![Академия туманного острова](/covers_330/55893566.jpg)
Полная версия
Академия туманного острова
Арий, действительно, очень увлекательно рассказывал об острове. К сожалению, экскурсия получилась поверхностной: мы не зашли ни в одно здание, а любовались ими только снаружи. Каждое сооружение можно было считать настоящим произведением искусства. Несмотря на малоэтажность, здания выглядели внушительно.
– Я рад, что тебе понравилось. Если возникнут вопросы, можешь напрямую обращаться ко мне.
– А где вас можно найти? В ратуше?
– Нет, большую часть времени я провожу в научном центре. Ты его видела?
– Да, оригинальное здание, – кивнула я.
Научный центр отличался по стилю от других построек. Он был более современным и представлял собой стеклянное сооружение причудливой формы.
– Вот там и пропадаю, – рассказал Эрнест, – мы всегда рады молодым исследователям. Ты не увлекаешься наукой?
– К сожалению, нет.
– А что у тебя лучше всего получается?
– Даже не знаю, – в голову не приходила ни одна мысль.
– Не пугайся, – ласково попросил Эрнест, – я задаю такие вопросы не просто так. На острове каждый занимается каким-то делом. И ты должна найти что-то для себя. Но не торопись, попривыкни. Я не заставляю жителей заниматься тем, что не делает их счастливыми.
– Я постараюсь быть полезной для острова, – пообещала я. Хотя не представляла, где могу пригодиться.
Нет на острове должности сказочницы? С этим я бы справилась. Веселила бы местных жителей волшебными историями. Только здесь, кажется, не одобряют веселье: пока мне не встретилась ни одна улыбка.
Эрнест вел себя очень вежливо, но я бы не стала доверять такому человеку. У меня вообще проблемы с доверием. Я привыкла быть сдержанной и не открываться людям. Наверное, поэтому у меня всегда было мало друзей. Наш разговор с лидером общины нарушило появление Ария.
– Пап, нам пора идти. Я обещал проводить Виту до дома, – сообщил юноша.
– Хорошо. Передавай привет Мартину, Вита.
– Обязательно, – пообещала я.
– Звонила Сюзанна, – обратился лидер общины к сыну, – просила тебя зайти в больницу.
– Да, я обещал ей помочь.
– Иди, только не задерживайся допоздна.
– Хорошо, пап.
Я не могла определить, насколько близкие отношения у Ария и его отца. Наверное, лидер общины хочет передать свою власть наследнику. Хочет ли этого сын?
– Ты помогаешь в больнице? – спросила я. Мы шли по лесу, сопровождаемые успокаивающим стрекотанием сверчков.
– Я стараюсь везде помогать, – сообщил Арий без капли самодовольства.
– А в чем твое дело? Эрнест сказал, каждый должен чем-то заниматься на острове.
– Ты об этом, – Арий задумался, – мое основное дело – помогать в ратуше.
– Отец хочет, чтобы ты был в управлении?
– Да, – печально сообщил юноша.
– А ты этого не хочешь?
– О чем ты? – нахмурился Арий.
– Ты хочешь работать в больнице, но отец против. Вы из-за этого ссоритесь?
– Хм, – Арий поморщился, – ты задаешь неуместные вопросы.
– Просто я хочу понять, что вы за люди. Такие же у вас конфликты между родителями и детьми, как в нашем мире, или нет. Мне любопытно, вот и все.
– Точно могу сказать, мы люди, которые не любят любопытных девушек.
– И что вы с ними делаете?
– Сжигаем на костре.
Я резко остановилась, испуганно глядя на Ария. В голове уже начал зарождаться план побега с острова. Молодой человек обернулся, чтобы посмотреть на меня. В его глазах читалась насмешка, но губы, как обычно, были сложены в тонкую линию.
– Ничего мы с ними не делаем. Но лезть в чужие дела здесь не принято.
Я уже не слушала Ария, задумавшись над тем, как, на самом деле, можно уплыть с острова? Здесь не ходит никакой общественный транспорт, нет ни порта с пришвартованными лодками, ни посадочной полосы. Неужели дается лишь билет в один конец? Что если мне не понравится жить на острове? Смогу ли я вернуться домой?
– Советую заранее прочитать учебник по семиотике, – вновь заговорил мой спутник, – преподаватель – настоящий зверь.
– Какие интересные у вас предметы, – улыбнулась я. Мне всегда нравились символы, – ты хорошо учишься по всем предметам?
