
Полная версия
Болеутоляющее
Альфред. Это бесполезно.
Алекс. Возможно, но что с того? Другие же пытаются.
Он берет его за руку и начинает тянуть за собой. Альфред вырывается.
Альфред. Я не хочу быть как они.
Алекс. Хочешь вот так умереть? Просто быть раздавленным этим?
Альфред. Нет, вовсе нет.
Алекс. Тогда пошли.
Они бегут к дыре. Дыра начинает движение в их сторону. Уже единственный источник света из той дыры движется в противоположную сторону от ужасной башни. Люди тянутся за ней, и происходит крах. Все рушится, и люди падают вниз, ломая кости. Луна почти здесь, соприкосновение совсем скоро.
Альфред. Нам места не хватит.
Алекс хватает его и прижимает к себе.
Алекс. Втяни живот
Альфред и Алекс пытаются встать вместе и сливаются воедино. Луна соприкасается с землей, но будто проходит сквозь и просто исчезает. Оно стоит посреди моря крови и тел.
Оно. Получилось… Они раздавлены.
Альфред смог. У них получилось выжить. Вы молодцы, но и здесь оставаться нельзя. Глаза Альфреда начинают закрываться, ему это не нравится. Он держит веки пальцами, чтобы не потерять эту связь, но в глазах сильно закололо и Альфред закрывает глаза. Нет, он не открывает глаза, он не хочет видеть что-то еще, он был счастлив и там, на побережье. Альфред, открой глаза. Он их отрывает и замечает, что стоит на крыше здания. Мальчик осматривается и замечает, что вокруг него ничего нет, только темное небо. Сейчас полнолуние, Альфред заметил это быстро. Луна обычная, Альфред и не хочет видеть ее какой-либо еще. Он подходит к краю крыши, снизу слышатся звуки машин и общей живности города. Малой застыл, что не так? Он находится на высоченном здании, с этого здания можно увидеть всю улицу. Но что-то тут не так, он испытывает страх. Ничего не вижу… ясно. Вся улица – огромный череп, здания которого заменяет зубы и дорога, похожая на свернутый язык. Глазных яблок у него нет, но оттуда идет какой-то свет, напоминающий свет от прожекторов, этот свет направлен на Альфреда. Он будто мальчик из новостей, где все задаются вопросом: “Он собирается прыгать?”. Он не будет прыгать, у него и мысли такой нет. Он делает шаг назад и падает. В воздухе он поворачивается и замечает, что это та же улица. Наверное, он смотрел в отражение, а реальность была позади. Закрывай глаза! Наплевать как, просто закрой! Я не знаю… Ты сейчас упадешь! Закрой глаза руками! Фух, он был на волоске. Ты ведь мог и раньше закрыть руками… Прости, что заставил бить по лампе голыми руками. Ну и где мы? В начале? Ох, наконец-то знакомое место. Альфред сидит на кровати в своей комнате, все выглядит нормально. Из-за двери протягивается этот черный монстр и хихикает.
Альфред. Это что, я? Нет, это не я. Этот Альфред жесток, он вредит людям с удовольствием, а я бы никогда не почувствовал этого. Я завидую ему. Я хочу также хихикать, чувствовать, что мне ничего не грозит, но он же сам угроза. Он сильнее меня, здесь он непобедим, но если я проснусь, то его не будет. Так вот оно что, если я во сне, то реален он, а если я не сплю, то реален я. Ему и здесь хорошо, почему он лезет в мою реальность?
Он подходит к Тени.
Альфред. Зачем я тебе?
Тень прекращает хихикать.
Тень. Мне скучно.
Альфред. Правда? Ты находишься в мире безграничных возможностей, а тебе все равно скучно.
Тень. Ты не обращаешь на меня внимания, нет, ты убегаешь от меня.
Альфред. На то ты и тень.
Тень. Ты меня не понимаешь.
Альфред. А ты меня.
Тень. Я тебя понимаю, просто ты несешь чушь.
Альфред. Но если мной будешь управлять ты, то все от нас отвернуться.
Тень. А зачем нам они?
Альфред. Я не знаю, мне приятно находиться с людьми, они мне просто нравятся…
Тень. Я их ненавижу.
Альфред. Тогда ты будешь гнить здесь.
Тень от злости набрасывается на Альфреда и душит. Альфред брыкается, но потом успокаивается и закрывает глаза. Альфред оказывается за спиной у Тени.
Альфред. Тебе меня не убить.
Тень. Посмотрим!
