Ласковый оскал порока

– Это сюрприз, подожди!

Артём ушел открывать дверь, а Маша судорожно написала Наташке: «Если что – я нахожусь по адресу: ... квартира 104! Если не выйду на связь в течение 20 минут, вызывай полицию! Знай, бестолочь, я всегда ценила нашу с тобой дружбу, Белку и квартиру завещаю тебе!!!»

Парень вернулся с огромным букетом. Машка громко ахнула и подняла руку, будто пытаясь остановить его на минуту:

– Погоди… Подруга пишет.

Она быстро дописала «Отбой! Все ок!» Подруга отправила в ответ ржущий смайлик.

– Маша, это тебе… Можешь потом оставить у меня, чтобы… вопросов дома не возникло.

Воздух наполнился ванильным, сладким ароматом черных калл. Маша с удовольствием приняла букет. Черные каллы… Она обожала эти цветы, и всего лишь один раз вскользь упомянула об этом в разговоре.

– Ты запомнил…

– Да, тебе понравилось?..

– Очень.

Вовка не дарил цветы. Он считал это мещанством и пережитком прошлого века. В его воображении жена должна была работать, вести хозяйство, сама зарабатывать себе на маникюр и причёску, да ещё и мужу на расходы давать. Устроиться на работу, взять кредит и отдать все деньги мужу... Маша сделала огромную глупость и до сих пор рассчитывалась с банком за то, что по сути даже в руках не подержала.

Хватит! Отпусти и забудь. Маша стояла посреди зала, обнимая букет в шероховатой крафтовой бумаге.

– Ну что ты так в него вцепилась! Пойдем на кухню, в вазу поставим.

– Надо сфоткать! – воодушевленно сказала Маша. – И выложить на страничку.

– А ты смелая, – удивился Артем. – Или муж не следит за фотками?

– Да ну, – отмахнулась Машка, уже забыв про свою легенду.

Маша поставила цветы в вазу. Артем подошел очень близко. Он замер в сантиметре от её губ. Она чувствовала его дыхание, пахнущее вином и стейком. Мир сузился до его глаз, до бешеного стука его сердца, который отдавался у неё в ушах. Он прижал девушку к себе и поцеловал так ласково, что у нее подкосились ноги и перехватило дыхание. Как бы тривиально это не звучало.

– Боишься? – шепнул Артем.

– Да.

– Почему? Чем я тебя пугаю?

– У меня никого больше не было… Только муж. И я… Да, я боюсь.

– Я буду осторожен.

Дальше все было как в сказке. Он унес девушку на руках в спальню и раздевал так нежно, словно она была дорогой хрупкой куклой. Еще никогда так Маше не было хорошо. А на рассвете, после бессонной ночи и быстрого душа, Артем обнял, прижал к себе и попросил остаться. Потрясенная Маша не возражала.

Она первый раз лежала не на диване, не на раскладушке, а на нормальной ровной кровати. Прохладная простынь приятно холодила разгорячённое тело. Рядом лежал мужчина, который, подперев голову рукой, смотрел на неё с искренним восхищением. Да... С такими чёткими скул и волевым подбородком ему только в кино сниматься. Она смущенно хихикала, сама не веря в свою удачу. А ещё... Похоже, до Артёма она даже не подозревала, как выглядит и ощущается любовь. Или хотя бы её начало.

Артём больше всего на свете хотел остановить этот момент. Скорее всего, всё закончится, как только он улетит. Но сейчас она была рядом. Её хотелось обнять, чтобы она улыбнулась. Уберечь. Прогнать грусть. Защитить... возможно, даже защитить от самого себя.

6 Глава. Признание Маши

Выходные прошли как во сне. Артём не хотел её никуда отпускать. Он свозил её в больницу проведать отца, где терпеливо ждал на парковке битых два часа. Потом отвёз домой покормить кошку. Белка сразу же его признала: старушка сразу повела его к мискам на кухне, а потом уютно свернулась на коленях, затарахтев как трактор.

Воскресенье они провели у Маши в её крохотной квартире. Она стеснялась дешёвой мебели из ДСП и вечно капающего крана в ванной, но Артёму было все равно. Лишь бы любимая была рядом и улыбалась. Кран он починил, раздобыв у соседа инструменты. Надо же, Маша и не подозревала, какие хозяйственные люди живут совсем рядом с ней.

Понемногу девушка расслабилась и даже приготовила на ужин своё фирменное блюдо – ламаджо (армянская пицца). Она щедро засыпала его петрушкой, кинзой, базиликом, наполнив наконец-то свой дом родными для неё ароматами.

