![Чертановские сказки](/covers_330/66698190.jpg)
Полная версия
Чертановские сказки
В это время меня позвал Вадим, складывая вещи, он нашел пакет с документами. Там был паспорт Ольгиной матери, свидетельство о рождении Антоши и еще несколько других бумаг. Я на всякий случай положила этот пакет в свою сумку, паспорт оставила на видном месте, он сейчас пригодится. К моменту приезда скорой помощи в комнате был относительный порядок. Врач скорой начал нам выговаривать, что мы так поздно их вызвали. Положение Полины Ивановны, Ольгиной матери было очень тяжелым. Врач удрученно смотрел на нас.
– Дай бог, чтоб довезли ее до больницы, шансов мало. Если бы ей оказали помощь, хоть пару часов назад, ей нужна интенсивная терапия, возможно время уже упущено, и начался необратимый процесс.
Мы не стали ничего объяснять и оправдываться. Вадим решил поехать вместе со скорой, чтобы на месте оказать посильную помощь, – У меня здесь был один знакомый, работал главврачом местной больницы, может быть, отыщу его, чтобы посодействовал.
Уже садясь в машину, Вадим вспомнил про Батни. Бедный пес так и сидел в переноске, мы совсем про него от волнения забыли. Какая же была яркая встреча двух малышей. Антон пришел в такой восторг, что даже на какое-то время забыл, что остался в доме с чужой тетей, без бабушки. Пока они носились друг за другом по комнате, я пошла на кухню, посмотреть, чем можно было бы покормить ребенка.
Я сварила овсяную кашу, несколько яиц, заварила чай. Антоша с удовольствием поел и сидел, обнимая Батни, и показывал ему свои яркие книжки. Батни вполне с понимающим видом, смотрел, туда, куда показывал мальчик и усиленно махал своим упругим хвостиком. Я уложила Антона спать. Батни свернулся клубочком на краю его постели.
Вадим вернулся довольно поздно.
– Нашел я своего знакомого, он как раз работает в этой больнице и будет лечащим врачом Полины Ивановны, сейчас она в реанимации.
Знакомый врач порекомендовал ему женщину, в качестве сиделки. Вадим ей заплатил ей уже за три дня, а там видно будет.
Было тихо, только за окном на ветру скрипели ветви деревьев, и на кухне капала из крана вода Мы с Вадимом сидели притихшие. Когда были сделаны все необходимые практические дела, и первое волнение прошло, я, наконец, осознала сложившуюся непростую ситуацию. Впереди были томительная неизвестность и страх.
Вадим как будто прочитал мои мысли. – Скажи, Валерия, ты знаешь, что здесь произошло? Ведь в этом доме совершили настоящий шмон, кто-то что-то искал, и сдается мне, что ты догадываешься, кто и что искали.
– Кто искал, я не знаю. А ищут информацию, я думаю, компьютер или какие-нибудь носители, диски, флешки. Но на самом деле это только мои предположения.
– И ты догадываешься, что за информацию ищут?
– Предполагаю, что информацию о счетах, на которые были переведены огромные деньги.
Я вкратце рассказала Вадиму, то, что знала. Вадим глубоко задумался.
– Если они нашли, то, что искали, то, слава богу. А если нет, то они могут в любой момент вернуться. Ты представляешь, если они тебя здесь застанут? Что тогда будет с тобой и с ребенком?
– Ты думаешь, они могут вернуться?
– Не исключено. И значит, здесь оставаться нельзя. В этих дивных местах находится тренировочная база наших горнолыжников, я сам не раз здесь тренировался, когда был в юниорской сборной по лыжам.
– Вон ты оказывается какой!
– Да, это все по молодости. Так вот, сейчас не сезон, и думаю, есть много свободных мест. Мой товарищ как раз работает на этой базе. Завтра рано утром мы туда поедем. Я тебя там устрою с Антошкой. Поживете несколько дней. А я буду мониторить состояние Полины Ивановны, и тебе сообщать. А на выходные я приеду и пробуду с вами. Даже если вас будут искать, то искать на горнолыжной базе никому и в голову не придет.
– Вадим, какой же ты основательный, везде у тебя знакомые, с тобой не пропадешь.
– Так вот и держись за меня.
Наступила какая-то неловкая пауза, мне хотелось сказать Вадиму много слов благодарности, ведь с ним было спокойно и надежно, но я чувствовала, что лучше промолчать.
Мы улеглись спать, я в комнате с Антоном, Вадим на диване Полины Ивановны.
