Невеста по договору

– Не всегда родственники и близкие люди – это одно и тоже, – ответила я, когда Максим открыл мне дверь. – Тётя Маша, например, жена моего родного дяди и по сути кровной родственницей не является, – мы зашли внутрь здания. – Сначала за продуктами или за вещами? – спросила я, чтобы перевести тему разговора.

Решили идти за вещами, я ткнула чуть ли не в первую попавшуюся футболку, с каким-то мультяшкой на груди.

– Она тебе большая, – сказал Максим, прикладывая её ко мне вместе с плечиками.

– Не большая, а свободная, – и взяла трикотажные штаны, тёмного цвета. – В офисе я больше устаю не от работы, а от жакетов, юбок и каблуков, – мы пошли к кассе, максим заплатил за вещи.

– Что ты будешь делать с овощами? – спросил он, когда мы были в продуктовом отделе.

– Салат можно сделать, или просто есть, – я не понимала, зачем Максим спрашивает, прописные истины.

– Можно готовый салат купить, – предложил он, может, хотел мне жизнь облегчить.

– Не хочу, конечно, занудой показаться, но я такое не ем, предпочитаю сама процесс контролировать, – из-за таких вопросов я чувствовала себя некомфортно, но всё равно брала продукты, к которым привыкла. Выдернул меня, значит, пусть терпит.

Подземную стоянку я раньше, только в американских фильмах видела.

И квартира мне тоже необычной казалась, столько много пространства, одна только прихожая шириной, как моя комната. Вход в большую комнату и в кухню тоже, был ни то что без дверей, вообще без проёмов… Будто стены просто не было.

Двери были только в ванную и в другую комнату, видимо, про неё мне Максим говорил.

– С чего начнём? – осматривая всё вокруг, спросила я.

– Давай я тебе покажу, где и что находится, а ты сама решай с чего тебе удобней начать, – предложил он и я сразу согласилась на экскурсию.

– У тебя всё так необычно, – сказала я продолжая крутить головой и рассматривая всё досконально.

– Согласен, я до сих пор привыкнуть не могу, – поддержал моё мнение Максим. – Но я квартиру не выбирал, так что, менять тут теперь что-то очень муторно.

Последнее место, которое он мне показал, была спальня.

Большая кровать, шкаф-купе в потолок, тумбочка и стул. Видно было, что эта комната необитаемая.

Я открыла шкаф, взяла плечики и наконец-то сняла жакет.

– Тебе придётся пожертвовать, какой-то домашней одеждой для меня, потому что новую постирать нужно, – Максим сразу достал футболку и треники, протянул их мне.

– Жду тебя на кухне, – сказал он и сразу вышел, закрыв за собой дверь.

Я с вещами в руках села на кровать, так и думала, что она классная! Большая и мягкая! Мне даже попрыгать на ней захотелось, но я не стала этого делать. Вот будет у самой такая кровать, напрыгаюсь, а тут я не у себя дома.

Повесила одежду в шкаф, надела футболку, которая вполне сошла бы, как мини– платье, только чересчур свободное. У треников пришлось закатать штанины, резинку на поясе затянуть сильно, и вполне себе ничего так.

Максим тоже уже переоделся, и стоя у окна, что– то жевал. При виде меня, отложил кусок и склонил голову на бок.

– Непривычно видеть тебя не в офисной одежде, – сказал он и заулыбался. – А ещё странно смотреть, как моя одежда, живёт своей жизнью, – я засмеялась от рассуждений Максима, он говорил про одежду, как про кого-то одушевлённого. Взяла пакет с вещами.

– Можешь поставить воду на пельмени, – и ушла в ванную, которая тоже была в моём понимании, как спортзал. Квадратная ванна, напоминала бассейн, душевая кабинка была отдельно.

Подумала, что плавки тоже нужно постирать, ведь других у меня не было. Закрыла дверь и сняла треники, вот он дискомфорт! Дома это не было бы проблемой. Снова оделась, загрузила машинку и пошла на кухню.

Закинула пельмени в закипевшую воду, нарезала огурцы с зеленью, остальные продукты разложила в холодильнике. Максим всё это время наблюдал за мной.

– А салат? – в качестве ответа я показала на огурцы с зеленью.

– Салат завтра, а сегодня нам ещё работать надо, – напомнила я ему.

Мы поели, мне всё казалось таким вкусным, я была очень голодная.

– Ты будешь чай или кофе? – спросил Максим. Я стояла у мойки, собираясь помыть посуду. Поймала себя на мысли, что дома я бы бросила её до завтра, даже если тёти Маши бы не было, значит, я всё-таки хочу казаться лучше, чем есть.

– Кофе, – он взял турку и подошёл к крану за водой, при этом навис надо мной так близко, что я почувствовала его горячее дыхание, где-то возле уха, сердце забилось сильнее и мурашки побежали по всему телу. Что за фигня со мной творится?

– У тебя нет кофемашины? – спросила я первое, что в голову пришло. Максим поставил турку на плиту.