Пока, Альфред, вижу, ты понял, как выйти. Тень бежит к Альфреду, но тот успевает закрыть глаза и исчезнуть. Тень впечатывается в дверь и падает… Когда-нибудь мы увидимся еще.
II
Переулок. Алекс сидит на полу.
Алекс, Детектив.
Алекс. Я теряю много людей… Больше не хочу этого. Я не могу больше злиться на них, они не помогли, но они не знали, что происходит… они бы точно помогли. Мне нужно с ними примериться.
Появляется Детектив.
Детектив. В этот раз я не приму: “Я устал”. Нам нужно поговорить.
Алекс. Выкладывайте.
Детектив. Ты как-то связан со смертью Колина.
Алекс. Как-то связан.
Детектив. Марта Блюз, мать Колина, обвиняет тебя. Говорит, что ты убийца ее сына.
Алекс. Я его не убивал.
Детектив. Парень, у тебя явно что-то произошло, расскажи мне.
Алекс. Я его не убивал. Продолжайте задавать вопросы по теме.
Детектив. Ты был у нее дома в ночь смерти?
Алекс. Был.
Детектив. Почему?
Алекс (Вспоминает). Мы… мой новый стул обсуждали.
Детектив. Ты ради стула пришел к ней ночью?
Алекс. Мне нужна была помощь… там брошюра была… на немецком. Нужен был переводчик.
Детектив. Тебе была нужна брошюра для стула?
Алекс (Щелкает). Точно, стол, не стул.
Детектив. Расскажи, что знаешь.
Алекс. Никто не верит ребенку, если на другой стороне взрослый.
Детектив. Ошибаешься.
Алекс. Всегда слушали взрослых, а не меня.
Детектив. Я слушаю вообще всех.
Алекс. Да? Тогда слушайте: Миссис Блюз насиловала своего сына, записывая все свои порождения в дневник.
Детектив. Где этот дневник?
Алекс. Сожгла.
Детектив. Как это… неудачно. То есть, это все же суицид?
Алекс. Он спрыгнул.
Детектив. И ты был с ним.
Алекс. Я этого не говорил.
Детектив берет его ногу и приподнимает джинсы.
Детектив. Объяснишь?
Алекс. Ваши извращенные наклонности к моим ногам? Нет, не смогу.
Детектив. Короче, не делай из меня дурака, я уже вижу картину.
Алекс. Если вы мне верите, то накажите ее как можно серьезнее.
Детектив. Было бы все так просто… Мне бы еще ее виновность доказать.
Алекс. Так, ступайте, делайте свою работу.
Детектив. Вообще, у меня сегодня выходной.
Алекс. Смотрю, вы у нас трудоголик.
Детектив. Твои аналитические способности просто поражают меня.
Алекс. Я знаю.
Детектив. Не хотел бы как-нибудь сходить в кафе?
Алекс. Фу! Типа ужин на двоих?
Детектив. Господи… Ты как-то все радикально воспринимаешь.
Алекс. Да все вы любите говорить буквально.
Детектив. С кем ты вообще общался из взрослых?
Алекс. А это уже секреты.
Детектив. Насчет кафе…
Алекс. Да, да, да, сходим как-нибудь, поболтаем о жизни и всякое другое. У меня есть отец, вы бы больше об Альфреде думали.
Детектив. Он на публике с копом?
Алекс. Так снимите свое чертово пальто, и значок подальше уберите.
Детектив. У меня другой одежды нет.
Алекс. Так купите! Начинаю думать, что вам просто не хочется с ним видеться.
Детектив. Это просто тяжело.
Алекс. Ему тяжелее.
Детектив. Ты прав… Пойду копать на эту Миссис Блюз.
Алекс. Удачи.
Детектив. Ох, почаще бы мне такое говорили и… (Уходит.)
Алекс. И? Ушел зараза.
III
Совместный домик.
Дилан, Барри, Тим, Алекс.
Дилан. Я не знаю, братцы, но что-то нужно сделать с ним.
Барри. А вдруг он защищает этого мелкого психа?
Дилан. В этом и загвоздка, Алекс ни за что не расскажет будь это так.
Тим. Положиться на интуицию?
Дилан. Ненавижу эту суку, но ради Колина мы должны сделать все.
Барри. Так пошли искать этих двух!
Дилан. А дальше что? Свяжем или на месте решим? Столько решить еще нужно.
Входит Алекс.
Алекс. Хватит решать, нам нужно помериться.
Барри. Дружище! (Обнимает.) Ты всё-таки на нашей стороне!
