Чертовщина

Николай за это время успел обойти половину хутора. Когда металлоискатель начинал пищать, он приговаривал «так-так-так», откладывал его и с помощью совка рыл землю. В большинстве случаев попадались обычные куски железа. Он их не откидывал – потом можно сдать и получить неплохую прибыль. Оставались надежды найти что-то более дорогостоящее – какие-нибудь вещи из меди или серебра, а ещё лучше из золота. В момент, когда группа двинулась к месту проведения эксперимента, нашлось серебряное зеркальце без самого зеркала под окном одного из домов, наполовину погружённое в землю. Когда Николай его подобрал, протёр от грязи и осмотрел со всех сторон, хотел закричать от радости, но не стал – посмотрел через дыру в стене, где раньше находилось окно, внутрь деревянной постройки. Пробежал холодок – казалось, ужасное чудовище в образе безобразной девушки в белом одеянии сейчас выскочит в дверной проём и с диким воплем кинется на него. «Как ты посмел взять моё зеркальце?!». Николая передёрнуло от жуткого видения. Он крепче сжал зеркальце и поспешно отошёл.

Макар дошёл места, которое выбрал в качестве обители для эксперимента над психикой своей и остальных. Постройка вызывала восторженный трепет. Ощущали ли его другие? Обернулся к приближающейся группе, – «Так и знал, что пойдут все» – и вбежал по крыльцу к входу в часовню.

Забытая Богом деревянная часовня выделялась на фоне обычных изб, посчитать за одну из них было крайне сложно. В длину метров пять, примерно столько же в ширину. Окон не наблюдалось, так что выход, вероятнее всего, только один. Над прохудившейся крышей располагался дырявый купол. Вершину венчал христианский крест.

Макар скрылся в темноте. Кирилл взошёл по крыльцу и остановился у открытой двери. Не очень-то хотелось заходить в эту жуткую постройку. Всякие заброшки вызывали страх и отвращение, хотелось избежать простого взгляда внутрь. А тут заброшка имеет религиозную историю, что в несколько раз хуже и вызывает немой ужас. Фильмы ужасов открыто давали понять: ни в коем случае не подходите к заброшенным зданиям, не испытывайте судьбу!.. Кирилл оборвал мысли. Неужели он и правда настолько труслив? Макар же зашёл внутрь, причём без колебаний. Он что, лучше Кирилла? Нет, конечно! Посмотрел на остальных. По их дёрганым движениям и беглым взглядам было ясно, что они тоже не в духе от идеи. Кирилл, наверное, больше всех не хочет ей следовать … Он шёпотом выругался в свой адрес и зашёл, пока новые мысли вновь не намекнули на то, что Васильев во всём лучше.

Почему бы не уехать? – подумала Наталья в тот момент, когда Иванов скрылся во тьме часовни. Она вся дрожала – и от надвигающегося холода, и от тяжкого страха. Анна держалась увереннее, хотя, может, это на первый взгляд. Возможно, тоже напугана, просто не показывает этого. Тем более после того, как Васильев заявил, что она трусиха. Вариант закончить это безумие казался разумным и очень правильным. Наталья хотела предложить его остальным, но не успела – Анна вырвала локоть и вбежала по крыльцу. За ней поспешил Тимофей и Анастасия спустя пару секунд колебаний. Наталья проглотила подступающий к глотке ком и зашла за остальными.

Николай широкими шагами направлялся к небольшой религиозной постройке. Лицо озаряла улыбка ожидания. Когда он отошёл от пугающего дома, возле которого обнаружил зеркальце, на фоне серого неба увидел крест и без всяких промедлений направился в его сторону. Не трудно было догадаться, что крест венчает часовню или другое подобное религиозное сооружение. Если местные священнослужители, когда покидали поселение, не стали забирать вещи, то там может найтись что-нибудь ценное. Иконы, например. А это настоящее бинго! – ведь, как когда-то слышал, иконы, особенно очень старые, стоят бешеных денег. Не терпелось оказаться внутри.

