Игорь Владимирович Марков
Последняя шахта

Последняя шахта
Игорь Владимирович Марков

Все ядерные державы Земли заключили договор о полном уничтожении межконтинентальных стратегических ракет. Осталось уничтожить последнюю ракету. За несколько минут до финала майор Шестаков спускается в подземную шахту, чтобы устранить небольшую поломку, но тут начинают происходить непредвиденные события… Возможная причина этого, что последняя шахта находится на месте древнего языческого святилища.

Служебное совещание офицеров N-ской ракетной базы подходило к концу. Кондиционер не работал, ажурные тюлевые занавески плохо защищали от солнца, и в актовом зале стало душно. Ноги и спины затекли от двухчасового сидения. Помещение наполнилось скрипом деревянных стульев, покашливанием и шарканьем ботинок о линолеумный пол.

– Товарищи, мы заканчиваем. Попрошу ещё пару минут внимания, – призвал к порядку начальник ракетной базы полковник Крупенко. Он уже два часа стоял за фанерной трибуной и тоже устал. – Сегодня утром из главка поступила оперативная телефонограмма, что верховные руководители стран ядерного блока заключили наконец-то договор о глобальном разоружении, и наша база будет в ближайшее время… расформирована.

Слушатели в зале загудели. В принципе, это было ожидаемое событие, но никто не думал, что оно произойдёт так быстро.

– Товарищ полковник, а с нами что будет? – прозвучал вопрос из задних рядов.

Проблемы разоружения и как следствие сокращение всего личного состава воинской части уже несколько месяцев активно обсуждались в боевых подразделениях, но, как это всё будет организовано, никто толком не знал. Молодые семейные офицеры были озабочены получением собственного жилья: многие до сих пор жили в общежитиях и на съёмных квартирах. Ветеранов воинской службы интересовал размер пенсии, полагающейся за выслугу лет. Ну а среднее, так сказать, самое опытное звено офицеров-ракетчиков интересовалось программами переквалификации и освоением новых гражданских профессий.

– По имеющимся у меня данным, – сказал начальник, – вопросы личного состава решаются положительно и в оперативном порядке. На уровне ООН заключено международное соглашение по освоению космоса и колонизации ближних к нам планет: Луна, Марс, спутники Юпитера и далее по списку, вы и сами знаете. На нашей базе планируется организовать международный консорциум. Все желающие пройдут специальное обучение за бюджетный счёт, будут обеспечены достойной зарплатой и комфортабельным жильём. Я уже видел проект коттеджного посёлка. Будем строить на теперешней закрытой территории.

– А ракеты с запретки куда денутся? – спросил тот же голос. – Там ведь шахты на боевом дежурстве, по тридцать метров глубиной.

– Шахты будем заливать бетоном: пойдут под свайные фундаменты домов. Ядерные боеголовки уже завтра начнут демонтировать специалисты «Росатома». А сами ракеты – это уже наша задача. Принято решение: утилизировать методом отстрела в сторону арктического полигона. Топливо в полёте само выгорит, в твёрдые элементы конструкции соберут в тундре поисковые группы и отправят на переплавку. Вырученные деньги пойдут на благоустройство и развитие инфраструктуры посёлка… Кстати, могу вас обрадовать, археологи считают, что здесь раньше было древнее святилище, ещё с дохристианских языческих времён. Планируется строительство туристического кластера с историко-этнографическим уклоном. А это, между прочим, ещё несколько сотен рабочих мест.

Вечером за ужином майор Шестаков рассказывал жене о ближайших перспективах.

– Представляешь, – говорил он, – новая работа по космосу, большая зарплата, возможно в валюте, отдельный коттедж и никаких боевых дежурств «через день на ремень».

Марина радостно улыбалась и подкладывала мужу лишний кусок курицы. В туристической фирме, наверняка, и для неё найдётся работа гида-переводчика, а если вовремя подсуетиться, то и научного сотрудника, историка или антрополога.

Дети не всё понимали, что говорил отец, но уяснили: теперь у каждого из них будет своя отдельная комната на втором этаже с окнами в вишнёвый сад, куда можно будет спускаться по верёвочной лестнице и гулять, не спрашивая разрешения у родителей.

На нашей планете найдётся не так много людей, которые видели, как устроена межконтинентальная баллистическая ракета. А вот майор Шестаков знал её лучше, чем собственный автомобиль. Может быть поэтому его и подполковника Курочкина назначили в боевой расчёт для торжественного запуска последней ракеты. Командовать пуском должен был сам начальник базы полковник Крупенко.

В обычной или, говоря по-военному, штатной ситуации ракеты запускают по сигналу с ЦКП (центрального командного пункта), который располагается далеко от боевых позиций, чтобы, если коварный враг нападёт на пусковую установку, центр управления не пострадал. Ну а сегодня была особая ситуация – весь мир наблюдал за уничтожением последнего экземпляра смертоносного оружия, – и никакая случайность не должна была этому помешать. Решением главкома пуск приказано было осуществить непосредственно с пульта технологического КП – небольшого бетонного бункера, пристроенного сбоку впритык к самой шахте.

Многие думают, что для запуска ракеты достаточно нажать некую мифическую «красную кнопку». Это, конечно, так, но и не так. Мало ли что может случиться: все мы живые люди. Представьте, например, ситуацию, что дежурный офицер неожиданно сошёл с ума и решил отомстить всему человечеству. Нажал на кнопку, и нет Австралии… Поэтому на КП находится одновременно три человека, которые контролируют не только оружие, но и состояние друг друга. Один отвечает за исправность техники и связь с высшим командованием, получает от него сигналы и шифры для снятия блокировки пусковых устройств. А два других должны одновременно нажать эти самые «красные кнопки». Если один из них опоздает хоть на секунду, то ракета не полетит. Кнопки расположены так далеко друг от друга, что если один сумасшедший, например, убьёт своих напарников, то ему не хватит времени добежать от одной кнопки до другой.


Конец ознакомительного фрагмента
Купить и скачать всю книгу