Алекс. Что? Нет! Я не об этом! (Вырывается.) Вы должны меня выслушать. Альфред не убивал Колина, я не убивал Колина, он сам спрыгнул.
Барри. Зачем!?
Алекс. Миссис Блюз во всем виновата.
Тим. Только не она, она добрейший человек.
Алекс. Со стороны, но на самом деле она настоящий демон.
Дилан. Доказательства?
Алекс. Был дневник, но она сожгла его.
Дилан. Всего одно доказательство и то уничтожено? Как удобно.
Алекс. А на что вы надеялись? Такое надо скрывать.
Тим. Что она сделала?
Алекс. Она? Она издевалась над ним по ночам, игралась как с игрушкой.
Дилан. Конкретней!
Алекс. Насиловала его!
Барри. Ха-ха! Хватит! Надоели мне твои попытки спасти пацана.
Алекс. Я лишь спасаю его от ложных обвинений!
Дилан (Хватает). Ты настолько ебнулся!? Уже преступников спасать собрался!?
Алекс отталкивает его.
Алекс. Да неужели вы не замечали его лицо, когда он выходил из дома!? Только в этот момент он действительно был счастлив!
Барри. Он был счастлив, потому что мы были с ним!
Алекс падает на пол.
Алекс. Насколько же вы плохо знали его, что не можете понять, как ему было больно?
Дилан. Он только с тобой откровенничал… поэтому мы тебя и не тронем, ты бы его не убил, а тот мелкий черт мог в порыве ярости.
Подходят к двери.
Алекс. Стоять! (Встает, поворачивается.) Мы не закончили! Если не получится помериться, то придется по-другому. (Встает в стойку.)
Барри. Ну давай!
Алекс и Барри дерутся. Алекс бьет его несколько раз по лицу, Барри раз по животу. Барри замечает, что у Алекса что-то не так с плечом. Бьет по плечу два раза и Алекс падает.
Алекс. По грязному значит!
Дилан. Все способы хороши. Ладно, надо его наказать. Не жалейте его, он выбрал свою сторону.
Избивают, много раз попали по голове. Уходят, оставив Алекса на полу. Алекс долго встает и доходит до стены со шпагами. Берет одну.
IV
Дом Альфреда. Крыша. На нее взбирается Альфред.
Альфред.
Альфред смотрит на луну, поднимает руку и делает щелчок. Ничего не произошло.
Альфред. Как я и думал… Я все еще могу понять. Теперь я осознаю, что если вся жизнь – сон, то и я тоже, а этого не может быть. Значит, это не сон, а реальность, подобен которой я. Теперь любой толчок становится важнее в разы. Любая слеза, прокатившаяся по щеке, действительно вызвана грустью, а не моим воображением. Это прекрасно, поражает меня каждый раз, когда я об этом думаю. Представляю это и ощущаю преграду, которую я не в силах сломать. Маленькое напряжение для мозга, отталкивающее меня. Но это только заставляет меня попробовать еще раз ведь ощутить это столкновение с преградой также невообразимо приятно, как и все другое… Я точно ожил. Только живым свойственно хотеть ощущать преграду перед удовольствием. Быть живым – значит также быть любителем преград – проблем, да, именно их. Я больше не хочу оставаться в зоне комфорта, она нам не нужна. Мы должны к ней стремиться, но попадать в нее нельзя. С ним я это понял. (Пауза.) Суровая реальность… Я могу ее понять как его. То есть это нелегко, но я могу попытаться… Черт, я теряю разум и даже это превосходно. Когда же я стал таким? Хочется ощутить все и сразу много раз. Почувствую боль или грусть – взгляну на счастье по-настоящему. Дай же мне что-то новое, я хочу этого. Теперь я готов принять все, потому что мне это нужно. Нет, я обязан это получить, чтобы понять. Я уверен, что смогу справиться со всем. Нет того, что бы меня сломало… Я слышу полноценную симфонию из… своего голоса. Почему я слышу отголоски своих слов? Нет, я слышу только одно слово: “Глаза”– но чьи глаза? Глаза презирающих? Да пожалуйста, пусть следят за тем, как я движусь вперед, а они остаются позади. Нет, не их…Мои глаза? Теперь они ценные, они видят то, что многие даже не поймут и они мои! Я хочу что-то. Что-то, что могу увидеть! Но те слова не про мои глаза, в них чувствуется тоска, печаль, которую я не могу забыть. А… его глаза. Он смотрел на меня так… Этот взгляд тянет назад, мне нужно его забыть. Пора забыть тот день… Я становлюсь занудой, имя и вправду подходящее.
