Андрей Сергеевич Прокопьев
Язык хищников


Те дни молодой король часто у излюбленной няньки, ещё с детства он любил проводить с ней вечера, заслушивался сказками и легендами, и каждый раз просил поведать их снова. Голос Асвиды навсегда остался в его памяти мягким, приятным, как разгорающийся в камине огонь, начинающий отдавать своё тепло. Фредерикус никогда не задумывался о правдивости ее рассказов, вымышлены они ей или же это реальные истории былых народов, он никогда не задавался этим вопросом, и наверно, никогда не хотел знать на него верный ответ. Но про одну историю он знал наверняка.

Тёплый голос няньки относил короля в далёкую землю. Те времена не любят вспоминать, они относят нас к тем дням, когда Замкнутый Лес был опасным для жизни, суровым краем. Стаи огромных волков стали хозяевами леса и нещадно защищали свою территорию, отгоняя любых чужаков. Многие пытались покорить благодатные земли, но всех ждала погибель от острых клинков волчьей пасти. Так продолжалось до тех пор, пока люди не облюбовали ближайшую местность, разбив небольшую деревеньку, которая вскоре начала расти, уходя всё дальше вглубь леса. Но хозяева здешних земель воспротивились этому. Грозные звери нападали на деревню, безжалостно расправляясь со всеми жителями поселения. Но с уходом прежних жителей, наступали другие. Защитники изгоняли и их. Спасшиеся люди бросали новые дома и брели на север земель, ближе к Спящему морю, другие обосновывались на степных просторах. Те земли были менее пригодные для жизни людей, но это не помешало им возвести новые города. Волки же не сдавались, когда численность людей превышала их в несколько раз. Тогда началась жесточайшая война Замкнутого Леса, несущая за собой расправы людей и волков. Люди становились сильнее, и они уже могли дать отпор лесным правителям, не сдаваясь под них гнётом. Никто не хотел уступать, даже небольшого клочка земли, волки не позволяли передать людям, зная, что скоро они займут весь лес. Волки стали более часто наведываться в людскую деревню, совершая набеги на жилые дома, расправляясь с теми, кто там мог находиться. В одну из ночей вожак леса направился в дом, что стоял на самой окраине деревни, за ним начинался непроходимый Замкнутый Лес. Предводитель хищников хотел лично расправиться с правителем поселения, дабы сломить людской дух в связи с потерей лидера. Но возглавляющего людской народ мужчину, волк не нашёл, а встретил лишь его молодую супругу, что со дня на день ожидала наследника. Как бы она ни пыталась сопротивляться, как бы не просила пощады, совладать с огромным волком она не могла, разжалобить мольбами лохматого врага не вышло. Вернувшись домой, правитель застал лишь истерзанное тело и залитый кровью пол. Обезумевший от горя, он в одиночку направился в волчье логово, где и пропал навсегда. Хищная стая одержала победу, люди, сдавшись, и более не стремясь воевать, собирались покинуть обжитое место, но в ту же ночь одинокая волчица пришла в деревню. Тощая, хромая, напуганная, она шла по узкой тропе, озираясь по сторонам. В пасти она несла тяжёлый свёрток ткани. Увидевшие зверя женщины закричали во всё горло, и сами побежали на неё, вооружившись палками, но измученная волчица стояла на месте, глядя, как на неё надвигаются разгневанные люди. Мужчины среагировали на шум и тоже побежали к тропе, что вела в дебри леса. Одна из женщин подошла ближе и замахнулась палкой, как хищница аккуратно положила перед ней свёрток, который начал шевелиться, как только коснулся промозглой земли. Злость и ярость улетучилась, жительница потянулась к свёртку и едва коснувшись его, почувствовала мокрое касание гладким языком. Она поведала о том, как сегодняшним ранним утром родила этого мальчика, и он является сыном вожака стаи, что загрыз беременную девушку. Отныне этот мальчик стал знамением мирного союза между хищниками и людьми, что действует до сих пор, и его наследники являются его хранителями.

Фредерикус часто вспоминает эту историю, но тем сильнее его желание посетить Замкнутый Лес, воочию увидеть его красоту, свободу и историю. Он засыпал с этой идеей и просыпался с ней, всё свободное время проводил в думах о бескрайнем море, кораблях и Замкнутом Лесе. Библиотечный зал стал для него привычнее тронного. Среди книг изучал мореплавательное дело, искал любые упоминания о далёких землях, которые скрывались за горизонтами, но всё что, он мог найти – лишь малые крупицы, которые не давали полного понимания, что его ждет за горизонтом Спящего моря. Много усердия было потрачено на изучение постройки кораблей, и на его удивление, этому делу было выделено немало книг, что хранились в библиотеке. На каждой странице старых книг он надеялся найти хоть малейший намёк на то, откуда могли приплыть его предки на землю холмов, но ни единого упоминания об этом сказано не было. Помощи от Асвиды тоже уже не ждал. Нянька всегда говорила, что он родился здесь, а его предки были продолжателями знатного рода. Кто и кем они были, знать ему было не дано.

Отсутствие короля в тронном зале не могло сказаться на его обязанностях. Переложив все дела на советников и придворных, он и вовсе позабыл о них, предоставив им полную свободу. Вседозволенность и доверие со стороны правителя обошлось дорого городской казне. Нечистые на руку советники то и дело организовывали сборы и пожертвования в свою пользу. Фредерикус старался не замечать, а может, и вовсе не замечал их деяний, компенсируя это тем, что они по праву выполняют королевскую работу.

Не остались в стороне и жители Верхних Холмов, которые были обеспокоены состоянием короля. Он часто принимал жителей города в тронном зале, с первых рук узнавая о трудностях и успехах населения.

И то, что правитель перестал слушать народ, породило слухи, которые распространились по всей земле холмов, и одни слухи становились страшнее предыдущих. Обеспокоенные люди пытались попасть в тронный зал на встречу с королём, но их встречали лишь старые советники, которые были не так благосклонные к горожанам, скрипя зубами, отвечали на их просьбы, а на вопросы о здравии и месте нахождения Фредерикуса и вовсе молчали.

