![Повелитель Сумерек](/covers_330/4950302.jpg)
Полная версия
Повелитель Сумерек
Глава 4
Калиг, принц-тень, смотрел вниз, на долину, которую называли конской. Там паслись его табун и табуны других принцев, его братьев. Сейчас лошади стояли неподвижно и ели траву.
– Дело сделано, – сказал он своей красивой спутнице. – И ни кланы, ни Магнус Хаук ни о чем не догадываются.
Илона, королева лесных фей, кивнула.
– Что же будет теперь? – спросила она. – Я молюсь, чтобы память не вернулась к ней, пока все это не кончится.
– Ее воспоминания хранятся в надежном месте, и только мунины могут вернуть их ей. Я позабочусь, чтобы этого не случилось, пока срок ее беременности не станет большим, – сказал Калиг. – Тогда Лара получит обратно свою память, и ее инстинкты подскажут, что она должна сделать. Колл безумно влюблен в нее, Илона. План сработал идеально. – Калиг улыбнулся: он был очень доволен. – А пока Лара в безопасности.
– Ее будут искать, – напомнила Илона. – В кланах все убиты горем. Их невозможно убедить, что они не виноваты, но Магнус считает, что исчезновение Лары – дело рук хетарианцев. Он может начать войну: смертные иногда очень нелогичны.
– Может, – согласился Калиг и усмехнулся, – но, моя прекрасная Илона, разве поведение доминуса Теры не доказывает, что он очень любит свою жену? Его любовь сильнее всех доводов рассудка. Он действительно идеальный муж для нее.
– Я бы хотела, чтобы они встретились уже после всего этого. Как ты ухитришься скрыть от него то, что сейчас происходит, когда мы вернем Лару обратно? И как Лара справится с тем, что с ней случилось? Ты ведь знаешь, она так честна, что это отвратительно. Ох уж эта честность – мерзкое и вредное свойство смертных! Лара захочет, чтобы Магнус все узнал, а я не думаю, что он сможет жить с таким грузом в душе. Это погубит их обоих.
– Илона, Илона! Ты же хорошо знаешь меня! – вполголоса проворчал Калиг. – Доверься мне, моя королева. Я никогда не погублю Лару и никого из тех, кого она любит.
Илона вздохнула:
– Ты, как всегда, непостижим. Я думаю, ты не скажешь мне, что ты задумал сделать.
Калиг снова улыбнулся и ответил:
– Нет, Илона, не скажу. Ты жалуешься, что смертные поступают нелогично. Но вы, феи, тоже не всегда слушаетесь указаний логики и рассудка.
– Не говори со мной свысока, Калиг! – возмутилась королева лесных фей.
– Но я действительно выше тебя по положению, и, кроме того, мое братство гораздо древнее твоего народа, – спокойно ответил принц-тень.
– Если бы я могла выбирать… – начала Илона, но Калиг зажал ей рот рукой.
– Ты могла выбирать, когда тебе предложили это задание. Ты могла бы отказаться, но не сделала этого. Ты сама согласилась взять в любовники Джона Быстрый Меч и вместе с ним произвести на свет Лару. Ты знала, какая судьба ее ждет. Равновесие должно существовать всегда, Илона. Лара приносит с собой это равновесие.
– Калиг, тогда я не знала, что так полюблю свою дочь! – крикнула королева. – Я думала, что за столько лет жизни отдельно от Лары разлука высушила всю любовь, которая была у меня к ней. Но, увы! Мое холодное сердце феи предало меня. Я все равно люблю Лару и в ужасе от того, какая судьба ей уготована. – Илона всхлипнула. – Посмотри на меня! Я плачу! Феи не плачут, Калиг! Они не должны плакать! Но я это делаю.
