Рэйда Линн
Сталь и Золото. Книга 2. Смерть и Солнце. Том 2

– Смогу, конечно, – подтвердил оруженосец коадъютора. – Но… если во дворце узнают, что ты не вернулась в город до тушения огней…

Девушка покачала головой.

– Ты ничего не понимаешь. C точки зрения столичной знати, мне не следовало даже просто выходить с тобой на улицу, не говоря уже о том, чтобы идти на побережье! Того, что мы были здесь вдвоем, без провожатых, уже вполне достаточно, чтобы разорвать нашу помолвку с сэром Альверином. Именно поэтому я и надеюсь, что мы сможем сохранить все втайне. Мне бы не хотелось впутывать Финн-Флаэна в этот скандал.

«Дан-Энрикс» почувствовал тупую боль в груди.

– Ты его любишь, да? – бесстрастно спросил он.

Лейда Гефэйр невесело рассмеялась.

– А вы с ним похожи… хотя сразу и не скажешь. Нет, я его не люблю. Но Альверин всегда вел себя очень благородно. Мне бы не хотелось его огорчать.

– Так что – ты выйдешь за него, чтобы случайно его не расстроить?.. – почти грубо спросил Крикс. Он чувствовал, что переходит все границы, но уже не мог остановиться. На минуту ему стало страшно, что Лейда обидится и скажет – совершенно справедливо, кстати, – что его все это совершенно не касается. Но девушка только удивленно посмотрела на него.

– Конечно, нет! Ты что, еще не понял?.. Я не могу выйти за мессера Альверина, потому что я люблю тебя.

Крикс не заметил, когда разжал пальцы – и корзинка с остатками припасов мягко упала на песок. Оруженосец коадъютора порывисто шагнул к стоявшей рядом девушке, прижал ее к себе и закружился на месте, так что подол синего платья Лейды взметнул целую тучу мелкого песка.

Звезды с безумной скоростью вращались у него над головой, и голова у юноши кружилась почти так же сильно, как в тот день, когда он пил с друзьями в Академии. В конце концов южанин испугался, что не сможет удержаться на ногах и упадет – и только тогда замер, прижимая девушку к себе.

Лейда перевела дыхание и рассмеялась.

– И что это было? Ты пытался показать, что тоже меня любишь?..

Энониец зачарованно смотрел на девушку. Выбившиеся из прически волосы падали ей на плечи, а сумрачно-синие глаза казались совершенно черными. Сейчас они были гораздо ближе, чем он мог себе представить.

Лейда выжидающе смотрела не него.

– Какой же ты еще ребенок!.. – вздохнула она пару секунд спустя. И тогда энониец понял, что он не ошибся.

– Не настолько, как ты думаешь, – предупредил он Лейду и поцеловал ее – второй раз за все время их знакомства. Но если в прошлый раз он был слишком ошеломлен происходящим и стоял, как истукан, то в этот раз он не намеревался повторять своей ошибки. Руки Крикса жили своей жизнью, гладя грубый холст «служаночьего» платья и холодную от ветра кожу на ее лице и обнаженной шее. Энониец вспомнил лицо Айи в тот момент, когда сэр Ирем сидел у нее в каюте и расчесывал пышные волосы воительницы, и решил рискнуть. Он вытащил из узла на затылке Лейды костяные шпильки и бережно пропустил мягкие пряди между пальцами. Как и тогда, два года назад, его вело наитие – но губы Лейды не давали усомниться в том, что получалось хорошо.

Той ночью Крикс катастрофически не выспался. Сначала они долго сидели у костра, болтая обо всем на свете так, как будто были знакомы уже много лет – и только часам к трем после полуночи стали устраиваться на ночлег. Про себя Крикс решил, что из двух шерстяных плащей они уж как-нибудь соорудят для Лейды сносную постель. Сам энониец спать не собирался. Он боялся самого себя. Те чувства, которые пробуждала в нем одна лишь мысль о том, чтобы лечь рядом с Лейдой, однозначно следовало держать в узде. Но Лейду явно не заботили такие мелочи. Уже лежа на плаще и положив локоть под голову, девушка посмотрела на него немного сонными, как будто затуманенными от усталости глазами и спокойно позвала:

– Иди сюда.

«Я не должен», – мысленно напомнил себе Крикс. Но, взглянув на Лейду еще раз, махнул на все рукой и опустился на расстеленный у костра плащ. Лейда стеснялась его так же мало, как когда-то – Ласка. Она придвинулась поближе и немного повозилась, устраивая голову у Крикса на плече. Сердце у энонийца бухало о ребра, как таран. Он начал считать удары, чтобы хоть чуть-чуть унять сердцебиение.

– Спокойной ночи, – донеслось из темноты.

Крикс ответил тем же – и подумал, что более беспокойной ночи в его жизни никогда уже не будет.

Дождавшись, пока Лейда заснет достаточно крепко, чтобы не проснуться от случайного движения, южанин встал. Зайдя за валуны, он разделся, вошел в море и с полчаса плавал в черной ледяной воде, остро пахнущей водорослями и йодом, изредка поглядывая на оранжевые отблески костра между камней. Потом он выбрался на берег, чтобы подбросить в огонь плавника и сухих водорослей. Пламя затрещало и взметнулось до небес. «Дан-Энрикс» даже задремал, устроившись между костром и неостывшим боком валуна. Когда он снова разлепил глаза, небо над морем медленно светлело. Крикс прикинул, что через полтора-два часа должны были сменить дозоры и открыть ворота. Он нашел на берегу площадку поровнее, вытащил из ножен меч и сделал пробный взмах. Разминка шла из рук вон плохо – тело одеревенело и сделалось непослушным, затекшие мышцы ощутимо ныли. Крикс попробовал представить, что сказал бы Вардос, если бы мог его видеть. Это помогло, и дело пошло поживее.

