Выживальщики 1. Охота

– Амазонка?

– Можно и так сказать.

– А ты знаешь, кто это?

– С земной мифологией знакома, не волнуйся.

– Это странно для девушки, живущей в лесу.

– В общем, это же практически целое представление. Многие сами с радостью готовы всё отдать. Встреча в лесу с таинственной незнакомкой, которая их ограбила, да это лучшие воспоминания в их жизни! Они надолго запомнят прекрасную, как ты сказал, Амазонку.

– От скромности ты не страдаешь.

– Это реальность, приятель. – по голосу он понял, что она улыбается.

– Ну а какие ещё чудеса здесь встречаются?

– Про драконов слышал?

– Ну вот, а я почти уже было поверил в твои сказки. Да ну тебя.

– Верить или нет, дело твоё. А остров с драконами существует. Большой остров или маленький континент. По-разному называют. Но они живут только там, сама я их не видела. Здесь вообще на каждом континенте или острове свои особенности. Как будто в другой мир попадаешь. Только перемещаться сложно, плавсредства они тоже отслеживают.

– Я не знаю, мне кажется, ты, мягко говоря, выдумываешь.

– Реальность такова, что хочешь или нет, но если ты переживёшь ближайшие несколько дней, то будешь жить с нами. И получишь возможность прожить долгую, но не очень технологичную жизнь. Такое бывает. Туристы, которые по разным причинам не улетели, вынуждены оставаться здесь и искать себе место под солнцем.

– И ты никогда не покидала планету?

– Не-а.

– Да уж…

– Я и на своей-то планете много где не была, но, возможно, всё ещё впереди, я ведь ещё молода, – она хихикнула. – Чувствую, ты мне не очень-то веришь, но это дело твоё.

Некоторое время они ехали молча. Через повязку начал проникать слабый свет, и Сёма понял, что потихоньку светает.

– Нам долго ехать?

– Думаю часа три. Но мы движемся довольно резво, может, получится быстрее. После того как пошлём предупреждение, надо будет найти место и поспать. Недосып может плохо сказаться, если начнутся трудности.

– Как скажешь, – сказал Сёма и поймал себя на том, что он уже довольно давно борется со сном.

Лёгкое ритмичное покачивание и быстрый негромкий перебор паучьих лап шагохода действовали гипнотически. Учитывая то, что рассматривать окружающий мир возможности не было из-за повязки, сопротивление сну сделалось задачей непосильной. Проваливаясь, Сёма успел подумать только о том, что главное – не свалиться с сиденья, и крепче ухватился за ручку.

Сколько времени прошло, он не знал, но проснулся оттого, что чуть не упал, когда шагоход остановился. Даже с завязанными глазами было понятно, что уже совсем светло. Уверенная и аккуратная рука сдёрнула с него повязку. Щурясь от яркого света, он разглядел улыбающееся лицо Лианы.

– Ну что, выспался? Ты в курсе, что ты храпишь? Должна сказать, что это очень демаскирует, – она хохотнула. – Ладно, слезай, приехали.

– Наверное, просто поза была неудобная. И вообще, почему я должен тебе верить? Мне никогда не говорили, что я храплю.

– Все храпуны так говорят! – сказала она и пошла к ближайшим кустарникам. Раздвинула ветви, и глазам открылась куча валежника. В самой середине было место среди сухих ветвей, через которое мог пролезть человек. Она встала на четвереньки и приготовилась лезть, но потом обернулась к Семёну.

– Ты идёшь?

– А можно?

– Сюда да. Через пару часов это место, скорее всего, перестанет существовать. А если и нет, то возвращаться сюда всё равно, не стоит.

– Ладно, пойдём посмотрим. – Он перекинул ногу, чтобы слезть с шагохода, и только тут понял, насколько у него затекло всё тело. Из горла вырвался стон.

– Что, тяжко тебе?

– Да уж. Весь онемел. Спина, шея – вообще не гнутся.

– Ну смотри, если сможешь, ползи следом, нет, жди здесь, – сказала она, стоя на четвереньках, и поползла в просвет между ветками. Сёма, кряхтя, опустился на колени и пополз следом. Любопытство пересилило.

Метра через три пространство расширилось, и в коконе из спутанных веток обнаружился люк. Он был уже открыт, Лиана была внизу, там горел свет. Спустившись, он оказался в тесной землянке. Она была совершенно пустой. Был только большой пень в качестве стола, и поменьше в качестве табуретки. На «столе» стоял какой-то прибор кустарного производства, с которым и возилась Лиана. Когда она всё подключила, то склонилась над ним и произнесла:

– Четырнадцать, красный. – После чего опять стала нажимать какие-то кнопки.