Вадим нас разбудил рано утром. – Рота, подъем!– закричал он у меня над головой. Антошка проснулся веселый, как будто вчера ничего не произошло, и сразу же включился в заданный Вадимом тон. Он слушался его беспрекословно и ни на шаг не отходил. Это было понятно, мальчик рос без отца, в доме не было мужчины, а мальчишкам это так необходимо. Он с радостью подчинялся любой команде, исходящей от Вадима, и умылся и почистил зубы и заправил свою кровать и съел, все, что было у него на тарелке за завтраком.
– Антоша, возьми с собой несколько любимых игрушек, чтобы не было скучно, мы ненадолго уедем из дома
Антон кинулся к шкафу и исчез в его недрах, слышно было, как за стеной, что-то гремело и падало. Наконец он показался. В одной руке его был облезлый заяц, с надорванным ухом, в другой азбука, на шее его весел увесистый бинокль, а к груди он прижимал ноутбук.
– Что это, спросила я, указывая на компьютер.
– Это мама мне дала и сказала спрятать и никому не показывать.
– А бинокль, кто тебе подарил, он настоящий?– спросил Вадим.
– Бинокль папин, папа у меня летчик.
– Конечно, летчик, погиб при исполнении служебного задания,– подумала я. И тут мне стало неловко, я ведь ничего не знаю об этих людях и берусь судить.
Он, сопя, стал упаковывать свои богатства в рюкзак. Мы с Вадимом обменялись многозначительными взглядами.
До горнолыжной базы мы ехали от силы минут тридцать. Как по мановению волшебной палочки, все, что ни делал Вадим, у него получалось. И друг оказался на месте, и номера были свободные. Нас разместили в хорошем номере, сказали, во сколько завтрак, обед и ужин и оставили в полном нашем распоряжении. Вадим, как старожил показал нам все достопримечательности, рассказал много смешных историй, которые с ним здесь происходили. Но ему уже нужно было уезжать, сегодня у него был операционный день и он не хотел подводить своих пациентов. Батни мы решили пока отправить вместе с Вадимом, с собакой мы будем больше привлекать к себе внимание. По дороге Вадим обещал заехать в больницу и узнать о состоянии Полины Ивановны и перезвонить мне.
Он позвонил через какое-то время и сказал, что состояние Полины Ивановны тяжелое, но стабильное, и что в течение сегодняшнего дня будет понятно в какую сторону пойдет развитие болезни.
– Валерия, будь осторожна. Старайся меньше засвечиваться на территории, больше сидите в номере, сходите в бассейн, посмотрите телевизор, чем меньше людей вас увидят, тем безопаснее. – Я была с ним полностью согласна.
В течение дня было несколько звонков от Арсения. Я на эти звонки не отвечала, мне не хотелось даже слышать его голос. Потом все же я решила ответить.
– Валерия, здравствуй! Звоню тебе со вчерашнего дня, не могу дозвониться. Мы же должны были встретиться.
– Послушай, Арсений, зачем нам морочить голову друг другу? Ни тебе, ни мне эта встреча не нужна, ведь и так все понятно.
– Нет, Лера, мне очень нужно, мне необходимо тебе многое сказать.
– Ну, так, говори!
– Нет, это не телефонный разговор. Давай встретимся.
– Я сейчас не в Москве, и не могу с тобой встретиться.
– Как жаль! А ведь я уезжаю через три дня.
– Ты же говорил, что твои документы похитили.
– Мне их уже вернули.
– Ну что же, желаю успехов на новом месте. А ты знаешь, что значит твое имя?
– Знаю, кажется «мужественный».
– Вот-вот, я тебе желаю соответствовать своему имени.
– Да, пожелание звучит как упрек. Хотя, я понимаю, что вполне его заслужил. Валерия, позволь мне написать тебе на электронную почту. У тебя сейчас есть выход в Интернет?
– Есть.
– Ну, тогда через пару часов посмотри свою почту, там будет письмо от меня,
– Хорошо. Прощай!
– Прости и прощай.
Я отключила телефон и почувствовала, как по моей щеке крадучись ползет слеза. Я со злостью вытерла ее, и сказала сама себе, – вот и все и, слава богу.
Все равно, весь вечер я была выбита из колеи этим звонком. Хоть я и старалась вытравить из памяти, все, что связано с Арсением, что-то в душе моей ныло при воспоминании о нашем быстротечном романе. Я отметила время его звонка и через два часа решила проверить свою почту, Арсений настойчиво хотел мне что-то сказать, и мне натерпелось узнать, что именно. Но меня ждало разочарование, когда я вытащила из сумки свой планшет, то увидела, что батарея его разряжена, а я в спешке забыла положить зарядку. Тут я вспомнила про ноутбук Антона.
