Полная версия
Черная вишня
С этой женщиной хотелось сохранить хорошие отношения и в дальнейшем, пусть и с ее сыном у нас ничего не получится. А значит, надо ее заинтересовать. Если я хочу хорошо устроиться в этом мире, то мне нужны союзники и, возможно, клиенты.
До плода моих трудов шаиса добралась сама. Я оставила библиотеку, мечтая подкрепиться, а когда вернулась, Галиана была уже в библиотеке, сидела на моем месте и продиралась через почерк. Старичок-библиотекарь доложил, наверное.
– Это твои мысли? – подняла она на меня серьезный взгляд своих красивых зеленых глаз.
– Нет, не совсем, это все, что мне удалось вспомнить из того, чему меня когда-то учили, – честно ответила я. – Но это действенная система, проверенная временем.
– Ты ведь написала это для меня.
Я только кивнула, хотя ответ ей, кажется, был не нужен. Больше на меня внимания не обращали. Добыв себе книгу с описанием шайсаратов и основных видов производства в них, я удалилась изучать экономическую географию в спальню.
Глава 11
Красивой женщине можно простить не только глупость, но даже ум.
Шердан ночевать не приехал. Я даже дверь между комнатами оставила приоткрытой, чтобы услышать, если что. Но до утра мой сон никто не побеспокоил. А утром убежала в примеченный дворик и, оставшись в бриджах и топе, выполнила полную разминку, кое-что из йоги и немного потанцевала. Очень не хватало музыки, но телефон и плеер тут заряжать было нечем. Спустя час, накинув рубашку, я буквально пританцовывала на ходу, возвращаясь в покои. Осталось пройти буквально пару поворотов и лестницу, когда на талии сомкнулись чьи-то руки и меня рывком затащили в темноту…
Я даже пискнуть не успела – мой рот прикрыли ладонью, зато с размаху наступила кроссовкой на подвернувшуюся ступню. Надо мной прошипели что-то неодобрительное и явно нецензурное. Но не отпустили, тогда я добавила проверенный укус за слегка расслабившуюся руку. На этот раз мои действия успехом увенчались. Руку от лица быстро убрали, и я смогла оглянуться.
Мы стояли в затененной комнате одного из покоев замка. Я и Амир.
– У этой розы есть шипы и без клинка. – В голосе была отчетливо слышна насмешка.
– Что вы себе позволяете! – холодно проговорила я, не позволяя втянуть себя во флирт.
– Я отчаялся застать прекрасную розу, – Амир отступил, оглядывая меня, – в более спокойной обстановке. За завтраком вчера я не смог уловить и взгляда, в обед прекрасную розу похитила хозяйка этого дома, за ужином мне также не повезло. – Действительно, я опоздала вчера к формализованному приему пищи и перекусила на кухне, слегка смутив обслугу.
От еще одного более чем нескромного оценивающего взгляда мне захотелось запахнуться в рубашку, замотаться в портьеру и спрятаться за угол.
– Мне пора, не хочу опаздывать к завтраку. – Но на моем пути к выходу высилась массивная фигура.
Смерила Амира ледяным взглядом. Хорош, конечно. Смуглая гладкая кожа, красивый рельеф и темная дорожка волосков над поясом штанов. Опустила глаза, чтобы мое разглядывание не было таким демонстративным. Амир был босиком, и моим легким замешательством он наслаждался.
– Вероника, неужели этот сухарь и бабник разжег в вас такой пожар чувств, что вы не видите его истинной природы?
– И это мне говорит мужчина, для которого нормально обладать целым гаремом жен! – не сдержала я своего возмущения.
– Жена одна. Наложниц может быть несколько, – объяснили мне как ребенку. – Одной женщине трудно нести бремя страсти мужчины, она может быть нездорова, не в настроении или носить дитя. И если мужчина может поднять детей от многих женщин, то почему бы ему не сделать этого.
И все это с улыбкой и чувством такой непоколебимой правоты.
Неожиданно Амир шагнул ко мне, и, отшатнувшись, я уперлась в стену. Горячие пальцы скользнули по моей скуле, подхватили локон, заправляя его за ухо. Опускаясь, задели шею, пустив этим прикосновением россыпь мурашек. Амир с удовольствием глянул, как на моем вскинутом предплечье поднялись волоски. Его самодовольная улыбка заставила меня опомниться:
– Мне вот интересно, а попирать законы гостеприимства в доме, хозяева которого тебя приняли и предложили пищу, оскорбительно относиться к другим гостям, более того, к чужой женщине, – это тоже как-то красиво обосновано?