– Что ты делаешь?

– Записала фразу, которая будет транслироваться по кругу, на нашей аварийной частоте, беспрерывно.

– И что это означает?

– Четырнадцать – регион, красный – степень опасности.

– Незамысловато.

– Да, понять несложно. Когда они перехватят передачу, то, разумеется, поймут, о чём речь, тоже ведь не дураки сидят. Но лишней информации о нас не получат.

– И что дальше?

– Дальше, я поставлю таймер, чтобы сообщение начало транслироваться через пару часов. А мы за это время постараемся смотаться как можно дальше. Потому что велика вероятность, что это место накроют.

– Разбомбят?

– Может, разбомбят, а может пришлют группу проверить, что здесь такое. В любом случае нам лучше к этому моменту быть подальше.

– А если не прилетят и не разбомбят?

– Через пару дней аккумулятор сядет, и трансляция прекратится. Но даже если они ничего не предпримут, место всё равно на контроль возьмут.

– А твои получат сообщение и будут осторожны?

– Надеюсь, вообще затаятся и не будут себя никак проявлять. Похищение корабля – такого ещё не было, насколько я знаю. Это мечта всех добытчиков. Это как сказка, которая никогда не сбывалась. Нам очень повезло. Они просто напились вдрызг. Поэтому напали на вас раньше времени, не выставили систему охраны, вообще наплевали на все меры безопасности. В обычной ситуации, при соблюдении протокола, мы бы и близко не смогли подойти к кораблю.

– То есть нам просто повезло?

– Отчасти. Помнишь, как я проткнула одного охотника стрелой?

– Такое забудешь!

– Я оказалась к нему очень близко и почувствовала запах неслабого перегара. Плюс, несвоевременное нападение – мысль закралась уже тогда, нужно было её проверить. Я оказалась права. Многие всю жизнь гоняются за кораблём, ловушки готовят, но безрезультатно. А мы вон как отличились!

– Мы? Ты же говорила, что с меня и жизни достаточно будет?

– На равную долю не рассчитывай, но стартовый капитал на первое время, чтоб устроиться, я тебе на радостях подкину. Хотя ещё рано делить добычу.

– Но ведь, если есть корабль, значит, отсюда можно улететь?

– Не-а, во-первых, они заметят старт и перехватят. Во-вторых, лететь некуда. Этой планетой владеют очень влиятельные корпорации, и в современном мире они достанут и найдут любого. Скрыться не получится. Можно, конечно, какое-то время болтаться в открытом космосе, но что это за радость? Единственное место, где можно свободно и вольно жить, – это здесь.

– Ты же говорила, что вы под колпаком?

– Да, вялотекущее противостояние продолжается, и они сильно нас ограничивают, но здесь мы всё равно свободны. Гораздо свободнее, чем где-либо ещё в освоенном космосе. При всей кажущейся свободе над вами присутствует тотальный контроль.

– А откуда ты так осведомлена о жизни за пределами этой планеты?

– Туристы рассказывали, – она посмотрела на него и улыбнулась, видно решила отшутиться.

– Но получается, что корабль тогда вообще бесполезен?

– Ну не скажи. Во-первых, отсутствие возможности улететь не говорит о том, что никто не хочет попытаться. Во-вторых, это технологии и развитие науки, мы тут тоже стараемся по мере сил не отставать, хотя это и трудно. В-третьих, у нас тоже есть свои богатеи, которые хотели бы иметь то, чего ни у кого нет. А может, завтра у них на станции случится какая-нибудь авария, и она взорвётся к чёртовой матери? Тогда у тех, у кого есть корабль, появится свобода действий. Может даже сформируем наш маленький планетарный военный флот. Но это фантазии, конечно. Короче, спрос есть. С предложением проблемы.

– И что, у ваших людей нет ни одного корабля?

– Я этого не говорила. Вообще-то, есть.

– А откуда, если пока что не захватывали?

– Остались со времён колонизации, кое-что удалось припрятать. Про захваты слухи тоже ходили, но непроверенные. Но чтоб у охотников, да с полным трюмом снаряжения, про такое я не слышала даже легенд.

– А с охотниками сложнее?

– Конечно. Они более подготовленные, чем туристы, к тому же неизвестно, где и когда они появятся. Но туристические тоже на стрёме. Они высаживают группу и улетают, чтоб не подставляться. Проще всего, наверное, захватить зоопарк, но там тоже свои сложности.

