашу нефть. Ежедневная выручка превысила 50 миллионов долларов – за год мы стали долларовыми мультимиллиардерами! Мы не собирались пополнять бюджет США, поэтому 90% выручки шло на офшорные счета как плата за аренду нефтедобывающего оборудования, позволяющего увеличить добычу нефти. Все сделали законно – раз в месяц наши сотрудники из этих компаний приезжали в США и корректировали положение порталов в скважинах.

Никто особо не интересовался нашими скважинами, так как их суточная добыча не превышала максимального дебета других скважин в округе. А то, что до покупки нами они практически давали мало прибыли, так это уже не наша забота. Тем не менее мы стали регулярно часть скважин продавать, возвращая их к базовым параметрам, и покупать новые истощенные скважины, создавая полную видимость краткосрочного увеличения добычи нефти из истощенных скважин.

Акции нашей компании «Техас Атлантик Ойл» взлетели до небес, хотя нам от этого не было никакого проку – всеми акциями владели мы. У нас росли штаты сотрудников, текущие расходы увеличивались – надо было их компенсировать. Всю эту операцию с нефтью в США мы провернули за полгода, и, оставив там надежных управляющих, я возвратился в Россию.

***

За второй год с начала исследований было открыто два крупных месторождения нефти и газа в Атлантическом океане, западнее острова Святой Елены. Мы их назвали «Елена 1» и «Елена 2», между ними было около тысячи километров. Глубина в этих местах океана – 3 км, но для наших порталов это не играло роли. С их помощью наши геологи брали пробы грунта с глубины 5 км и там обнаружили месторождение нефти. Для этих исследований пришлось изготавливать специальные барокамеры, которые выдерживали высокое давление, выводить в них выбросы грунта, нефти и газа. Запасы этих месторождений составляли примерно 98 млрд баррелей, что примерно соответствовало запасам Кувейта, немного превышало запасы России.

Чтобы не раскрыть портал, мы начали закачивать ее в свои скважины в Техасе, заместили ей нефть с чужих месторождений в Мексиканском заливе. Да и права на месторождения нефти на дне мирового океана надо как-то легализовать, а пока юридическая база отсутствует.

***

Мы дали поручение своим нефтяникам найти месторождения нефти на Кубе. Нам нужно где-то делать легальный резервный плацдарм, и мы решили: «Почему бы не на Кубе?» Политический режим стабилен, ни от кого не зависим, дружественный к России и россиянам. Нужно дать Кубе нефть, в которой она очень нуждается.

Через полгода поисков вокруг острова нефтяники обнаружили месторождение нефти на глубине 9 км, на шельфе, в районе Сантьяго де Куба. Отправили своего юриста в посольство Кубы в Москве. Изложили наше предложение: «Мы выполняем геологоразведочное бурение за свой счет, передаем скважину кубинской компании. В оплату наших услуг аренда на 99 лет экстерриториального участка побережья в районе Плайя-Баракоа площадью несколько квадратных километров с возможностью организации анклава – беспошлинной международной торговой площадки». Посол выслушал нашего юриста и обещал срочно связаться с правительством Кубы.

Через 3 дня нашего представителя пригласили на Кубу для переговоров. Юрист – Валентин Зорин – вылетел в Гавану. Переговоры начались с вопросов о гарантиях, мы с отцом и переводчиком с испанского участвовали в них дистанционно – по скайпу. На Кубе переводчика нашему юристу предоставила принимающая сторона.

Мы пояснили свою позицию: достигаем положительного результата и только после этого получаем землю в аренду. Нам предложили получить результат, а потом уже обсуждать земельный вопрос. Мы не могли подтвердить независимыми экспертами результаты своих исследований, так как на такой глубине сейсморазведку провести сложно. Бурить скважину такой глубины – большие затраты. Сошлись на следующем варианте: мы бурим одну скважину, обустраиваем ее и за это получаем 40% нефти (типичное соглашение о разделе продукции), ведем ее эксплуатацию за свой счет. Кубинская сторона получает 60% нефти. Сама строит трубопроводы к порту и к нефтеперерабатывающему заводу. Подписали соглашение, но было видно, что кубинцы не верят в наш успех.

Для сокращения длины нефтепровода первую скважину решили бурить западнее нефтеперерабатывающего завода на 3 километра. Площадь месторождения довольно большая – более четырехсот квадратных километров. Места для выбора бурения скважин достаточно, но крайняя точка все равно не выходит на сушу.

Бурили мы, конечно же, с использованием аппаратуры с порталами, сделали наклонную скважину. В глубине, в скальных грунтах, скважина получалась идеальной формы без дополнительной обработки. Ближе к поверхности земли, около ста метров, пришлось бурить с помощью порталов «классическим способом» – делать обсадку скважины бетоном.

Пробурили первую скважину за месяц – добыли первую нефть, фонтан хлынул под большим давлением. Заглушили скважину и отдали образцы кубинцам. Они в крайней степени удивления умчались в Гавану. Оттуда прилетела представительная делегация – благо, аэропорт рядом. Быстро все решили – заложили трубопровод, договорились, что нальем несколько автоцистерн для переработки на заводе. Подписали соглашение по земельному участку в районе Плайя-Баракоа – западной части пляжа и лагуны. Договорились, что мы обустраиваем таможенный пост, кубинская сторона присылает таможенников.

