Текст книги

Татьяна Алексеевна Форш
Черный котел

Артем смущенно улыбнулся.

– Ну, а что может хотеть влюбленный мужчина? Дело в том, что она вчера дала мне номер телефона. Мы договорились, что я сегодня приду в гости и позвоню от подъезда, а у меня телефон в метро вытащили. Подхожу и смотрю, она идет. Я за ней, но не успел… Нога… ранение после армии осталось…

Подозрительный взгляд женщины сразу сменился на сочувствующий.

– Вот же, сволочуги!

– Да… если не везет, так во всем сразу… – Артем печально вздохнул, чем окончательно сразил собачницу.

– На пятом этаже твоя Инга живет. В сорок восьмой. Я в этом подъезде главная. Ты в домофон позвони, чтобы она открыла.

– Огромное спасибо! – Артем сделал несколько шагов к подъезду, но чертыхнулся и, стукнув себя по лбу, развел руками. – Вот же! Цветы забыл! Не подскажете, где их здесь можно купить?

Этот вопрос окончательно покорил сердце женщины.

– А ты вон туда иди, – она махнула рукой в сторону возвышающейся невдалеке кирпичной многоэтажки. – За тем домом у нас рыночек. Там цветы до ночи продают. И шампанское с конфетами тоже.

Еще раз поблагодарив болтушку, Артем довольно похромал в указанном направлении. Теперь он знает, где живет его прекрасная нанимательница. Даже если что-то пойдет не так, она уже никуда от него не денется. По крайней мере, до тех пор, пока он чувствует связь между случившейся год назад аварией и этой девицей.

Дома первым делом Артем сел за старенький ноутбук. За месяцы, проведенные после выписки из больницы, он перерыл все сводки произошедших в конце августа аварий в городе и области, даже, пользуясь старыми связями, добыл все фотографии погибших и раненых. Но он так и не нашел никаких упоминаний ни о Димыче, ни о себе. Лечащий врач смог сообщить лишь немногое. Артема привезли на «Скорой» под утро. Врачи санитарной бригады сказали, что нашли его без сознания на обочине трассы, идущей из Новосибирска на юг. Вещи, что отдали ему после выписки, можно было только сжечь: рваные, грязные, местами обгорелые. Казалось, что его рвали на части, везли волоком по деревенской дороге после дождя, а в довершение еще и жгли.

Только браслет на руке был как новенький.

Отогнав воспоминания, Артем набрал в поиске: «Карты, маршруты к горе Ак-Тулунг» – и, выделив самые подробные, с местами ночевок и опасных мест, нажал кнопку «Печать». Весело заурчал принтер, принимаясь щедро выплевывать теплые листы.

Взяв первый листок отпечатанной карты, Артем улыбнулся. Нет никаких проблем быть проводником в наше время. Главное, иметь ноутбук, Интернет и принтер. Ну и для страховки нужно хотя бы раз побывать в указанном месте.

Впереди два дня. Он успеет составить свой маршрут на основе прежних, успеет собраться. А теперь можно отдохнуть и посидеть с бутылочкой пива перед телевизором.

На душе впервые за этот год было спокойно. А еще его одолевало нетерпение. Он словно нашел ту ниточку, которая скоро приведет его к чему-то важному.

Год назад

– А место это – здесь! – Череп ткнул пальцем в кусок старой карты. – Я месяц назад завалился с двумя друганами в разрушенные постройки. По старым картам там обозначается объект особой важности, а проще говоря – лагерь для врагов советской власти особого назначения. Типа Соловков. В тридцатых его закрыли. Там, конечно, умельцы до нас все подчистили, да только я на этом деле собаку съел. Знаю, где и что искать!

Он снова, будто для достоверности карты, постучал по ней пальцами.

– Так что нароем ценное по-любасу! А потом есть у меня человечек. Драгметалл и прочую шурушню купит достойно! За старинные побрякушки только он цену нормальную дает!

– Да откуда у репрессированных побрякушки? – Вован разлил остатки водки по пластиковым стаканам и кивнул: – Разбирайте.

– Ты тупой? – холодно уставился на него Череп. – В то время ссылали тех, у кого как раз можно было что-нибудь взять! Может, много мы и не найдем, да только чуйка у меня. Не зря мне та карта выпала! И еще папка с доками на особо важных заключенных. Правда, я ее с собой не взял. Но изучил! Там же и описи вещей, и имена. А имена, знаешь какие? А еще вот это выпало. Прикольная хрень? Раритет!