После ужина и не только они лежали на диване расслабленные и уставшие. Из колонки играла лёгкая музыка. Маша водила пальцем по татуированным рукам своего мужчины, так внезапно возникшего в её жизни. Она даже не подозревала, что под его обычно строгой одеждой почти всё тело разрисовано мифическими созданиями, рунами и хитросплетениями кельтских узоров. Артём расслаблено улыбался, а потом нарушил молчание вопросом:

– Маша, в твоей квартире пусто, как будто чего-то не хватает. Такое ощущение, будто половину мебели вынесли… Что-то случилось?

– Раздел имущества.

– И фотографий совместных нет… В смысле раздел имущества?!

Маша сняла кольцо и бросила в сторону скрипучего шкафа, который старательно прикидывался дорогим дубом. Колечко звякнуло об дверцу, отскочило, покатилось и упало на пол. Белка вспомнила молодость и подскочила к новой игрушке.

– Мы развелись буквально за одну неделю до нашего с тобой знакомства… Я не снимала кольцо, потому что не хотела ни с кем знакомиться. Да и от тебя держалась так отстраненно… Муж был предлогом удрать, взять паузу. Понимаешь?

– Нет. Не понимаю. Что еще ты скрываешь? Детей? – в его голосе звучало раздражение.

– Нет, детей у нас не было, поэтому он и ушел. К любовнице, у которой есть ребенок.

– От него?

– Нет. От первого мужа.

– Вы давно расстались?

– Мы поженились в восемнадцать лет сразу после школы. Прожили семь лет. Последний год был настоящим адом. Он мне и раньше изменял, но я делала вид, будто ничего не знаю. А потом он ушел... Я даже истерику не устроила. Я вдруг поняла, что рядом со мной чужой человек, и без него мне будет проще. Он забрал свои вещи и съехал.

– Наверно, тебе тоскливо вот так разочароваться… С другой стороны, я рад, что между нами никто не стоит. Хотя я был готов тебя отбивать…

– Что?

– Я хотел с тобой серьёзно поговорить... – он запнулся, глядя в её глаза. – Но всё пошло не по плану. Послезавтра начинаются съёмки. Мне нужно лететь.

Он взял её за руку, сжав чуть сильнее, чем нужно.

– Я вернусь. И тогда мы поговорим обо всём. Обещаю. Просто... доверься мне на эти три недели.

Маша замерла. От его слов веяло холодом, тайной, но в его карих глазах она видела тепло. И в них же читался страх. Чего мог бояться этот, уверенный в себе на первый взгляд, мужчина? Ему достаточно пальцем поманить, и любая девица голову теряет. Вот Динара точно бы сломалась ещё на том моменте, когда к ней подкатит "инфинити" последней модели.

– Я буду скучать... – неуверенно пробормотала Маша. – Странно конечно это всё.

– И я… Я буду думать о тебе, – Артём загадочно усмехнулся своим мыслям. Он притянул её ближе к себе, заботливо укрывая пледом.

Его раздражение улетучилось, уступив место сожалению. Он только что взбесился из-за обмана Маши. От криков и скандала его удержала профессиональная выдержка. Она его так легко обвела вокруг пальца... А сам-то чем лучше?

7 Глава. Зависть

Отец по-прежнему лежит в больнице. Артём улетел. Белка спит по 23 часа в сутки. Заняться нечем.

Наташка пригласила Машу в недорогое кафе после работы. Та охотно согласилась. Подружки заказали по диетическому салату и бокалу красного вина.

– Так, рассказывай! Всю неделю молчишь, – Наташка пыталась обидеться, но любопытство побеждало.

– Ты сама уходила с радаров, не вставай в позу. Понимаешь, я не могла это доверить телефону… – Маша прижала ладони к покрасневшим щекам.

– Так хорошо?! Кстати, букет роскошен! Я там отследила лайки, твой пост оценила Вовкина мадам.

– Ого, следит что ли? – Маша не удержалась от сарказма. – Надеюсь, она ему устроила скандал, Вовка никогда не дарил цветы.

– Тебе надо еще своему Артёму рассказать про развод, сфоткаться с ним и тоже выложить! Пусть бывший локти кусает!

– Слушай, я не собираюсь ничего делать Вовке назло! Хотя… Как же его перекосит! Артём – его полная противоположность! Высокий, накаченный, богатый… И я ему уже рассказала про развод. Он обрадовался, хотя и был готов отбивать меня у мужа.

– Больше похоже на сказку, – фыркнула Наташка и закатила глаза. – У твоего принца должен быть косяк! Он храпит?

– Нет.

– Не любит детей, маньячит по ночам? Поклоняется сатане?

– Ничего такого.

– У него… У него маленький дружок?

Маша покраснела и промолчала.

– Немаленький?

– От слова совсем.

