Алекс Найт
Печать Демона. Разведчица

Печать Демона. Разведчица
Алекс Найт

Мой мир померк и пошёл трещинами. Я пыталась следовать голосу сердца, только не вышло. Всё закончилось катастрофой, как и с Дэниэлем. Наверное, любовь не для меня. Потому теперь я намеревалась слушать только разум и исходить из холодного расчёта. Война продолжается, противники становятся сильнее и не собираются меня отпускать. Значит, я стану сильнейшей фигурой в этой игре или погибну.

Алекс Найт

Печать Демона. Разведчица

Глава 1

Стирая с лица ледяные капли дождя, я вошла в квартиру. Осень быстро вступала в свои права, вскоре придётся отказаться от пробежек. Правда, не припомню, чтобы до этого я мёрзла. Прислушавшись к себе, вдруг поняла, что впервые за последние два месяца не блокирую эмоции. Не думала, что эта способность настолько сильно влияет на физические ощущения.

Это не травм стало меньше, а ты ледышка, – язвительно хмыкнула Лилит.

Что-то ты не протестовала, когда на прошлой неделе меня подстрелили, – в тон ей напомнила я.

Вот когда ты раненой ногой размозжила череп архангела, тогда я и поняла, что-то не так.

Нахмурившись, я воспроизвела в памяти последнюю стычку, а точнее, попытку похищения. Меня подловили поздно вечером, окружили блокирующим барьером, созданным одним из приборов стражей, и попытались пленить. Неудачно, но сама ситуация напрягала. Архангелы не успокоились. Награда за мою голову стала только выше, а разведка так и не подобралась к заказчику. Перемещаться без охраны мне удаётся довольно редко. Впрочем, они не раздражали как раньше. Я вообще была равнодушна к большинству вещей.

Согревшись под потоками горячей воды, я высушила волосы и впервые за долгое время уложила их лёгкими волнами вместо того, чтобы собрать в тугой пучок. На спинке стула громоздились пиджаки и платья чёрного цвета. Хорошо, что моего гардероба хватит на то, чтобы одеть весь курс стражниц, а то в последние недели не удаётся выбраться в прачечную и химчистку. Занятия в академии, подготовительная работа перед поступлением в отдел мировой разведки и тренировки занимают все мои дни с самого утра до позднего вечера. Зато ночи проходят быстро. Я просто вырубаюсь от усталости, чтобы начать новый день, так похожий на предыдущий.

Но сегодня будто что-то мимолётно изменилось. Раскрыв шкаф-купе, я вытянула насыщенно-синее трикотажное платье. Появившиеся было сомнения напрочь задавила Лилит. И вместо чёрного пиджака я просто выбрала светло-серый кардиган, украшенный кружевом. Не по форме, зато свежо. То, что нужно в такой дождливый день.

Из зеркала на меня смотрела будто незнакомка. Либо всё дело в том, что я давно так не кружила перед ним, рассматривая себя. Взгляд скользнул к рамке с фотографиями. Наши общие с Джо снимки. То немногое, что мы успели запечатлеть, пока дурачились, опьянённые влюблённостью. Сердце сжалось в такой привычной и родной тоске. Но я заставила себя улыбнуться в ответ на улыбку Джошуа с фотографии. Нужно жить дальше, двигаться, чтобы не обесценивать его чувства. Кажется, сегодня у меня получается лучше всего. Посмотрим, что будет дальше.

В академии, как всегда, было многолюдно. Девушки внесли значительное оживление в учебную жизнь. Помещения словно расцвели новыми красками, в гул басовитых голосов студентов теперь вплетался тонкий девичий. А ещё мне так и не удалось урегулировать вопрос с формой, так что короткие юбки стали нормой. Но любительницы блеснуть телом быстро поняли, что автоматически становятся в самый низ моего внутреннего списка.

– Натали! Подожди! – на моей руке повисла Кати.

Невероятно шустрая девушка, которая, как и я, успевала посещать дисциплины двух факультетов, а заодно состояла в женском студенческом совете. Да, у нас появился и такой…

– У меня тут возник вопрос, – растянув на губах лучезарную улыбку, она тряхнула гривой рыжих волос и всучила мне в руки Устав Академии. – Смотри, если мы с Дани будем общаться, но максимум держаться за ручки, а поцелуемся в свободный день, ну, скажем, у него дома. Это же не будет нарушением Устава?

– Я знаю его наизусть, – отдала ей книжку обратно, чтобы взять себе время на раздумья.

Это было непросто, учитывая, как громко хохотала Лилит в моей голове.

– Так что, Натали? Не будет же?..

– Кати…

– Ты, кстати, классно выглядишь! – перебила она меня. – Причёску сменила?