– Предпочитаю контролировать процесс лично, – ответил он моими словами.

И кофе действительно был очень вкусный.

После этого божественного напитка, как водится, открылось второе дыхание. Я сходила в ванную, забрала из машинки свои вещи и раскинула их в “своей” комнате, на стул и на бордюры у кровати, плавки повесила на плечики в шкаф.

Вышла к Максиму в комнату, он сидел с огромными горами бумаг прямо на ковре. Я встала на колени, напротив Максима и взяла верхний лист. Он смотрел на меня в ожидании указаний.

– Сначала надо рассортировать, договоры с платёжками убираем отдельно, – и начала откладывать в сторону листы, показывая Максиму, что нужно делать. – Тебе одна куча, а мне другая, – он сосредоточенно разглядывал документы.

– А номера договоров, а даты, – в его голосе слышалась паника.

– Номера будем сопоставлять потом, и даты в процессе, – стараясь объяснять Максиму так, чтобы он понял.

Просидели так часа два, рассортировали.

– Может быть на сегодня хватит? – спросил Максим, наблюдая за мной. – Мои мозги бунтуют и отказываются работать, – наверное, заметил, как я зеваю и решил, что я устала. И да я устала!

– Только завтра начнём пораньше, – выставила я свои условия.

– Как проснёмся, так и начнём, – сказал он вставая, я тоже сделала попытку приподняться и поняла, что сильно отсидела ноги. Максим остановился возле меня и протянул руку, отказываться от помощи я не стала, он просто одним всего лишь движением поставил меня на ноги.

– Спасибо, – ноги были как ватные. Максим, не выпуская моей руки, потянул меня к дивану. Когда я села, он наклонился и так по-хозяйски начал растирать мне икры попеременно быстрыми движениями.

– А-а-а! Ты чего делаешь? – колики поднимались вверх по ногам.

– Возобновляю твоё кровообращение, – убрав руки, Максим посмотрел на меня. – Лучше стало? – я снова встала на ноги, они были в порядке. Относительном.

– Да, намного! Я даже не почувствовала, как отсидела их, – удивлённо ответила я.

– Один раз я вот так встал и тут же упал, как подкошенный, – сказал он и засмеялся, а я пока не знала над чем. – Мне лет восемь было, я позвал маму и сказал, что я ноги свои не чувствую, она сделала мне тоже самое, – Максим продолжал смеяться, вспоминая детство. – Я с ужасом представил, что не смогу ходить больше, спросил у мамы, она в ответ засмеялась, и посоветовала не сидеть сильно долго в одном положении. А я уже напридумывал, что у неё есть сверхсилы, типа магия, – теперь мы смеялись вместе.

– Наверное тебе по материнской линии эта магия передалась? – от такой невинной шутки мы хохотали до слёз. – Всё хватит у меня уже живот болит, я в душ, – и пошла за вещами в комнату.

– Полотенца есть в ванной на полке, – крикнул мне Максим вдогонку.

Как только я вышла из душа сразу почувствовала запах кофе, значит, он был всё ещё на кухне.

– Ты есть хочешь? – спросил Максим разглядывая мой “новый наряд”.

– Я хочу лицом в подушку, – для пятничного вечера я итак совершила слишком много подвигов.

– Тогда спокойной ночи, – пожелал он мне, продолжая смеяться. – Постельное в шкафу, сама разберёшься? – спросил Максим, я кивнула и ушла.

Открыв глаза, я была уверена, что проснулась рано. Из-за плотно задёрнутых штор, солнце в комнату не попадало и время оказалось уже десять часов.

Первые несколько секунд я даже не поняла, где нахожусь, когда увидела не свою комнату. Удивилась тому факту, что спала без задних ног и усталость тут вообще не причём, как будто я чувствовала себя в безопасности. Ведь только вчера я на отрез отказывалась ехать сюда, потому что боялась.

Вышла из комнаты и заглянула к Максиму. Он ещё спал, одеяло с него сползло и футболки не было. Я стояла и нагло рассматривала красивое мужское тело. Максима я считала практически идеальным, одно только было непонятным: зачем ему я? Вокруг столько красивых девушек, готовых буквально на всё ради него.

Зашла в ванную, а зачем не помнила, наваждение в виде голого торса Максима не исчезало. Продолжая пялиться на полку с зеркалом, я включила воду, надеясь, что журчащий звук меня отвлечёт.

Мысли путались, я пыталась хоть чем-то их перебить.

Перебила, блин, ага, чтоб их…

Почему-то вспомнила того мужика, который пытался меня изнасиловать у меня же дома, пока пьяная мать с подружкой беспробудно спали. И если бы не Витя Таран, появившийся непонятно откуда, который поднял его и кинул в угол комнаты, то этот ублюдок лешил бы меня девственности в шестнадцать лет. После этого я начала шарахаться всех парней без разбору, и была уверена, что никого, и никогда к себе и близко не подпущу.