11. Боргунна

Самое большое поместье на земле Замкнутого Леса Мудольф получил от своих родителей. Ещё полвека назад, когда эта земли только начинали обживать люди, Хэрсэр и Боргунна устроились на самой окраине, дальше них начинался непролазный лес. Дом в несколько этажей возвышался над всеми, рядом стоящими более низкими домами, что находились в непосредственной близости к нему. Плодородная благодатная земля стала домом для добрых трудолюбивых людей, которые отдавали всю силу и заботу земле, за что получали вознаграждение в виде хорошего урожая.

Хэрсэр невысокий, худощавый, крепко сложенный мужчина с лысоватой головой, а редкие волнистые рыжеватые волосы свисали до плеч и распушились при малейшем дуновении ветерка. Черты лица были резкими и небрежными, маленькие темные глаза, крупный нос, вытянутая челюсть, он больше походил на медведя без шерсти. Тот не боялся работы, был готов трудиться сутки напролёт, и казалось, нет ничего, чего бы не умел делать, ему не было равных в строительстве, ведь почти все дома в округе были сделаны с его помощью. Любил работать на земле, помогая супруге с урожаем, и больше всех остальных, их урожай становился самым лучшим в городе. Боргунна была чуть выше супруга ростом и значительно его шире. Взбитая женщина никогда не переживала по поводу выбора супруга, при заметной несхожести они дополняли друг друга и по-настоящему ценили, и дорожили семьёй. Вслед за мужем, Боргунна трудилась на благо дома, отдавая все силы земле. Жители Замкнутого Леса даже побаивались грозную женщину и не менее сильно уважали её. Достопочтенное семейство негласно стало главенствующей в городе.

После того как они обжились на новой земле, у супругов появился малыш Мудольф. Он был крепким малышом, и уже к юности догнал по росту отца, а потом и обогнал его и стал ещё здоровее его, что даже не умещался в доме в полный рост, из-за чего постоянно сутулился. Длинные волосы серые и густые, свисали до плеч, борода отрастала так быстро, что ему надоело бриться каждый день, и оставил ее насовсем, что делало его вид значительно старше своих лет. Позже в семье случилось прибавление. Это была вторая беременность Боргунны, но проходила она значительно отлично от первой. Сильные боли не давали ей покоя, из-за них она не надеялась, что ребёнок родится здоровым. Она пыталась не отрываться от повседневной работы в это время, но никакой пользы принести толком не могла. Несколько раз местные жители относили домой без сознания, после того как она выходила работать в поле. Мучения закончились быстрее, чем она ожидала. Уйдя с утра снова работать на землю, она на удивление чувствовала себя превосходно. Не было ни болей, недомоганий, что способствовало прекрасному настроению. Всё изменилось в полдень, когда она поняла, что вот-вот. Помощницы сразу заметили, как крупная женщина упала на землю, повалив за собой тонкую изгородь, поспешили к ней на помощь, думая доставить её домой, но она кричала сильнее прежнего, и молодые девушки готовились к худшему, решив принять роды прямо в поле. Принятие младенца сопровождалось диким воплем помощниц. Одна из девушек взяла в руки окровавленное дитя и ее тело свело судорогой и страхом. В ладонях она держала маленького щенка. Молоденькие девушка разбежались с криками, оставив Боргунну одну.

Женщина взяла в руки крохотное дитя и долго смотрела, как лысый мокрый щенок скользит в ладони, барахтается и тихонько пищит. В глазах матери выступили слёзы, а после громко зарыдала, держа руку на расстоянии от себя. Страх овладевал все сильнее, ей казалось, что впервые она ощущала свою беспомощность и слабость, более того, она боялась, как супруг воспримет это, поймет ли и поверит ли ей вовсе. Ещё долго не решившись подняться, женщина лежала в траве и присматривалась к окровавленному маленькому щенку, который уже спал в её руках.

На удивление Боргунны супруг принял принесённого в дом щенка снисходительно, не подав вида испуга или удивления. Женщина пыталась найти правдивый ответ в его глазах, но он отводил взгляд, стараясь избежать прямого контакта, после чего покинул супругу, сославшись на занятость. И лишь Мудольф обрадовался пополнению в семье, выразив свою любовь к сестре. Женщина была удивлена тому, что он смог понять, что маленький щенок, который не особо отличается какими-либо признаками, является девочкой, но поверила ему на слово. В чём он оказался прав.

12. Мудольф

Начало осени ознаменовалось сбором урожая, к ожиданию холодных дней и подготовки к следующему посеву. Хэрсэр отправил Мудольфа с сестрой-волчицей в самую гущу леса, для сбора семян плодовых деревьев. Вместе они зашли в непролазную чащу, куда едва могли пробиться лучи солнца. Здесь деревья растут настолько близко друг к другу и так высоко, что солнечный свет почти никогда не доходит до земли. Это место идеально для небольших кустарников с целебными ягодами, которые как раз созрели для того, чтобы их собрать и посадить новые деревья. Подросшая волчица Марвул собирала ягоды, до тех, что могла дотянуться пастью и складывала их в плетёную корзинку. Мудольф же отошёл дальше и собирал ягоды с макушки деревьев, за это время он ещё больше прибавил в росте, что позволяло легко дотягиваться до самых дальних ягод. Они непринуждённо болтали и смеялись над своими шутками, дразня и придумывая забавные имена для друг друга. Маленькая волчица с трудом произносила слова, что заставляло старшего Мудольфа смеяться всё громче. Рычащим, но тонким голоском, она произнесла по слогам сложное имя: “Вех-сел-балд”. Парень ещё несколько просил повторить её это слово, и с каждым разом смеялся сильнее, совсем забыв о ягодах. Их весёлую беседу прервал тягучий девичий крик. От неожиданности плетёная корзина выскользнула из рук, и все собранные ягоды рассыпались по земле, парень побежал на крик и увидел молоденькую девушку, что лежала на земле. Рядом с ней так же были рассыпаны ягоды и ветки дерева, и он поднял глаза вверх. Незнакомка забралась на самое высокое плодовое дерево, но не смогла удержаться на нём и рухнула вниз. Маленькая Марвул настороженно подошла к ней и обнюхала, на что девица отреагировала криком, и с размаху оттолкнула волчицу от себя, поцарапав ей нос. Та заскулила и подбежала к брату, который взял её на руки и успокоил, ласково погладил по морде, чуть почесал ухо. Кричать девушка перестала, но смотря на них, она боялась ещё больше. Ноги и руки незнакомки были исцарапаны до крови, она попыталась встать, но не смогла удержаться на ногах и снова упала на землю. Мудольф пристально смотрел за ней; перед ним совсем молоденькая девушка, хрупкая, тонкая, что даже длинное платье не скрывает худобы. Пшеничные непослушные волосы собраны в растрёпанную косу, ярко-зелёные глаза притягивали к себе взгляд, а тонкие губы дрожали от боли и испуга. Незнакомка не отводила от парня взгляда, рассматривая его, вспоминая, что он является сыном правителей города, парень же, в свою очередь, впервые встретил её, и никогда ранее не замечал среди толпы населения, хотя часто бывал на городских ярмарках. Своё внимание привлекла сестра-волчица, грозно рыкнув, говоря, что пора возвращаться назад к дому, а теперь ещё нужно снова собирать рассыпанные ягоды.