– Ты думаешь, я сам не плачу, когда думаю о том, что Повелитель Сумерек владеет моей несравненной Ларой? Я наблюдал за ней с самого ее рождения. Видел, как она превратилась в красивую девушку, которую Гай Просперо, рассердившись, выслал из города. Ее должны были сначала привести ко мне. Тогда она не ощутила бы на себе грубость лесных лордов, но даже я не полностью знаю волю Небесного распорядителя. Однако позже я стал заботиться о ней, и она оказалась поразительно одаренной ученицей. Память о ночах, которые мы провели вместе, будет преследовать меня, пока я не исчезну из этого мира. Ты плачешь, Илона? Твои слезы не могут быть искреннее и горше моих, королева лесных фей.
Илона коснулась его щеки своей маленькой изящной ладонью.
– Прости меня, Калиг. Я знаю, ты всегда любил ее. Мне жаль, что ей не было суждено стать твоей.
Калиг печально улыбнулся.
– Ее душе было бы тесно в нашем пустынном королевстве, – признал он. – Лара будет недовольна и мной и тобой, если в ее отсутствие мы позволим начаться войне между Хетаром и Терой. Я послал своих братьев Лотэра и Назима в город, собрать информацию. Верховный совет теперь почти посмешище по сравнению с тем, чем он был когда-то. Но если принцы-тени будут сторониться его, всем покажется, что мы больше не часть Хетара. Гай Просперо считает, что тот, кто не с ним, против него. У него никогда не хватит смелости напасть на нас, потому что он боится нашей магии, но наше присутствие в Верховном совете уменьшает его безумную подозрительность. Он думает, что без Лары Тера слаба, и даже сейчас намерен напасть на Магнуса Хаука при первой возможности.
– Благодаря моей дочери у жителей Теры есть маленькая армия, – заговорила Илона. – Но я сомневаюсь, что это войско сможет выдержать атаку всех сил Хетара. Доблестных Рыцарей много, солдат тоже. Когда они увидят, как богата Тера, их будет трудно удержать. Даже за тысячу лет они не смогли бы истощить ее почву. И это только земли по одну сторону Изумрудных гор – сама Тера. Еще столько же занимает Новое Дальноземье. Завоеватель может добыть в Тере бесчисленное множество земли и рабов. Ты думаешь, Гай Просперо так дальновиден, что рискнет напасть на нее?
– Не знаю, насколько он дальновиден, но, несомненно, достаточно скуп. У его первого советника, Ионы, больше и ума и чутья. Я даже считаю, что Иона опаснее, чем Гай Просперо. Императора можно увести с его пути, приманив чем-то соблазнительным, и я уже изготовил приманку. Мои братья и я создали девушку, которая так сильно напомнит ему Лару, что ради обладания ею он сделает то, что должен. Без нее он зачахнет и умрет. Будем надеяться, она убережет его от безумия достаточно долго, и Лара тем временем успеет исполнить свою судьбу и вернуться к мужу и семье.
– Женщина? Вы хотите, чтобы обычная женщина отвлекла Гая Просперо? – спросила Илона. – А как быть с более опасным Ионой? Если император будет ослеплен прелестями обычной женщины, не даст ли это Ионе возможность действовать?
– Я думаю, Иона будет слишком занят, ему придется успокаивать жен императора – Вилию и Анору. И Вилия, тайная любовница Ионы, тоже будет занята, она попытается убедить своего любовника использовать возникшую возможность и уничтожить императора. – Калиг засмеялся.
– Если та, кого вы создали, похожа на Лару, не возникнут ли подозрения у Ионы?
– Подойди и посмотри сама, что мы сделали, – предложил Калиг королеве.
Он подвел ее к высокому зеркалу и шевельнул правой ладонью.
Зеркало потемнело, потом снова стало светлым, и в нем появилась девушка, которая рвала весенние цветы на лугу. Она была маленькой, изящной и стройной. Когда она выпрямилась и замерла на месте с букетом в руке, Илона увидела лицо, похожее формой на сердце. Длинные волосы девушки были окрашены в цвет темного золота и свободно развевались в воздухе, их удерживала только узкая лента. Она была похожа на Лару, но не настолько, чтобы заметить с первого взгляда.