– Антошенька, а ты не дашь мне на минутку ноутбук, мне надо кое-что посмотреть.
– Мне мама никому не разрешала его давать.
– Я понимаю, но мы же, с тобой друзья. Я всего на минуточку.
Антоша растеряно молчал. Он не хотел нарушать обещание, данное маме, но и со мной отношения не хотел портить.
Через минуту борьбы победила дружба, он принес мне компьютер. Но и тут меня ждало разочарование. При загрузке, ноутбук потребовал ввести пароль. Я попыталась ввести возможные варианты, имена Антона, Батни, самой Ольги, но все было безрезультатно. По-видимому, пароль здесь был серьезный, и это дало мне основание предположить, что это и есть тот самый компьютер, который ищут и именно через него существует доступ к спрятанным активам. Таким образом, наше положение становится по-настоящему опасным. Раньше угроза была гипотетической, теперь она приняла вполне осязаемый вид – компьютер. Он может быть нам как гарантией успеха, так и причиной многих неприятностей.
Теперь уже мысли об Арсении отошли далеко на задний план, меня больше волновало, как нам быть дальше. Ночью жизнь всегда видится в крайностях, приступы жуткого страха у меня сменялись безумными планами. Ведь если у меня в руках доступ к огромным деньгам, то, как же я могу прекрасно ими распорядиться. Мы можем уехать в любую страну и до конца дней наслаждаться беззаботной жизнью и помогать другим людям. Потом вдруг мне становилось стыдно, за свои мечты, какое я имею право распоряжаться чужими деньгами, за которые уже заплатили жизнью несколько человек.
Но утром все выглядело вполне обыденно, я свыклась с мыслью о компьютере, тем более я не располагаю никакими паролями для входа, да и для доступа к счетам нужна электронная подпись, или пароль. Так что это я отодвинула пока в дальний ящик и решила пока просто жить в предлагаемых обстоятельствах, наслаждаться природой, обществом милого ребенка и ждать вестей от Вадима о состоянии Полины Ивановны.
Мы с Антоном развлекались, как могли, после просмотра телевизора и изучения азбуки, поднялись на верхний этаж нашего корпуса, и стали обозревать окрестные дали. Места здесь были действительно необыкновенно красивыми. Гряды холмов перемежались затейливыми оврагами и перелесками. Вдали была видна блестящая нитка реки, и как слюдяное блюдце блеснуло озеро. Бинокль был настоящим, военным. Мы могли рассмотреть даже надписи на куртке у водителя, проезжающей вдалеке машине. Одну из машин мы вели вплоть до самого въезда на нашу базу.
Вот она остановилась и из нее вышли, разминая ноги от длительного сидения три человека. Потом вылез последний. Я чуть не выронила бинокль из рук – это был Андрей. Мужчины о чем – то совещались, глядя на территорию базы. Один из них указывал в разных направлениях, как будто излагал план операции, остальные согласно кивали головами. Тут они дружно пошли в сторону главного корпуса. Медлить было нельзя, возможно я ошибалась и эти люди к нам не имеют никакого отношения, но что-то мне подсказывало, что нужно срочно убегать, пока не поздно. Антон, видимо, почувствовал мое напряжение и страх и тоже выглядел испуганно. Я взяла себя в руки и решила никоим образом не показывать малышу свои эмоции.
– Антошенька, а давай мы с тобой, проведаем бабушку, как она там без нас.
– Хорошо. – Антон обрадовался, – а мы поедем на машине с дядей Вадимом?
– Нет, он сейчас на работе, мы с тобой прогуляемся. Ты давно не гулял в лесу? Мы пойдем через лес. Может быть, встретим зайчика или лису. Ты хочешь?
– Ура, я хочу встретить зайчика!
– Пойдем, скорее, а то зайчики все разбегутся.
Мы быстро спустились в свой номер, я покидала в сумку свои вещи и Антошин рюкзак с компьютером. Мы быстро и осторожно вышли из корпуса, и пошли не в сторону центрального проезда, а завернули за угол, где начинался лес. Вокруг всей территории базы был забор, но я надеялась, что где-нибудь есть лаз. Ведь заборы для того и существуют, чтобы в них делали дыры для скорейшего прохода. На самом деле нам повезло, дыра была довольно узкой, но нам с Антоном ее было достаточно.