Ну хоть улыбка эта с его лица сошла. И я собралась закрепить успех.
– Если это все, то я пойду. – Я решительно шагнула к выходу.
Амир посторонился.
До покоев домчалась пуганой ланью. Вот пришла беда, откуда не ждали! И чего хочет? Хотя чего именно хочет – понятно, да и замуж он не предлагал, так что никаких иллюзий. Нашел дурочку. Насколько проще быть невинной девушкой, тело еще не знает сладостных удовольствий и реагирует спокойнее. Не отзывается дрожью на ласку. По-моему, у меня просто давно не было личной жизни. Или воздух здесь такой.
За завтраком не оказалось шаисы Тарис. Чай с ароматными булочками пили только Кари и еще две леди, имен которых я не запомнила. Амира тоже не было, это меня немного успокоило.
– Не знаю, что ты сделала с матушкой, но она не спала полночи. Сегодня как встала, вызвала управляющих. И опять сидят в кабинете, что-то считают. Кстати, звала тебя к себе после завтрака, – прошептала мне младшая Тарис.
На что я пожала плечами и действительно отправилась в кабинет.
Шаиса Галиана смотрела на меня напряженно и внимательно несколько минут. Я молчала, она тоже. Наконец, отослав из кабинета своих помощников, заговорила:
– Я сразу поняла, что к роду Барас ты не имеешь отношения, но никак не могла раскусить, кто же ты. У тебя прекрасное образование, неплохие манеры, есть свое мнение. Я не буду выпытывать правду. И я не лезу в дела сына, ему виднее. Если захочешь – расскажешь сама.
Я благодарно кивнула, поскольку действительно не знала, что стоит рассказывать.
– Меня интересует другое, – продолжила шаиса и похлопала рукой по стулу рядом с собой. – Расскажи подробнее про рыночную инфраструктуру и системы государственного регулирования экономики.
Я мысленно застонала.
Если бы не Кариза, мое обескровленное тело нашли бы в глубинах библиотеки. Шаиса Галиана была очень умной женщиной с практичным деловым складом ума. Увлекающаяся и решительная, она усмотрела выгоду в знаниях, предоставленных мной ей. И со всем присущим ей темпераментом принялась решать новую поставленную задачу.
До полудня мы просидели в кабинете, но потом Кари вырвала меня из цепких матушкиных рук, сообщила, что уже подали коляску и нас ждут неотложные дела в городе.
Уже спустя полчаса мы хохотали в каком-то кафе. Она рассказывала случаи из жизни, делилась впечатлениями от столицы. Я же делилась какими-то байками из своего прошлого и недавнего путешествия, чуток адаптировав и сократив. В общем, Шердан оказался прав, выросшая при такой матери девушка не могла быть чопорным инфантильным цветочком. Мы подружились.
– Ты действительно не стесняешься носить эти облегающие костюмы для верховой езды? – уточнила она, когда мы начали рейд по лучшим городским ателье.
– Ничуть. К тому же путаться в юбках, чулочках и подвязках, сидя верхом и рискуя свалиться, куда хуже. – Не объяснять же, что половину жизни пробегала в джинсах.
– Если честно, то, когда отец учил меня верховой езде, я тоже носила парусиновые штаны, но открыто так ездить не принято. Хотя столичная мода… – Кари хитро улыбнулась и заказала себе пошив нескольких таких костюмов.
Потом она весело смеялась, глядя, как я ругаюсь с мастером в обувной мастерской, отстаивая тот факт, что туфли и сапоги мне нужно пошить на правую и левую ногу, а не одинаковые, ибо «обтопчутся» со временем. Отстоять свою позицию удалось только в третьей мастерской. Молодой мастер обещал все выполнить в лучшем виде, и мы долго рисовали эскизы. Чуть ли не впервые я оставила в обувном целое состояние и была абсолютно счастлива.
А потом я на свою голову, жутко стесняясь, спросила, где можно подстричься и как тут удаляют нежелательные волосы. Вопрос возник не просто так – меня начали здорово беспокоить собственные голени и отросшая челка. Моей неосведомленности Кари если и удивилась, то ненадолго, поскольку уже тащила меня куда-то с неподдельным энтузиазмом и фанатичным огоньком в глазах.