– Какой зоопарк?

– Корабль, который привозит животных, чтоб вам жизнь усложнить.

– А я думал, они здесь обитают.

– Всё это элементы вашего тура, кроме охотников.

– А в данном случае мы сами, как ты сказала, дичь.

– Правильно, двигай на выход.

Они выбрались из землянки и опять оседлали шагоход.

– Куда теперь?

– Есть тут поблизости одно местечко, ляжем на дно. При такой скорости часа два с половиной уйдёт.

– Мне, если честно, уже давно хочется остановиться и вздохнуть. А точнее – забиться куда-нибудь в угол, засунуть большой палец в рот и сидеть так, пока всё не закончится.

– Но ты же понимаешь, что ничего не закончится?

– Понимаю, только верить не очень хочется.

– Придётся.

Какое-то время они ехали молча. Наконец, Лиана решила нарушить молчание.

– Да, странно получилось.

– Что именно?

– Да всё! С тобой странно. Я никогда не занималась спасением туристов. Тебя спасла. Хотела использовать для дела, не понадобилось. Но, несмотря на это, до сих пор тебя за собой таскаю, вместо того чтобы бросить.

– Здесь я должен сказать спасибо?

– Как хочешь. Я, наверное, к тебе привыкать начала. Ты вроде нормальный. Я всегда старалась одна работать, чтоб только за себя отвечать, а тут напарник нарисовался. – Она обернулась к нему. – Временно, не обольщайся. Внезапное везение с захватом корабля. У меня от всего этого тоже привычные алгоритмы сбиваются, нужно переварить немного. Меня перед вашим прилётом чуть не убили, в серьёзную заварушку попала. Всё это наложилось. Вывод – нужен хороший отдых!

– А что случилось?

– Да, неважно. Сама сглупила, вляпалась в историю. Не удивляйся, у нас тут и без гостей сверху жизнь бурлит.

– Хочешь сказать, что ты уже сто пятьдесят лет по краю ходишь?

– Чувствую, не веришь ты в мой возраст.

– Не обижайся, но нет.

– Да чего обижаться, мне всё равно. Но отвечая на твой вопрос, нет, конечно. Обычно всё гораздо спокойнее проходит. Конечно, нужно проявлять определённые способности, чтобы и добыча была, и жизнь сохранилась, да и, желательно, совесть не запачкать.

– При грабежах это, наверное, особенно трудно.

– Я же тебе вроде всё объяснила. Хотя, справедливости ради, нужно сказать, что среди наших тоже отморозки встречаются. Как раз такие меня чуть и не порешили.

– Весело.

– Обхохочешься!

Какое-то время они опять ехали молча. Вдруг шагоход издал внутри себя звук, похожий на удаляющуюся ракету, последним шагом широко расставил все шесть ног и замер.

– Проклятье! – ругнулась Лиана. – Я надеялась дотянем.

– Батарейки сели?

– Да! Ладно, помоги мне.

Она скинула на землю сумки, висевшие по бокам, и взялась за шагоход спереди, Сёма ухватился сзади. Они приподняли его и понесли к ближайшим густым зарослям, метрах в двадцати. Транспорт оказался очень тяжёлым, им удалось преодолеть это расстояние только в три захода. Затолкав его в кусты, они забросали его ветками, чтобы не бросался в глаза.

– Значит, ты собираешься за ним вернуться? – спросил Сёма.

– Конечно! Очень ценная штука. Надо будет для него запасной аккумулятор принести, и будет как новенький. У меня есть подобный агрегат, только меньше и не работает, к сожалению. А на этом потом ездить по лесу одно удовольствие будет. Спину не горбатить. Переноска грузов на расстояние – один из основных видов деятельности добытчика.

– Ну, после продажи корабля твоё ремесло можно будет бросить, наверное?

– Не знаю. Пока работаю по старой схеме – всё в дом, а разбираться буду потом… – Она протянула ему одну из сумок. – Будем бежать, постараемся добраться за час. Вешай на себя, смотри, чтобы всё было удобно, не билось, не стучало по телу. Иначе будешь весь в синяках.

– Тяжёлая сумочка, может шагом?

– Добежать за час или дойти за два, – посмотрела на него, – за два с половиной?

– Ладно, вперёд, – и Сёма первый припустил в том же направлении, в котором они ехали.