– Да, только языки даются нелегко, – вздохнул Арий.
– Правда? Мне тоже. Я не умею переводить даже самые простые предложения. Какие языки вы изучаете?
– Латинский и санскрит.
– Ты шутишь? – мои брови поползли вверх.
– Нет. Мы, правда, их изучаем.
– Кошмар!
Я еле-еле смогла запомнить приветствия на испанском, а здесь предстоит изучать мертвые языки. Показать отличные успехи в школе мне, точно, не удастся.
Вечером я сидела в своей мрачной комнате и разглядывала взятые в библиотеке книги. Учебник по семиотике уже лежал на прикроватной тумбочке. Я пообещала себе читать хотя бы по параграфу каждый день перед сном. Набор дисциплин был крайне странным: Латинский язык, Санскрит, Семиотика, Каллиграфия, Астрономия, Физика, Химия, Литература, Музыка, Цветоводство, Знахарство, Нумерология, Физкультура. Также можно было записаться на факультативы по Астрологии, Эзотерике и Шаманству. Больше всего меня расстроила физкультура: терпеть не могу спорт. Я даже плавать не умею. Минус один способ покинуть остров.
Нет, серьезно, в этом месте, действительно, так важно знать все о символах и звездах, уметь выращивать цветы и красиво писать? А если нападут враги, как жители будут обороняться? Что будут делать при природном катаклизме? Точно, я забыла, они же изучали нумерологию и знахарство. Проведут анализ даты, когда произошло происшествие, соберут волшебные травы для зелья и всех исцелят. Кажется, придется отключить здравый смысл, чтобы всерьез отнестись к некоторым дисциплинам.
ГЛАВА 3. ЗАБРОШЕННЫЙ МАЯК
Уроками физкультуры спортивная подготовка не ограничилась. Каждый свой день жители острова начинали с массовой зарядки в семь утра. Я пребывала в сновидениях, когда в комнату зашел Мартин, призывая меня просыпаться. Он забыл рассказать о повседневном ритуале и теперь торопил меня, нервно поглядывая на песочные часы. Я еле-еле держалась на ногах, сонная и ничего непонимающая.
До главной площади мы добрались бегом. Там уже собралась огромная толпа. Все они смотрели на сцену, где стояла молодая девушка, судя по всему, тренер. Мы прибежали секунда в секунду, еще бы немного и опоздали. Интересно, выписывают ли на острове штрафы провинившимся? Дядя очень переживал, когда ждал меня. За опоздания здесь, явно, наказывают. Очень неприятная новость, потому что я никогда не прихожу вовремя. В школе почти всегда появлялась после звонка. Дорога до учебного заведения проходила через парк, где обитали белочки. Мне нравилось угощать их разными лакомствами. Из-за этого я часто задерживалась.
На площади все стояли в темной спортивной одежде, мне же второпях пришлось надеть то, что первое попалось под руку. Теперь я в своих оранжевых спортивных леггинсах и желтой футболке была ярким пятном среди мрачной толпы. Люди косились на меня, на их лицах читалось неодобрение. Мартин сразу же отошел, едва мы ступили ногой на площадь. Бросил меня одну, еще дядя называется. Я встала в последний ряд и вяло повторяла за тренером упражнения. Зарядка проходила в тишине, сопровождаемой криками инструктора и чаек. Эти птицы, кажется, вездесущи и совсем не спят.
Немного взбодрившись, я начала рассматривать людей в толпе. Правда, по большей части мне были видны только их затылки. Я пыталась отыскать взглядом Ария. Вчера он так и не снял капюшон, но у него точно темные волосы. Хотя этот отличительный признак совсем не помогал, потому что большинство окружающих оказались также темноволосыми. Возможно, Ария здесь и вовсе не было. Кто знает, какие привилегии имеет сын лидера общины. Я бы на его месте воспользовалась положением и не стала бы вставать в такую рань.
После зарядки все разошлись по домам, чтобы привести себя в порядок и отправиться, кто на работу, кто в школу, кто по делам. Пока я заваривала кофе, Мартин успел принять душ, одеться, приготовить и съесть тосты. Как же хорошо, что мне не нужно никуда идти. Я выпила кофе и вернулась в кровать. Бодрящий напиток производил на меня эффект, обратный традиционному, поэтому мне легко удалось заснуть.