Наверное, так мог выглядеть какой-то очень претенциозный спа-салон. Шикарная платиновая блондинка, холеная от кончиков ногтей до идеальной укладки, встретила нас с профессиональным радушием. Приняла меня с рук на руки, взвесила приятно звякнувший мешочек, переданный ей Кари, выслушала пожелание:
– Полный комплекс. Для обеих.
И нас поглотили недра этого заведения.
Я, конечно, знала, что красота требует жертв. Но не таких же! Дикий мир, тут даже в салонах красоты пытки применяют.
Сначала меня замочили. В смысле решительно и непреклонно макнули в ванну и, пока я отмокала, занялись моими изрядно пострадавшими от всех злоключений ноготками. Стоило немного расслабиться и разомлеть в приятно покалывающей кожу жидкости, как ванна закончилась и начался массаж. Это самое близкое цензурное слово, которое подходит к тому, что со мной сделали. Худощавая и откровенно невзрачная дама размяла руки и приступила к экзекуции.
Кажется, она нашла начало и конец каждой мышцы в моем теле. В том числе тех, о которых я не подозревала. Меня трижды свернули в бараний рог, выгнули во всех гнущихся местах и в некоторых негнущихся.
Больше всего я напоминала себе отбивную, только очень довольную жизнью. Восхитительная легкость и нега растекалась по всем клеточкам тела. А потом до меня добрался маг.
Оказалось, это заведение было мало того что лучшим в городе, так еще и единственным, в котором работали подобные специалисты.
Меня снова загрузили в ванну, потом возложили на очередной стол, и, поглаживая мою голень, миниатюрная большеглазая девушка уточнила:
– Временно или радикально?
Какие странные вопросы, право.
– Разумеется, радикально! – Да за возможность больше не беспокоиться о таких мелочах половина женщин Земли душу бы продала. И я решительно добавила: – Везде!
– Это может быть больно, – пыталась предупредить она.
Да, это действительно было больно. По ощущениям с меня содрали кожу, аккуратно ощипали ее и бережно натянули обратно. Я выла, ругалась, проклинала магию в целом, красоту в частности, все салоны и себя. И угомонилась, лишь когда пострадавшей кожи коснулась прохладная успокаивающая волна.
В шикарный холл я вышла позже Кари, та уже сидела в кресле, беседовала с недавней платиновой блондинкой и наслаждалась кофе с крохотными канапе.
Кари сияла. Буквально. Нежнейшего оттенка идеально ровная кожа, густые темные кудри, рассыпавшиеся по плечам, блестящие глаза. И тут я увидела в зеркале свое отражение. Даже рукой помахала, убеждаясь, что это действительно я.
Как и у Кари, прежде всего внимание привлекала кожа. Так выглядят на фото в глянцевых журналах модели и звезды, идеально отснятые с правильным светом и тщательно отретушированные. Шелк и атлас.
Заметив мою реакцию, женщины переглянулись и довольно улыбнулись. Я успела только сбивчиво поблагодарить, когда подруга подхватила меня за руку и утащила на улицу, где ожидающий экипаж повез нас навстречу ужину.
Глава 12
Дуэль не удалась: мы оба живы.
Ужин прошел несколько напряженно. Я ела морепродукты. Амир ел меня, ладно хоть глазами. По излишне глубокому декольте, которое я себе позволила, ощутимо гулял сквозняк взглядов. За всем этим наблюдали женщины рода Тарис. Галиана размышляла о чем-то своем, иногда перебрасываясь фразами с Амиром. Кари откровенно забавлялась. Днем она мне поведала, что Амир является одним из сыновей нынешнего правителя степняков. Не старшим, но, учитывая довольно вольные правила наследования, вполне мог оказаться преемником власти.
В шайсарат он приехал договариваться о браке. Кариза считалась выгодной невестой, и этот союз мог бы способствовать укреплению дружбы и торговли. Шаиса Галиана подозревала, что тут тоже приложил свою руку дядюшка Максимилиан, натолкнув степняка на эту мысль.
Гордый сын степей изрядно удивился, когда не впечатлившаяся его красотой и статью барышня отказала в притязаниях на руку и сердце. Судя по краткому пересказу, предложение выглядело примерно так: «Вы привлекательны, я чертовски привлекателен, к чему терять время?» Но лицо он сохранил, и сейчас стороны вдумчиво прорабатывали долгосрочные соглашения. После ужина я, извинившись, сбежала, мысленно прикрывая дыры, протертые во мне жадным взглядом.
Амир пытался проследовать за мной, но его ловко задержала вопросом шаиса Галиана. Я за это была ей очень благодарна, хотя подозревала, что до покоев добежать не успею. Разве что придется задрать широкую длинную юбку, снять туфельки и мчаться через ступеньку.
