Берта Свон
Невеста – такая работа


– Сволочь, – выдала в пространство Алиса. – Какая же ты сволочь, Эльнар.

После купания, позволив все той же служанке растереть распаренное тело махровым полотенцем, Алиса достала из чемодана платье, длинное, строгое, вечернее, темно-синего цвета. Подходящий наряд для разговора о важном. Платье село, как вторая кожа. Накладывая макияж, Алиса поймала себя на мысли, что готовится к якобы обычному ужину, как к боевым действиям.

«Пора успокоительное пить, – фыркнула она про себя. – Ничего, три недели пройдут быстро. А потом и нервы в клинике полечу».

Глава 4

Но как же ненасытен я с тобой:

Твоей улыбке не страшна остуда -

Знак острого ума, любви святой;

Меня не запугают пересуды;

Мой слух распахнут настежь, Боже мой,

Твой голос я ловлю: ах, что за чудо!

Джон Китс. «Ах, женщина! Когда вгляжусь в тебя»

Очередная готовая ублажить хозяина служанка лежала в постели, широко раздвинув ноги. Полностью обнаженная, возбужденная, она выгибалась навстречу умелым рукам Витора, ласкавшим ее грудь и промежность.

Сам Витор, нависнув над временной любовницей, тяжело дышал. Он уже достаточно возбудился и готов был к разрядке. Напряженный член проник в служанку быстро и резко. Поймав необходимый ритм, Витор начал двигаться в нем, стремясь поскорей освободиться от съедавшего его желания.

Служанка стонала, кричала и активно двигала бедрами в такт движениям Витора. Тот замер на секунду, затем дернулся несколько раз, вытащил обмякший член, и в нее полилась сперма.

Мылся Витор долго, под струями воды, не в чане, как привык. Получив удовлетворение, он был готов ко встрече с невестой. У нее, должно быть, накопились вопросы, вряд ли его образ жизни хоть чем-то похож на тот, к которому привыкла она. Ну а если вопросом не будет… Что ж, тогда они обсудят ответы на возможные каверзные вопросы матушки. Благо пока еще время у них есть. Родственники начнут прибывать дня через три, не раньше.

Темно-коричневый камзол, сшитый умелой портнихой, скрыл, насколько это возможно, дефект тела. Каблук на обуви помог частично убрать хромоту. Но зеркало Витор все равно обошел дальней дорогой. Любоваться собственной отталкивающей внешностью желания не было, тем более перед встречей с красавицей невестой.

Витор мрачно усмехнулся, прихрамывая во время ходьбы. Невеста. Она такая же невеста, как он – наследник престола. Умелая актриса. Хотел бы он увидеть ее досье. Увы, этой услуги агентство не предоставляло.

Обеденный зал был освещен десятками свечей, расставленных в золотых и позолоченных подсвечниках по всему помещению. Можно, конечно, было использовать волшебные шары, но у Витора с невестой вроде ожидался ужин, пусть и с пародией на романтику. Да и кто их, этих женщин, знает. Может, в подобной атмосфере невеста станет менее собранной, и с ней окажется проще общаться.

Витор уселся за накрытый накрахмаленной скатертью стол, откинулся на высокую спинку кресла, обитую красным бархатом, чуть прикрыл глаза. Если бы не статус, можно было бы заплатить служанке, любой, она с удовольствием стала бы фиктивной женой на пару-тройку месяцев. Но нет. Родственники не поймут. Да и слухи поползут. Витор, хоть и редко общался с равными себе, все же не мог позволить опорочить свою репутацию такой мелочью, как статус супруги.

Темно-синий цвет платья шел к глазам Алисы, в этой командировке – нежно-фиолетовым. Черные, как уголь, ресницы, модные в этом мире густые брови, ярко-красная помада на губах – Алиса оделась, как для свидания, но чувствовала себя, словно на поле боя. В одном из миров ей пришлось изображать верную и любящую невесту, готовую сопровождать возлюбленного даже под пушками. После ночи в лагере, в шести километрах от театра боевых действий, Алисе долго снились кошмары, и после командировки даже пришлось обращаться к психотерапевту. Зато теперь появилась возможность сравнить ощущения. Оказалось, что разницы не было ни малейшей, и такое положение дел Алису удивляло: обычно ей легко давались роли стервы. В этой оболочке она не испытывала напряжения. Обычно. Не сейчас.