Мой сон опять был нарушен. На этот раз громким звуком боя часов, который доносился из комнаты Мартина. Дверь туда была закрыта на замок. Фантазия сразу же стала рисовать мистические образы, представляя, что же скрывает дядя. Интересно, как бы сложилась судьба, если бы папа с братом не утратили связь. Отец никогда не разделял взглядов Мартина, но окончательная пропасть между ними образовалась после моего появления на свет. Мама умерла при родах, и папа во всем винил дядю. Он был уверен, что расплачивается за его грехи. Игры со смертью не могли пройти бесследно. После трагедии папа заявил, что больше не желает видеть брата и испытывает к нему лишь ненависть. Так они стали друг для друга чужими людьми, несмотря на кровное родство.
Часы в комнате Мартина, скорее всего, пробили полдень. Что ж, и, правда, пора вставать. Сегодня я решила дойти до маяка, который еще в море привлек мое внимание. Подкрепившись приготовленными дядей тостами, я старалась забрать непослушные волосы в пучок, стоя перед зеркалом. Пряди никак не хотели отправляться в заточении: они привыкли свободно лежать волнистыми локонами на плечах. В детстве у меня были прямые волосы, но после того, как меня подстригли, они решили начать новую жизнь и стали виться.
Мне пришлось провозиться с прической двадцать минут, чтобы, наконец, сделать высокий пучок. Утром я оставила волосы распущенными и чувствовала себя некомфортно во время зарядки. Яркие пряди пшеничного цвета подскакивали при движениях и, казалось, излучали свет, который мог не понравится местным жителям, привыкшим к мраку. Наверное, такое ощущение создавалось из-за сильного цветового контраста. Я боялась, что мой неподобающий внешний вид вызывает недовольство у окружающих.
Для прогулки я выбрала самую темную одежду, какую только смогла найти в своем гардеробе. Надеюсь, черные джинсы и синяя куртка смогут сделать меня незаметной.
Маяк не был отмечен на карте, и мне пришлось самой проложить в голове маршрут до него. Цель находилась на краю острова, и, чтобы до туда добраться, требовалось преодолеть небольшой лес. Я помнила слова Ария, что на острове нет опасных животных, но все равно испытывала тревогу.
Минуя высокие деревья, я резко остановилась, услышав шорох. Пошла на звук и увидела молодого человека в черном длинном плаще с плетеной корзинкой в руках. Время от времени он наклонялся к земле, чтобы положить полезную находку в свое лукошко. Я бы прошла мимо собирателя, если бы не одна деталь, бросившаяся мне в глаза – его волосы. Они были светлыми, убранными в длинный хвост.
– Привет, – поздоровалась я с моим братом по волосам.
– Привет, – юноша подозрительно на меня посмотрел. Судя по всему, он слышал мои шаги, но не стал на них реагировать, надеясь, что прохожий пойдет своей дорогой и не побеспокоит его.
– Что ты собираешь? – продолжила я разговор.
– Грибы, – ответил молодой человек, не двигаясь с места.
Я подошла поближе. Его серо-голубые глаза с осторожностью следили за моими движениями. Юноша оказался чуть выше меня. Я заглянула в корзинку: там лежали необычной формы грибы бледно-розового цвета.
– Это кровь? – со страхом спросила я, имея в виду красные капли на шапочках странных грибов.
– Нет, это пятна, – ответил юноша и достал одну из своих находок, чтобы продемонстрировать мне. Я убедилась, что это не кровь, и успокоилась.
– Никогда раньше не видела таких грибов.
– Они называются дьявольские слезы, – рассказал незнакомец.
– Подходящее название. Они съедобные?
– Нет, ядовитые.
– Зачем ты их собираешь?
– Мой дедушка знахарь. Он добавляет их в некоторые снадобья.
– Ничего себе. Вы, и, правда, занимаетесь такими вещами.
Я с интересом разглядывала юношу. Плащ был слишком длинным для его роста и почти лежал на земле. На лице можно было заметить россыпь светлых веснушек. На вид ему было лет семнадцать, как и мне, из-за чего у меня созрел вопрос.
– Почему ты не в школе?
– Тебя прислал Шандор? – испугался юноша.
– Кто это?
– Директор школы.
– Нет, я с ним не знакома. Только вчера прибыла на остров, а в школу пойду со следующей недели.
– Ты чужеземка? – на лице юноши появилась заинтересованность.