Он задрал рукав, хвастаясь тоненьким кожаным браслетом, опоясавшим его исписанную татуировками руку.

– Стопудово какой-нибудь оберег! Кстати, он лежал в папке с доками комитетчиков, которые этим лагерем заправляли. Правда, звезда не золотая. Я проверял.

– Че там не золотое? – С верхней полки свесился Богдан. В этой компании он получил прозвище Бодя. Пухлый, невысокого роста, он был немного неуклюжим.

– Ниче. Спи! – Алеха отвел взгляд от окна, за которым мелькал однообразный степной пейзаж. – Этот браслет явно местного производства. Может, и оберег. На Алтае шаманов как грязи! Сними, посмотрю.

– Да я бы снял… – Череп подергал болтающиеся по краям завязки. – Но тут хитрая застежка. Надеть – надел без проблем, потом затянул, и все! А снять не могу, и срезать не хочется. Верю, что на удачу нам этот амулетик нашелся.

– Ты не загадывай! – осадил его Алеха. – Сам же говорил, что народу там побывало достаточно. Приедем к шапочному разбору…

– Слышь, друг, у тебя со слухом как? – нахмурился Череп. – Говорю же! Никто эту карту до меня не видел! Даже подельнички мои! Я как тайник нашел, сразу его прошерстил, ценное спрятал, а остальное, ясен перец, – в общак! А потом, смотри, – он снова ткнул пальцем в полустертые отметки. – Вот здесь – лагерь, а вот тут, видишь? Крестик! Да еще и обведен! Я по масштабу прикинул – совсем рядом с лагерем.

– А вот эта стрелка что означает? – Вован указал на стрелку, ведущую от лагеря к крестику.

– Да хрен бы знал! – задумчиво почесал Череп бритый затылок. – Может, для важности!

– А может, эта стрелка означает подъем? – Алекс придвинул к себе листок карты. – Вот тут и тут горы. Между ними лагерь, и стрелка на эту гору показывает. Явно же не просто так?

– Молодец, Алекс! Не зря я тебя с собой взял. А все, что найдем, делить будем так: кто больше сделал для дела, тот большую долю и получает. Слышь, Бодя?

– А че сразу я? Договорились же, что я спонсирую все это! Вот и думай, кто из нас всех тут главный!

– Вообще-то, мы вместе скидывались! – возмутился Вован и с силой ударил в верхнюю полку кулаком.

– Мужики, хорош шкуру неубитого медведя делить! Давайте лучше выпьем. За удачу! – Алекс взял пластиковый стаканчик и опрокинул содержимое в себя.

Глава 4

Наши дни

Два дня тянулись, как китайская лапша, которую Инга набрала в избытке. А что? Удобная штука! И весит мало, и стоит дешево! Конечно, одной лапшой дело не ограничилось, и к вечеру воскресенья она в ужасе посматривала на здоровенный туристический рюкзак с палаткой и спальником, закрепленными по бокам. Само собой разумеется, у других участников экспедиции будет все то же самое, но, как говорится в известной поговорке: «Чужая ноша не тянет, а своя – жить не дает».

Напоследок она еще раз уточнила время отбытия поезда, созвонилась со всеми коллегами и с сомнением посмотрела на номер телефона, обозначенный в записной книжке как Артем-седой. Звонить или нет? Ведь, по сути, от него зависело все!

Хотя…

Инга прошла на кухню и решительно положила телефон на стол. Нет, не пропадет ни она, ни ее экспедиция без этого проводника! В конце концов, деньги есть! Прибудут на место, и она наймет какого-нибудь аборигена. Если найдет…

Все равно звонить она не будет!

И тут телефон зазвонил сам. Инга нервно сглотнула, посмотрела на высветившееся имя так, словно от того, ответит она сейчас или нет, зависела ее жизнь, и враз похолодевшими руками взяла телефон.

– Д… да… – Господи, еще и голос сорвался! Инга прокашлялась и постаралась придать голосу равнодушный тон. – Алло? Кто это?

– Привет, Инга. Звоню, как договаривались. Ну и попутно уточнить время отправки. – Раздавшийся в ответ немного ленивый, уверенный в себе голос Артема отчего-то разозлил девушку и в то же время заставил выдохнуть с облегчением.

– А, Артем? Привет. Неужели не передумал?

– А надо? – В его голосе послышалась усмешка.

– По поводу сбора я же вроде говорила? – проигнорировала она его вопрос.

– Не припомню. Так что у нас со временем?