– Ее зовут Шифра, – тихо сказал Калиг. – Мы дали ей ровно столько привлекательности и знаний, чтобы Гай Просперо почувствовал неодолимое влечение к ней.
– Это бесполезно. Вспомни, Лара наложила проклятие на его способность наслаждаться любовью, и он больше не чувствует удовольствия от соединения с женщиной.
Калиг засмеялся, вспомнив, как это произошло.
– Ты права, дорогая Илона. Но мы наделили Шифру способностью преодолеть это проклятие. Первый раз за несколько лет император почувствует удовольствие, занимаясь любовью. И это удовольствие он будет испытывать каждый раз, когда станет совокупляться с ней. Именно поэтому он сделает ее своей третьей женой и императрицей. Ты представляешь, какой шум поднимется в его дворце из-за этого решения? Когда Гай Просперо взял себе вторую жену, Анору, Вилии хватило мудрости подружиться с ней, а та охотно позволяла Вилии быть хозяйкой во дворце. Аноре было достаточно того, что ей угождают и она может заниматься с императором своей любовью. Но Шифра молода и невинна. Когда император возьмет ее в наложницы, Шифра поверит, что выше главных жен императора, возгордится и станет открыто проявлять свою гордость. Император каждый раз будет становиться на ее сторону и этим приводить в ярость обеих жен. Понимаешь, мы соединили в Шифре свойства Вилии и Аноры. Император наконец обретет свой идеал в одной женщине.
– Госпожа Вилия невероятно умна. Она будет действовать в собственных интересах. Не забывай, что у нее есть Иона, который действительно ее любит и восхищается ею, хотя себя он все-таки любит больше. Иона очень честолюбив и все эти годы только ждал подходящего случая. Кто знает, что случится, когда он увидит, как дорогую ему женщину унижают и ставят в неловкое положение на глазах у всех хетарианцев? Анора же, когда поймет, что соперница победила ее, даст волю своей ярости и этим погубит себя. Она всегда считала, что император любит ее больше, чем Вилию. – Принц улыбнулся. – В конце концов судьба Лары одержит верх. Вспомни: судьбу Хетара должно определить далекое будущее.
– Пророчество, – тихо вздохнула Илона. – Я только жалею, что не смогла избавить свою дочь от боли, которую она терпит сейчас и будет терпеть потом.
– Смотри сюда! Погляди в зеркало, путь Шифры начинается! – воскликнул Калиг.
Принц-тень и королева лесных фей, не в силах оторвать взгляд, смотрели, как на луг въезжают всадники. Девушку заметила шайка торговцев рабами.
Шифра услышала топот копыт и подняла взгляд от букета. Увидев мчавшихся к ней мужчин на конях, она поняла, кто они такие, подобрала подол своих юбок и пустилась бежать. Работорговцы, громко взвизгивая от восторга, помчались за ней. В конце концов их предводитель, которого звали Ленья, поравнялся с убегавшей девушкой, схватил ее и поднял в воздух. Шифра колотила его своими маленькими кулачками, пытаясь вырваться из его рук.
– Отпусти меня! Отпусти, варвар! – кричала она.
В ответ Ленья быстро повернул девушку и перебросил через седло так, что она оказалась лежащей вниз лицом впереди него.
– Замолчи, девушка! – приказал он. – Ты поймана, и тебе остается только принять свою судьбу. Вероятно, эта судьба будет очень приятной, потому что ты молода и красива.
Торговцы рабами продолжили путь и остановились, лишь когда стемнело. Они привязали Шифру к молодому дереву, разожгли костер, набрали воды и стали готовить себе ужин. Когда они поели, Ленья подошел к Шифре и начал кормить ее похлебкой из маленькой миски. Девушка стала есть. И торговец обрадовался этому. Часто пленники отказывались от еды. Пока она ела, он расспрашивал ее:
– Объясни, ради Небесного распорядителя, что ты делала совершенно одна в такой глуши?