– Если так вы называете новоприбывших, то да, – пожала я плечами, – но ты не ответил на мой вопрос. Почему ты здесь? Прогуливаешь?
– Да, – кивнул юноша, – раньше я учился дома, но с этого года мне разрешили посещать школу. Но сейчас пора сбора грибов, ягод и полезных растений. Я не мог это пропустить, поэтому сказался больным, и приступлю к учебе тоже со следующей недели.
– Получается, мы оба новенькие. Может, будем держаться вместе?
– Давай, если хочешь. Меня зовут Клим.
– Я Вита.
Неожиданно Клим поднял руку и протянул ее к стволу дерева. С ветки спрыгнула белочка, пробежала по юноше и забралась к нему под плащ. Молодой человек шире раскрыл внутренний карман, зверек юркнул туда и выпрыгнул, держа в руках орешек. Я улыбалась, наблюдая за этой картиной.
– Познакомься, Арахис, это Вита.
Клим протянул ко мне руку, и белочка использовала ее как мост, чтобы перебраться на меня. Я пыталась погладить ее, но она оказалась слишком быстрой. Исследовав мои карманы и не отыскав лакомства, Арахис снова перепрыгнул на Клима.
– Ты его хозяин? – спросила я, наблюдая, как Арахис что-то шепчет на ухо Климу. Возможно, юноша знает звериный язык.
– Конечно, нет. Арахис – дикий малый, но я знаю, чем его задобрить.
Еще немного поговорив с Климом, я продолжила свой путь и вскоре добралась до маяка. Каково было мое удивление, когда я поняла, что он заброшенный. Облупленная краска оголяла темные кирпичи, многочисленные трещины выглядели как раны, в некоторых окнах были разбиты стекла. Я обошла маяк вокруг, чтобы найти вход. Одичалость здания сделали его еще более привлекательным для меня.
Я аккуратно поднялась по шаткой лестнице, обвалившейся в некоторых местах. На самом верху находилась высокая арка, служившая дверью. Осторожно ступая, зашла в просторное помещение, щедро освещенное солнцем. В каждом кирпичике чувствовалась беспризорность. Однако пройдя немного вперед, я заметила темную фигуру, сидевшую на развалинах. Любопытство одержало верх над инстинктом самосохранения, заставив приблизиться к человеку. Возможно, я обрела такую смелость, потому что узнала его.
На коленках Ария лежал толстый блокнот большого формата, на открытой странице юноша водил черным углем. Капюшон длинной кофты был откинут назад, и я смогла рассмотреть молодого человека получше. Густые черные волосы находились в беспорядке, а челка падала на лицо. Арий сосредоточенно смотрел на лист, нахмурив черные брови, и делал уверенные штрихи. В уши были вставлены наушники, из-за чего юноша не услышал моих шагов. Заметив меня боковым зрением, он вскочил и накинул на голову капюшон.
– Что ты здесь делаешь? – воскликнул парень, вытащив наушники.
– Просто гуляю, – ответила я и бросила взгляд на блокнот. Рисунок был не закончен, но уже распознавались очертания черного ворона, – а ты?
– Ничего, – буркнул Арий и поспешил спрятать блокнот под кофту.
– Ты рисуешь? – не сдавалась я.
– Нет, просто балуюсь, – Арий старался избегать моего взгляда. Ему было неловко, будто я застала его за неприличным занятием.
– Но у тебя хорошо получается, – я подошла поближе, – почему ты прячешь свои рисунки?
– Потому что это личное, – огрызнулся Арий, – тебе, что, нужно во все лезть?
– Ладно, я поняла. Можно было обойтись без грубости.
Я одарила парня осуждающим взглядом и направилась к выходу. Наверное, мое любопытство, действительно, слишком навязчиво, но меня, правда, заинтересовали рисунки Ария.
– И что ты забыла на маяке? – крикнул парень мне вслед.
– Сказала же, просто гуляла, – ответила я, обернувшись.
– Будь осторожнее, – посоветовал юноша.
– Почему?
– Это здание заброшенно, здесь небезопасно.
– А на острове безопасно?
– Опять твои глупые вопросы, – начал раздражаться Арий.
– Они не глупые, – я вернулась к юноше, чтобы он видел мою злость, – вы все говорите, что здесь безопасно, но тогда почему вы не выглядите счастливыми и безмятежными? Вы все чего-то боитесь.
– Что за бред? Мы ничего не боимся.
– Ничего? Тогда почему ты здесь прячешься?
