![Последняя тайна](/covers_330/67494971.jpg)
Полная версия
Последняя тайна
Я моргнула. Сестра, очевидно, была права. Но с другой стороны, не всегда же дети бывают похожими на своих отцов. Мы с сестрой – яркий тому пример, между прочим.
В этот момент к нам подошли Ариадна и Эбони.
– А вы-то где были этим утром? – повернулась к ним Скарлет.
– Что ты хочешь сказать? – наморщила свой носик Эбони.
– Мы только что проснулись, – зевая, пояснила Ариадна.
Я невольно рассмеялась. Да, Ариадна спать мастерица, это мне известно. К тому же вчера она до поздней ночи расшифровывала записки нашей мамы, так что неудивительно, что она весь утренний переполох в коридоре проспала. А Эбони?
– А я вчера почти всю ночь уснуть не могла, всё вчерашние события вспоминала. Только под утро и заснула, – словно прочитав мои мысли, пояснила Эбони.
Тут мы коротенько рассказали им и про инспектора, и про разговор Скарлет с Генри.
Слушая нас, Ариадна безуспешно пыталась пригладить на своей голове торчащий под каким-то немыслимым углом клок сереньких волос.
– Я думаю, в инспекции есть смысл, – сказала она, подумав. – Генри просто хочет понять, стоит ли это здание того, чтобы его ремонтировать. Или проще снести и построить на этом месте новое.
– Ну конечно, его нужно отремонтировать, – сказала Эбони. – Ведь это же не просто здание, а исторический памятник! – Тут, выбрав самый для этого неподходящий момент, жалобно чихнул радиатор парового отопления, выбросив в воздух густое облако пыли. Ариадна побежала затыкать его.
– Вот это и меня тревожит, Эбони, – ответила Скарлет. – Что они на самом деле за историей охотятся. За оставшимися здесь тайнами.
Я не знала, верить этому или нет.
– Но может быть, он просто хочет заработать какие-то деньги на этом здании? – неуверенно предположила я. – И если так, то хорошо это или плохо?
* * *В этот день во время нескольких уроков нас ожидало неожиданное развлечение в виде визитов мистера Хардвика, инспектора. Учителя пытались – безуспешно, разумеется, – прогнать его, после чего, скрепя сердце, разрешали инспектору осмотреть свою классную комнату. Сами понимаете, что нам, ученицам, было непросто склонять французские глаголы или разбирать «Оливера Твиста», пока перед нами суетится этот господин.
Часто (пожалуй, даже слишком часто) инспектор замирал на месте и громко (пожалуй, даже слишком громко) произносил «Хм» и доставал свою рулетку. Затем что-то измерял и записывал на своей планшетке, при этом его карандаш так отвратительно скрипел, что хотелось заткнуть уши. Закончив писать, мистер Хардвик мог, например, опуститься на колени и уставиться на плинтус или, поднявшись на цыпочки, вытянуться, чтобы рассмотреть потолок.
– Клянусь, – сказала мне Скарлет на последнем уроке. – Если он ещё раз скажет своё «хм», я удавлю этого инспектора на его же чёртовой рулетке!
Как раз в это время мистер Хардвик подошёл к дальней стене нашей классной комнаты, где стоял камин – один из немногих остатков первоначального, старинного здания. Здесь инспектор потоптался, подумал, а затем раскатисто произнёс: «Хм-м-м-м».
Скарлет вскочила со своего места, но, по счастью, тут грянул звонок, и я поскорее увела свою сестру прочь, пока она тут дел не натворила.
* * *Несколько следующих дней оказались примерно такими же. Уроки шли, как обычно, и я начала погружаться в привычный ритм школьной жизни, хотя всё время подсознательно помнила о грозовой туче, невидимо нависшей над всеми нами. Очень часто появлялся и вновь исчезал из вида снующий по всем коридорам мистер Хардвик с его неизменной планшеткой в руках. Скарлет даже пыталась однажды подсмотреть, что он там записывает, но вернулась ни с чем – не смогла разобрать его закорючки.
Утром в пятницу на окрестности школы опустился густой сизый туман, и я невольно поёжилась, увидев эту картину из окна нашей комнаты. Из тумана выступали чёрные скелеты голых деревьев, они казались нарисованными углём на размытом серебристом фоне неба. Короче говоря, погода была отвратной, но, несмотря на это, настроение у меня было приподнятым.
Оно испортилось у меня чуть позже, когда всех нас позвали на собрание.