– Нет… Кати…

– И одежда новая. С твоей фигурой на тебе всё сидит потрясно. Так что по поводу Устава? Ведь…

Последние слова девушки прозвучали невнятно, потому что я попросту зажала ей рот ладонью. Вот ведь неугомонная.

– Технически нарушением не будет. Но внеуставные отношения фактически запрещены.

– Так нам можно целоваться или нет? – проныла она страдальчески.

– Можно, – с удивлением для себя разрешила я.

– Е-с-с! – Кати подпрыгнула на месте, громким возгласом возвестив всех в радиусе десяти метров о своей победе и скором поцелуе. – Ты самый лучший куратор, Натали!

Довольная моим ответом, она унеслась прочь, а я так и осталась переваривать случившийся разговор. Интересно, что она утром пьёт вместо кофе? Реактивное топливо? Мне бы не помешало…

Скоро они начнут выпрашивать у тебя разрешения на секс, – захихикала Лилит.

Я буду читать лекции о контрацепции.

И раздавать презервативы, – подхватила она, и мы весело рассмеялись.

Но несмотря на общую невинность ситуации, лучше бы я ответила отказом. Что-то подсказывало: у этого разговора будут последствия.

Решив не загружать мозг не возникшими проблемами, я двинулась в сторону столовой, по пути здороваясь со знакомыми. На входе меня нагнал Коул. Забрав у меня рюкзак, он привычно закинул руку на мои плечи и поцеловал меня в висок. И если раньше я воспринимала этот жест равнодушно, то на этот раз от его горячего дыхания по коже побежали щекотные мурашки, и я невольно поёжилась, тихо рассмеявшись. Такой обычный жест сегодня воспринимался так ярко…

– Отлично выглядишь, Натали, – Коул тоже улыбался, широко, лучезарно, и смотрел так счастливо, что в груди защемило от нежности.

Он так помогал мне эти месяцы, поддерживал, заполнял мои будни новыми событиями, пытаясь растрясти. Как и Майкл. Не знаю, как бы приходила в себя, если бы не они. Все мои друзья окружили меня заботой, но эти двое особенно удушающе приятно. В том плане, что отмахнуться не получилось, когда я ещё пыталась.

– У меня закончились чистые чёрные вещи, – неловко пошутила я.

– В субботу вытащу тебя в прачечную, – заверил он меня, но, взглянув на экран смартфона в своей ладони, досадливо поморщился. – Клара жалуется, что ты отправила её в чёрный список.

– Пусть радуется, что я до сих пор не открутила её беспокойную голову, – заявила сварливо. – В последний раз она звонила мне вчера. Я под препаратами, меня ведёт, тошнит, чёрт побери. А она спрашивает, какие каёмочки выбрать для чайного сервиза!

Коул заливисто рассмеялся. Теперь и мне эта ситуация казалась смешной, а тогда я чуть не разбила телефон об пол.

– Нет, серьёзно! Свадьбу мутят родители, почему они не выбирают эти чёртовы каёмочки?

– Мне кажется, Клара и у них уже в чёрном списке.

– Значит, ты самый терпеливый, – усмехнулась я.

После смерти Джошуа родители засуетились, решив больше не откладывать свадебное торжество. Хотя, думается мне, отец опасался, что вскоре я рискую прыгнуть в постель Криса. Последние события заставили его задуматься о наших отношениях. И даже заверения в том, что я планирую следовать изначального плана по завоеванию максимальной поддержки Совета, его не убедили. Похоже, Эшфорд не входил в список возможных женихов для обожаемой дочери моего отца. Чем ещё объяснить, что мой дорогой папа попросил его перестать меня опекать? Само собой, сам он рассказывать об этом не стал. Зато поделился Крис. Может, считал, что это исходит от меня. Я, конечно, удивилась, но согласилась с отцом. Опекать меня не надо, а вот общаться нам никто не может запретить, если, конечно, Крис этого хочет. Он хотел…

– Так какие каёмочки выбрать? – весело уточнил Коул.

– Сам решай! Я сделала максимум, что могла, – выбрала свадебное платье.

Жених снова расхохотался. Глядя на него и я рассмеялась. Только смех казался чем-то необычным. Кажется, я слишком давно искренне не смеялась.

– Это правда? – донеслись со спины слова Аманды.

Переглянувшись с Коулом, мы нехотя развернулись. Как всегда, Аманда прибыла с группой поддержки в лице подруг. Дочка Найтвилла предстала в коротком сарафане, надетом поверх прозрачной белой блузки. Наверное, стоит ей нагнуться, как всем желающим откроется вид на кружевные чулки и бельё, если она его, конечно, носит. Интересно, как с ней справляется отец? Или это своего рода протест?