Макар шажками продвигался вперёд, пока не наткнулся на что-то, доходящее до живота. Пошарил рукой – ровная горизонтальная поверхность. Как раз то, что нужно. Именно здесь всё и пройдёт. Зашёл за неё, встал лицом к выходу, куда заходили другие члены группы, достал из пакета главный инструмент эксперимента, перед которым внутренне трепетал, даже сильнее, чем перед этой часовней, и положил на поверхность. Теперь нужен свет.

Только Наталья закрыла за собой дверь, как помещение слабо озарилось. Свет исходил от огонька на фитиле свечки, что держал Васильев. Он стоял за небольшим квадратным столиком, высотой достигающий его живота, который, видимо, служил как алтарь – или аналой, – куда клали священные писания. Но то, что сейчас его занимало, ввело Наталью в ещё больший кошмар. Круглая, покрытая блестящим лаком доска. По кругу написаны буквы в старорусском стиле. Ближе к центру шли цифры от 0 до 9 и три слова: «ДА», «НЕТ» и «ПРОЩАЙ». А в самом центре – изображение какого-то чёрного существа.

Анастасия как загипнотизированная смотрела на доску. Она догадывалась, для чего та предназначалась, но разве в подобном занятии не используют другую? И тут учуяла приятный тёплый запах. Источником, по-видимому, являлась горящая свеча, которую держал Васильев, – единственный источник тепла. Анастасия повернулась к стене, принялась шарить по полке. Тоненькая свечка нашлась тут же. Поднесла к носу. Приятный аромат, напоминающий то ли сало, то ли… она не могла понять, что, но точно что-то съедобное. Почему обычная свечка так пахнет? Может, она и не обычная. Откусила кусочек, но потом выплюнула. Долбанный воск.

Он что, собрался духов вызывать? – в ужасе подумал Кирилл. Опять же, фильмы ужасов показывали, чем заканчиваются подобные безрассудства. Взыграла паника: это и есть его «интересный эксперимент»?! Именно для этого он их сюда и созвал?! Он начал задыхаться, стены будто сходились, угрожая раздавить его. Кирилл собирался выбраться наружу и убежать к машине, завести и умчаться прочь, позабыв обо всех. Уже взялся за ручку, как дверь отворилась, и вошёл Николай. Его появление вернуло Кириллу толику здравомыслия. Он, как мог, отогнал панику и отбросил дурные мысли.

То, что все собрались в часовне, Николая никак не удивило. Он узнал о том, что затевает Макар, когда они отъехали от Ключика. И это место идеально подходило для «интересного эксперимента» Макара. Он прошёл мимо Иванова, протиснулся между Одинцовой и Фадеевым. Когда оказался рядом с Грошиковой, уставился на круглую доску, в центр которой Макар поставил свеча. Это что, доска Уиджа? Да нет, не похожа. Она круглой, а не прямоугольной формы. И где плашка с выпуклым стеклом? Макар поднёс фитили трёх свечей к огоньку, и, когда те подожглись, помещение осветилось лучше. Полки пустовали, лежало только несколько свечей. Николай взял одну, подошёл к Никитенко и принялся внимательно осматривать стены от пола до потолка. И нашёл, что искал – в щели между половой доской и стеной нашёлся прямоугольник из материала, похожего на плотный пергамент. Это оказалась маленькая, близкая по размеру с телефоном икона. Изображение матери с сыном на руках знатно затёрлось. Интересно, она рукотворна? Сейчас это не суть важно, потом знающий человек оценит. Николай засунул её в карман джинсов.