Трубопровод построили за месяц – там всего 3 километра было. Нефть переливалась самотеком в танки-резервуары нефтехранилищ, мы предупредили, что в дальнейшем потребуются насосы для закачки воды в скважину. А лучше для этого пробурить отдельную скважину рядом – дебет скважины будет больше. Но пока дебет самотеком достигает 200 тысяч баррелей в сутки, а это уже больше потребности в нефти самой Кубы. Придется нефть экспортировать. Мы запланировали пробурить еще 4 скважины в течение года, одну из них используем для закачки воды для поднятия внутрипластового давления и увеличения дебета скважин. Для экспорта своей доли нефти начали строить свой нефтяной терминал в заливе Байя Кахума – рядом с НПЗ, кубинский нефтяной терминал НПЗ не был рассчитан на такие объемы экспорта нефти, поэтому пришлось на новый терминал отправлять львиную долю кубинского экспорта. Проложили к нему нефтепровод от скважины, компанию зарегистрировали на Кубе, назвали «Куба Атлантик Ойл».

Начали обустраивать наше Плайя-Баракоа. В наших планах стояло создание анклава типа бывшего Гонконга, торговой площадки свободной от пошлин. Для этого нужен глубоководный морской порт, благо, глубины в этом районе достаточные для него. Аэропорт Саньяго де Куба не далеко – в тридцати километрах от нас. У себя построили вертолетную площадку, чтобы быстрее из аэропорта к нам добираться. В аэропорту отгородили для нас таможенную площадку, на которую подруливали наши самолеты и с которой стартовали наши вертолеты, выезжали опечатанные грузовые трейлеры. Пока у нас строился морской порт, договорились с кубинцами об отдельной таможенной площадке в порту Сантьяго де Куба.

За два года мы построили морской порт, позволявший принимать морские корабли большого тоннажа, Куба за эти два года стала крупным экспортером нефти с добычей три миллионов баррелей в сутки, что сравняло ее с такими экспортерами нефти, как Кувейт и ОАЕ. Экспорт нефти в основном шел в Европу. Часть – в Юго-Восточную Азию: Китай, Японию, Корею. Мы тоже получили на продаже этой нефти в Европу хорошую прибыль. В некоторых случаях предпочитали покупать нефть у нас, как у частной компании, из-за давления американцев. И по просьбе кубинской стороны мы часто продавали и их долю нефти под нашей маркой за небольшие комиссионные.

Наши нефтяники продолжали поиски нефти и газа в районе Кубы, нашли новое месторождение нефти и газа, причем нефти было мало, а запасы газа в нем оказались очень высокими для Кубы – 7 триллионов кубометров, немного больше, чем у Венесуэлы. Можно было начинать думать об экспорте сжиженного газа, а пока Куба быстрыми темпами газифицировалась.

Экономика росла очень высокими темпами, благосостояние населения улучшалось на глазах. Правительство Кубы не стало скупиться и в соответствии с темпами роста экономики повышало оклады госслужащих всех категорий. Для насыщения внутреннего рынка товарами разрешило экспортно-импортные операции частным компаниям, которые быстро решили эту задачу. Уровень жизни на Кубе стал выше, чем в других странах Карибского бассейна. Правительство позволило свободный въезд и выезд своих граждан за рубеж. Экономических причин для эмиграции уже не было, политическая обстановка была спокойной и стабильной, уровень социального обеспечения – очень высоким: бесплатная медицина и образование, достойное пенсионное обеспечение.

Мы тоже внесли свой вклад – вокруг нашего городка стали расти отели и курорты. Руководство Кубы относилось к нам с большим уважением, и нас часто приглашали на праздники и торжества. Мы сделали несколько крупных инвестпроектов на Кубе, в частности построили заводы для производства пищевой продукции, швейные производства, производства туалетной бумаги из макулатуры. Построили большое металлообрабатывающее предприятие на нашей площадке на Плайя-Баракоа, оснастили его нашими станками ЧПУ УНАС. Стали принимать заказы из Кубы, США, Мексики на высокоточную мехообработку, открыли для этого бюро в Гаване, Мехико, Филадельфии, Хьюстоне и Чикаго. В виде исключения разрешили кубинским предприятиям использовать наши станки без права вывоза за пределы страны. Им тоже пошли заказы из соседних государств, в основном из Южной Америки, это дало существенную прибавку к ВВП страны.

До этого провели осторожные и доброжелательные переговоры с руководством Кубы, ссылаясь на опыт Китая, рекомендовали пересмотреть радикальное отношение к частной собственности, обещая нашу поддержку технологиями. Кубинское руководство и так двигалось к чему-то подобному, а наша поддержка окончательно переломила отношение к этому в партийных кругах. По примеру Китая, была разрешена частная собственность на средства производства, начался стремительный рост промышленности и в сельском хозяйстве, в сфере обслуживания.