– Я сирота. Я жила со своей бабушкой в хижине в лесу, который окружает луг, где вы меня схватили. Теперь бабушка осталась одна и, конечно, умрет. – Шифра начала всхлипывать.
– Если она старая, то, может, ей пора умереть! – хладнокровно ответил Ленья. – Кажется, мы, когда въезжали на луг, проехали мимо какой-то хижины. В саду перед ней ковырялась какая-то старая карга. Мы не стали с ней возиться – слишком дряхлая. А вот ты – лакомый кусочек. За тебя мы получим в городе большие деньги.
– Это была моя бабушка! – Шифра уже плакала. – Теперь она будет беспокоиться за меня. Ох! Бедная бабушка Нона!
Ленья фыркнул от смеха, а потом сурово спросил Шифру:
– Ты девственница?
Она покраснела, опустила голову и прошептала:
– Да.
– Сейчас я это проверю, – сказал торговец. – Хоть ты и красива, я не могу предлагать тебя как то, чем ты не являешься. Если ты и правда девственница, твоя цена будет гораздо выше. Как тебя зовут?
– Шифра. Меня зовут Шифра, – сказала девушка.
Ленья кивнул в ответ. Это имя хорошо подходило ей, оно означает «красивая».
Он развязал девушку и позвал своих помощников.
– Положите ее на одеяло. Пусть двое держат ее за руки, а еще двое раздвинут шире ее ноги, – велел он.
Его подручные облизнули губы и ухмыльнулись.
– Вы дураки! Она говорит, что девственница. Если это правда, мы продадим ее на рынке в городе намного дороже, и прибавка в цене будет очень большая! Мы получим за нее столько денег, что сможем провести самое меньшее две ночи в Доме удовольствий Мэв Скарлет. – Сказав это, торговец лукаво улыбнулся. – А теперь кладите ее на спину, чтобы я мог ее осмотреть.
– А если она не девственница? – спросил один из подручных.
– Тогда, мои мальчики, сегодня ночью мы все насладимся маленькой Шифрой. Но я надеюсь, что она не солгала, потому что женщины для удовольствий из Дома Мэв Скарлет изумительно обучены и всегда охотно обслуживают мужчину, который много трудится.
Когда они уложили Шифру на одеяло, она начала отчаянно отбиваться, плакать и умолять, чтобы они не причинили ей вреда. Но она была хрупкой девушкой, и крупные мужчины, взявшие ее в плен, легко справились с ней. Они быстро прижали ее руки и широко раздвинули ноги. Ее слезы и крики отчаяния могли бы разжалобить даже камень.
Ленья опустился на колени возле девушки, поднял ее юбки. Стали видны белоснежная кожа живота и холмик тугих темно-золотистых кудряшек на лобке. Торговец смотрел на них с восхищением. Эта девушка, несомненно, первоклассный товар. Лишь бы только ее слова оказались правдой. Он просунул палец между пухлыми складками ее гениталий. Шифра всхлипнула и попросила его остановиться. Торговец нащупал ее влагалище и медленно стал проталкивать палец в тело девушки. Шифра закричала от ужаса и отчаяния. Палец Леньи нащупал пленку невинности, закрывавшую вход. Торговец быстро отдернул руку и вынул палец, чтобы не повредить эту драгоценную преграду. Потом он взглянул на своих людей, широко улыбнулся им и объявил:
– Она чиста, как только что выпавший снег. Мы теперь богачи, мои мальчики! Отпустите ее.
Когда его подручные разжали руки, Шифра свернулась в клубок и заплакала от стыда.
Ленья поднялся на ноги и сказал своим людям:
– Запомните! Если кто-то из вас прикоснется к ней, я отрежу ему яйца, зажарю их и заставлю его самого их съесть. Накройте ее другим одеялом. Сегодня я буду спать рядом с ней.
