Ансия Тера
Обрыв. Остановка Элей


– Что за посуда?

– Я как-нибудь тебе покажу.

– А как начались наши отношения? Ты говорил, что это произошло не сразу.

– Верно. – Удовлетворительно качнул он головой. – С совместных деловых обедов, потом ужины, цветы и походы на вечеринки. Да-да… – Сокрушенно хмыкнул он. – Я не оригинален.

– Понятно. – Улыбнулась я в ответ. Совсем не оригинален, хотя, что плохого в том, что наши отношения начались, как и у многих других людей? С банального любовного романа на работе.

Правда в моей голове все еще не возникло ни одного воспоминания, ни одной ассоциации, ни единого отклика на его слова.

От негодования на отсутствие чего-либо в моей голове, я поджала губы и решила, что сейчас мне стоит удалиться.

– Я, наверное, пойду. – Я встала с кресла и хотела уйти, но Рик схватил меня за запястье и потянул к себе.

Я подняла на него глаза, ростом я ему была чуть ниже носа, это без каблуков. Он снова тепло улыбнулся, провел костяшками пальцев по моей щеке, а я испугалась. Только не это! Не сейчас! Я еще не готова!

Он наклонился и поцеловал меня в щеку, нежно и осторожно.

– Спокойной ночи, Мария! – Тихий и соблазняющий голос.

– И тебе! – Выдохнула я, а потом круто развернулась и ушла в дом.

Энрике

Энрике смотрел на то, как быстро она идет к дому и улыбался, она его боялась, точнее не его, а того, что он якобы ее мужчина, все еще боялась.

Ему все больше становилась интересна эта игра. Молодая, красивая женщина, она так трогательно от него шарахалась, так невинно, что это выглядело даже забавно. Ничего, у них есть время.

Энрике не хотел уезжать, но его ждали дела. Могла сорваться очередная поставка, конкуренты из другого картеля стали привозить больше товара, но он не был таким качественным, как товар Энрике, который доставляли прямо из Колумбии. Первосортный кокаин. Энрике хорошо за него платил, но сейчас нужно было думать о том, как уже расширить свое влияние здесь, в Лос-Анджелесе, хотя это был самый «сладкий» город для кайфа, здесь места хватало всем, но Энрике хотелось больше денег и больше власти.

Сегодня он потратил на свою новое увлечение пару сотен тысяч долларов и он был этим доволен, а какое благодарное у нее было выражение лица! Энрике всегда любил баловать своих женщин, за это они его и любили и за это они ему угождали, и она в него влюбится, только нужно время.

Правда он отметил, что у нее все-таки есть 2 минуса, это ее упрямство и очень умный взгляд, который все чаще он теперь наблюдал на ее лице.

Назвать ее глупой он с самого начала не мог, это точно. А как она возмутилась насчет того, что она была его секретаршей… В этом он кажется просчитался, нужно было придумать, что-то другое. Вполне возможно, что эта «девушка от Эскада» и правда могла быть «кем-то», не просто «секретаршей», но все поправимо, женщины быстро привыкают к красивой жизни за спиной мужчины, становятся податливыми и ленивыми, зависимыми, с таким очень просто в дальнейшем и будет не плохо, если бы и она привыкла к такой жизни.

По этой причине Рик и предпочитал женщин несерьезных профессий и тех, кто помоложе. Американки совсем с катушек съехали из-за своего феминизма, зато молоденькие модели, приехавшие искать счастья в Голливуде, часто были непротив пожить за чужой счет, при этом они прекрасно умели отрабатывать то, что в них вкладывались. Такие женщины ему были по вкусу гораздо больше тех, кто пытался доказать, что «у них тоже есть яйца».

Ночью Энрике уехал из дома, после того, как Мария заснула, он отправился к Бриане. Молодая певица, которая приехала в Голливуд, чтобы попасть на большую сцену, но особым талантом она не обладала, зато как и Энрике очень любила секс и адреналин, а еще кокс, которым Энрике ее снабжал. То, что его «новое увлечение» ему еще «не дает», не значит, что он должен отказывать себе в удовольствиях с теми, кто этого хочет.

Уходя утром от Брианны, Энрике позвонил и заказал белые розы для «своей девушки от Эскада». Он всегда так делал со своими подружками, это было своего рода извинение зато, что он просто не умел быть верным, да и Энрике никогда не считал мужскую верность, чем-то обязательным. Задачей мужчины было обеспечивать женщину всем необходимым, что ей нужно, в том числе и своим вниманием, а что плохого в том, что он иногда уделяет немного внимания и другим? Ничего, как считал Энрике, такое поведение давно вошло у него в привычку и нравилось ему. Хотя, как знать, может быть Мария сможет его в итоге удивить и он сможет задержаться в ее постели достаточно надолго, а ему казалось, что такой вариант вполне возможен с такой как она. «В тихом омуте…».