Тимофей наблюдал, как Васильев расставляет по помещению зажжённые свечи, но больше его интересовала малышка, стоявшая впереди. Взгляд скользил по всему телу и дольше всего задерживался на бёдрах в обтягивающих чёрных джинсах, которые показывали, что никакой округлости в них нет. Что же тогда в ней такого притягательного? Груди нет, сочной задницы нет. Может, неукротимый характер? По всей видимости, так оно и есть, ведь он без затруднений очаровывает девушек и женщин. А Анна сопротивлялась. Именно это и подогревало интерес. Он понимал, что выглядел как собачонка, подлизывающаяся к хозяйке, и что малышка сейчас не главное – самое интересное происходит вокруг. Но ничего не мог с собой поделать. Её рыжие волосы, собранные в косу, очень круто смотрелись в свете огня. Какие они на ощупь? Мягкие и шелковистые, наверное. Тимофей решил это незамедлительно проверить.

Анна с разворота всадила локоть в грудь наглому придурку, когда тот сначала ухватился за волосы, а затем приложил свою мерзкую ладонь к ягодице и сжал пальцы и при этом прошептал на ухо: «Хватит сопротивляться, малышка». В каком бы гневе она не была, мысли занимал не он, а возгордившийся придурок, который в данный момент достал из пакета видеокамеру с откидным экраном. Включил и поставил на полку за собой. Со спермобаком разберётся позже: скажет парочку слов и напоследок обязательно ногой сделает так, что несколько дней не будет приставать к какой-либо другой дуре.

Анастасия продолжала разнюхивать свечи, пробовать на вкус и гадать, что в них такого особенного, при этом наблюдая, как Васильев достаёт из пакета жёлтое яйцо от «Киндер-сюрприза», которое, как оказалось, было футляром для мотка ниток с иглой, отматывает нитку длиной в два локтя и привязывает к игле. «Что он, чёрт подери, делает?» – спрашивала себя. И почему, чёрт подери, эти свечи так пахнут, а на вкус обычный воск? Она спрятала свечу в карман кофты – покажет подруге, может, та знает объяснение.

Этим же вопросом задавалась Наталья. (Нет, второй её совершенно не интересовал, а вот первый ещё как.) Что задумал этот безумец? Что эта за доска? Почему она так пугающе выглядит? Почему они все всё ещё здесь, а не уехали восвояси?!

А Макар был готов, для проведения эксперимента всё подготовлено. Можно начинать.

Оглядел присутствующих. Никитенко пробовала на зуб свечу; Бурков ощупывал стены; Фадеев елозил у спины малолетки; Грошикова злобным взглядом сверлила Макара; Кирилл с непониманием смотрел на доску; Одинцова вертела головой и быстро дышала.

«Вы все заверещите, как маленькие детишки», – подумал Макар, облизнул пересохшие губы и громко произнёс:

– Прошу всех обратить на меня внимание. – Абсолютно все посмотрели на него, что порадовало. – Сейчас я хочу провести один очень «интересный эксперимент», о котором я постоянно говорил, и надеюсь, что вы захотите мне помочь.

– Как будто нам что-то остаётся, – буркнула Анна.

– Ты что, собрался вызывать призраков? – спросил Кирилл. Он сопроводил вопрос усмешкой, чтобы утешить самого себя и хоть как-то разрядить напряжённую обстановку. Только в этой усмешке не слышалось никакого веселья. Напротив, прозвучало очень жалко.

– Почти. Вызывать призраков стало, как по мне, очень скучно. Ну согласитесь, что ничего интересного это уже не даст. Интернет забит подобными видео, в фильмах это уже стало клишированной завязкой сюжета, зрителей всё меньше и реже можно чем-то поразить. Да и если бы я хотел вызвать какую-нибудь умершую душу, я бы приобрёл доску Уиджа, которой все массово пользуются в таких целях. Но на столике, как вы могли заметить, не Уиджа.

– Господи, демагог нашёлся… – покачала головой Анна и добавила в конец фразы короткое непристойное слово, за что получила укорительный взгляд Натальи.

Макар сдержанно вдохнул и медленно произнёс:

– Не перебивай меня. Мама тебя не учила не перебивать людей?