– Я не прячусь, просто хотел побыть один.
– А твои рисунки? Ты только от меня их скрываешь или от всех?
Арий сжал губы, не зная, что ответить. Я вопросительно смотрела на молодого человека.
– Никому не говори про рисунки, ладно? – попросила юноша.
– Потому что твой отец против?
– Да, я уже говорил, он хочет, чтобы я работал в ратуше.
– Почему ты его боишься?
– Я его не боюсь, просто не хочу ругаться.
– Хорошо, я никому не расскажу о рисунках, – пообещала я.
В карих глазах Ария я прочитала «спасибо», но его лицо все еще выглядело враждебно. Я заметила размазавшийся уголь на его щеке и поднесла свою руку, чтобы его вытереть. У самого лица юноша схватил мое запястье и отвел вниз.
– Увидимся, Вита. Осторожнее спускайся по лестнице.
Арий покинул помещение, оставив меня одну. Я закрыла лицо руками. Что это было? С чего мне приспичило вытереть с его лица уголь? Это же не мое лицо! Как же неловко, теперь он может подумать, что я в него влюбилась, хотя мои чувства обратны. Это был порыв чистоплюйства или жалости, или не знаю чего. Нужно ли объяснить ему это или лучше сделать вид, что ничего не произошло? С чувством стыда размером с океан я отправилась обратно домой.
***
В школе я не хотела быть белой вороной, поэтому спросила дядю, где можно купить новую одежду. «Взять, а не купить», – поправил меня Мартин и объяснил, как добраться до ателье. Там меня встретила приветливая по меркам острова и угрюмая по нашим меркам девушка. Ее каштановые волосы были забраны назад ободком с черным бантом, из рабочего фартука, надетого поверх серого платья, торчали ножницы, а на шее висела измерительная лента. В помещении стояло несколько манекенов, демонстрирующих на себе разные модели одежды темных тонов. Они будто скорбели, а на меня смотрели с осуждением, словно я задела их чувства своим нетраурным видом.
– К сожалению, к понедельнику я не успею ничего для тебя сшить, – девушка виновато опустила глаза, – давай подберем что-нибудь из готового.
В итоге я отправилась в школу в синем платье, которое пришлось подвязать поясом, чтобы оно не сильно болталось. Мой внешний вид оставлял желать лучшего. Я выглядела старомодно, словно сошла на землю с картин художников прошлых столетий.
Перед своим первым учебным днем мне не удалось выспаться из-за бессонницы. Я изворочалась во все стороны, пересчитала миллион овец, пыталась усыпить себя колыбельными, но все без толку. На улице уже посветлело, когда я взяла в руки учебник по семиотике, прочитала несколько страниц и заснула. Там говорилось о символах смерти. Мне стало понятно, почему в доме так много песочных часов.
Утренняя зарядка заставила меня немного взбодриться. До учебного здания мы шли вместе с Мартином. Он рассказал, что я буду получать знания с шестнадцатилетними ребятами, потому что класса старше у них нет.
– Отлично. Я буду самой старой, – проворчала я.
– Нет. В этом году в класс придет еще один новый ученик. Ему семнадцать, как и тебе, – попытался ободрить меня дядя.
Скорее всего, это Клим. Еще одна вещь, которая нас объединяет. Мне стало значительно легче от осознания, что мы есть друг у друга. Я даже ощутила с этим юношей заочное духовное родство.
На крыльце школы стояла компания учеников. Они вежливо здоровались с Мартином, а меня приветствовали заинтересованными взглядами. Дядя проводил меня до кабинета, сам же ушел в учительскую. Пока мы шли по коридору, я успела заметить висевшие на стенах таблички с фразами на латинском. На одной из них я прочитала: «Olim mortis non abies», Мартин сказал, что это переводится как «Прежде смерти не уйдёшь». Значения других цитат он объяснять не стал, сказав, что я и сама смогу все перевести после уроков иностранного языка.
Потоптавшись около двери несколько минут, я, наконец, решилась зайти в помещение. По планировке оно ничем не отличалось от обычного школьного кабинета. На задних партах собралась, скорее всего, элита класса. Они вызывающе громко разговаривали и отвешивали колючие комментарии впереди сидящим ребятам. Те делали вид, что не слышат обидных слов, уткнувшись в учебники. Я стала для них спасательным кругом: не успела переступить порог, как все внимание задир переключилось на меня.