Я предполагала, что где-то метров через триста от того места, где мы вошли в лес, должна проходить дорога. Я намеревалась остановить какую-нибудь машину и уехать на ней подальше от этого места. У меня сложился приблизительный план местности после обзора ее через бинокль. Но где-то я просчиталась, скорее всего, я вышла не с той стороны, где близко проходила трасса.
Мы шли уже около часа, а дороги все не было и не было. До нас не доносилось никакого шума машин. Мы слышали только хруст сучьев под ногами и всполохи птиц, напуганных нашими шагами. Антоша мужественно превозмогал трудности дороги. Хорошо протоптанной тропинки не было. Я нашла еле заметную тропинку, но она, то исчезала, то опять появлялась. Почва в лесу была рыхлой и влажной, после прошедшего ночью дождя. Силы ребенка заметно убывали. Вначале он шел бодро, ожидая обещанную встречу с зайцем. Но зайчика все не было, и ребенок уже был готов заплакать. К тому же похолодало, поднялся ветер, хоть его порывы были сильными где-то у вершин деревьев, они все же добирались и до нас. Я очень боялась, что пойдет дождь, и я простужу ребенка. Я уже начала сожалеть о своем необдуманном поступке. А вдруг это был не Андрей, а просто похожий на него человек, и почему я решила, то эти люди пришли по нашу душу?
Хоть я задавала себе эти вопросы, где-то в глубине души я не сомневалась, что ищут именно нас. Таких совпадений не бывает, из миллиона возможных точек на карте Москвы и Подмосковья, Андрей оказался именно в том же месте, что и мы. Меня это пугало, значит его слова, что он будет знать о любом моем шаге, не были пустой угрозой. Но каким образом он проследил за меной. Всю мою поездку с Вадимом, я старалась следить, не было ли за нами хвоста, но ничего не заметила. Большую часть времени мы ехали по пустой трассе, и каждый автомобиль на ней был хорошо виден. Единственным объяснением такой осведомленности о моих передвижениях – это прослушка телефона. Этим объясняется и то, что он узнал о моей встрече с Толиком Кривенко. Как я не додумалась до этого раньше, насколько же я осложнила себе жизнь своей недогадливостью.
Значит, пользоваться этим телефоном мне нельзя. Нужно срочно заменить сим-карту, а лучше даже и телефон, но для этого мне надо добраться до какого-нибудь населенного пункта, в котором есть салон сотовой связи. Но пока, ничего кроме сосен и берез видно не было. А нам сейчас позарез нужно было найти какое-то укромное и безопасное место, чтобы дать ребенку отдохнуть, а мне спокойно обдумать свои дальнейшие шаги. Я решила, что теперь даже на звонки Вадима, я отвечать не буду, чтобы не указать, на свое местоположение. Я теперь жалела, что отдала обратно тот запасной телефон, который давал мне Вадим, как бы он мне сейчас пригодился. Мы проходили мимо маленького заросшего осокой пруда, и, повинуясь какому-то внезапному, злорадному порыву, я, отключила свой телефон, вытащила из него сим-карту, разломала ее и выбросила в пруд, немного подув, выкинула и телефон.– На, получи! – Я даже представила, ставшее мне ненавистным лицо Андрея.
А вдруг он теперь прослушивает и телефон Вадима, как же мне с ним поддерживать связь? Об этом мне стоило подумать, но отвлек меня от раздумий Антошка. Он совсем раскис и отказывался идти дальше.
– Я хочу к бабе, я хочу кушать, – ребенок стал громко плакать. Пришлось взять его на руки и успокаивать. Тащить крупного мальчика и тяжелую сумку по бездорожью, было очень тяжело. Я почти выбилась из сил. Но тут я услышала в отдалении собачий лай. А там, где собаки, там я и люди, я бодрее зашагала в нужном направлении.
Вскоре мы подошли к забору, окружающему небольшую усадьбу. Большую часть территории занимал огород и опустевший сад, а сам дом находился в глубине сада. Калитка была прочно закрыта и никаких приспособлений, звонка или колокольчика, чтобы привлечь внимание хозяев не было. Оставалось только терпеливо ждать, когда хозяева сами не покажутся. То, что они дома, говорил бойкий дымок из трубы на крыше. Через некоторое время на крыльце дома появилась женщина в резиновых сапогах на босую ногу и в выцветшей телогрейке. Она, напрягаясь, несла тяжелый, чем-то наполненный, таз. Женщина прошла за угол дома и скоро я услышала ее пронзительный голос,– Цыпа, цыпа, цыпа, – звала она нараспев своих кур. Вскоре, уже с пустым тазом она показалась из-за угла, и тут же увидела нас. Вначале женщина испугалась, но потом, рассмотрев нас с Антошкой, подошла к калитке.