Начнём с того, что миссис Найт не занимала своего привычного места, не расхаживала вдоль края сцены. И никого из учителей на сцене тоже не было, а вместо них на ней стоял Генри Бартоломью.
– Зачем он здесь? – шёпотом спросила я у Скарлет, но та была настолько потрясена появлением Генри, что просто меня не услышала.
По всему залу уже ползли тревожные шепотки.
– Здравствуйте, девочки, – громко сказал Генри, и сразу стало тихо-тихо, вот как всем хотелось услышать, что же он скажет. – Я подумал, что должен сам прийти и рассказать вам о своём решении. На мой взгляд, так будет правильнее всего, если напрямую.
– Ах ты… – начала тихонько бормотать Скарлет, но я одёрнула сестру, не дав ей закончить.
– К сожалению, инспектор нашёл в школьном здании много слабых с точки зрения безопасности мест, поэтому я решил, что Руквуд надо закрыть на капитальный ремонт.
Он замолчал, обшаривая взглядом зал и ожидая реакции на свои слова. Я думала, что сейчас начнутся шепотки, разговорчики, реплики всякие, но в зале стояла тяжёлая, давящая тишина. Вероятно, все мы сейчас прикидываем в уме, что будет означать для нас такое решение нового владельца Руквуда. Что теперь ждёт нашу школу? И откроется ли она вновь после капитального ремонта?
Эти вопросы только ещё крутились у меня в голове, а Пенни уже подняла руку и, не дожидаясь разрешения, спросила:
– Как будет закрыта школа? Временно или навсегда?
– О! – воскликнул Генри. Он сложил ладони и указал ими на Пенни. – Хороший вопрос. Мы будем рассматривать все варианты. Возможно, отремонтированное здание больше подойдёт не для школы, а для каких-то других целей. Ну, и в этом случае…
Мы со Скарлет наклонились вперёд, напряжённо вслушиваясь и затаив дыхание.
– …школа может закрыть свои двери навсегда.
Глава восьмая
Скарлет
![](/img/67494971/i_008.png)
Не понимаю, как могли учителя ожидать, что после этого собрания мы будем внимательно слушать их на уроках. Всё утро они пытались заставить нас замолчать, но им это не удавалось. Все без исключения и без остановки обсуждали слова Генри на собрании, пытались угадать, действительно ли он собирается навсегда закрыть нашу школу, или только… пугает.
– Что же нам делать? – с отчаянием в голосе спросила Ариадна за обедом.
– Я думаю над этим, – ответила я, проглотив кусок сэндвича.
Моя голова гудела от переполнявших её мыслей. Я искала, что можно сделать в нынешней ситуации. Но в любом случае твёрдо знала, что не позволю нашему приятелю Барти закрыть школу и отобрать у меня и Айви единственную вещь, которая удерживает нас с сестрой от когтей мачехи. Да кем он себя вообще возомнил?
Всё это так, всё так, но нужно было придумать какой-то план. Терпеть не могу, когда у меня нет плана.
– А может быть… – беспомощно вздохнула Айви. – Может быть, если он действительно решил закрыть школу, мы просто должны смириться с этим? Что мы можем сделать?
– Смириться? Вот уж нет! – воскликнула я, хотя в глубине души не была на все сто уверена в том, что моя сестра не права.
* * *Последним уроком в пятницу по расписанию был балет, и я с нетерпением ждала его. Быстро переодевшись, мы с Айви сбежали по лестнице в холодный школьный подвал.
– А, Скарлет, здравствуй, – сказала мисс Финч, сидевшая на своём привычном месте у рояля. – Здравствуй, Айви. Сегодня, девочки, вы опять пришли самыми первыми.
– Хотели поскорей сбежать от тоски наверху, – ответила я, закатывая глаза.
– Ну, ничего, зато у нас есть для вас хорошие новости, – заметила мадам Зельда. Она разминалась здесь же, рядом, закинув ногу на крышку рояля. – Только подождите немного, пока все соберутся.
– Хорошие новости нам всем сейчас нужны как воздух, – сказала Айви, только как-то не очень оптимистично при этом.
И лицо у неё оставалось по-прежнему мрачным, когда она отошла в сторону и села, чтобы завязать ленты на своих пуантах.
– Выше нос! – ткнула я сестру в плечо. – Ты слышала? Хорошие новости!
– Да-да, может быть, – уныло откликнулась Айви, глядя в пол.