Мудольф не хотел отводить от девушки глаз, и хоть направился к своей корзине, постоянно оглядывался на неё, то и дело встречаясь с ней взглядом. Девица быстрее наполнила корзину, попыталась приподняться, но снова рухнула, не удержавшись на ногах. Она сжимала лодыжку, поглаживая её, надеясь, что боль от падения пройдёт, но лучше не становилось. Парень вызвался ей помочь и подхватив на руки, понес домой. Марвул была недовольна его поступком, бежала сзади них и рычала, хотя брат не обращал внимания на неё.

Девушкой оказалась дочерью земледельца, что жил на другом конце города, они уже давно живут на земле Замкнутого Леса, но сторонятся людей, не посещая торговые ярмарки, не продают свой урожай, а довольствуются тем, что собирают сами. Ее имя Колла, как и родителя, она не часто покидает дом, лишь в крайней необходимости, какой и была сбор семян и ягод.

Мудольф сразу понял, что именно ту самую девушку он должен был встретить, чтобы полюбить и прожить с ней всю жизнь. Колла тоже сразу его полюбила. Родители были рады избраннице сына и благословили их союз. Юная супруга быстро втянулась в семейное дело. Она помогала на ярмарке, помогала работой на земле. И вскоре стала полноправной хозяйкой дома. Родители Мудольфа и Марвул умерли, и дети продолжили начатое дело. Под их правлением семья стала ещё богаче, они перестроили дом, сделав его более крепким и большим. Мудольф и Колла всегда мечтали о большой семье, но обзавестись наследниками долго не получалось. И когда Марвул принесла в их дом маленькую девочку, спасённую от пожара, они были несказанно рады принять её как свою родную, но как только девочка подросла, было принято решение, что она должна знать и помнить своих настоящих родителей. Марвул рассказала ей о спасении, приёмные мать и отец рассказали, как растили, и что любят девочку как родную. Пройдёт ещё много лет, прежде чем Мудольф и Колла смогут иметь своих детей. Это радостное событие праздновали все жители Замкнутого Леса. Женщина старалась не перенапрягаться во время беременности. Муж заставил отказываться от всякой работы, она могла только гулять в саду и отдыхать в своих покоях. Асвида уже подросла и стала помощницей по хозяйству, и незаменимой для Мудольфа, пока супруга была лишена всей работы.

Беременность проходила легко, она даже иногда забывала о том, что носит под сердцем ребенка. И сами роды прошли быстро и легко. Однажды ночью Колла почувствовала тяжесть в животе и уже наутро молодой отец укачивал кроху на руках. Малышку нарекли именем Ульвадра. Молодые родители были невероятно счастливы, даже бессонные ночи, которые устраивала им кроха не могли омрачить их радость. Они наслаждались каждым днём, каждым событием, что происходили с дочкой. Асвида тоже старалась заботиться о девочке и называла своей маленькой сестрёнкой. Спустя почти 1 год, Колла вновь ощутила в себе уже знакомые чувства. Она сразу поняла, что беременна, и хоть многое ей было знакомо, сейчас ощущения были совсем иными. Ей постоянно чувствовался вкус шерсти во рту, с детства любимые сладкие фрукты, она не могла даже смотреть на них, она постоянно хотела сырое мясо. А после еды её всегда тошнило, что доходило до жутких болей в животе. Она боялась лишь одного, что не сможет выносить ребёнка. И когда спустя всего 2 месяца, она почувствовала те же признаки, что должна была появиться на свет Ульвадра, она расплакалась, мысленно прощаясь с не родившемся младенцем. И тогда же она всё-таки родила, здоровенькую девочку, волчицу, имя которой дали Лука.