– А вот и подкидыш нашего класса! – воскликнул парень с распущенными черными волосами ниже плеч.
Компания резко вскочила и приблизилась ко мне, разместившись на передних партах. Они бесцеремонно вытолкнули других учеников с их законных мест, чтобы удобно устроиться впереди.
– Почему не здороваешься с одноклассниками? У тебя совсем нет манер? – раздался противный голос одной из девушек со стрижкой каре, выкрашенной в цвет спелой вишни. Прямая челка почти скрывала насмешливые глаза.
– Привет, – я старалась выглядеть равнодушной, – могу я пройти на свое место?
– А оно у тебя есть? – длинноволосый парень одарил меня издевательским взглядом, – Даже твое имя говорит, что тебе здесь не место.
Мне было известно, что слово «vita» с латинского языка переводится как «жизнь». Мои единственные познания в данной области. Когда узнала, что отправляюсь на остров, где почитают смерть, оценила иронию своего имени.
Я не нашлась с ответом и молча смотрела на задиру, стараясь прожечь его взглядом. Конечно, с моей чересчур безобидной внешностью это выглядело не так мощно, как бы хотелось. Длинноволосый парень нагло меня разглядывал, я последовала его примеру. Лицо одноклассника покрывало множество родинок. Они были разбросаны по всей коже, но при этом, казалось, составляли своеобразные созвездия. Россыпь родинок раньше считалась признаком удачи и богатства. Мне стало интересно, правдивы ли народные поверья.
– Отстань от нее, Феликс! – раздался звонкий голос позади меня.
Я обернулась и увидела девушку с черными дредами. Она стояла, поставив руки в боки. На ней была надета черная юбка в пол и короткий черный топ, оголяющий живот. Область вокруг пупка украшала мандала, нарисованная коричневой хной.
– Что ты сразу орешь? – поморщился Феликс, – На тебя же первой она и настучит своему родственничку.
– Я сейчас на тебя вообще настучу Шандору, если не угомонишься.
Угрозы девушки подействовали, и компания задир вернулась на задние ряды. Защитница взяла меня под руку и подвела к парте, стоящей у окна. Сама бросила сумку на стол и уселась на подоконник.
– Не обращай внимания на моего глупого братца! Он всегда ведет себя как придурок. Я постоянно прошу родителей признаться, что они его усыновили. Слишком мы разные.
– Спасибо, что заступилась за меня… – я сделала паузу в конце, так как не знала имени своей спасительницы.
– Меня зовут Аврора, – на лице девушки появилась еле заметная улыбка, – а ты Вита. Можешь не представляться, все и так знают твое имя.
– Это очень странно. Обычно все было наоборот, – призналась я. Аврора вызывала доверие, хоть и слишком много говорила. В класс зашел Арий, моя защитница махнула ему рукой, и он сразу же подошел к нам.
– Смотрю, вы уже познакомились, – сказал молодой человек.
– Да, у тебя не получилось прятать ее долго, – сказала Аврора и повернулась ко мне. В ее серых глазах отражалось утреннее солнце, – в день твоего приезда я тоже хотела показать тебе город, но Арий мне запретил. Сказал, что моя болтовня заберет у тебя все силы. Он такой жадина, никогда не хочет делиться чем-нибудь интересным.
– Я видела тебя на площади в тот день. Мне запомнилась твоя прическа, очень крутая, – улыбнулась я. Мне хотелось, чтобы Аврора стала моей подругой. А как быстрее всего расположить к себе девушку? Правильно, сделать комплимент ее внешности.
– Тебе, правда, понравилось? Спасибо большое. Видишь, Арий, люди с хорошим вкусом оценивают мои дреды и не говорят, что они похожи на червяков.
Арий закатил глаза, а Аврора продолжила что-то рассказывать своим звонким голосом. Я смотрела на нее с улыбкой, представляя, как, с ней, наверное, весело проводить время. Она напомнила мне Адриану. Думаю, они бы поладили. Вместе ходили бы по магазинам, кокетничали с продавцом мороженого и громко комментировали фильмы в зале кинотеатра, раздражая других зрителей. Мне очень хотелось подружиться с Авророй. Оторвавшись от своих мыслей, я поймала взгляд Ария. Он помотал головой, будто слышал, о чем я думала, и не одобрил этого.
– Расскажи о себе, – попросила девушка, – от Ария я добилась немногого. Он только сказал, что ты любишь совать нос в чужие дела.