Хотя бежали не очень быстро, скорее размеренно, как марафонцы, вскоре он начал уставать. Мысли от усталости начали путаться, и всё настойчивее в голове вертелась одна и та же, которая как бумеранг то улетала, то вновь возвращалась. Наконец, она захватила его настолько, что он не смог дальше бежать и резко остановился.

– Лиана! Стой!

Она уже давно его обогнала и бежала впереди, всё время пытаясь оторваться. Он остановился и бросил сумку на землю. Она тоже остановилась и обернулась к нему.

– Что случилось? Выдохся?

– Да, но дело не в этом!

– А в чём?

– Я так не могу! Я пытался забыть и не думать об этом, убедить себя, что не в силах им помочь, но больше не могу. Я должен попытаться. Я благодарен тебе, что ты спасла меня, прости, что ничем тебе не отплатил, но я ухожу. Понимаю, что, может быть, не смогу ничего сделать, может быть, просто заблужусь в лесу и умру от голода, но должен попробовать. Просто хотя бы пойти туда и постараться их найти. Иначе я буду жалеть об этом всю свою жизнь. Я не спрашиваю у тебя разрешения, а правда ухожу, но буду благодарен, если ты скажешь мне, в какую сторону двигаться.

Лиана молча стояла и пристально смотрела на него. Наконец, она прервала затянувшуюся паузу.

– Ты умрёшь. Это, без всяких сомнений. Не знаю отчего, но ты не выживешь. Ты не готов. Ты неплохой парень, и твой порыв мне понятен, но я его не одобряю. Хочешь идти – иди. Давай доберёмся до места, это всё равно по пути, я подберу тебе что-нибудь хорошее из трофейного оружия. Что-нибудь, с чем ты сможешь справиться. Скажу, куда идти и что лучше предпринять. Если ты действительно этого хочешь.

– Нет, я ухожу прямо сейчас. Иначе опять появятся какие-то причины, поводы, дела, и я так и останусь под твоим крылышком. Но вдруг им нужна моя помощь? Прямо сейчас? А вдруг я смогу им помочь?

– Я, конечно, могу дотащить и две сумки, могу бросить их здесь и забрать потом, но не хочу. Я хочу, чтобы ты сделал для меня хотя бы эту малость. Проводи девушку до дома, а потом иди куда хочешь. Я не собираюсь тебя удерживать. Могу даже сама пинками прогнать. Но не устраивай мне этих сопливых истерик! Мне плевать, струсишь ты или передумаешь. Донеси мне сумку и иди куда хочешь. – Лиана не на шутку завелась. – И дело тут не только в сумках, это принципиальный вопрос, ты мне должен! – уже почти кричала она.

– Я знаю, что мне нечего тебе противопоставить, что ты можешь убить меня прямо сейчас, но я принял решение!

Всё это время они потихоньку сходились и сейчас уже стояли лицом к лицу. После последней фразы Сёма резко развернулся, собираясь уходить, и шагнул.

Тут из травы взметнулась алая лента, Лиана вскрикнула и резко взмахнула рукой. Лента распалась надвое и упала на землю. Только сейчас до Сёмы дошло, что он на что-то наступил. Он посмотрел вниз и увидел разрубленную пополам змею ярко-алого цвета. Потом перевёл взгляд на Лиану, которая смотрела на свою руку, в которой уже был нож, а на запястье ярко выделялись две точки.

– Она вообще ни на кого не нападает, её даже в руки можно взять! Она яркого красного цвета, её за километр видно! И ты умудрился на неё наступить! Но укусила она за это не тебя, а меня!

– Прости… – по тону Сёма начал понимать, что дело дрянь, и она судорожно ищет выход.

– Вот что случается, когда начинаешь в лесу закатывать истерики.

– Прости… – он чувствовал вину и не знал, как её загладить. Она его как будто не слышала. Наконец, она приняла какое-то решение.

– Слушай внимательно! У меня очень мало времени. Твоя спасательная операция отменяется. Будешь спасать меня!

Сёма покорно кивнул.

– Этот яд смертелен. У меня не более двух часов, чтобы принять противоядие. К счастью, оно есть, к несчастью, это далеко.

– Я сбегаю!

– Нет, план другой. Ты не сможешь его принести, это точно. Я сама идти тоже не смогу, потому что, если кровь будет быстро циркулировать, я не протяну и получаса. Я вколю себе препарат, который замедлит жизнедеятельность, он у меня есть. А ты меня отнесёшь. Когда доберёшься до места, сделаешь другой укол, чтобы разбудить меня.