13. Вельвичина

Имя своего спасителя королева узнала лишь тогда, когда он потайным путём вывел её в королевские покои. Идя по тёмному и узкому коридору, что проходил в подземелье, она поражалась витиеватым лабиринтам, идущие в неизвестные направления, как она могла не знать о тайных ходах, прожив в замке всю жизнь?! Любопытство, страх и смущение одолевали ее сознание, ей хотелось поскорее оказаться в своей комнате, остаться наедине с собой, хотелось узнать, кто это незнакомец, но также она стеснялась его. Рукой прикрывая надорванное на груди платье, она быстрыми шагами следовала за ним, а их шаги разносило эхо далеко за впереди. Незнакомец молчал, а испуганная королева не могла набраться смелости узнать его имя, и кто он такой. Принцесса выросла в Верхних Холмах, часто гуляла по улочкам города, многих жителей знала в лицо, но его видела впервые. Спаситель повёл её вверх по крутой каменной лестнице, покопавшись с дверным замком, мужчина вывел в коридор замка почти рядом с королевскими покоями. Когда Вельвичина вышла на свет, была поражена, что этот ход пришёл их из тронного зала практически в королевские покои. Она посмотрела на незнакомца, и на долю секунды испугалась, откуда тот может столько знать о тайнах королевского замка, тем более знает, где спит отныне королева. Вельвичина смущённо подошла к двери своей комнаты, не решаясь зайти в нее, обернулась, вопросительно взглянув на спасителя. Взрослый мужчина с каштановыми волосами до плеч и бородой, почти на голову выше её, одет в рыцарскую униформу. Сплетённая из жестяных колец кольчуга тяжело свисала с широких плеч, закрывала его торс, сильные руки облизала алая ткань, что блестела в лучах закатного солнца. Она оценивающе оглядела мужчину и всё же решилась спросить его имя. Дагфар рассказал о том, что они с её отцом Фредерикусом давно были знакомы, он знал про его страсть к плаваниям, и именно в самое первое плавание был с ним, правда тогда молодой король, думал, что Дагфар погиб в море при шторме, но ему удалось выжить и вернуться. На вопрос королевы, почему же она ни разу не встречалась с ним, рыцарь объяснил, что негоже молодой королеве знать всех подданных, особой чести в этом нет, он простой житель, что вызвался на стражу королевы и будет счастлив исполнять долг личного защитника. Признать, она была поражена тем, как вовремя тот появился, чтобы вытащить её из толпы, спас ее от удушья, привел в её покои, если кто и смог защитить королеву в этом случае, он единственный, поэтому Вельвичина, подумав несколько секунд, согласилась с ним. На этом они распрощались, и новый защитник королевы скрылся так же незаметно, как и появился, а она закрылась в комнате, повторяя в голове весь вечер снова и снова. Сегодня она похоронила отца, стала королевой, чуть не умерла от собственного платья, чудом спаслась и повстречала незнакомого спасителя. Слишком много событий для одного дня. Королева зашла в комнату, там ожидали шесть прислужниц, которые сразу ринулись к девушке, дабы помочь, видя изодранное платье, начали причитать, пытаясь снять его скорее, но Вельвичина рыкнула на них и прогнала прочь, сегодня она хотела побыть одна, поразмыслить и прийти в себя. Она сама попыталась снять платье, но затянутый корсет мешал ей это сделать, начав рвать уже по надрыву, и когда стало свободнее, высвободилась из него. Наряд для коронации пришёл в негодность в день коронации. Вельвичина удручённо посмотрела на валяющееся платье на полу, растерзанная в клочья тряпка мало напоминала утреннее убранство. Размышляя, плохой ли это знак или не стоит это её внимания? Скинув с себя всю одежду, она устроилась на мягкую кровать. Вечерний зной закалил комнату, делая воздух внутри тяжёлым и липким, и даже открытое окно не добавляло прохлады. Аудиенцию нарушила сестра-волчица Дэя, этот вечер они разделили вместе. Волчица забралась на королевскую кровать и улеглась рядом с ней, а сестра рассказала ей историю о её тайном спасителе, который знал их отца ещё юным. Для обеих это было удивительно, ведь они с сестрой знали всех придворных, слуг, советников отца, а уж с кем Фредерикус разделял общие взгляды, были постоянными гостями в их замке, а Дагфар не появлялся здесь ни разу. Почему же отец скрывал его, или сам защитник прятался от них? Об этом королева решила не думать, но навязчивая идея не давала ей заснуть.

14. Харен

Степные Вены не всегда были суровыми беспощадными землями, в которой остро шла борьба за жизнь. Испокон веков Земля Вен славилась плодородием и благодатью. Обитатели многих окрестностей собирались на этом месте и проживали здесь долгую жизнь. Невысокие холмы окружали зелёные деревья, изрядно тянущиеся к солнцу, за что палящие лучи обжигали их ветви. Неглубокие и чистые воды служили источником жизни для всех жителей долины. Самое большое и глубокое озеро – Озеро Тишины было центром Земли Вен, где встречались, договаривались о войне или мире, решали общие вопросы все обитатели земли, без страха быть не услышанным или убитым.

Многие люди часто обходили Земли Вен стороной, боясь низкого солнца, считая территорию непригодной для жизни, до тех пор, пока здесь не появился Харен. Чужестранец хитростью и умом вошёл в доверие зверей, пытаясь угодить каждой общине, обещая мир и процветание земли. Во время совета, проходящего у Озера Тишины, люди были приняты в общину. Жители понимали, что отныне действуют совершенно другие законы, разделившие Землю Вен на две территории, и вторгаться на каждую из них нельзя ни при каких обстоятельствах. Многие животные были несогласны с принятым союзом, ведь люди были теми же хищниками, но всё же уступили, приняв людей на земле. Новые жители не остались в долгу, помогая возводить плодовые растения, перерастающие в небольшие сады, помогая больным и нуждающимся животным. Некоторых из них они приняли к себе, ухаживали за ними, а вскоре и вовсе оставили их рядом, обеспечивая кормом и жильём. Крупный скот был не против взаимопомощи, и они первые стали обживаться рядом с людьми. Чужестранцы возводили город в долине, что огромной степью отделяла их от общины зверей, дабы свести к минимуму встречи людей и хищников, которые долго не могли принять новых соседей.

Волки – живущие в строгой общине, подчинены закону, как людскому, так и волчьему, у них есть своя территория, есть своя пища, и все законы создали именно люди, буквально разрешим зверью жить рядом, и все кланы мирно согласились на это. Но не все остались согласны с вступившими в силу законами. Охота разрешена только для пропитания и выживания. Волки не могут перейти на растительную пищу, как и люди не могут полностью отказаться от мяса. И если по праву судить, то все животные попадают под опасность, тогда как люди спокойно и мирно могут существовать в своей общине, не неся потерь. И главный вожак стаи Фастар был послан на обжалование закона, чтобы и люди умерили потребности. Правитель Земли Вен принял предложение о встрече, но принял волка в своём доме, отказавшись посещать озеро Тишины. Харен чувствовал уверенность и превосходство над просящим обжалования волком. Сидя на высоком стуле и смотря снисходительно на зверя, он понимающе кивал все его доводы, мягким голосом отвечая на его обеспокоенность. Правитель обещал не злоупотреблять положением, изъявлял желание быть преданным союзником и призывал волчью стаю к миру, ведь меньше всего сейчас хотелось бойни. Фастар же не принял ни единого слова хозяина дома, глядя в его маленькие глаза, и читал в них жалость и отвращение к волку, но перечить он не стал и попрощавшись покинул дом правителя Земли Вен. Но уходить ни с чем он не желал, а пустые слова тут же забыл. Несколько дней волк караулил семью правителя, наблюдая за ними. Семья лидера общины только-только пополнилась вторым наследником. Рева родила крепкого малыша, сына Ормара, в то время как старший Амин уже старался быть похожим на отца, отважно биться на мечах и метко стрелять из лука.