Анна вцепила пальцы в плечи косухи.

– Как я сказал, на столике не Уиджа, – продолжил, ускоряя темп речи, – то есть я не хочу вызывать призраков и духов на диалог. Я хочу призвать существо, в существование которого верили наши предки. Скорее всего, в них до сих пор верят наши бабушки и дедушки. Может, кто-то из вас догадается?

Некоторое время никто не отвечал, пока Кирилл не предложил:

– Домовой? – и подумал: «Почему никто не прекратит это сумасшествие?».

– Нет, но близко. Это куда более пугающая сущность, которая может конкретно испортить жизнь человеку или кардинально поменять её течение. Существо изображено в центре доски.

Все, кто внимательно следил за происходящим бредом, то есть Анна, Наталья и Кирилл, устремили взоры на доску. И прежде, чем они разглядели кто (или правильнее что) был изображён на рисунке, Макар ответил:

– Это Чёрт.

– И зачем ты хочешь его призвать? – медленно спросила Наталья.

– Я же говорю – это эксперимент, – спокойно ответил затейщик дальнейшего ужаса. – Эксперимент, который ответит нам, на самом ли деле существует что-то такое, чего страшились люди на протяжении многих-многих лет. Правдивы ли все видео из интернета, которые тщетно пытаются доказать существование потустороннего и сверхъестественного. Вас ведь это тоже всегда интересовало. Можете даже не отвечать, это и без того ясно. Я захватил с собой видеокамеру, которая зафиксирует наш результат. – Он указал за камеру. – На ней всё будет чётко видно.

– Умник, блин, – цокнула языком Анна. – И чем твоё видео будет отличаться от тех, что висят в интернете? «Ой, смотрите, оно двигается, о боже мой, оно существует!» Все также будут думать, что это всё постановка, тупой спектакль и не поверят.

Макар улыбнулся – «Наглая, но не глупая» – и ответил:

– А чтобы остальные, кому мы сможем это показать, не думали, что это фальсификация, мы предложим Чёрту явиться во плоти. Когда он материализуется прямо из доски, думаю, нам поверит, по крайней мере, большинство людей. Я не знаком с возможностями видеомонтажа, но думаю, что такое провернуть очень сложно. Как минимум для фильмов такое стоит каких-то пару миллионов. Ну что, вы заинтересованы?

Повисло молчание. Макар терпеливо ждал – у них много времени – и рассматривал варианты, кто мог согласиться. Малолетка Анютка точно останется, без всяких сомнений. Вместе с ней и Тимофей, чтобы показать бесстрашие и храбрость. Одинцова ведёт себя настороженно, так что может струхнуть. У Кирилла, как понимал Макар, слабые нервы, раз он весь трясся, что было видно невооружённым взглядом и говорило само за себя. Ну а толстуха и Николай – пятьдесят на пятьдесят.

– Почему бы и нет, – первым прервал гробовую тишину Николай. – Я – за.

– Остальные?

– Ну давайте попробуем, – тихо сказала Анастасия. – Хоть я та ещё трусиха, но я попробую.

Макар перевёл взгляд на остальных. Задержался на Анне, которая смотрела на доску. Она, наверное, почувствовала, что стала объектом его внимания, подняла глаза.

– Что пялишься? Я остаюсь. У нас ведь ещё интерес, кто первым сбежит, верно?

– Тогда и я – за! – сказал из-за спины Тимофей. – Если малышка не боится, то что может испугать меня?

– Мой кулак, который сейчас влетит в твоё тупое рыло, если не уберёшь руку с моего зада!

– Но тебе же нравится!

Кулак полетел прямиком в нос, но тот уклонился.

– Не очень нравится мне эта идея, – проговорила Наталья на ухо сестры. – Она кажется какой-то мне необдуманной. Какой-то… детской.