Когда весь класс собрался и пуанты были надеты, а волосы туго перевязаны, чтобы не болтались, мадам Зельда щёлкнула пальцами, привлекая к себе наше внимание.
– Послушайте, девочки! У нас есть для вас объявление. Директор школы поддержала наше предложение показать в этом году балетный спектакль. Мы собираемся поставить с вами укороченный вариант легендарного «Лебединого озера».
Все вокруг заахали, захлопали в ладоши.
Радостно улыбаясь и вращая глазами, я посмотрела на Айви. Я сразу же решила, что это добрый знак. А как же? Судите сами. Какую мелодию играет мамина музыкальная шкатулка? Правильно, тему из «Лебединого озера». А теперь мы под неё танцевать будем! Ну а потом, «Лебединое озеро» – один из самых знаменитых и прекрасных балетов на свете, и я всегда мечтала когда-нибудь станцевать в нём.
Мадам Зельда ещё договорить не успела, а я мысленно уже видела себя в роли Одетты. Вот я белым лебедем летаю по сцене, а зрительный зал переполнен… Мои мечты прервал голос мадам Зельды.
– Поскольку в прошлый раз с распределением ролей у нас возникли некоторые проблемы во время просмотра… – услышав это, я невольно хмыкнула. Да, на том просмотре, где распределяли роли на прошлый спектакль, проблемы действительно были. Сначала Пенни шороху навела, а потом ещё эта мадам Буланже. Зачем её тогда в жюри включили? Только потому, что мадам Буланже преподаёт у нас французский язык и воображает, будто разбирается в балете просто уже потому, что она француженка? Только слабо верится, чтобы у настоящей француженки был такой сильный валлийский акцент, как у неё. Короче, тот просмотр никак нельзя было назвать удачным, – мы решили распределить роли в зависимости от ваших успехов на занятиях в классе.
Хм… Как считать, хорошая это новость или нет? Хотелось надеяться, что хорошая. Всё очень просто: хочешь получить роль, трудись на занятиях. Трудно? Да, но во всяком случае не так будет трепать нервы, как просмотр, где ты должна танцевать на сцене перед жюри, зная, что попытка у тебя всего одна и ты не имеешь права на ошибку.
– Но, мисс, – подняла руку Надия. – Нам только что сказали, что школу закрывают! А если это случится ещё до нашего спектакля?
Мадам Зельда и мисс Финч переглянулись.
– У моей мамы есть любимое выражение, Надия, – сказала мадам Зельда. – Знаешь какое? «Не пытайся сорвать яблоко, не вырастив яблони».
– Что? – переспросила Пенни, и лицо у неё при этом сморщилось так, что стало похоже на поросячью мордочку.
– Это значит, что никогда не стоит забегать вперёд и гадать, что да как сложится там, впереди. Может, нам достанутся яблоки, может быть, груши, а может, мы совсем ничего не получим, – пожала плечами мадам Зельда.
– Но ведь Надия дело говорит, – не сдержалась я, чувствуя, как моя мечта о роли начинает таять прямо на глазах. – Нам нужно много-много времени, чтобы отрепетировать спектакль. Генри Бартоломью вполне может закрыть школу раньше, чем мы будем готовы.
Теперь мадам Зельда перевела взгляд на меня и сказала, прищурив глаза:
– Ты не слышала, что я сказала, Скарлет? Мы ничего не добьёмся, если будем только рассуждать о том, что да как может быть.
– Нам нужно просто делать своё дело, – поддержала её мисс Финч. – Получать удовольствие от репетиций. И наши труды не пропадут даром, даже если спектакль в конечном итоге и не состоится.
Я глухо пробормотала, что, дескать, всё это так, что я согласна с ними, и перевела взгляд на Айви. Она по-прежнему стояла, глядя в пол, и я очень сочувствовала ей. Ведь моя сестра только что поняла, что хорошие новости, которые тебе обещают, не всегда оказываются такими уж хорошими.
Что ж, так оно, возможно, и было на этот раз. Но, может быть, всё же в наших силах было что-то сделать, чтобы они стали действительно хорошими?
Несмотря на нависшую над нами угрозу, я на том уроке вкладывала в танец всю свою душу. Я была полна решимости получить главную роль, пусть даже мне и не доведётся сыграть её на сцене.