Оценив длину лестницы, юркнула под нее в коридор, ведущий к кухне. Затаилась и вскоре с улыбкой послушала топот сапог по ступеням. Промелькнула массивная фигура. С моей позиции было отлично все видно, основание лестницы отражалось в оконном стекле, а я стояла в полумраке. Итак, охотник умчался. Буквально за ним по пятам, вроде шагая, но почти бегом, проследовал один из служащих шаисы Галианы. Я улыбнулась. Все у нее под контролем. Третья фигура скользнула по лестнице почти неслышно. И тоже исчезла наверху. Соглядатай?
Что ж, в покои я теперь точно не скоро пойду. Решительно ухватилась за ручку приметной двери напротив кухни и спустилась по ступеням вниз в едва подсвеченную тьму. Надеюсь, второе имя Шердана Тариса – не Синяя Борода. Я нервно хихикнула своим мыслям, ведя пальцами по стене.
Каблучки постукивали по пыльному нехоженому полу, зажигалка выхватывала кусочек коридора из мрака. Хорошо что я не боюсь темноты. Точнее, не боялась, пока темнота не сказала мне зловеще:
– Бу!
Зажигалка погасла. Я вздрогнула, обернулась и завизжала. Если бы не забрела так глубоко, наверное, замок был бы поднят по тревоге. А так прозрачную фигуру просто смело звуковой волной.
– Чего так орать? – Дух выглядел ошеломленным и ковырялся в призрачном ухе.
– От неожиданности, – покладисто ответила я, и уточнила: – Если не ошибаюсь, то предо мной призрак.
– Сама ты призрак. Я – дух. – Прозрачный мужчина в балахоне и остроносых туфлях горделиво приосанился и подрейфовал куда-то в сторону.
– Постой! – Я пощелкала зажигалкой, в свете огонька он становился совсем малозаметным. – Ты здесь живешь?
– Это самое неподходящее слово, которое только можно было придумать. Я здесь умер!
– Прости. – Я устыдилась.
– Что взять с глупой иномирянки, – фыркнул дух, но дрейфовать в стену перестал.
– Откуда…
– При жизни я был прорицателем, лучшим в своем деле! Ко мне выстраивались очереди! Моего расположения искали! – Глаза на худощавом лице разгорались, дух замер, глядя куда-то в неведомую даль.
– И что? – спустя минуту решилась я нарушить тишину.
– И все. – Он отмер, пожал плечами. – Ладно, я не обижаюсь. Не я первый, не я последний, кого прикончил хозяин замка.
Я зябко повела плечами от этих слов. Шердан убивает людей в подвалах? Или его дядя? Стало совсем неуютно.
– Ага! Впечатлялась! – Дух мерзенько похихикал и вдруг поклонился: – Мэтиус.
– Вероника, – мрачно ответила насмешнику.
Дух только пожал плечами, все так же хитро улыбаясь. А я поняла, как сильно успела замерзнуть.
– Мэтиус, а давай я завтра оденусь потеплее и опять сюда спущусь? Поболтаем. Или ты наверх поднимайся.
– Нет, я в верхний замок не пойду. А ты заходи, если что. – Мэтиус гостеприимно развел руками. – Только без этого своего хахаля. К нему не выйду.
– Он мне не хахаль. До завтра!
Стуча зубами, я покралась в свои покои. У дверей меня никто не караулил, внутри тоже оказалось пусто. Хотя, когда закрывала дверь, показалось, что я заметила какую-то тень в коридоре.
– Разденьте меня, но не будьте слишком торопливы, как все мужчины…
Мурлыкая одну из своих любимых песен, я энергично разминалась на обнаруженном дворике. Прыжок, жете, прогиб, плие, наклон. Тело буквально пело после вчерашнего массажа, и я летала над утоптанной площадкой. Утренняя прохлада приятно освежала.
В планах было сытно позавтракать и навестить подвалы.
Я уже почти закончила тренировку, когда взгляд случайно упал на увитое виноградом окошко. От неожиданности оступилась и пребольно подвернула ногу. За листвой отчетливо виднелась мужская фигура.
– Ника, ты в порядке? – Шердан ворвался во двор и склонился надо мной, в глазах плескалось беспокойство и чуточка вины.
Да-да, я из-за тебя свалилась!
– Ты подглядывал!