– Но мы все уже не дети. Соглашайся, хватит пугаться всего подряд. Ты затащила меня сюда, к этому уроду, – указала на Тимофея, – вот тебе и месть: я затащу тебя на этот… «интересный эксперимент». Хватит мять булки – это и тебя касается! – добавила, обернувшись. Тимофей поднял руки и отступил, но, когда она отвернулась, стал понемногу пристраиваться.

Наталья покачала головой:

– Боже мой, что творится!

Макар улыбнулся, интерпретировав эту фразу как «я согласна», и посмотрел на Иванова.

– Остался только ты.

Тот поднял взгляд со спиритической доски. Сглотнул, быстрым взглядом пробежался по остальным.

– Мне, как и Наташе, эта идея кажется, мягко говоря, глупой и странной. Мы все взрослые здравомыслящие люди, а хоти сделать… это! Как дети, что начитались всяких бредней в интернете и решили повторить. Правильно спрашивала Аня: зачем мы вообще сюда приехали? Могли бы остаться у Ключа.

– То есть ты не хочешь? – уточнил Макар.

– Да, блин, да! Не хочу, как и каждый, кто согласился. Хотите показать себя смелыми, хотя на самом деле трясётесь от страха.

– Ну так и иди отсюда. Не нужно здесь голос повышать. Подождёшь нас в машине… Что ж, Анютка, мы пока что оба победители: Кирилл струсил самым первым.

Кирилл, который начал медленно продвигаться к выходу, замер.

– Что ты сказал?

– Я сказал, что ты трус.

– То есть ты утверждаешь, что ты лучше меня?

Макар не понял, с чего сделан такой вывод, но решил продолжать двигаться по этому пути.

– Да. Я лучше тебя. И не только я. Все собравшиеся здесь лучше тебя. По крайней мере, в эмоциональном плане. Они не впадают в бессмысленную истерику и выбрали, как по мне, здравое решение. Даже девушки оказались смелее тебя. Даже Анютка спокойно себя ведёт, ни один мускул её лица не дрогнул, когда я рассказал суть эксперимента.

Анна не поняла: он сделал комплемент или это какой-то завуалированный подкол, посему решила промолчать.

– Я не струсил! Я просто не хочу в этом участвовать. Никто из собравшихся здесь этого не хочет!

– Говори за себя, – вступила Анна. – Всё выглядит так, что в тебя вселился дух Наташи, только ещё истеричнее. Речь идёт о тебе, а ты прикрываешься всеми нами. Хочешь показать, что не ты самый трусливый. Больше ничем другим не можешь доказать бесстрашность.

Лицо Кирилла залила багровая краска.

– Бесстрашность? Доказать? Ладно, я докажу вам! Я согласен! Я буду участвовать! Давай, проводи свой чёртов эксперимент, давай!

– Спокойнее, Кирилл, спокойнее.

Кирилл хотел что-то сказать – «Я спокоен!», например, – но вместо этого сотряс воздух взмахом руки и отвернулся.

Макару почудилось, что в помещении стало жарко. Да-а, надо признать – Анна отлично умеет выводить из себя.

– Значит так, – он хлопнул в ладоши, – основное действие буду проводить я… Ладно, объясню, в чём оно состоит. Инструмента всего два: игла и нитка. Иглу я поставлю в самый центр, а нить за конец буду держать в натянутом состоянии. Иглу чуть наклоню, чтобы во время вопросов Чёрту она вращалась и указывала на букву, цифру или одно из трёх слов. Из букв составляются предложения… в общем, почти похоже на сеанс на доске Уиджа. Вот так будет проходить разговор с духом. Понятно?

Все, кроме Кирилла и Анны, кивнули.

– Хорошо. Думаю, нужно образовать как бы круг, из которого Чёрт не сможет выйти. Возьмитесь за руки. А вы положите руки мне на плечи.

Принялись исполнять. Николай положил правую руку на плечо Васильева, левой сцепился с Кириллом. Иванов с Тимофеем. Фадеев взял руку Анны.