Куба становилась развитым промышленным кластером в Центральной и Южной Америках. Наша особая экономическая зона приобрела популярность в мире. Свои филиалы открыли несколько крупных банков. Мы решили сделать на Кубе вторую производственную площадку по изготовлению станков ЧПУ УНАС – политический и экономический режимы нам благоприятствовали, нашу безопасность обеспечивали Вооруженные силы Кубы. Для этого построили дополнительные производственные цеха к нашему металлообрабатывающему предприятию. Помимо наземных цехов, создали 18 этажей подземных цехов, благо, почва – сплошные скалы, и нам в них легко с помощью инструментов портала вырезать пещеры необходимых размеров. Оказаться в подземельях можно было только через порталы, входы в них мы разместили в подвальных помещениях новых цехов. Режим секретности не позволял персоналу знакомиться с планом помещений, поэтому, переходя в подземные цеха через портал, люди считали, что это один из подвалов.

Мы разместили заказы на производство электроники на Кубе – там появились такие предприятия благодаря нам, и еще в Мексике, пока кубинские партнеры не справлялись с нашими заказами.

***

По схеме, которая использовалась в США, мы приобрели несколько скважин вместе с маленькими нефтяными компаниями в России и начали «добывать» нефть тут. Наша цель чисто прогрессорская – увеличение предложения нефти в России для снижения цен на нефтепродукты.

Поставки мы направили независимым нефтепереработчикам, суммарный годовой объем добычи всех приобретенных компаний увеличился до 40 миллионов тонн – это менее 10% рынка в России, так что наши успехи не бросались в глаза. Тем более что изменения в списке собственников поставщиков не произошло, а произошло не афишируемое перераспределение акций компаний. Владельцам осталось по 10% акций, они продолжали вести оперативное управление компаниями – за нами была только подача нефти в скважины через порталы с нашего месторождения в Атлантическом океане.

Нашими геологами было открыто крупное газовое месторождение в Атлантическом океане, недалеко от нефтяного месторождения. Но со сбытом газа было сложнее. В РФ рынок монополизирован Газпромом, экспорт газа – тоже. Мы снова направились в США – закупать истощенные газовые скважины. Было очень много истощенных скважин после «сланцевой революции», нам хватило шести тысяч скважин, чтобы увеличить продажу газа до 50 млн м3 в сутки (примерно 1,8 млрд куб. фунтов по американской системе расчетов), при цене примерно триста долларов за тысячу кубометров. По сравнению с нефтью, это меньше, но свое присутствие на рынке мы в первой десятке газовых компаний США обозначили, следовательно, через год можно будет резко увеличить сбыт газа – ресурсов для этого хватает.

Мы не останавливались на достигнутом. Продолжали поиски месторождений нефти и газа и других минеральных ресурсов на дне мировых океанов, возможности у нас для этого практически не ограниченные.

В нейтральных водах, примерно в тысяче километрах к востоку от Японских островов, на глубине семи километров, было найдено гигантское месторождение нефти и газа, мы назвали его «Тихий 1».

В тысяче километров северо-восточнее от него было найдено примерно такое же месторождение нефти и газа, мы его назвали «Тихий 2».

Запасы этих месторождений составляли около 160 млрд баррелей, что примерно соответствовало запасам Ирана или вдвое превышало запасы России.

Нам нужна была база для продажи добытых нами нефти и газа под флагом независимого государства. С властями России мы пока не готовы вести об этом диалог – у нас попытаются отобрать наше изобретение, мы были в этом уверены. Нужно найти маленькое государство – члена ООН, не состоящего ни в каких союзах и испытывающего очень большие проблемы с бюджетом. И которое не будет вдаваться в подробности, где мы берем нефть и газ, а будет довольно отчислением 10 % от объемов продаж.

И мы нашли такое государство – Науру, остров в центральной части Тихого океана. Остров микроскопических размеров, примерно 5х4 км, население – почти 11 тысяч жителей. Дефицит не только с бюджетом, но и с питьевой водой – на острове нет рек, есть одна опреснительная установка, но она работает периодически, так как нет средств для ее обеспечения горючим. Еще злободневная для них проблема – низкий уровень суши, которая по прогнозам, при глобальном потеплении, будет полностью поглощена водой.

Полгода изучали ситуацию и людей, готовили предложения, от которых невозможно отказаться. Наши дипломаты (появилось у нас такое подразделение – бывшие сотрудники МИД разных стран бывшего СССР) провели ряд встреч с руководством Науру. Наши предложения были аналогичны соглашению с Кубой, только процент другой.

Вначале, конечно, были визги о «грабеже» природных ресурсов. Но когда мы предоставили наши расчеты о добыче нефти и газа на «шельфе» Науру, началось деловое обсуждение. Нам было заявлено, что геологоразведка уже проводилась, и никаких намеков на существование таких залежей нет. Мы подчеркнули, что только наша компания обладает уникальной технологией глубокого бурения, скважины можем бурить глубиной до 11 км и уводить их в горизонтальном направлении на сотни километров. Поэтому только нам доступны залежи нефти и газа на такой глубине.
Новости
Библиотека
Обратная связь
Поиск