– Судя по тому, что ты нашла этот тренировочный дворик, ты тоже этим грешишь, – отмахнулся он. – Покажи ногу.
Я немного смутилась из-за того, что меня раскусили, и попыталась встать. Лодыжку прострелила боль. Я зашипела.
– М-да, лучше к лекарю или дождаться, пока Альгер проснется, – покачал головой мужчина, после чего легко поднял меня на руки. Подкинул, перехватывая поудобнее, отчего я пискнула и рефлекторно схватилась за его шею.
– Дверь открой, – попросил он, и я убрала руки.
Однако этот гад уже на первых ступенях дал мне немного сползти и подкинул снова, так что дальше я держалась за его шею, не отпуская. Коварный тип улыбался. Я незаметно принюхалась, вдыхая приятный можжевелово-пряный аромат с примешивающимся запахом оливкового мыла.
– А ты давно вернулся?
– Нет, только ополоснуться успел и тебя искать пошел.
Хотела спросить как, но вспомнила, что он нашел меня даже в пещере.
Шер внес меня прямиком в ванную. Надо думать, после полуторачасовой тренировки пахло от меня не фиалками. Предложил помочь, но я с негодованием выставила его за дверь. Он ухмыльнулся, но вышел, пообещав прислать девушку.
Когда немного смущающуюся меня вымыли, вытерли и одели в поданный наряд – зашел снова. И отнес в гостиную, где нас ждал накрытый столик.
Забота была очень приятна, хотя и несколько волновала. Особенно волнительно стало, когда припомнила, чем закончилась наша прошлая трапеза здесь. Постаралась не краснеть и принялась за чай с булочками. Шер не отставал, уплетал что-то очень аппетитное в горшочке.
– Кстати, что ты сделала с моей мамой?
– Почему сразу я? – возмутилась я, даже жевать перестала.
– Таман сказал, что шаиса загорелась поданной тобой идеей. – Кажется, его светлость говорил об управляющем.
– Поделилась основами экономики своего мира. – Я пожала плечами.
– Что? Ты ей рассказала?!
А вот не нужно на меня голос повышать.
– Между прочим, мне устроили форменный допрос, разве что пыток не применяли. Пытки были потом. – Я вспомнила посещение местного храма красоты. – И вообще ей хватило двух вопросов, чтобы выяснить, что я самозванка. Дальше она выясняла степень моей опасности, ну или полезности.
– И какие же это вопросы? – поинтересовался он.
– Спросила, где я выросла и какие вина у нас подают к столу в это время года. А дальше слушала, как я нескладно вру.
– Да, мое упущение, – помрачнел Шер. – Ладно, все равно пришлось бы признаваться.
– Как ваше расследование? – переменила тему я.
– Вышли еще на две банды и взяли одного заказчика, который, увы, тоже оказался посредником. Немного отоспимся и поедем дальше. Есть еще зацепки.
Дверь открылась без стука, и ворвался заспанный Альгер:
– Ника, привет, о, моя прекрасная экс-невеста! Отлично выглядишь! Я скучал! – Он оглядел стол, подцепил самое симпатичное пирожное, закусил куском окорока и заявил, что остается завтракать у нас.
– Кстати, – Шердан откинулся в кресле, – не провоцируй Амира.
– С чего ты взял? – Моим голосом можно было лед заготавливать.
– Доложили, – прозвучал туманный ответ.
– За мной, значит, следят?
– Не за тобой, ребята жалуются, что за тобой невозможно следить, ты постоянно куда-то пропадаешь, – признался он. – А вот за ним следят.
– Я, значит, провоцирую? – Я закипала. – Пусть твои люди следят лучше, а то он поймал меня в коридоре, затащил к себе, зажал в углу, обозвал тебя последним бабником и предложил сменить сомнительную честь быть твоей невестой на счастье занять место наложницы при нем. Может, согласиться, а?
Я завелась и буквально выплевывала слова. Шердан выпрямился в кресле. С каждым моим словом его глаза все сильнее щурились. На скулах играли желваки. В конце концов его лицо озарила очень нехорошая улыбка, он встал и молча вышел. Альгер дернулся было следом, но я удержала его за рукав.
– Куда он? – спросила растерянно, заслужив странный взгляд.
– Убивать пошел, – беспечно бросил маг.
– Как? – опешила я.
– А чего ты добивалась? – Альгер сел обратно.
– Я просто обиделась на такое обвинение. А тогда, ну… испугалась очень. Он как-то решительно настроен был.