V
Кладбище.
Алекс.
Алекс доковылял до могилы Колина. Падает и облокачивается на нее.
Алекс. Героизм – идиотизм, ну за что мне это все? Я думал, что помогать может каждый, огонь горит во всех сердцах, а в итоге герои, которых я знаю, мертвы или по крайней мере умрут, не оставив после себя никого… Но не в моем случае, Альфред останется, он сможет… “Героем может стать каждый и ты им станешь, хотя бы для меня”, – эти слова привели меня к гибели. “Все герои, в этом нет ничего особенного”, – сколько же глупых слов было сказано, но я не тупой, я все понял. Почему такое славное слово как “герой” всегда мне не нравилось? Если ты себя так называешь, то ты эгоист, думал я. Я теперь даже не знаю кто я… Мне нужно еще много подумать перед действием.
Пауза. Представляет ситуацию. Алекс и Альфред сидят за столом и едят.
Алекс. Эй, Альфред, как думаешь, какая самая глупая смерть?
Альфред. Не бывает глупых смертей.
Алекс. А если человек подавился льдом?
Альфред это обдумывает.
Альфред. Ладно, это довольно глупо. Такое разве может произойти?
Алекс. Может, кусок слишком большой.
Альфред. Но если он большой, то как вообще его проглотить?
Алекс. Кто-то может.
Альфред отодвигает от себя стакан с водой.
Альфред. Теперь мне страшно пить что-либо со льдом. Спасибо за новую фобию.
Алекс. Я всю жизнь с ней живу, теперь хоть кто-то меня понимает… хе-хе. Как тебе моя куртка?
Альфред. Ты наконец-то выглядишь как человек.
Алекс. Знаю, давно такую хотел.
Пауза.
У нас с тобой был один и тот же детектив, ты знал?
Альфред. Нет… и как он тебе?
Алекс. Удивительный мужик, думаю, он тебе сильно помог в ту ночь.
Альфред. Да, с ним я почувствовал себя счастливым. (Улыбается.)
Алекс. Оскорбительно, что в такой ситуации ты улыбаешься, думаешь, я не пойму твоих настоящих чувств?
Альфред. И то правда… прости.
Алекс. Не извиняйся… А я ведь смог рассмешить его когда-то… У меня получилось выдавить улыбку на лице Альфреда… увидеть бы ее снова.
Появляется его отец.
Папа. Ты должен собраться, сын.
Алекс. Я окончательно рехнулся из-за тех ударов по голове.
Папа. Пора решать: Ты герой или нет?
Алекс. Я помогаю, а не геройствую!
В голове звучит голос Альфреда.
Альфред. Герои идут во вред себе.
Алекс. И что? Можно сделать чужую домашку, потратив свое время, это тоже геройствование?
Альфред. У героев есть определенное зло, с которым они борются.
Алекс. Какое?
Папа. Найди зло и уничтожь его, убив себя.
Альфред. Не убивай себя!
Папа. Сын, ты протагонист своей истории… своей истории жертвы.
Алекс. Я что, пытаюсь сделать выбор?
Папа. Да, мы всего лишь плод твоего воображения, эти мысли твои и только твои. Я путь жертвы. Альфред – путь… а что ты хочешь?
Альфред. Я хочу жить! Хочу спокойной жизни, я всего лишь маленький мальчик! Пожалуйста, я не хочу умирать… пожалуйста.
Папа. Ты хочешь найти другой путь?
Альфред. Да! Смотри, я просто останусь с Алексом, и мы будем защищать друг друга!
Алекс. Но я в ловушке, меня обвинят в убийстве и запрут в тюрьме, я не смогу его долго защищать.
Альфред. Нет, это не правда! Я нашел другой путь, просто следуй ему и…
Папа. Алекс, путь жертвы – единственный выход, если тебе не безразличен Альфред.
Алекс. Я хочу подрасти… завести детей, пожениться на девушке. Может, Моника была та самая.
Папа. У тебя нет времени.
Алекс. У меня не осталось времени… (Плачет.) Твоя взяла, я сделаю это. Они поверят, такому признанию они точно поверят.
Встает. Достает фотографию из кармана.
Блин, из-за этой фотографии мне хочется плакать.
Убирает ее обратно. Берет шпагу, пишет ей послание на могиле Колина. Рукояткой упирается на могилу, а острием на сердце.