– Что это Вы здесь делаете?– спросила она меня довольно недружелюбно.
– Мы вот немного заблудились, Вы не позволите нам чуть-чуть у Вас погреться, ребенок сильно замерз.
Она, сомневаясь, смотрела на меня, отказать не решалась, но и звать в дом незнакомую женщину явно опасалась.
– Не бойтесь, если хотите, я Вам покажу свой паспорт, я Вас ничем не затрудню. Ребенок отогреется, и мы пойдем дальше.
– Ну, чего уж там, что мы волки что ли, заходите.
Комнаты в ее доме были маленькие и тесно заставлены мебелью. На полу и на стенах были ковры, все в бордово – зеленых тонах. Наверное, это убранство, соответствовало представлению хозяйки о красоте и уюте. Она провела нас в чистую, хорошо протопленную кухню, поставила на печку чайник.
– Раздевайтесь, сейчас чайку попьете, согреетесь. Она начала хлопотать и скоро на столе появилась еда: румяные блинчики из гречневой муки, сметана, квашеная капуста, яблоки. Антоша, без всяких уговоров съел несколько блинчиков со сметаной и выпил целую кружку чая.
Женщина немного расслабилась, перестала нас опасаться и смотрела на ребенка даже с умилением и сочувствием
– Ишь, малец, как проголодался. Кушай, кушай маленький. Бабушка Катя тебе еще блинчиков испечет.
Затем она стала осторожно выведывать у меня, что же я делаю в этих краях, и как умудрилась заблудиться. Правду сказать я ей не могла, поэтому пришлось на ходу придумывать какую-то историю. Но женщина, видимо, была неглупой, сразу поняла, что я ей вру.
– Да, ладно, не мое это дело, раз здесь оказалась, значит так нужно. Можете пробыть у меня, сколько вам надо. У меня вон, какие хоромы, а я сейчас одна, так, что чуток веселее будет. Если ты с недобрыми намерениями, так сразу предупреждаю, красть у меня нечего, разве хрусталь в горке, так он сейчас никому и даром не нужен.
– Не переживайте, мы не будем Вам долго надоедать, пусть вот ребенок отдохнет, и мы пойдем дальше. А Вы скажите, что это за населенный пункт и как отсюда можно выбраться в Москву.
– Это Бережневка. Раньше здесь был заводской поселок при леспромхозе, теперь никакого производства не осталось. Все вокруг дачники скупили. Так что теперь это дачный поселок, а в Москву добираться проще всего на электричке. До платформы три раза в день ходит маршрутка. Летом конечно, чаще, а сейчас не сезон, дачников не осталось, да у них, в основном свой транспорт имеется.
Тут откуда-то появилась кошка, огромная, с толстыми пушистыми боками и круглыми янтарными глазами. Она, лениво потягиваясь, подошла к Антошке и стала тереться у его ног. Антон весь затрясся от восторга.– Киса, киса. Можно, я ее поглажу?– спросил он у хозяйки.
Женщина от умиления чуть не всплакнула. – Ой, какой же воспитанный ребенок! Мои внуки, не спрашивая, сразу же Муську за хвост тягают. Она, бедная, ко всему привыкла. Миленький ты мой, гладь, если хочется, только смотри, чтобы она тебя не поцарапала.
Антон занялся Муськой, а я продолжала выпытывать у хозяйки нужную мне информацию.
– А магазины или салоны связи у вас здесь есть?
– Продуктовый есть, аптека, хозтовары, а вот салона то и нет. Можно правда проехать, тут в паре километров на шоссе есть большой торговый центр «Березка», там кажется все, что нужно имеется.
– А как туда добраться?
– Можно пешком, а можно на той же маршрутке, попросишь, шофер остановиться.
– А остановка маршрутки где, далеко от Вашего дома?
– Да нет, не больше километра, как выйдешь, так и идешь прямо по дорожке, никуда не сворачивая. Сразу увидишь, там, в центре, где все наши магазины и почта и поселковый совет.