Все подчиненные Леньи хорошо знали своего предводителя, поняли, что он не шутит, и ничего не сказали в ответ.
Через два дня они приехали в город. Шифру отвели мыться в городские общественные бани. Ленья оставил своих подручных возле бань, а сам пошел на вещевой рынок – купить ей более нарядную одежду, чтобы показать свое сокровище начальнику рынка рабов. Он знал, что при продаже редких драгоценностей, как эта девушка, правильно показать товар – половина успеха. Когда он приобрел то, что искал, и вернулся в бани, Шифра была уже почти готова. Ленья передал купленную одежду хозяйке бани и сказал:
– Для девушки Шифры.
– Она настоящая красавица, Ленья, – сказала хозяйка бани. – Где ты ее нашел? Для нее я старалась не особо, а даже сверхособо. Надеюсь, ты вспомнишь обо мне, когда получишь за нее плату. – Она улыбнулась, обнажив несколько черных, сломанных зубов во рту.
– Разве я когда-нибудь забывал о тебе? – ответил Ленья.
– Нет, но эта девушка – настоящая драгоценность! – ответила хозяйка бани.
– Я не забуду о тебе, – повторил торговец. – Кончай поскорее свою работу, я спешу на рынок рабов. Торги начинаются в полдень, и я уже мечтаю провести вечер или два у Мэв Скарлет.
Хозяйка бани хихикнула и снова исчезла в своем заведении. Вскоре она вернулась с Шифрой. Девушка была одета в светло-зеленое платье из легчайшего шелка, через которое было совсем чуть-чуть видно ее свежее розовое тело. Юбка у платья была узкая. Одно ее красивое плечо и рука под ним были обнажены. Длинные темно-золотистые волосы вымыты и спадали на спину до самых ягодиц. Ноги обуты в простые сандалии.
– Вот она! – с удовольствием объявила хозяйка бани. – Ты умеешь выбирать одежду, Ленья. – И, понизив голос, добавила: – Я дала ей стакан рази, чтобы она не слишком боялась или не начала сопротивляться.
Ленья положил хозяйке бани в ладонь деньги – вдвое больше чем обычно – и пообещал:
– Потом дам еще.
– Твоя щедрость не знает границ! Но вернись сюда до того, как ты и твои люди пойдете к Мэв Скарлет.
– Я вернусь до этого, – пообещал торговец и лукаво улыбнулся. Потом он взял Шифру за руку и сказал: – Идем, красавица! Посмотрим, как люди придут в восторг от тебя.
И повел ее к ожидавшим у двери носилкам. Он не хотел, чтобы она сейчас, готовая для показа, шла на рынок пешком. Затем сел в носилки сам, и два носильщика быстро понесли их по переполненным народом шумным улицам города. Когда они наконец добрались до рынка рабов, Ленья поспешил к его хозяину. Тот увидел его первым и крикнул:
– Ленья! Ходят слухи, что ты нашел мне драгоценность для сегодняшних торгов. Тебе повезло, мой друг! Если эта девушка такая, как о ней говорят, я продам ее не здесь, на открытых торгах, а в особой комнате. Туда ко мне приходят покупатели гораздо лучше здешних за самым лучшим товаром, – объяснил он.
Подойдя к носилкам, он раздвинул занавески и был изумлен красотой взглянувших на него фиолетовых глаз. Хозяин рынка помог девушке выбраться из носилок, медленно обошел вокруг нее, кивая, и восхищенно сказал:
– Такого прекрасного товара у меня не было уже много лет. Где ты добыл ее? Есть ли там еще такие?
– Вряд ли! – рассмеялся Ленья. – Мы наткнулись на нее, когда она собирала цветы на лугу у опушки леса. Перед этим мы проехали мимо хижины, где живет старая женщина. Шифра сказала, что хижина – ее дом, а женщина ее бабушка.
– Она жила в лесу? – удивился хозяин рынка. – Но она не похожа на женщин лесного народа.