Получается, что я герой. В конце концов, все для благого дела. Надеюсь, кто-нибудь это поймет.
Протыкает сердце и умирает.
VI
Комната Альфреда. Альфред сидит на кровати.
Альфред.
Смотрит новости по телефону.
Альфред. “Я убил его и очень сожалею”, – он…
В порыве ярости бросает телефон в стену. Рыдает в подушку. Достает нож из комода. Подносит к шее.
Все может закончится так быстро… так просто… (Бросает нож на пол.) но так неправильно. Еще не конец, мне нужно со многим разобраться.
Подходит к столу, берет пару книг и уходит.
ЭПИЛОГ
Рекомендуется читать после прочтения первой книги цикла.
I
Ты вернулся… Альфред попал в свою комнату. Он бродит по ней, прикасаясь ко всему.
Альфред (Осматривается). Я снова здесь.
Тень. Удивлен?
Альфред. Хм, ты не вырос.
Тень. Твоя злость на людей не росла. Я так и остался тем маленьким мальчиком.
Альфред. Совсем не росла?
Тень. После его смерти я чувствовал прилив сил… но потом эта тупая болезнь… тебя начали бояться, перестали тебя трогать. Я будто голодал.
Альфред. Ты как-то искажен, я помню тебя другим.
Тень. Из-за тебя я впечатался в дверь и потерял свою форму. Я не могу лечить свои раны.
Альфред падает на кровать.
Альфред. Нам обоим тяжело их лечить.
Тень. Ты бросил меня тут!
Альфред. Скорее не смог вернуться. Моя болезнь началась со снов, ими и закончится.
Тень. Ты стал таким бесчувственным.
Альфред. Так ты меня видишь?
Тень. Ты и есть такой.
Альфред. Может, некоторое время назад.
Тень. Значит, сейчас расплачешься?
Альфред. Я прекрасно давил тебя эти годы. Как ты смог завладеть мною у озера?
Тень. Это ты сам.
Альфред. Ужас… Я не собираюсь плакать.
Тень. И зря. Раз ты здесь, то почти умер.
Альфред. Еще полгода.
Тень. Этого мало.
Альфред. И кто сейчас расплачется?
Тень. Издеваешься!?
Тень принял форму чего-то большого, напоминающего медведя. Он замахивается своей большой лапой на Альфреда. Лапа проходит сквозь, а Тень падает на пол с большим грохотом.
Альфред. Я понял, что ты слаб, хотя что-то все равно говорило мне уворачиваться.
Тень. Кхе-кхе, что же ты не увернулся?
Альфред предлагает ему помощь, выдвинув руку. Тень немного подумал, но принял помощь. Встает и сразу получает удар от малого. Он ощущает свою силу, смотря на руку… Как-то жестоко, парень.
Альфред. Я просто был уверен. Мои методы борьбы с тобой были мягки, раз ты просто сидел здесь. Мне хочется попробовать что-то радикальное, нужно разобраться с тобой раз и навсегда.
Тень упал на колени и кашляет на руку чем-то черным.
Тень. Мы-кхе-кхе-точно не поменялись ролями?
Альфред. На то и радикальное.
Он садится возле Тени и берет за плечо.
Альфред. Ты боишься за эти полгода?
Тень. Я тоже умру.
Альфред. И что?
Тень. Я не хочу умирать.
Альфред. Ты умрешь и все, страданий больше не будет, голода не почувствуешь.
Тень. Что же ты себя так не утешал?
Альфред. На мне это не работало.
Тень. Ты забываешь, что я часть тебя.
Альфред. Ты все равно другой.
Тень встает и подходит к двери. Он держится за ручку, но не крутит ее, ждет последних слов Альфреда перед уходом. Альфред поднимает руку и думает.
Альфред. Я могу представить все что угодно в руке.
В его руке материализовывается золотое копье. Тень поворачивается.
Тень. Ты и слова не скажешь?
Альфред метает копье в Тень и пронзает насквозь с дверью. Тень висит на копье, откашливая множество черной крови на пол.
Альфред. Получилось.
Тень. Я не умру!
Альфред берет фонарик со стола и светит на Тень. Маленький, худой мальчик висит на копье, проливая под собою литры крови. Его волосы белеют, глаза становятся красными, начиная бурлить со звуком, и в итоге становятся чем-то вроде белка, который стекает вниз, оставляя за собой две черные дыры. Это противная каша падает на пол и просачивается через пол вниз. Тень держится своими ручками за копье, притягивая себя к краю понемногу и издавая стоны.