– Я не умею делать уколы…

– Возьмёшь и воткнёшь в меня иголку, а потом вдавишь содержимое внутрь, не до деликатности. Ты хоть понимаешь степень моего доверия? Я сейчас усну и, если ты облажаешься, то уже никогда не проснусь. Я понимаю, что ты можешь сразу бросить меня и уйти, но иду на это. У меня нет выбора. Надеюсь, что ты сделаешь всё возможное. Тогда мы будем в расчёте.

Сёму легонько потряхивало. Он понимал, что если она готова на такое, значит, выбора действительно нет. Ему очень хотелось её не подвести.

– Слушай внимательно! Видишь ту гору? Сёма кивнул.

– Иди прямо на неё. У подножия увидишь ложбину, ступай прямо посередине вверх. Идти там будет тяжело, гораздо труднее, чем по лесу. Поднимешься по ней до арки. Там такая вымоина в камнях, полукруглая. Не перепутаешь, если увидишь, главное, не промахнись. После арки начинай забирать вправо, там недалеко будет чёрный камень. Большой, выделяется из остальных, возле него сделаешь мне укол. Она достала прямоугольный металлический контейнер сантиметров пяти.

– Держи, это тебе, смотри – не потеряй. Возьми в своей сумке маленький серый пистолет. Это парализатор. Больше ничего не бери, просто он самый лёгкий. Сумки отнеси под кусты и спрячь.

Сёма двинулся выполнять.

– Быстрее! – Сама она достала из другого контейнера шприц и вколола себе в предплечье. Сёма подошёл и сел рядом. – Береги меня, – она попыталась улыбнуться, – помни, что если я умру, ты тоже долго не протянешь, я в тебя верю.

– Я сделаю всё возможное, чтобы тебя спасти, но потом потребую, чтобы ты помогла мне найти моих друзей.

– Сволочь… – последнее она сказала на выдохе и отключилась. Сёма подумал, что последняя его фраза была совершенно лишней, взвалил её на плечо и побежал.

13

Такого марафона у него ещё не было. Нести на плечах человека дело не из лёгких, а если при этом нужно бежать… Сёма не знал, что за последние дни Лиана уже второй раз путешествует по лесу без сознания на чужих плечах, да если бы и знал, это бы его никак не утешило. Он очень боялся, что не справится. Ему очень хотелось спасти её. Хотя чем дальше, тем больше он сомневался что сможет. Часов у него не было, сколько времени он бежит – непонятно, но ему казалось, что очень долго. Время начало растягиваться, а гора не приближалась. Или приближалась, но очень медленно, почти незаметно. Дыхание начало сбиваться, и чтоб не потерять его окончательно, он начал считать: вдох, а потом на выдохе:

– Раз, два, три, четыре… Опять вдох.

– Раз, два, три, четыре…

И так раз за разом. Сначала казалось, что помогает, но потом это ощущение исчезло. Ноги постепенно становились ватными. Сёме казалось, что скоро они просто подогнутся. Он запретил себе думать и сосредоточился на счёте. Вдох и…

– Раз, два, три, четыре… Вдох.

– Раз, два, три, четыре…

Лиана упорно пыталась сползти с плеча, удерживать её становилось всё сложнее. Главное – не останавливаться. Если он остановится, то встать будет ещё труднее, время будет упущено. Он должен справиться.

В просвете между деревьями в очередной раз показалась гора.

На этот раз она стала ощутимо ближе. Это придало Сёме сил:

– Раз, два, три, четыре… Вдох.

– Раз, два, три, четыре…

Было ощущение, что он бежит уже на полусогнутых ногах. Наверное, скоро он просто упадёт. Но она без сознания, она сама не может себе помочь, она доверилась ему, и он не должен её подвести. Возможно, это самый главный момент в его жизни, к которому он шёл всё время. Сможет ли он найти в себе столько воли, чтобы не сдаться, не остановиться, не опустить руки? Он постарается!

Есть ли предел человеческим возможностям? Конечно, есть, но он находится гораздо дальше, чем многие думают. Вечность назад ему казалось, что его силы уже закончились, что бежать он больше не может, что буквально ещё несколько метров и он упадёт. Но он бежал и бежал, хотя бегом это можно было назвать с большой натяжкой.

Даже непонятно было – жива Лиана, или уже нет, ведь время он не чувствовал, может, он зря бежит… Он гнал от себя эти мысли, решил добежать во что бы то ни стало, а там будь что будет.