– Должно быть, она родом из Центроземья. Но хижина очень бедная, а значит, старуха, вероятно, переселилась в лес несколько лет назад, потому что ее ферма была куплена или конфискована императором. Шифра говорит, что она сирота. Тебе действительно важно это знать?
– Девственница ли она? – с надеждой спросил хозяин рынка. – Я надеюсь, что, задав этот вопрос, не пожелал слишком многого.
Ленья усмехнулся и ответил:
– Я проверил это сам. Девственная пленка на месте. Зная, как велика цена этой пленки, я не повредил ее.
Хозяин рынка крепко сжал пальцами одну из грудей Шифры. Девушка беззвучно ахнула и отшатнулась от него. Ее глаза расширились от изумления и страха.
Тот фыркнул от смеха и заявил:
– Я хочу тридцать процентов комиссионных.
– Не жадничай! – грубо одернул его Ленья. – Эта девица будет продана за пять минут. И даже эти минуты понадобятся лишь потому, что торговаться за нее будут горячо и по-крупному. Я дам тебе десять процентов.
– Двадцать, – уступил хозяин.
– Пятнадцать, и ни одной монеты больше, – ответил Ленья.
– Согласен! И ты пришел как раз вовремя, потому что закрытые торги в комнате начинаются раньше открытых. Иди со мной, и ты их увидишь. Эту девушку я продам в последнюю очередь, чтобы получить справедливую цену за остальной товар. Но ты не пугайся, кроме нее продаются всего пять рабынь. В наше время трудно найти товар высшего качества.
Ленья проследил за тем, как увели Шифру, потом занял место на закрытых торгах и стал смотреть. Двух девушек быстро продали в Дома удовольствий, третью – богатому вельможе. Ленья почувствовал едва заметное движение у себя за спиной, но не повернулся назад. Продали и двух оставшихся рабынь. После этого хозяин рынка рабов вышел вперед и объявил:
– Господа! Меньше часа назад я получил для продажи девственницу такой несравненной красоты, что пройдет много лет, прежде чем я снова получу такую рабыню. – Он хлопнул в ладоши, и к покупателям вывели Шифру. Ее поставили в центре маленького помоста, и хозяин рынка сказал: – Она молода, господа! Невинная девушка! Редкость!
– И стоит дорого, – донесся голос из группы мужчин.
Кто-то засмеялся, по достоинству оценив замечание.
– Покажи нам без утайки, что предлагаешь! – прозвучал другой голос.
Хозяин рынка кивнул Шифре, поднял руки вверх и расстегнул ее платье. Оно упало к ногам девушки, Шифра медленно и осторожно стала поворачиваться на одном месте, как ее научили. Она слышала шумные вздохи рассматривавших ее покупателей. Мужчины восхищались ее маленькими круглыми грудями и похожими на ягоды сосками, пышными бедрами и округлыми ягодицами.
Хозяин позволил им вдоволь наглядеться, а потом сказал:
– Сколько я могу запросить с вас за это чудо красоты, господа?
Ленья не дыша ждал ответа. Сколько он получит за нее – пять тысяч монет? Шесть?
– Я даю пятьдесят тысяч золотых кубитов, – раздался голос из зала.
– Пятьдесят тысяч, – сказал хозяин рынка так, словно это была всего лишь начальная цена. – Кто предложит шестьдесят? – Он обвел взглядом комнату. – Значит, господа, больше никто не предлагает цену за эту редкостную красавицу?
В комнате стояла тишина. Тогда хозяин опустил свой маленький аукционный молоток:
– Пятьдесят тысяч золотом. Девушка-рабыня Шифра продана нашему всемилостивому и прославленному императору Гаю Просперо за пятьдесят тысяч золотых кубитов. – Молоток с грохотом ударил по столику-подставке. – Продана за пятьдесят тысяч золотых кубитов!