– Так, а вот тут я тебе начинаю завидовать. Ты бы хоть фотку своего мачо показала.

– Мы не фотались.

– А ну понятно, не до этого было, – Наташка поджала губки и надулась.

– Прекращай! – Машка раздраженно дернула плечом. – А то вообще ничего не расскажу!

– Интриганка, – подружка расхохоталась и подозвала официанта, заказывая еще по бокалу вина.

– Мне кажется, он альфонс, – внезапно сказала Маша. Она залпом допила вино и поморщилась. – Слишком он идеальный. Не верю, что актеры третьего плана и помощники режиссера могут себе позволить покупать квартиры и машины.

– Загугли!

– Уже! Пусто.

– Псевдоним?

– Скорее всего… Но он мне его не говорил. Да и знакомы мы с ним всего две недели. К черту все! Будь что будет. Расскажи, как там у тебя с Пашкой? Надеюсь, в этот раз все серьезно? А то я скоро уже сама пойду работать тамадой, всё равно набор конкурсов и шуток у всех одинаковый.

– Ой всё! Я решила, хватит паспорт печатями портить, – захихикала Наташка. – Главное, что он Петьку любит, меня на руках носит и с моей маман ладит.

– Если он проверку Марии Дмитриевны прошел, то точно нормальный пацан. Когда познакомишь?

– Когда ты меня со своим Тёмочкой познакомишь, – прищурилась Наташка.

– Я подумаю, мне твой взгляд не нравится.

– Вот как… Кстати. Заодно бы и проверили на верность! С Вовкой тебе мало было? Такие вещи лучше сразу знать.

– Наташ, рано еще о чем-то рассуждать. Вдруг он на съемках встретит другую «любовь всей его жизни»? Или он реально альфонс или женат. Посмотрим. Я никуда не тороплюсь.

– Тебя куда понесло? – озадачилась Наташка. – Ты же сама рассказала про его квартиру – холостяцкое жилье.

– Так он мог снять на время левую квартиру, – резонно заметила Маша. – Короче, мне кажется, он что-то скрывает.

Маша замолчала, задумчиво водя пальцем по запотевшему бокалу и следя за игрой бликов.

– Но... Наташка, я снова вляпалась... И влюбилась не в того.

8 Глава. Отец

Артём действительно постоянно помнил о ней. Съемки проходили в Чехии. Он старался писать каждое утро и вечер, несмотря на гигантскую разницу во времени. Иногда они созванивались по видеосвязи. Артём улыбался и отшучивался по поводу съемок. Говорил, что это для очередного сериала. Подозрения Маши то засыпали, то просыпались снова.

Папу наконец-то выписали. Армен Вахтангович гордо отказался от переезда к дочери и от сиделки. Он прекрасно ориентировался в пространстве, мог сам себя обслужить, но Маша тревожилась и каждый вечер приезжала к нему в гости хотя бы на полчаса. Отец вздыхал и говорил, что не надо тратить на него все свободное время.

Маша же искала успокоение в родительской квартире. Отец не любил перемен. Здесь по-прежнему стояла советская мебель, сохранившая память об их семье, от которой остались только отец и дочь.

Как-то раз он сделал комплимент:

– Доча, на тебя очень хорошо повлиял развод. Ты так похорошела! Встретила кого-то?

Она кивнула и тут же добавила:

– Только я пока не знаю, насколько это серьезно. Прости, знакомить тебя с ним пока рано.

– Ты у меня взрослая, сама разберешься. И… Я очень рад, что та история с Владимиром закончилась. Не хочешь взять у меня денег на погашение кредита? У меня есть кое-какие сбережения.

– Нет, я сама все выплачу. Я получила повышение. Пока ты лежал в больнице, я наконец-то добилась автоматизации в отделе.

– Да ты ж моя умница!

– И теперь начальница выживает меня как может. Старая карга боится, что я ее подсижу.

– И правильно боится! Ничего, ты стойкая! Хочешь, я Анатолию Петровичу позвоню? По старой дружбе?

– Не надо!

Отец сильно тревожился за единственную дочь.

Когда-то давно в институте он влюбился в русскую красавицу и женился на ней, чем вызвал волну недовольства армянской родни. Но его это не остановило. Какая разница, что ему уже нашли невесту, пусть! У него есть прекрасная Варвара... Но их брак стал проклятьем.

Старший сын погиб во второй Чеченской войне. Второй сын умер в ДТП. Осталась только младшая дочка – отрада на старости. Варвара умерла, когда Маше было всего 7 лет. Мачехи у нее так и не появилось.