Сёма осознал, что лес уже почти закончился и он идёт по тому месту, которое Лиана назвала ложбиной. Под ногами стало попадаться всё больше камней, земля начинала уходить ощутимо вверх, идти стало сложнее, но изменение ландшафта опять придало ему сил и открыло уже даже не второе дыхание, а двадцатое, тридцатое, сотое…

Нужно было внимательно смотреть под ноги, чтобы не споткнуться. Не может же он сдаться теперь, когда уже проделал большую часть пути. Интересно, сколько ещё осталось? Смотрел он в основном под ноги, чтоб не упасть, лишь иногда вскидывал голову, чтоб не сбиться с курса, но тогда пот сразу начинал затекать в глаза. Когда он в очередной раз вскинул глаза, ему показалось, что он увидел что-то похожее на арку, он задержал взгляд, не заметил очередной камень, зацепился за него ногой и упал.

Уже в падении он постарался подвернуться так, чтобы Лиана не ударилась головой. Это у него получилось, но падение на россыпь булыжников получилось очень сильным. Он встал, пошевелил конечностями – вроде всё цело. Посмотрел на Лиану, она лежала на груде камней в неестественной позе, но грудь её медленно вздымалась. Она дышала.

– Жива, слава богу, – сказал Сёма хриплым, чужим голосом. Взял её за талию и с натужным криком, разрывающим связки, взвалил на плечо. Падение и понимание, что она жива, как будто перезапустило скрытые механизмы в его организме, и он с удвоенной силой быстро засеменил по склону.

Точно, это арка, он не ошибся. Она была не так уж близко, но расстояние постепенно сокращалось. Сёма, чтобы отвлечься, принялся считать шаги до неё, но где-то после ста пятидесяти сбился. Начал снова, но не дошёл и до тридцати. Начал опять и понял, что не может считать. Вернулся к счёту до четырёх. Вдох.

– Раз, два, три, четыре… Вдох.

– Раз, два, три, четыре…

Так было проще. А вот и арка, высотой в два человеческих роста, игра природы. Сёма прошёл сквозь неё и стал забирать вправо, через какое-то время он понял и о каком камне она говорила. Он действительно был чёрный и отличался от остальных, других таких здесь не было.

Осталось где-то метров сто, и эта очевидная близость цели вдруг лишила его остатков сил. Ноги подогнулись, и он упал на колени. Постоял, тяжело дыша, подумал, что не может быть, чтоб сил хватило только на то, чтобы дойти до этого места. А если бы он был ещё на середине пути? Если бы цель не была так близка? Он бы смог пройти дальше или бы сдался? Лиана висела через плечо, голова её была у него за спиной. Он покрепче обхватил её ноги, одной рукой похлопал по попе.

– Потерпи, дорогая, ещё совсем чуть-чуть.

Стиснул зубы и поставил рывком сначала одну ногу на ступню, сделал рывок вверх и поставил вторую. Оказалось, что он стоит на полусогнутых и никак не может их распрямить. Наоборот, ноги стали опять подгибаться. Чтобы этого не допустить, кряхтя и хрипя сквозь стиснутые зубы, он сделал первый шаг, потом ещё, потом ещё и ещё, постепенно ускоряясь, и почти побежал. Финишный спурт. Стараясь поднимать ноги как можно выше, чтобы снова не упасть, потому что опять встать он уже точно не сможет, он шаг за шагом приближался к камню. Пятьдесят метров, тридцать, десять, два, всё! Он подошёл к камню, рухнул на колени и осторожно стал снимать Лиану с плеча. Усадил, спиной прислонив к камню, трясущимися от перенапряжения руками полез в карман за шприцем.

Упаковка никак не поддавалась, пальцы не слушались. Наконец, он справился с ней, достал небольшой шприц, трясущимися руками, не давая себе время подумать, сделал, как она и сказала, просто всадил иглу ей в плечо.

Ничего не произошло. Секунда, две, три, четыре, пять… его начала захлёстывать волна отчаяния. Вдруг она резко сделала глубокий вдох и приоткрыла глаза. Взгляд был мутным и неосознанным.

– Лиана, я справился, я дошёл, вот камень!

Она скосила глаза на каменную глыбу, и вдруг в глазах резко вспыхнуло понимание. Она всё вспомнила и тут же, не говоря ни слова, попыталась встать. Сёма постарался помочь ей, подтолкнув её под руку, но сам встать сразу не смог. Она, пошатываясь, шла вдоль камня, держась за него руками. Сёма, наконец, смог подняться и двинулся следом.