Альфред. Прими другую форму.
Тень пытается принять другую форму, искажая свое тело, но в итоге делает себе намного больнее и раздает мучительный крик на всю комнату. Его голова наклонена немного вправо, рот слегка приоткрыт, шевелить им он уже не может, и из него стекают слюни. Альфред подходит очень близко и наблюдает за этим.
Альфред. Я и представить не мог, что твоя смерть может оказаться такой ужасающей. Ты выглядишь так изощренно, но мучения, пришедшие с этим видом, я будто чувствую на себе.
Тень очень медленно перебирает руками по копью от его края до себя, но не делает и малейшего движения. Он просто натирает его, но не больше. Его настигла конвульсия, он трясется, разбрызгивая всю оставшуюся жидкость на нем и резко останавливается. Тень мертв… Парень, ты изменился, сильно изменился. Альфред садится на кровать.
Альфред. То есть, я могу представить сейчас все, что угодно…
Он придумывает торт с двумя свечами, показывающими цифру тринадцать на столе с вилкой возле.
Альфред. Они захотят отпраздновать праздник, мне нужно подготовиться.
Он думает над желанием, но вместе с этим у него текут слезы. Он пытается задуть почти расплавленные свечи, но не может, ему очень тяжело дышать.
Альфред. Слишком долго!
Создает новый торт, тот же самый. Теперь ему проще загадать свое желание. Он успешно сдувает свечи.
Альфред. Так-то лучше.
Берет вилку в руки. Берет кусок торта вилкой и подносит ко рту.
Альфред. Последний праздничный торт, последний праздник…
Он съедает кусок, не почувствовав вкуса.
Альфред. А на что я вообще надеялся?
Ест торт дальше… С днем рождения, Альфред.
II
Кладбище.
Детектив.
Детектив. Эй, Альфред, привет. Я пришел тебя навестить… наверное, в последний раз… Я тут пальто сменил, хе-хе, теперь чист как президент. Оказывается, что не только ты чувствовал запах сигарет, но и еще весь мой отдел. Стоит провериться у врача, я ничего не чувствовал… Все также пытаюсь помогать, как помогал тебе тогда, но я во всех вижу только тебя, сынок и боже как же мне страшно за них. Может, я поступал неправильно, что работал и не был с тобой все это время. Знаю, тебе нужен был друг, но вот мне он был не нужен… Эгоист. Мне все тяжелее приходить сюда, потому что понимаю, что только так могу поговорить с тобой. Прости, что так и не смог добыть для тебя крутых слов на могиле. “Самый мудрый мальчик”, – почему-то им это не понравилось. Встретил твою мать, мы выпили, поговорили… Она так горюет, ты не представляешь. (Плачет.) Буду скучать по таким беседам с тобой, Альфред… (Уходит.)
III
Квартира Эрика.
Эрик, Джим.
Эрик сидит на кресле в гостиной. Звонит Джим.
– Ты почему не открываешь?
– Договорились же в семь.
– Так сейчас пятьдесят девять минут!
– Осталось немного.
– О боже, открой, пожалуйста.
– Уже иду.
Подходит к двери, открывает ее. Джим входит с пакетом. Снимает куртку, вешает.
Джим. Ты знал как на улице холодно?
Эрик. Я не выхожу на улицу.
Джим. Затворник ты, конечно.
Эрик. Когда есть ты зачем выходить на улицу.
Джим. Соседи не слуги, Эрик.
Эрик. Соседи услужливые, хе-хе.
Проходят в гостиную. Садятся.
Что принес?
Джим. Твое любимое.
Эрик. Мм, швейцарские конфетки.
Джим. Лучше. (Достает виски.)
Эрик. Слушай, надоел уже. Не искушай меня.
Джим. Ладно-ладно. (Достает конфеты.) Я про них не забыл.
Эрик. Спасибо. (Тянется за ними.) Эй!
Джим. Не все сразу, дружище. Сначала чай.
Уходит на кухню.
Эрик. Черный, пожалуйста!
Джим. У тебя же его нет!
Эрик. Блин, впервые в жизни захотел черный чай, а его нет.
Джим. Конечно нет, если ты его не пьешь!
Эрик. Мог бы догадаться!
Джим приходит с чаем на подносе.
Джим. Хочешь, схожу к себе и возьму.
Эрик. Нет, слишком долго.
Джим. Две минуты.
Эрик (Откидывается назад). Целых две!
Джим. Не ленись так сильно.
Эрик. А что мне делать? Лагерь закрыли.