Но я не только танцевала, я ещё и думала. Танец удивительным образом раскрепостил мои мысли, очистил голову от всякого лишнего мусора и начал подсказывать идеи, которых мне так не хватало. К концу урока у меня уже сложился план. Я поняла, что нынешнюю проблему прежними способами не решить, тут нужен принципиально новый подход.
После того как мы сделали реверанс перед нашими педагогами и закончили урок, я схватила Айви за руку и объявила:
– Я собираю экстренное совещание.
– Что-что? – переспросила сестра.
– Экстренное совещание, – громче повторила я прямо ей в ухо.
– Хорошо, хорошо, – заморгала Айви, прикрывая ухо ладонью. – Но зачем?
– Нам нужно найти способ спасти школу, а сделать это вдвоём, как прежде, у нас с тобой не получится. И я не имею в виду, что нужно позвать только Ариадну. На этот раз нам нужно подключить гораздо больше людей. Нам нужна настоящая большая команда.
По лицу Айви я поняла, что её не слишком вдохновило моё предложение, однако я не унывала. Только что мне удалось запустить в действие свой план, и его колёсики уже начали раскручиваться, набирая ход. Я это хорошо понимала, как и то, кстати, что обратного пути для меня больше не существует.
После ужина я стояла в комнате номер тринадцать на фоне темнеющего окна и смотрела на смущённые лица участниц нашего экстренного совещания.
Айви сидела на своей кровати, рядом с ней Ариадна. Вайолет и Роза сидели на моей кровати и чуть слышно переговаривались о чём-то друг с другом. Эбони сидела посреди нашей комнаты на ковре и напоминала остров в открытом море, а у неё за спиной, тоже на полу, устроились, поджав под себя ноги, Пенни и Надия.
– Хорошо, – сказала я. – Давайте начнём. Я думаю, всех интересует, почему я вас сюда позвала.
– Да-да, почему? – громко спросила Пенни.
– Поймёшь, если дашь мне закончить, – взглянула я на неё. – Итак, я собрала это экстренное совещание для того, чтобы спасти Руквуд.
Я старалась, чтобы мои слова прозвучали торжественно, но моих попыток никто не оценил и не заметил.
– Нет, – снова перебила меня Пенни. – Я имела в виду, почему здесь именно мы, – она указала на себя и на Надию. – Ведь ты ненавидишь нас обеих, а Надия, я думаю, по-прежнему ненавидит меня.
– Я тебя не ненавижу, успокойся, – возразила Надия, закатывая глаза.
Как ни странно, этот ответ, кажется, пришёлся Пенни по душе.
– Замолчите, вы обе, – сказала я им. – Сюда вас позвали потому, что уже подключили к делу, не важно, хочется вам того или нет. Вы обе были всё время здесь – я имею в виду в Руквуде – и, значит, своими глазами видели то, что случилось с мисс Фокс и с мистером Бартоломью. Вы даже мой дневник читали!
Надия опустила голову, но Пенни сдаваться не собиралась.
– Я всё равно не понимаю, – сказала она.
– Ну что ж, – вздохнула я. – Хочешь, чтобы я привычным для тебя языком всё объяснила? Пожалуйста! Генри – вероломный подлец и гад, которого надо уничтожить.
– Ха, – ответила Пенни. – Тут ты, пожалуй, права.
Она хотела изобразить, что всё это ей не очень интересно, однако на лице у неё расплылась коварная, хищная улыбка.
– Ну вот и прекрасно, – кивнула я и продолжила, сложив руки. – Теперь, я думаю, мне нужно кое-что пояснить насчёт Шепчущих в стенах. Некоторые из вас о них уже знают, но не все.
Мои подруги понимающе кивнули, а те, кто не знал ещё, о ком идёт речь, вопросительно смотрели на меня.
– Шепчущие были в этой школе тайным обществом, в которое входила и наша мама. Это было много лет назад. А мы узнали о Шепчущих, когда Вайолет прятала Розу в потайной комнате в подвале. Прочитали сделанную ими надпись на стене.
– Погоди. Что ты сказала? – перебила меня открывшая от удивления рот Эбони. – В школьном подвале есть потайная комната?
– Была, – пояснила Ариадна. – Больше этой комнаты нет. Вход в неё уничтожил пожар, который случился у нас в библиотеке.
– А почему Роза там пряталась? – не успокаивалась Эбони.
– Потому что Вайолет помогла Розе бежать из сумасшедшего дома, а Розу туда поместили родственники, желавшие убить её, – ответила я.
– Ну, ничего себе… – присвистнула Эбони.