За раздумьями вместе со служанкой Алиса бодрым шагом дошла до обеденного зала, комнаты просторной, но почему-то погруженной в полумрак. Только несколько свечей, не больше пары-тройки десятков, помогали не споткнуться и не свернуть себе шею в пути до стола. Для Алисы подобная скаредность хозяина была в новинку. Ведь есть те же магические шары, способные осветить каждую пылинку в дальнем углу. Зачем обязательно понадобилось использовать свечи?

«Ах да, у нас же свидание. Якобы», – мрачно усмехнулась про себя Алиса, усаживаясь в отодвинутое расторопным молодым слугой массивное кресло, больше похожее на трон, и ожидая, пока ее тарелку наполнят супом, судя по запаху, рыбным.

Первое они с женихом ели в молчании. В меру соленый, ароматный суп был приготовлен умелым поваром. Алиса, не любившая рыбу, с удовольствием съела блюдо и даже не отказалась бы от добавки.

– Итак, – приступил к разговору жених, едва слуга наложил им обоим картофельное пюре с тушеными овощами и вышколенно удалился к стене, – вы теперь моя невеста, на следующие три недели. Предлагаю сначала познакомиться, а потом вместе составить историю нашей неземной любви, – на этих словах он криво усмехнулся. – Есть то, что я обязан знать в первую очередь?

– Я боюсь пауков и крыс, поэтому мои комнаты всегда должны быть тщательно убраны, – искренне ответила Алиса. – Терпеть не могу ложь, фамильярность и подхалимаж. Умею держать себя в руках даже после нескольких бокалов вина. В принципе, все.

Стандартные фразы, которые Алиса повторяла всем женихам. Все – чистейшая правда. Единственное, о чем Алиса никогда не ставила в известность, это о своей не всегда стандартной реакции на фобии или местное спиртное.

Ее собеседник кивнул, принимая во внимание услышанное.

– Не люблю зеркала, предпочитаю одиночество и тишину, – сообщил он в свою очередь. – В те дни, когда нам не нужно будет изображать счастливую пару, я предпочту заняться своими делами.

Алиса пожала плечами: да не вопрос. У нее тоже есть, чем себя занять.

– Расскажите предысторию моего появления здесь, – попросила она, накалывая на трехзубчатую вилку кусок сыра с фарфорового блюда.

Глава 5

О, кто б забыл ту сладость, что досталась?

Кто, честно глядя, впрямь бы смог забыть?

О, Боже, блеет агнец, хочет жить,

Мужской защиты просит. Ваша жалость

Ей, агнцу, справедливо в дар досталась;

А если кто-то хочет погубить,

В руины чудо-замки обратить,

Тот – негодяй. По правде, даже малость

Вниманья милой радует, когда

Я слышу пальцев легкое касанье

Иль вижу, как в окне горит звезда,

Я чувствую: то – знак ее вниманья,

Цветок из рук ее, в ручье вода;

Лишь вырви нить – и рухнет мирозданье.

Джон Китс. «Ах, женщина! Когда вгляжусь в тебя»

В наряде невесты, несомненно, чувствовался изысканный вкус. Витор оценил и длину, и скромность платья, и соблазнительные изгибы фигуры. Напомнив себе лишний раз, что по контракту постельных игр с невестой не полагается, он решил после ужина развлечься с очередной служанкой. Пока же сосредоточился на еде и разговоре.

– Расскажите предысторию моего появления здесь, – последовала вполне логичная просьба.

Витор подавил вздох. Он не любил говорить о личном, о чувствах и эмоциях, поэтому постарался ответить как можно суше.

– В этих краях у меня не самая хорошая репутация, – горькая усмешка против воли зазмеилась по его губам. Это еще мягко сказано: «не самая хорошая». – Ни одна женщина, любого возраста, добровольно не выйдет за меня. Я, конечно, имею в виду аристократок и родственниц купцов высшей категории. Те, кто ниже, возможно, и согласятся, но такой брак уже не нужен мне: он нанесет урон и моей репутации, и чести семьи. На такое я пойти не могу. Выбирать и уговаривать женщину издалека у меня нет времени. Проще обратиться куда-либо и нанять ту, которая согласится сыграть роль моей невесты.