Уверенность начала растворяться, когда появился Максим с этим странным договором. И, если бы я точно знала, что согласилась изображать его невесту из-за обещанной квартиры и повышения, всё было бы в порядке, но это было не так. Меня уже тупо и безрассудно к нему тянуло, что я сама с собой едва справлялась.

Опять подняла глаза на полку, где стояли наши зубные щётки, наклонившись друг к другу. Я набрала в пригоршню воды и плеснула в лицо.

Такой дурой я себя ещё никогда не чувствовала!

Что дальше? О салат! Я обещала Максиму салат! Зашибись!

Пошла на кухню, помыла и нарезала огурцы с помидорами, лук и зелень. Всё перемешала со сметаной, вкуснотища!

В проходе кухни, появился Максим. В футболке.

– Доброе утро! – я мотнула в ответ, потому что рот был занят салатом. – О! Салат! Запах офигенный! – он смотрел на меня и улыбался. – Вкусный? – спросил Максим продолжая надо мной прикалываться.

– Да, очень! – прожевав, наконец-то, ответила я.

– Сейчас приду и проверю, – пригрозил он мне и пошёл в ванную.

Я разложила салат в две глубокие тарелки, а остальное убрала в холодильник.

– Зачем ты разложила? Почему нельзя было поесть из большой тарелки? – удивился Максим, когда вернулся на кухню.

– Вот ты как думаешь, что самое вкусное в этом салате? – серьёзно спросила я, не отвечая ему. После своих умозаключений в ванной я решила вести себя посвободней.

– Всё! – не задумываясь ответил Максим, так же серьёзно, я засмеялась.

– Смотри, – я отломила от куска хлеба мякиш, насадила его на вилку и запустила в свою тарелку, ломтики овощей поднялись от моих манипуляций. Всё время он следил за моими действиями, как я и просила, не отрываясь. Потом я вытащила пропитанный сметаной и овощами кусок. – Вот! – показала Максиму и положила себе в рот.

– Офигеть можно! – выдохнул он. Я подняла указательный палец вверх, в знак того, чтобы Максим ничего не говорил. Глядя на него мне очень хотелось смеяться, но из-за набитого рта сдерживалась. – Я тоже так хочу! – насадив отломленный кусок на вилку, Максим сделал так же, как я.

– Ну как? – спросила я, дождавшись, когда он прожуёт.

– Божественно, конечно! – и мы засмеялись, как по команде.

– В детстве мама, не разрешала мне так делать, в общей тарелке, зато папа разрешал, пока она не видит, – так я решила ответить на вопрос Максима, в воздухе повисла тишина.

– А где теперь мама с папой? – осторожно спросил он.

– Умерли, – я вспомнила слова тёти Маши, что даже она бы наврала. – Папа был инженером на заводе, там авария какая-то произошла, и он погиб, когда мне было восемь лет, а мама позже от болезни, – монотонно без эмоций ответила я. – Меня забрала к себе тётя Маша, – подытожила я, собрала тарелки и пошла к мойке.

Максим подошёл ко мне, в руках у него была турка, он наклонился ко мне.

– Прости, Лера, я не подумал, – я повернулась, нас разделяли пару сантиметров. – Я такой дебил, взял и испортил тебе настроение, – сожаления были искренние, он поставил турку на стол.

– Ты же должен знать про свою невесту всё, – спокойно ответила я, но слёзы сдержать всё равно не смогла. Максим повернул меня к себе и поцеловал, уже не так, как возле лифта. Видимо решил успокоить меня шоковой терапией, оттягивая мои губы и медленна проникая языком между ними. Я открыла глаза, он медленно отпустил меня, не стал настаивать на продолжении

А слёз больше не было.

– От тебя салатом пахнет, – я совсем другое хотела сказать, но вылетела какая-то хрень.

– От тебя тоже, – Максим, не притрагиваясь ко мне руками, поцеловал меня в макушку. – Я же говорил, что не надо в разные тарелки, – я засмеялась, он наклонился и посмотрел мне в глаза, видимо проверял на наличие слёз. – Не плачь больше, а то я когда-нибудь с ума сойду, – взял турку со стола и налил воду.

– С такой скоростью мы к концу следующей неделе не успеем, документы разобрать, – у Максима был вид, как будто он никуда и не торопился, следил за закипающим кофе.

– Попьём кофе, поразбираем договора и пойдём гулять! – Максим не суетясь, озвучивал наши планы на сегодня.

– В смысле, гулять? – я от неожиданности замерла.

– В смысле, по улице гулять, тебе же нравится, – вид у него был невозмутимый. – Никакие документы не стоят, чтобы просидеть, все выходные дома, – Максим продолжал приводить мне доводы в пользу прогулки. – Я не помню, когда ходил пешком просто так, – мысленно я была с ним уже согласна.

– А домой? – в растерянности спросила я.

– Придём домой, как только нагуляемся, – он специально делал вид, что не понимает о чём я спросила, я заулыбалась.