– Ладно, давайте ближе к делу, – продолжила я. – Целью Шепчущих было вывести на чистую воду мистера Бартоломью-старшего, тогдашнего директора школы. Он был очень жестоким человеком, и однажды назначенное им наказание привело к гибели одной из учениц.
Это сообщение поразило Эбони ещё сильнее, чем все предыдущие, и я подумала, что она, по сути, не знает практически ничего о тех драматических событиях, которые случились в нашей школе до её появления здесь.
– Я слышала, что он проткнул ту ученицу ножом, которым конверты вскрывают, – вскинула свою руку Надия.
– Нет, – вздохнула я. – Не ножом, но это не важно. Короче говоря, мы восстановили всю информацию, которой располагали Шепчущие, и использовали её для того, чтобы вынудить директора признаться в своём преступлении, после чего его арестовали.
Теперь свою руку подняла Вайолет.
– Я не понимаю, к чему ты всё это нам рассказываешь, – сказала она.
– Послушайте, перестаньте вы руки тянуть, не на уроке же, – попросила я. – И постарайтесь больше меня не перебивать, договорились? Так вот, Шепчущим убрать мистера Бартоломью так и не удалось, но мы довели их дело до победного конца. Теперь мы хотим выступить против его сына, который вот-вот собирается закрыть школу, то ли временно, то ли навсегда. А теперь о главном. Благодаря Ариадне, сумевшей расшифровать секретный код, нам удалось прочитать новую информацию, которую оставила наша мама.
– Что это за информация? – спросила Вайолет.
Я потёрла пальцами виски. Как сделать, чтобы они меня вопросами больше не перебивали и не комментировали? На помощь мне пришла Айви.
– Наша мама сама продолжала собирать сведения о директоре Бартоломью даже после того, как окончила школу, – сказала она. – И до неё дошли слухи о том, что на самом деле мистер Бартоломью никогда не был владельцем Руквуда.
После этих слов от удивления открылось сразу несколько ртов.
– Но это же означает… – прошептала Роза.
– Совершенно верно, – сказала я. – Если эти слухи верны, значит, Генри Бартоломью не имеет никакого права распоряжаться судьбой нашей школы. А если мы сможем это доказать, то спасём Руквуд.
Пенни наморщила свой нос так, что веснушки на нём слились в одно большое тёмно-оранжевое пятно, и спросила:
– И как, по-твоему, мы это сделаем?
– Работая все вместе, как одна команда, – ответила я, сделав глубокий вдох. – По сути, я предлагаю вам создать новых Шепчущих в стенах, такое же тайное общество. Только на этот раз, в отличие от них, мы обязательно добьёмся успеха.
Глава девятая
Айви
![](/img/67494971/i_009.png)
Предложение Скарлет почти всех привело в замешательство. Все начали переговариваться друг с другом, и лишь одна Ариадна принялась аплодировать, но перестала, поняв, что никто её не поддерживает.
– Погодите, погодите, – это была Пенни. Она поднялась на ноги и замахала руками, пытаясь навести порядок. – Заткнитесь все на минутку! – она повернулась к Скарлет и продолжила: – А что такого уж хорошего в Руквуде? Если разобраться, то это дыра. Даже Генри так считает. Так что я нисколечко не удивлюсь, если он снесёт эту помойку и построит вместо неё новый многоквартирный дом или ещё что-нибудь в этом роде. Поэтому какой смысл изобретать какие-то хитроумные планы, чтобы спасти школу?
Скарлет сердито засопела, подождала немного, чтобы успокоиться, и только после этого начала отвечать:
– Знаешь, Пенни, в тот год, когда мы все только-только сюда поступили, я бы, наверное, согласилась с тобой. Тогда Руквудская школа действительно была жуткой дырой. И мисс Фокс была чудовищем. Но теперь? Теперь в школе всё, наконец, стало меняться к лучшему, а у нас у всех появились здесь подруги. Я, например, просто не представляю, чем буду заниматься в школе, где мы все не будем вместе.
– Здесь действительно стало гораздо лучше, чем было, – поддержала мою сестру Вайолет. В школу она поступила в одно время со Скарлет, а затем мисс Фокс упекла их обеих в сумасшедший дом за то, что они слишком близко подошли к разгадке тайны нашей бывшей директрисы. – И мой официальный опекун… ну… не сахар, скажем так. Мне пришлось долго его уламывать, прежде чем он согласился вновь отпустить меня сюда. Но я же не могла бросить Розу на произвол судьбы, понимаете?