Волк наблюдал за каждым из людской общины. Мужчины жадно поедали огромные куски свежего сочащегося мяса, пили обжигающую воду, громко смеялись и бурно обсуждали удачную охоту. Чуть обглоданные кости они швыряли в сторону, берясь за новый кусок мяса.

Так Фастар провёл в засаде несколько дней, и его разум только пополнялся ненавистью к людской общине, из-за их жадности, обжорства. Волк решил снова вызвать правителя на разговор, и поделиться с ним наблюдениями, и хоть Харен любезно согласился встретиться с волком, результата это никак не дало. Люди изначально очень плохо понимают язык зверей, принимая их речь за скулеж и лай и с трудом разборчивые слова, но хозяин общины даже и не пытался понять, что его него хотел добиться вожак волков. Фастар старался донести, что люди не выполняют собственных обещаний, убивая и сжирая больше, чем могут съесть сами, но правитель отшутился, говоря о дефиците потребления, что это все выдумки обиженного и голодного волка, закон принят и меняться он не будет, и ничто не заставит его передумать.

Рано утром, вожак стаи наблюдал за Ревой и маленькими детьми. Она уложила мальчиков в две кроватки, плотно запеленала Ормара и накрыла колыбельку Амина белоснежным кружевом, чтобы палящее солнце пощадило малышей. Фастар дождался момента, когда молодая мать отвлекается хоть на секунду от детей, как волк прокрался к колыбели. Он только успел схватить мальчика, что был ближе к нему, сжав зубами его шею, как он громко закричал. Мать кинулась к младшему сыну, плотно прижав его к себе, вопила во всё горло, и оба крика эхом разносились по всему городу. Обезумевшая от ужаса, она кинулась к нему, решив забрать ребёнка, но как только женщина приблизилась волк начал отступать назад. На ее крики и вопли мальчика начали сбегаться люди. Фастар заметил приближающихся правителя и народ, он стиснул зубы плотнее и моментально перегрыз шею мальчика. И только вожак стаи испачкал пасть человеческой кровью, на него накинулась толпа, и руками растерзали волчью тушу. Они буквально разорвали его на части вместе с требухой. Народу пришло столько много, что они даже не заметили, как вместе с волком ещё и растоптали тело малыша.

Харен и Рева долго оплакивали потерю одного малыша. Оставшегося в живых Ормара она опекала с большим усердием. Она никого не подпускала к ребёнку, все няньки и помощницы не имели права даже заходить в покои жены правителя. Да и сам Харен отдалился от жены и сына, виня себя в случившемся. Но свою вину он видел не в том, что не послушал волка, а в том, что изначально закон, позволяющий жить рядом людям и зверям был провальным. И только решил перебить всех хищников, что обитали в округе. Местный народ принял послание правителя к действию, и начали истреблять звериные кланы, убивая самцов, самок и маленьких зверят Звери, кто мог, бежали из Земли Вен, но скрыться от воинственных людей удалось немногим. Из стаи Фастара в живых осталось лишь двум волкам и волчице, они скрылись в лесу и вскоре перешли границу Замкнутого Леса.

15. Харен

Харен всегда знал, что его дорога идёт по тропе правителя, и был готов к этому, а Рева была его правой рукой, женой, боевой подругой и советником. Пусть на его плечи легла ответственность за народ, главным в жизни для его оставалась семья. И после печальных событий со смертью старшего сына Амина, правитель издал указ, который гласил, что каждая хищная тварь должна быть изгнана из Земли Вен, и, если хищник будет не согласен, будет истреблён. Жители, которые видели трагедию своими глазами, рассказали о случившемся всем, что-то преувеличили, что-то исказили, и вскоре весь народ до ужаса боялся свирепых волков, с которыми до этого жили в мире. Первое время люди действительно давали звериной общине выбор, добровольно покинуть земли, но многие стаи не были согласны с данным условием, ведь их прогоняли с родной земли, и вскоре люди уже без разбора убивали все хищные кланы. Вооружившись ножами, мечами, копьями и огнём, люди разоряли жилища животных, поджигали норы и берлоги, вместе с маленьким выводком. Ещё большую жестокость вымещали именно на волках. Подбив одного издали, они толпой накидывались на него и разрывали на куски. Так народ перебил всех волков, крупных и сильных убивали по одному, волчат же собрали разом и сожгли. Лишь одну волчицу было приказано оставить живой.

Старшую суку Сибу, главную самку Фастара силой привели к правителю. Она уже знала, что вся стая, все её дети мертвы, но саму убивать не торопились. Харен лично решил расправиться с ней, выдрав волчице все зубы, когти и оставил прислуживать в своем доме. А шею повесили длинную жестяную цепь, убежать ей не было никакой возможности. Ей изредка давали воды или молока, но зато кидали подачки в виде огромных кусков мяса, которые она не могла разгрызть, а когда пыталась оторвать хотя бы маленький кусочек, дёсны кровоточили, придавая острую боль. Сиба взвыла, скулила, она была голодна, но и есть было невозможно. Люди сумели обезвредить волчицу, но сильный дух не позволял ей продолжать жизнь в неволе на цепи. Она понимала, что, либо помрёт от голода и боли, либо наскучит правителю, и он заколет её, и оба варианта не прельщали надежды и сил, поэтому она выбрала свой путь. Цепь, что держала её, была длинная, волчица начала крутиться по полу, обматываясь ею, и та всё туже сдавливала тело и шею, Сиба брыкалась изо всех сил, пока из ее пасти не вышло последнее дыхание. Мертвую волчицу обнаружили только через несколько дней, когда во всём доме правителя не распространился запах мертвечины. Слуги высвободили тело и представили бездыханную пленницу хозяину дома, ожидая от него дальнейших указаний. Решение волчицы и исход вызвал у него лишь усмешку.