Уже на подъезде к докам в порту, Энрике подумал о том, что по возвращении нужно еще купить ей какую-нибудь побрякушку, женщины это любят, а за эти дни она как раз успеет по нему соскучиться.

Он хорошо проинструктировал всех ребят в доме и домработницу о том, что они ее все должны знать! Почти все посмотрели на него, как на умалишенного, но все его люди были ему верны, он проверял это не раз, и никто не осмеливался оспаривать его приказов.

Кира

Следующие 3 дня я провела бесцельно слоняясь по дому.

Вначале мы с миссис Андерсон, женщиной лет 55, вполне воспитанной и учтивой, обсудили меню на неделю. Потом проверили посуду в доме, все комнаты, она спросила о распоряжениях, но я даже не представляла себе, какие у меня могут быть для нее распоряжения.

Дом был хорошо убран, но делала это не она, а горничная, которая приходила с 10:00 до 14:00 каждый день.

Еда была превосходной, все остальное меня тоже устраивало, учитывая, что я понятия не имела о собственных вкусах, но раз здесь жила, значит, мне это нравилось.

Я пыталась читать какие-то книги, но постоянно бросала, не могла найти для себя, что-то интересное в них. Новости по телевизору меня тоже не слишком-то интересовали.

Рик попросил меня не выезжать из дома без него.

Охрана, которая была в доме, старалась держаться от меня подальше, в особенности Альваро.

Я попыталась расспросить миссис Андерсон обо мне и об Энрике, но она отвечала очень уклончиво, все списывала на него, только сказала, что Энрике очень хороший человек, просто его судьба сложилась трудно и поэтому он такой, какой есть, а еще она добавила, что он очень меня любит и бережет, ни к одной девушке он не относился так, как ко мне.

Меня заинтересовали слова о его трудно сложившейся судьбе и я решила поинтересоваться об этом у него позже, но аккуратно, чтобы он не понял, что его «сдала» миссис Андерсон, кто его знает, как он может на это отреагировать.

Ни одной нашей совместной фотографии в доме я не нашла. Попыталась войти в кабинет Рика, но он был закрыт, за этим меня поймал Альваро от которого я получила неодобрительный взгляд и пришла к выводу, что лучше я проведу время на своей большой открытой террасе и не буду совать свой нос куда не требуется. По крайне мере пока не пойму, что здесь к чему и где заканчивается круг моей дозволенности.

Рик звонил один раз в день, спрашивал, как мои дела, я отвечала, что хорошо и это было правдой. Приходил Абель и сменил мне корсет, сказал, что еще немного и можно будет корсет совсем снять, чему я очень обрадовалась, все-таки ходить в нем было ужасно неудобно, а еще жарко, зато всегда прямая спина., как будто лом проглотила.

На третий день мне в голову пришла странная мысль. Скорее всего, рано или поздно, а мне придется лечь с Риком в постель и к детям в такой ситуации я готова никак не была.

Мы с Альваро съездили в торговый центр под предлогом, что мне нужны предметы личной гигиены, за руль Мустанга меня не пустили, зато в аптеку со мной он заходить не стал, поэтому я смогла купить все, что требуется.

А ночью вернулся Рик, уставший и злой.

– Как дела? – Спросила я, спустившись вниз.

– Так себе. – Ответил он и устало потер лицо.

– Что-то случилось?

– Можно итак сказать, это по работе. – Он подошел ко мне, поцеловал в щеку. – Скучала без меня?

– Да. – Ответила я правду, а он улыбнулся, погладил по лицу. Всегда такой ласковый…

– Малыш, могу я тебя кое о чем попросить?

– Да.

– Я приму душ и можешь мне сделать небольшой массаж, я очень напряжен. Раньше ты отлично его дела.

– Хорошо. – С неуверенностью ответила я. Я еще и массажист? – Я попробую.

Мы поднялись к нему в комнату, Рик ушел в душ, а я вышла на террасу и облокотилась о стеклянный бортик, закурила. Теперь я курила постоянно, это прочищало голову, помогало выстроить хаотичный поток разнообразных мыслей в одну связную линию и успокаивало расшатанные нервы.

И сейчас я реально нервничала. Я боялась момента близости с ним, но ведь не обязательно же заниматься с ним сексом, возможно массажа ему хватит? Почему я так этого боюсь? И почему я считаю, что вообще обязана заниматься с ним этим? Судя по отражению в зеркале, я же не девочка двадцати лет, чтобы бояться таких вещей или немочь дать отпор, если он сделает, что-то, что мне не понравится. Если честно ответить себе на этот вопрос, то я чувствовала себя обязанной. Обязанной жизнью, обязанной своим содержание, своим выздоровлением и как говориться: «за это надо дать!». А кому надо? Мне-нет. В крайнем случае, пусть восстановит мои документы и отправит на все четыре стороны. Не имею ни малейшего представления, куда я вот такая «беспамятная» пойду и что я буду с этим делать, но с чувством «должна» точно нужно заканчивать.