– Ника, мне надо идти, если они затеют дуэль, то понадобится секундант и, возможно, лекарь.
– А мне ногу можешь полечить? – спросила я нервно. Хотелось куда-то бежать, и было очень страшно за Шера.
– Что ж ты сразу не сказала!
– Пока сижу – не болит, – буркнула я, а мою ногу уже водружали на стол и накрывали ладонями.
– Может, тебя вообще не лечить? – проворчал маг. – Тогда ты точно будешь сидеть здесь и тебя не нужно будет разыскивать по всему замку.
– Не поможет. Я даже со сломанной ногой танцевать ходила, – призналась я честно и добавила: – Альгер, скажи мне, что этот Амир отвратительный боец.
– Хотел бы, но степняки буквально рождаются с оружием. Я против него и минуты не продержусь.
У меня дыхание перехватило. Что я наделала?!
Мы неслись по коридорам. Маг у кого-то что-то спрашивал через медальон.
Противоборствующие стороны обнаружились в одном из дворов. За казармами. И от мира и согласия было далеко. Амир вертел в руках изогнутый хищный клинок, Шердан извлек из ножен почти прямой меч. Когда тренировался с Альгером, у него был другой.
Воины сближались, обступая выложенный светлыми камнями большой круг. Похоже, место для поединков тут было выделено и использовалось регулярно.
До шаисы новости еще не дошли, по крайней мере, со своего места в тени стены я ее нигде не видела.
– Поединок до результата, – объявил какой-то мужчина.
Липкий страх стиснул внутренности. Запястье неприятно покалывало. Хотелось подойти, что-то сказать. Но пока я раздумывала, негромко продребезжал от пинка щит, висящий на перекладине. И пара противников в круге сорвалась в стремительную рубку.
Я закусила палец, чтобы не орать, и дернулась вперед. За плечи меня поймал Альгер. Кажется, он был не слишком взволнован.
Мужчины сходились раз за разом, обмениваясь молниеносными ударами.
– Видишь, как отличаются их техники, – нашептывал мне на ухо маг, и я кивала, хотя ничего не понимала в рисунке боя.
– У Амира ятаган, раны наносит режущие за счет веса и изгиба. А у клинка Шера изгиб слабый и заточка полуторная. О! Сейчас будет… Надо же! Отбил! – с досадой прокомментировал Альгер. – А у меня не получается. Так вот, Шер может наносить и режущие, и колющие…
В этот момент Амир как-то хитро крутнулся, резко меняя направление атаки, и я увидела, как Шердан сильно отклоняется назад, падая на руку. Но тут же изворачивается, перекатываясь в сторону, еле уходя от широкого рубящего удара наискось.
А дальше у меня был шок. Я пыталась рвануться в круг, видя, как стремительно краснеет на груди моего брюнета рубашка. Но меня все так же удерживал маг. И судя по тому, как впивались в мои плечи его пальцы, спокоен он больше не был. О том, что останутся синяки, подумала как-то отрешенно.
– Смотри.
И я смотрела. А что мне оставалось?
Вскоре даже несведущей мне стало понятно, что что-то изменилось. Противники снова сошлись, но теперь Амир пятился. Отбивал удары, все более мрачнея, и снова пятился. Шердан двигался и атаковал стремительнее, чем прежде, хотя лично мне это казалось невозможным. Я осознавала только одно: долго так продолжаться не может. Он ведь кровью истечет, устанет. Но, как оказалось, данная тактика имела свою цель. Дикий напор заставил ошибиться уже Амира, тот на мгновение замешкался и тут же получил жалящий укол в ногу, а затем еще один. Узкое лезвие пронзило ключицу, выводя степняка из строя.
Звякнула о камни упавшая сталь, и степняк припал на одно колено.
Альгер меня больше не держал, поспешив туда, где Шер уже что-то говорил своему противнику, помогая ему подняться.
– Ника! – Обернувшись, я увидела, что ко мне подходит Кари, а шаиса Галиана скрывается в замке.
Кари проследила за моим взглядом, подмигнула.
– Матушка очень довольна, – заговорщицки проговорила она. – Теперь она с Амира не слезет, пока не вытрясет все, что хотела, и даже больше. Проигравшая сторона всегда уступает. А ты что такая бледная?
Тут она заметила, как к нам идут ее брат и Альгер. А меня не отпускало чувство, что все вокруг как-то не так реагируют, как должны бы. Два поединщика, смертельная опасность. Или не смертельная? Ведь Шердан не убил Амира. Я уже не понимала решительно ничего.