– Теперь ты не противишься моего прикосновения, – произнёс тот и подмигнул.

– Как же ты достал, – прошипела сквозь зубы Анна и повернулась к сестре: – Потом не забудь напомнить мне помыть правую руку.

Она взяла руку Натальи. Одинцова сцепилась с Анастасией. Никитенко положила левую руку на плечо Васильева.

Макар опустился на одно колено. Закрыл глаза, собираясь с духом – в таком деле дрожь в руках совершенно ни к чему. Каким бы он не выставлялся перед остальными, на деле волновался не меньше. Но, как подметил истерик Кирилл, он лучше каждого из них и вместе взятых и должен демонстрировать это и дальше. Открыл глаза, чуть придвинулся к столику. Зажал между указательным и большим пальцами конец нити, поставил локоть на угол столика, а кончик иголки в самый центр доски (там ещё была намечена точка). Чуть приопустил руку, тем самым наклонив иглу. То, что надо.

«Пора начинать», – подумал Макар и добавил – на всякий случай – «Господи, спаси и сохрани».

– Я обращаюсь к тебе, дух нечистый, злом посланный. Приспешник дьявола, именуемый Чёртом. Явись к нам, семерым грешникам. Услышь наш зов.

В часовне воцарилась тишина.

Макар облизнул губы и продолжил:

– Услышь наш зов, дух нечистый, злом посланный. Приспешник адских владык, именуемый Чёртом, явись и поговори с нами. Повторяем: Чёрт, явись к нам!

Остальные начали скандировать:

– Чёрт, явись к нам! Чёрт, явись к нам! Чёрт, явись к нам!

Наталья шумно сглотнула. Руки затряслись, Анна и Анастасия это почувствовали. Анна прошептала на ухо просьбу успокоиться, страшного ведь ничего не произошло и произойти не может. Наталья была не уверена, но кротко кивнула.

Макар терпеливо ждал. Шёпот малолетки раздражал, но он приковал всё внимание к иголке, которая, кажется, дёрнулась. Повторного движения не происходило пару секунд, пока она не пришла в движение, и сомневаться в этом не приходилось – она сделала полный круг.

У Натальи чуть не вырвалось «Боже мой!».

– Кажется, он здесь, – прошептал Николай. Это прозвучало как-то наигранно.

Макар кивнул и медленно вздохнул.

– Чёрт, ты здесь?

Иголка дёрнулась, сделала круг и остановилась так, что ушко указывало на «ДА».

Наталья вновь сглотнула, посмотрела на Анну. Даже в этот момент та не выглядела поражённой или напуганной. Губы растянулись в насмешливую улыбку. Она не верит?

– Ты не причинишь нам вреда? – тем временем задал новый вопрос Макар.

Снова полный круг. Остановилась напротив «НЕТ».

– Так, хорошо. Хо-ро-шо.

Пробрал холод. Неужели это правда? Неужели существует что-то потустороннее? Свободная рука дрожала, но он не позволял дрожи пробраться к другой.

– Так, эм… Можно задать тебе пару вопросов?

«ДА».

– «Да». Так, а у тебя есть имя?

«НЕТ».

– «Нет». А где ты сейчас находишься?

Иголка начала поворачиваться и поочерёдно останавливаться напротив следующих букв: Р, Я, Д, О, М, С, Т, О, Б, О и Й.

– Рядом со мной.

Бросило в пот. Создалось ощущение, что в щёку бьёт холодное дыхание.

И тут началось.

– Браво, просто браво, – усмехнулась Анна. – Актёрская игра на уровне. Тебе пора сниматься в фильмах.

– Что?

– Ой, да ладно! Приколист хренов. Сам двигаешь иглу, и верить мы тебе должны.

– Анна! – Наталья дёрнула за руку.

– Я ничего не делаю. Игла сама движется.

– Ага, конечно, прям верю-верю. Нашёл дурочку. Ишь ты, речи такие задвинул, что аж все рты раскрыли. Нагнал мрачняка и устроил клоунаду. Спроси-ка у своего «чёртика» играет ли в аду рок-н-ролл.