Только теперь Ленья осмелился повернуться. В зале находился сам император, и он не сводил глаз с Шифры! «Неудивительно, что никто не рискнул предложить цену больше», – подумал Ленья. Но, с другой стороны, если бы император не предложил такую цену, ни Ленья, ни хозяин не стали бы теперь богачами. Ленья едва удержался, чтобы не засмеяться на весь зал. Он решил уйти из работорговли; каких бы успехов он ни добился в будущем, ничто не сравнится с сегодняшним товаром.
Слуга императора пробрался через толпу к начальнику рынка, подал ему бумагу с императорской печатью.
– Принесите это в казначейство, когда вам будет удобно. А девушку сейчас же отправьте в дом императора в Золотом районе, – сказал слуга, повернулся и ушел.
– Мы не получим свое золото? – с тревогой спросил Ленья.
– Я поставлю своего сына вести открытые торги, а мы с тобой, мой друг, сейчас же пойдем в казначейство и заберем свою плату. Я не верю никому, и особенно императору. Девушка не уйдет отсюда, пока деньги не окажутся у нас.
Ленья кивнул, и они вместе поспешили в большое новое здание казначейства, стоявшее в Золотом районе, сразу за его воротами. Они показали документ с печатью императора, и их пропустили внутрь. Услужливый, но придирчивый чиновник, который их встретил, недоверчиво уставился на документ, а потом, не сказав ни слова, позвал своего начальника, а тот вызвал заместителя казначея.
Заместитель посмотрел на распоряжение императора и спросил:
– Как вы желаете, чтобы вам выплатили эту сумму, господин?
– Всю сразу, – ответил начальник рынка.
– Нет, – вмешался Ленья, – выплатите ему его долю – семь тысяч пятьсот золотых монет. А остальное немедленно отправьте от моего имени к золотых дел мастеру Авраму.
– Аврам – твой банкир? – удивился начальник рынка.
– Как мне поступить, господин? – повернулся к нему заместитель казначея.
– Делай так, как он говорит, – ответил начальник рынка. – Это Ленья, торговец рабами. Товар продал он, а я возьму мои комиссионные и уйду.
– Отправьте мою выручку к Авраму сейчас же, я иду к нему взять деньги, чтобы заплатить моим людям.
– Интересно, сколько ты им заплатишь? – спросил хозяин рынка, пока для Леньи готовили документы о передаче денег.
– Каждый из них получит пять процентов моей прибыли, а обычно я плачу им два процента от суммы продажи, – ответил Ленья. – Но я еще ни разу не получал такую сумму даже за целую партию рабов, не то что за одну девушку. Я не скуп, а мои люди были мне верны и долго служили мне. Теперь я уеду на свою виллу в Прибрежную провинцию и женюсь.
– Получите расписку о пересылке ваших денег! – объявил заместитель казначея и подал Ленье его документ.
– Тогда желаю вам доброго дня, и до свидания, – сказал Ленья обоим и вышел из казначейства.
– Что вы ему продали? – с любопытством спросил заместитель казначея у руководителя торгов.
– Девушку-рабыню, невероятно красивую. Император купил ее за пятьдесят тысяч золотых монет. Он не платил столько даже за легендарную Лару.
Заместитель казначея подал начальнику рынка тяжелую сумку с монетами и сказал:
– Вам дадут охрану, которая будет сопровождать вас до вашего предприятия. Таково желание императора, господин.
– Спасибо, – кивнул в ответ хозяин рынка.
Ему надо торопиться: теперь, когда плата за рабыню Шифру получена полностью, девушку нужно сейчас же передать императору. Он поспешно вышел из казначейства в сопровождении двух вооруженных солдат. Вернувшись к себе, он обнаружил, что император прислал за своей новой покупкой носилки и его помощник, боясь долго их задерживать, уже отправил девушку к ее новому господину. Хозяин не стал ругать помощника. Теперь он был даже рад, что избавился от Шифры: из-за такой красавицы рано или поздно случится какая-нибудь беда.