На Земле Вен воцарился мир людей. Они избавились от хищников, что могли подвергать их опасности и были счастливы. Полноправные жители города строили новые поселения, возводили дома, заводили семьи, рожали детей. По соседству с ними находились лишь травоядные, которые не могли принести вред людям. В отсутствие хищников, колонии крупных зверей начала значительно разрастаться. Люди не перестали охотиться на них, но одного заваленного буйвола даже многодетной семье хватало на долго, и закон запрещал убивать зверей больше, чем можешь прокормить семью. А вот сами животные ели все больше и больше. И новой угрозой для жителей стал неурожайный год, когда животные съели всю зелень, не оставив запасов и полезных семян. Жители собрали все что смогли из плодородной земли, но уже на следующий сезон выращивать овощи и полезные травы было просто не из чего. Колонии животных, видя, что плодородная земля больше не приносит свои дары, начали покидать поселение Земли Вен, при этом поедая последнюю зелень по пути, и оставили после себя лишь голую степь, жители разом лишились достатка пищи. Постепенно суровый климат Земли Вен осушил практически все реки, что протекали по близости, из-за этого когда-то богатая и живая земля превратилась в сухую степь. И отныне Харен стал называть свой дом Степными Венами.

16. Ульвадра

Солнце нещадно жарило земли Степных Вен, сжигая последние ростки зелени, что через силу пробивались сквозь сухую почву, но и молодые побеги сразу вырывались с корнем голодающим зверьём. Буйволы, лошади и коровы были истощены от голода и жажды, они бестолково бродили по некогда зелёным полям, зарывались мордами в землю, в надежде найти хотя бы какой-то росток. После того как хищники были изгнаны с Земли Вен, популяция травоядных увеличилась в несколько раз, но пропитания на всех стало не хватать. В сезон засухи звери начали голодать, молодые детёныши не выдерживали непригодных условий и умирали. Дохлые туши валялись по всей округе, создавая смрад, что распространялся далеко за пределы Степных Вен. Озеро Тишины, принимавшее ранее всех зверей, могло опоить каждого из них, сейчас же от былого величия и кристальной воды осталась лишь мелкая грязная лужа, дно которой истоптано парнокопытными жителями долины.

Люди, что ранее следовали за своим правителем Хареном, так же безукоризненно принимали власть его сына Ормара, но до тех пор, пока их земля была пригодна для жизни. Сейчас же народ начал негодовать. Еда заканчивается, мясо, что шло для пищи приходит в негодность, а вода и вовсе испарилась. Молодой правитель прекрасно понимал, это может легко утратить доверие толпы, которого так скрупулезно добивался его отец. И он принял единственное верное решение, которое может спасти его семью и народ. Это захватить ближайшие земли, что расположены к ним, которые по сравнению со Степными Венами кажется раем. И стал готовить войско из своего народа для захвата Замкнутого Леса.

Каждый человек, стоявший уверенно на ногах, был на счету, и было совсем неважно, умеет ли он обращаться с оружием или нет. Не исключал из списка воинов и своего единственного сына. Но он также понимал и опасность, которая их ожидает в бою. Эльрик вызвался в строй рыцарей одним из первых, как только узнал о надвигающемся бое, отец принял его, но поставил сыну условие. Главное для их семьи – это продолжение знатного рода. Их всегда боялись и уважали, считались с ними и прислушивались к их мнению. И не в коем случае нельзя прерывать род, пусть даже в благородном сражении. Принц Степных Вен присоединится к отцу только после того, как его жена родит ему сына-наследника. Эльрик хотел, как можно быстрее стать частью битвы вместе с отцом, но также сразу вспомнил, как холодна с ним супруга, ведь даже со дня свадьбы он ни разу не дотронулся до нее, а сейчас она должна ему родить наследника. Весь день его не покидали мысли о словах отца, о вечной славе, что ждала бы его, в случае захвата новых земель, прослыть настоящим рыцарем и героем или продолжать чтить желание и нравственность супруги, ждать, когда она осмелится подпустить его к себе.

Ульвадра молча сидела у открытого окна, яркое полуденное солнце озаряло всю большую комнату. Чтобы его лучи не припекали лицо, она поставила рядом шелковистый зонт на высокой ножке перед собой, что создавал приятную тень, не спеша вышивала красной нитью цветочный узор и уже практически заканчивала работу. Асвида сидела рядом с ней и пела ей песню. Эта старая песня о далеких зеленых краях, в котором жила прекрасная девушка, о храброй волчице, которая принесла себя в жертву, во имя счастья подруги. Ульвадра очень любила эту песню с младенчества. Слушая ее, она мысленно возвращалась в отчий дом, обнимала родителей, играла с сестрой-волчицей, убегала с ней в чащу леса, заливаясь с ней смехом от того, как мать строжится над ними, чтобы они не уходили далеко… но в замок Степных Вен её мысли вернул грохот открывшейся двери. В комнату яростно ворвался её супруг. Он стоял у прохода, запыхавшийся, тяжело дышал, с его лба стекали капельки пота. После неожиданного грохота, в комнате воцарилась тишина. Асвида прервала свою красивую песню, Эльрик пытался сдержать тяжелое дыхание, глубоко вдохнув несколько раз. Испуганная девушка впервые видела супруга в таком взбудораженном состоянии, но решила не придавать вида его внезапному визиту и продолжила вытягивать аккуратный стежок. Она посмотрела на вошедшего мужа, на испуганную Асвиду, сама она была ошеломлена не меньше, но показать страх перед ним не могла позволить. Молодой супруг переступил порог комнаты, его шаг был уверенный и тяжелый. Проходя мимо няньки, он лишь бросил на неё взгляд, и ей стало понятно, что супругам требуется аудиенция. Женщина расправила длинную серую юбку и пошагала к выходу. Как только она начала закрывать за собой дверь, Ульвадра окликнула её с просьбой остаться, но это требование она не выполнила и захлопнула за собой дверь. Эльрик пристально смотрел на супругу, его взгляд был холодным, задумчивым и тяжёлым. Муж стоял рядом с ней, подойдя практически в плотную и молчал. Не зная, чего ожидать, дабы не показывать своё беспокойство, она принялась снова вышивать, но как назло, руки начали трястись, и сделать стежок не удавалось. Супруг выхватил из её рук пяльцы и выбросил в угол комнаты. Его пальцы коснулись пышных волос, он гладил по голове и медленно спустился к щеке. Ощущая мягкую и бархатную кожу, ещё ни разу со дня свадьбы супруг не касался своей жены, и теперь он в полной мере ощутил, какая красавица ему досталась. Эльрик повел пальцы ниже по шее и наткнулся на льняную ткань её простого платья. Его решительность возросла и ладонью сжал девичью грудь. Кончиками пальцев он чувствовал, как та трепещет в его руках, и чувство власти над ней загоралось все большим пламенем. Склонившись над ухом, и спокойным голосом прошептал ей, что пора ей становится его женой не только праву, но и делом. Глаза Ульвадры заполнили слезы, но она как могла сдерживала их, зная, что однажды этот момент наступит, пыталась убедить себя, что готова к этому, но все ее убеждения рухнули сейчас же. Супруг смелее сжимал ранее недоступное, но вожделенное тело он получил и пытался насытиться этом сполна, она же сидела неподвижно, боясь шелохнуться. Эльрик повернулся лицом к ней и прошептал, что хочет наследника. Их глаза встретились, в его глазах она читала вожделение, в её глазах увидел страх. Он резко подхватил девушку на руки и потащил в кровать, Ульвадра лишь громко вскрикнула от этого, но больше не издала ни звука.