За этим занятием «дан-Энрикса» и застала Лейда, когда проснулась и, не обнаружив энонийца рядом, выпуталась из своего шерстяного кокона. Несколько минут девушка молча наблюдала за тем, как он танцует на камнях, парируя и нанося удары, а потом спросила:

– Ты тренируешься так каждый день?.. – тон девушки заставил Крикса вспомнить, что когда-то, в прошлой жизни, он пообещал Лейде Гефэйр научить ее владеть мечом. Если бы он в то время видел столько раненых и умирающих, сколько потом увидел в Такии, он бы, наверное, не смог ответить «да». Но сказанного не воротишь.

– Считается, что нужно повторять Малый канон каждое утро, – отозвался Крикс, слегка сбавляя темп. – Наставники в Лаконе постоянно повторяют, что тот, кто не берется за меч один день, потом наверстывает это целый месяц. Но я думаю, что они говорят так для того, чтобы ученики не разленились окончательно… Ирем берется за оружие, когда захочет – но при этом он один из лучших фехтовальщиков в столице.

– А ты сам?

– Ну нет, я чересчур ленив, – пожал плечами Крикс. Девушка рассмеялась. Ей, наверное, казалось, что он шутит. Крикс только вздохнул и сунул меч обратно в ножны. Не было никакой причины делать вид, что он не понимает, с какой стати Лейда задает подобные вопросы.

– Ты должна иметь в виду, что начинающим нужно тренироваться больше, – сказал он. Лейда кивнула.

– Когда я начну учиться фехтованию, я буду заниматься каждый день.

Крикс опустил глаза.

– А ты уверена, что тебе и в самом деле это нужно?.. – через силу спросил он.

Даже не глядя на нее, он чувствовал, как она напряглась.

– Теперь ты говоришь, как мои браться в Гверре. Может быть, ты тоже думаешь, что женщина не в состоянии сражаться?..

Энониец мрачно рассмеялся.

– О, конечно, нет! Дело не в этом, – сказал он. Считать, что женщина не в состоянии сражаться, после Ласки или Айи было абсолютно невозможно. Крикс помедлил, подбирая нужные слова. – Когда какой-то человек впервые берет в руки меч, он делает свой первый шаг к тому, чтобы убить другого человека. Или умереть. Даже если ты совсем не думаешь о том, как будешь пользоваться собственным умением, в конечном счете все ведет именно к этому. Вопрос лишь в том, насколько быстро это произойдет именно с тобой… Ну, правда, еще можно заниматься фехтованием, как занимаются с Элиссив. Что-то вроде танцев, только с тренировочным мечом. Но этого я не умею. Мне… не слишком нравилось все то, что приходилось делать в Такии. Ты и в самом деле думаешь, что тебе это нужно?

– Да, – кивнула Лейда, чуть помедлив. Слово упало между ними, словно камень.

– Хорошо, – сдался «дан-Энрикс». Он вовсе не был уверен, что Лейда Гефэйр поняла, что он имел в виду. Но он пообещал ей научить ее владеть мечом, и он не мог нарушить свое слово.

– Подбери удобную одежду, – посоветовал он ей. – Холщовые штаны, рубашку… лучше всего уже разношенные, чтобы не мешали двигаться. Мечи я принесу с собой.

– А ты не мог бы показать мне что-нибудь прямо сейчас?

Крикс качнул головой.

– Не стоит. Этот меч слишком тяжелый. Если будешь разминаться с ним, потом несколько дней не сможешь поднимать ничего тяжелее ложки. Я наступал на эти грабли столько раз, что самому не верится… Хуже всего вышло с мечом мессера Ирема, примерно года три назад. Он чуть не оторвал мне голову, когда узнал. А руки у меня тогда оторвались без его помощи.

Лейда фыркнула – совсем как Лисси.

– Представляю. Значит, сразу пойдем в город?..

Крикс оценивающе взглянул на посветлевший горизонт.

– Да, я думаю, уже пора. Ворота, того и гляди, откроют.

* * *

Бывают дни, которые не задаются с самого утра. По-видимому, этот был одним из них. Начался он с того, что Крикс проспал сигнал к подъему, и при этом все равно не выспался. Что и не мудрено, поскольку накануне ему снова пришлось засидеться над тарнийским переводом до глубокой ночи. Не то чтобы «дан-Энрикс» так уж рвался изучить тарнийский, но достаточно было представить, как наставник Вардос снова найдет способ выставить его болваном перед всеми остальными, как сон пропал помимо воли.

Во-вторых, когда оруженосец коадъютора спустился в кухню, оказалось, что завтрак для коадъютора давно готов. Слуга, вручивший юноше поднос, хмуро сказал:

– Если сэр Ирем будет недоволен тем, что все остыло – не забудь сказать ему, что мы тут ни при чем. Мы ждали тебя еще полчаса назад.