– Да, – кивнула Скарлет. – Очень хорошо тебя понимаю.
– А мне вообще идти отсюда некуда, – тихо прошептала Роза.
– Послушай, Пенни, – сказала Скарлет. – Ведь твои родители разводятся, верно? И что? Хочется тебе вернуться, чтобы видеть, как это происходит?
Пенни нахмурилась, и я приготовилась к тому, что сейчас она начнёт кипятиться, кричать на Скарлет. Но Пенни вдруг сдулась и села на место.
– Всё верно, не хочется, – вяло сказала она.
– Руквуд – это наш с вами дом, и не важно, нравится он нам или нет, – продолжила Скарлет. – А сейчас мы стоим перед выбором: либо спасти этот дом и сделать его ещё лучше, либо потерять его навсегда вместе с нашими подругами и вернуться к своим родителям или… или оказаться в сумасшедшем доме!
Я отчасти была согласна с тем, что думает о нашей школе Пенни, но и точка зрения Скарлет мне была вполне понятна.
– Наша мачеха убьёт нас, если мы вернёмся, – сказала я. – Поэтому даже если Руквуд – помойка, как говорит Пенни, нам с сестрой здесь лучше, чем дома.
Ариадна вскинула вверх руку.
– Что там у тебя? – повернулась к ней Скарлет.
Ариадна поднялась на ноги и, смущаясь, объявила:
– А мне на самом деле нравится Руквуд.
Никто не знал, что на это сказать, поэтому Ариадна решила пояснить:
– Ну, я люблю учиться…
– Потому что ты зубрилка, – фыркнула Пенни, но на неё сразу же зашикали все остальные.
– Да, я люблю учиться, – продолжила Ариадна, – но это ещё не всё. Руквуд для меня означает свободу. Я понимаю, мы здесь вроде как заперты в ловушке, но всё равно мне гораздо лучше здесь, чем дома или в моей прежней школе. Здесь я гораздо больше всего могу сделать. Здесь у меня появились подруги, вместе с которыми я участвую в разных приключениях и… – на глазах у неё показались слёзы, и Ариадна тихо закончила, шмыгая носом: – Короче, я считаю, что эта школа стоит того, чтобы попытаться её спасти.
Повисла довольно долгая пауза, после чего Скарлет вновь взяла инициативу в свои руки.
– Итак, голосуем. Кто со мной? – спросила она.
Первой свою руку вскинула вверх Ариадна. Я подняла свою руку, посмотрела вокруг и увидела, что и остальные голосуют «за».
Последней подняла свою руку Пенни, хотя постаралась сделать так, чтобы это выглядело как-то небрежно, безразлично.
– Что ж, – сказала она при этом. – По крайней мере будет чем занять себя в свободное время…
– Отлично, – хлопнула в ладоши Скарлет. – А теперь нам нужно придумать план…
К концу совещания у нас появилась вырванная из дневника Скарлет страничка, на которой аккуратным почерком Ариадны было написано:
НОВЫЕ ШЕПЧУЩИЕ В СТЕНАХ
Председатель: Скарлет Грей
Секретарь и дешифровальщица:
Ариадна Элизабет Гвендолен Флитуорт
Члены общества:
Айви Грей
Роза Фитцуоррен Вайолет Адамс
Эбони Макклауд
Надия Сайяни
Пенни Винчестер
Нужно заметить, что на роль секретаря (и дешифровальщицы тоже) Ариадна назначила себя сама, а по поводу председательства Скарлет развернулась целая дискуссия. Своё право возглавлять Новых Шепчущих она доказала тем, что именно ей принадлежала идея создать это общество, а почти все остальные всего несколько минут назад ещё не хотели или сомневались, стоит ли им вступать в него. Затем из дневника моей сестры была вырвана ещё одна страничка, на которой было написано:
План
1. Скарлет, Айви и Ариадна – расследуют в библиотеке историю Руквуда.
2. Пенни и Надия – следят за Б. и составляют отчёты о его действиях.
3. Роза и Вайолет – ищут любые следы существования потайных комнат и т. д.
4. Эбони – связывается с отцом и выясняет, что ему под силу сделать. Не поможет ли он деньгами?
Свои записи мы решили не шифровать – слишком уж хлопотно. К тому же у нас было надёжное место, чтобы хранить свои бумаги – в потайном ящичке музыкальной шкатулки, вместе с заметками нашей мамы.