Узнав про беременность дочери, Армен Вахтангович, мужчина старой закалки, практически силой притащил их в ЗАГС. У будущего зятя не осталось шансов отвертеться. Потом был выкидыш, дочка заболела, брак не удался. Отец долго жалел, что настоял на свадьбе. Лучше бы так…

Владимир то работал, то нет. Машка впряглась в лямку продавщицы, забыв про институт. Потом Армен Вахтангович уговорил старинного приятеля Анатолия Петровича взять дочку в отдел делопроизводства. Машка быстро влилась в дела компании, перешла в отдел закупок, где смогла добиться повышения.

Характер девушки закалялся. Когда муж в открытую пошел налево, она без дрожи в пальцах подписала документы на развод, по которому им было нечего делить. Из совместно нажитого имущества были только кредиты. Даже машину Вовка сам не смог купить, это был подарок крестного на свадьбу. Отец ей гордился, она научилась держать удары.

Армен Вахтангович не выдержал. Он снял трубку и набрал номер старого друга. Анатолий Петрович внимательно выслушал и, как мог, успокоил старого друга, пообещав подумать над дальнейшей судьбой своей подопечной.

9 Глава. Гарпия

Начальница бесилась. Она была бывшей любовницей Анатолия Петровича. Их история быстро началась и также быстро закончилась с рождением внебрачного ребенка. Мужчина исправно платил алименты, но законную жену с тремя детьми так и не бросил.

Теперь у Вероники Павловны под боком работала настырная и смазливая девица армянских кровей. Черноокая красавица из забитой мышки превратилась в цепкую мелкую хищницу. До взрослой акулы ей пока далеко, но ждать, пока мерзавка отрастит зубы, гарпия не собиралась.

В один из дней Машу поджидал неприятный сюрприз. Один из контрагентов заявил об ошибке в оплате. В ошибке обвинили отдел закупок. В бухгалтерию были поданы документы с заниженной суммой. Подписывала их Маша, но она точно помнила цифры и отрицала свою причастность. Анатолий Петрович вызвал ее к себе и запер дверь.

– Ты понимаешь, что за такую ошибку я должен тебя уволить?

– Да… Подпись очень похожа на мою. Но! Когда я подписывала, цифры были правильные! Меня подставили.

– Если это подлог, то служба безопасности это выяснит… Пока же я тебя отстраняю… – он понизил голос. – У тебя есть неиспользованные дни отпуска, бери! Я в отдел кадров уже звонил, они быстро тебе все оформят. Погуляй недельку. Потом видно будет, хорошо?

Делать нечего. Маша написала заявление и уехала. В отделе воцарилась тишина, девчонки боялись слово сказать. Гарпия же ликовала. Наконец-то она избавилась от мерзкой выскочки!

Маша приехала домой, свернулась клубочком на кровати, укрылась пледом и задумалась. Кошка легла рядом и устало мурлыкала. Старушке было все тяжелее ходить, но она еще находила силы тереться об хозяйку и выпрашивать вкусности. Маше ни с кем не хотелось говорить.

Раньше она часто спрашивала совет у подружки, но постепенно пришло понимание, что у нее своя жизнь. Чужая голова может только подсказать и посочувствовать, а жить-то всё равно нужно самой.

Потеря работы не так сильно пугала, как сам факт, что её подставили и оболгали. Анатолий Петрович даст хорошую рекомендацию и не позволит её выгнать с волчьим билетом. На кредит она наберёт денег — хозяйка в соседнем магазине всегда хорошо к ней относилась и, в случае чего, возьмёт обратно.

Телефон засветился видеозвонком. Опять Артём. У него было утро. Он зевнул и сказал:

– Привет, милая! Сильно соскучилась?

– Очень…

– А что такая грустная? Что-то случилось?

– На работе проблемы, меня подставили. Сейчас ушла в отпуск, пока служба безопасности разбирается.

– Это ужасно... Представляю, как тебе обидно... Мне кажется, тебе кто-то мстит за твоё повышение, но ваши безопасники должны с этим разобраться. Ну а в крайнем случае... я помогу. Не бойся, я тебя в обиду не дам.

Маша вздрогнула, она почувствовала, что теперь у неё есть защита, броня. С Артёмом ей никогда не будет страшно. Она молчала, но это было самое красноречивое молчание, достаточно посмотреть в её блестящие глаза...

– Блин, я ужасно соскучился. Слушай, у нас тут перерыв в съёмках... Я могу прилететь уже завтра. Давай увидимся?

Внезапно к Артёму подошла высокая блондинка с идеальной укладкой и профессиональной улыбкой. Ее дорогой топ открывал вид на пышную грудь четвёртого размера. Затем за его спиной появился растрепанный незнакомый парень, чем-то неуловимо похожий на Артёма, с бутылкой виски в руках:

– Эге-гей! Тёма, похмелись. Присоединяйся...