17. Лука

Колла тяжело переживала разлуку с дочерьми, родной Ульвадрой и приемной Асвидой. Она так привыкла к постоянному шуму от детей, к заботам, что сваливались на неё в те дни, как она готовила огромные чаны наваристой похлебки, чтобы всем досталось с избытком. А сейчас их семья разделилась практически на две части, и она не находила себе места, как скучала по дочерям. Мать пыталась утешиться тем, что нянька будет в сопровождении, при этом дочь вошла в знатное уважаемое семейство во всей округе, её будущее обеспечено, и всё же лишь кроткая мысль терзала еще сильнее, которая перечёркивала все положительные стороны. Она хорошо знала характер дочери и прекрасно понимала, что этот союз ей не в радость, она не полюбит супруга никогда, как бы он не старался, а значит она не будет с ним счастлива. Счастлива так же, как и они с Мудольфом, так же, как их предки.

Мудольф как мог, успокаивал супругу, настаивая на том, что это произошло бы в любом случае и так же их дочь бы противилась любому кавалеру, из-за своего дерзкого не покладистого характера. А Эльрик для неё будет любящим супругом и надёжной опорой. Принц хорошо воспитан, носит гордое звание рыцаря, которое заслужил не с помощью влиятельного отца, а как раз наоборот, должен добиться этого, чтобы Ормар сам соизволил наградить его за заслуги, а дочери пойдёт на пользу такой союз, если муж и будет уважать супругу, относиться к ней подобающе истинному рыцарю, то свита Ормара усмирит пылкий нрав Ульвадры. Как бы девочка ни была свободолюбива, она должна подчиняться простым правилам, которые ей самой пойдут на пользу. Ведь не один уважающий себя свёкор не захочет иметь в родственниках взбалмошную девчонку.

Уже прошёл год с тех пор, как Ульвадра покинула отчий дом. Мудольф и Колла привыкли жить без неё, на их радость, дочка-волчица Лука всегда была рядом. Супруги пытались зачать ещё наследника, но из этого ничего не выходило. И только их привычный ритм жизни вошёл в свою колею, как его снова разбил Эльрик. Он вернулся в дом супруги по просьбе их дочери, чтобы привёз для неё сестру-волчицу, так как та несметно горюет в разлуке. Сопротивляться воли зятя и дочери он не смели, поэтому отдали Луку на поруки Ульвадре. Сестра-волчица Марвул была крайне против и вызвалась сопровождать племянницу до Степных Вен, но Эльрик отказался от её помощи, да и Мудольф решил не отпускать сестру в дальнее путешествие. К тому же, возвращаться назад ей пришлось бы одной. Зять поведал, что очень уважает их дочь, чтит невинность и поклялся и далее прислушиваться к её желаниям, дабы она сама должна повзрослеть и стать полноправной его женой, к тому же она обязана родить наследника, и не одного, чтобы они потом стояли на вершине их общего семейства. Родители были рады вестям о дочери, и хоть сложно было отпускать ещё и Луку, но решили, что она будет утешать Ульвадру. Ей сейчас тяжелее.

Лука металась по всему дому, узнав о грядущей встрече с сестрой, она даже забыла, как рычала на Ормара и Эльрика, когда те впервые переступили порог их дома. Её не пугала дальняя дорога, она хотела скорее снова облизнуть щёки сестры, потрепать за волосы, побегать и поиграть с ней.

Рыцарь сел верхом на белого скакуна, Луку же он взял на руки, чтобы та не отстала от них и не потерялась по пути. Лежа у него на руках, сестрица прижималась к нему плотнее, её укачивало, носом она уткнулась в свою шерсть и всё ждала, когда они наконец доберутся до знаменитых Степных Вен. Хотя ей совсем не было интересно, что там и как, она лишь отдалённо знала, что бегать по лесу, как дома ей больше не удастся. Но радость от встречи с сестрой перебивали все плохие мысли. Эльрик старался отвлекать волчицу, теребя за ухо, играя с ней, а она нападала на его руку и злобно кусала, слово охотилась за ним. А когда не рассчитывала силы, сжимала пасть сильнее, он брал за шкирку и отрывал от руки, отчего она тут же успокаивалась и жалобно скулила. Но это был лишь отвлекающий манёвр, и маленькая хищница исподтишка снова набрасывалась на его руку, чем доводила Эльрика до громкого смеха.

В Степные Вены они вошли, когда начало темнеть. Пока добрались до замка и вовсе была глухая ночь. Рыцарь не стал тревожить супругу, хотя сгорал от нетерпения увидеть её и порадовать подарком. Но мимо отца он пройти не мог, чтобы доложить ему, что поездка прошла хорошо, и они довольно быстро смогли вернуться. Он оставил волчицу в своих покоях и направился к комнате отца. Ормар ждал его, чтобы рассказать о случившемся, он был крайне взбешён и недоволен поведением снохи, ибо сбегать из дома супруга посреди ночи верх оскорбления их уважаемой семьи. Он не мог оставить это безнаказанным, но и не смел наказать её сам, в отличие от Асвиды, которая живёт с ними по их милости. Отец приказал сыну избавиться от щедрого подарка, что привёз супруге. Раз она пыталась сбежать, не дождавшись сестру, значит не так ей и дорожит. Эльрик был обескуражен от услышанного. Внутри бушевала злость и обида, все его старания и уступки, жена растоптала.