Антошка, сидя на полу рядом с кошкой, усердно тер глаза, видимо после прогулки на свежем воздухе и сытной еды его сильно разморило. Я смотрела на него, не зная как попросить хозяйку разрешить ребенка уложить спать. Но тетя Катя оказалась на редкость наблюдательной. Она вышла из кухни и вернулась через минуту,– Я постелила пацану, давай-ка раздевай его и уложи спать.
Я взяла Антошку на руки и пошла за ней. Она привела меня в маленькую комнатку, всю в бело-голубых тонах, в отличии от остальных помещений.
– Вот комната моих внуков, здесь они спят, когда приезжают. Не беспокойся, постель чистая, никто на ней не спал.
Я уложила ребенка, он не сопротивляясь, тут же заснул. Я, аккуратно накрыв его одеялом, вышла.
– Екатерина Михайловна, можно я, пока мальчик спит, смотаюсь в «Березку» мне нужно купить сотовый телефон, а то я свой потеряла, а без связи мне никак нельзя.
–Да, ради бога. Если он проснется до твоего прихода, накормлю его обедом. Я сейчас курочку домашнюю отварю, бульончик сделаю крепкий.
Я вышла на центральную площадь поселка. Под навесом, олицетворяющим остановку, на лавочке сидела пожилая женщина, с кульком семечек, видимо, чтобы скрасить ожидание.
– Вы не знаете, маршрутка скоро будет?
– А кто ж его знает? Сейчас не сезон, ездют, как хотят.
– А кроме как маршруткой к торговому центру «Березка» никак не добраться?
– Ты молодая, пешком, скорее всего, будет.
Я стала осматриваться по сторонам. Возле магазина стояла легковушка, вокруг нее крутился мужичок. Он что-то укладывал в багажник, и никак не мог добиться идеального варианта. Садился за руль, потом снова выходил, открывал багажник и что-то там перекладывал. Я подошла к нему.
Мужчина с интересом и доброжелательно посмотрел, – Барышня, Вы что-то хотите мне сказать?
– Понимаете, мне очень срочно нужно попасть в торговый центр «Березка» и вернуться, пока ребенок спит. Может быть, Вы смогли бы меня туда и обратно свозить, не бесплатно, конечно.
– Две тыщи.
– Идет.
Я села в машину, пока он не передумал.
– Что-то я Вас не видел в наших краях, уж такую красотку я бы заметил.
– Да, я проездом.
– А надолго?
– Как получится.
–Ну-ну, он замолчал и только поглядывал на меня, хитро улыбаясь.
В торговом центре я сразу же нашла салон сотовой связи и купила простенький, телефон и Сим-карту. Мысль о связи с Вадимом не давала мне покоя. Ведь он сейчас, возможно, пытается дозвониться и не может. Мне не хотелось, чтобы этот человек напрасно нервничал, мне нужно с ним было как-то связаться. Самым безопасным было бы через Интернет. Значит, нужно купить зарядку на мой планшет и пополнить счет. Я довольно быстро управилась со всеми делами. Дядька на своей легковушке, продолжал свои эксперименты с багажником. Когда я вышла, он быстренько сел на свое место, и мы поехали.
Я вышла на центральной площади поселка, мне не хотелось, не знаю почему, показывать, где я пребываю. Дядька казался безобидным, но какой-то у него был взгляд неприятный, веселый и напряженный одновременно.
– Кажется, у меня начинается паранойя. Теперь я в каждом начинаю видеть врага. Идя по дорожке к дому тети Кати, я постоянно оглядывалась, мне все время казалось, что за мной следят.
Антон по-прежнему спал. На улице уже начало темнеть. Стало понятно, что сегодня я уже никуда не смогу уехать, придется переночевать у тети Кати. Мне необходимо было обсудить с Вадимом сложившуюся ситуацию, и узнать как дела у Полины Ивановны, По телефону я не могла этого сделать, я боялась, что телефон Вадима, как человека, связанного со мной тоже могли поставить на прослушку. Где-то я читала, что наиболее безопасным, с точки зрения прослушивания является общение с помощью SKYPE. Я разыскала в SKYPE Вадима и попыталась его вызвать. На мое счастье он оказался в сети и откликнулся. Вадим выглядел очень усталым и расстроенным.
– Валерия, что случилось? Я целый день звоню, ты недоступна. Позвонил на базу, сказали, ты куда-то бесследно исчезла, что случилось, я места себе не нахожу?
Я коротко рассказала все, но свои предположения насчет компьютера я оставила при себе.
– Валерия, завтра утром я вас заберу оттуда. Ждите меня на площади, на остановке в девять утра, не опаздывайте.