– Анна, прекрати пожалуйста!

– Да он разыгрывает нас!

– А вдруг нет…

– А чёрт этот мужик, – осмелел и Тимофей, – или девушка?

Макар хотел сказать, чтобы тот заткнулся, но игла опередила – остановилась на следующих буквах: М, У и Ж.

– Мужчина.

– Блин, жаль. Если бы был девушкой, то я не против был бы повстречаться. Вот это был бы по-настоящему интересный эксперимент!

– Заткнись, придурок!

– Да ну правда, Макар, хватит разыгрывать комедию, – сказал Николай. – Я же вижу, как ты крутишь нитку. У тебя двигаются пальцы.

– В который раз повторять вам, придурки: это делаю не я!

Пока каждый, кроме Натальи, высказывался по поводу «розыгрыша» и «классной актёрской игры», как заметила Анна («”Оскар в студию”», – добавила), иголка на месте не стояла и останавливалась на следующих буквах: З, А, М, О, Л, Ч, И, Т и Е.

– Чёрт велит вам замолчать, чего прошу и я! Все ваши упрёки только злят его!

– Ребят, ну правда, давайте без оскорблений. Вдруг это правда. Вы ведь только унижаете его. Вдруг…

– Да ты чего! – Анна дёрнула руку, и Наталья поморщилась от боли. – Ты веришь в этот спектакль? Да он, наверное, специально позвал нас сюда, чтобы испугать своим «чёртиком» и записать это на видео. Потом, небось, выложит на ютьюб.

– А назовёт его «Чертовщина», – засмеялся Николай. – А описание у него будет «пугаем до чёртиков». – Запрокинул голову и засмеялся громче. Никто больше не оценил шутки.

– Но это звучит как-то нелогично.

Иголка продолжала указывать на буквы: Х, В, А, Т, И, Т, И, Н, А, Ч и Е.

– Вы не понимаете, что только злите его?!

– Макар, – спокойно обратился Кирилл, – только твой чёртов спектакль может злить. И он злит, всех нас.

– Тебе это откуда знать, долбанная истеричка! Это ты сидишь перед доской?

– Мне и отсюда прекрасно видно.

– Давайте не будем ругаться, а просто соберёмся и поедем обратно в Утай, – почти пищала Наталья. – Неужели никто этого не хочет?

– Ни в коем случае! Нельзя размыкать круг, пока Чёрт здесь!

– Все этого хотят, но видишь – этот придурок не отпускает.

– Но почему круг нельзя размыкать? – поинтересовалась Анастасия.

Макар резко обернулся и устремил испепеляющий взгляд.

– Если ты, жируха тупая, уберёшь свою долбанную руку с моего плеча, пока я не разрешу, то я обещаю – потом, если мы выживем, я засуну её в твой долбанный жирный зад! Доходчиво объяснил?!

– Да пошёл ты нахер! – выпалила Анастасия, но руку не убрала. – Командир нашёлся. Самым умным себя здесь считаешь? Вот и поцелуй меня со своим грёбанным «чёртиком» в мой, как ты выразился, долбанный жирный зад! Могу для этого штаны спустить!

– Прошу, не ссорьтесь! – К глазам подступали слёзы.

Игла указала на буквы: У, В, А, С, П, О, С, Л, Е, Д, Н, И, Й, Ш, А, Н и С. Макар, сложив предложение, занервничал ещё больше. Они все только злили духа. Как их ещё убедить в реальности происходящего? Только если они увидят Чёрта воочию?

– Хотите неопровержимых доказательств? Если хотите их получить, нужно попросить его явиться во плоти, чтобы к нему можно было прикоснуться.

– Настоящий «чёрт» сидит сейчас перед доской, и я к нему могу не только прикоснуться, но и дать знатного пинка, что я после этого и сделаю!