Рыцарь вернулся в свои покои. Его распирало от гнева, предательства со стороны супруги он никак не ожидал. Лука уже к тому моменту спала в углу его комнаты, сложившись калачиком и уткнув морду в шерсть. Эльрик тихо подошёл ближе. Его тревожило сомнение, отец приказал избавиться от волчицы, но с другой стороны, за время путешествия он сам привязался к ней. Ему нравилось играть с ней, даже мериться силой. Лука не боялась его, в отличии от Ульвадры. Со скрежетом он вытащил тяжёлый меч из ножен, и только замахнулся на спящую волчицу, как оружие выпало его ладони, громко ударился о каменный пол. От грохота Лука проснулась, испуганно взглянув на Эльрика. Он лишь приказал ей бежать как можно дальше отсюда, пока может, или ему придётся убить её. Волчица бы и подумала, что принц решил поиграть с ней, его мокрые глаза говорили об обратном. Она сорвалась с места и рванула, как можно быстрее из его комнаты, по длинному коридору и лестнице, что вела вниз. Но попала она не к выходу, а в большой зал, где спокойно расхаживал Ормар, с тонким кинжалом в руках. Он тихонько подошёл к ней, потребил её за ухом, погладил по спине и резко вонзил остриё кинжала в шею и прорезал до грудной клетки. Волчица даже не успела пискнуть, из шеи полилась темно-красная кровь, которая уже через минуту залила ползала, она упала набок, её лапы дёргались, будто пытались убежать, язык вывалился из пасти. Ормар так же спокойно вышел из зала и приказал прислуге прибрать здесь все, а шкуру волчице доставить его сыну в комнату. Только после этого он решил, что ему уже давно пора спать.

18. Вербер

Вербер родился в семье Кальфа и Ювы, семье, отдалённой от знати и почестей. Кальф сколько помнил себя, всегда был пастухом телят и, как и его отец Квиг. Но с тех пор как Земля Вен стала Степными Венами, домашнего скота поубавилось, а значит меньше работы. Они прекрасно понимали, что сами научить отпрыска чему-то новому не смогут, добиться звания рыцаря при дворе ему вряд ли удастся, родителям даже не хватит средств на простейшее обмундирование, а без обучения при дворе и вовсе не стоит грезить мечтами о достойных подвигах. Но обойти простое происхождение и попасть на служение правителям всё же можно, хоть для этого потребуются иные жертвы, от самого служителя. И если он храбр духом и телом, то выстоит испытания, что лягут на его плечи и быть может, пробьёт путь к знати. Всё лучше, чем пасти полудохлых овец.

Примерно в одно время с Вербером у правящей семьи появился долгожданный сын, а значит, ещё пару лет, и молодому наследнику приставят прислужника, который будет принимать все наказания своего хозяина. И как только Вербер оторвался от материнской груди и начал ходить самостоятельно, родители повели его на смотрины к правителю. Молодой отец Ормар был изначально против такого метода воспитания, он считал, что мужчина сам должен нести ответственность за свои поступки, но его мнение противостояло всем остальным членам семьи. Вигдиса – мать мальчика настаивала больше всех на прислужнике, она, конечно, желала, чтобы сын вырос сильным и крепким мужчиной, но жестокие методы воспитания, о которых она знала не понаслышке, применять на долгожданном и единственном сыне не хотела. И только наступила третья весна наследника, мать сама объявила о поиске «мальчика для битья». Эту возможность не хотели упускать многие горожане, ибо тот путь тернист, но всё же ведёт прямиком в замок правителей. Вигдиса лично осматривала мальчишек, которых приводили родители. Кто-то был ещё совсем крохой, даже являлись мамаши с грудными детьми, а некоторые наоборот уже со взрослыми мальчиками. Но мало было просто понравиться матери наследника, претенденты должны пройти испытания на выносливость, ибо работа им предстояла тяжёлая, а воспитывать стальную закалку в прислужнике никто не собирался. Всех, кто не подходил по возрасту и внешним данным сразу отправлялись домой, и после первого отсева остались 7 мальчиков 3-4 лет. С семерых претендентов сняли всю одежду и отвели в холодный подвал, где хранились припасы. Им было велено так, чтобы упасть на колени, разбивая их до крови, и у кого не получалось это с первого раза, повторяли падения ещё и ещё. И только после того, как надзирателя устраивали кровавые подтёки, он ставил мальчика коленями на пол, предварительно рассыпав соль. Двое мальчишек расплакались и отказались стоять сразу, надзиратель вытолкнул их из комнаты, оставшись наблюдать за остальными, а как возвращаться из тёмного подвала наверх, никто из малышей даже не запомнил, и им самим пришлось искать выход. Та же участь ждала и других, кто начинал хныкать и отказывался продолжать. Спустя 4 часа в холодном хранилище, с запёкшейся на коленях крови и въевшейся соли, должность прислужника досталась Верберу. Он один выдержал все испытания, хотя уже готов был сдаться, еле сдерживал слёзы. А холод ему даже помог, он отвлекал его от боли в ногах, пока мальчик пытался согреться. Надзиратель грубо схватил победившего за руку и вывел к Вигдисе. Остальные шесть мальчиков так и блуждали под замком в коридорах подвала, никто из них за это время не смог найти дорогу обратно. Ждущие женщины с ужасом умоляли правительницу помочь им отыскать детей, но она не удостоила матерей даже взгляда, она встала с трона и ушла прочь, а раздосадованных и гневных дам прогнали из замка. Юву же надзиратель поблагодарил за храброго ребёнка и попросил быстрее покинуть замок, чтобы новый прислужник скорее отвык от неё, больше он не принадлежит их семье, больше они его не увидят.


Конец ознакомительного фрагмента
Купить и скачать всю книгу
Новости
Библиотека
Обратная связь
Поиск