Текст книги

Сборник
Тайна Воскресения

Тайна Воскресения
Сборник

А. Чернова

Сегодня мы впервые говорим о возрождении жанра «пасхального рассказа». Известные писатели, произведения которых представлены в сборнике, повествуют о Празднике праздников в новых красках, с необычной, неведомой прежде интонацией. Вы соприкоснётесь с уникальным историческим опытом и редкими пасхальными сюжетами. Познакомитесь с «героем нашего времени», не всегда праведным и безупречным, жизнь которого преображается, наполняется Чудом. Почувствуете аромат старинных городов и далёких стран. И вместе с авторами совершите удивительное паломничество, чтобы радостно, невзирая на расстояние и преграды, вновь воскликнуть вечные слова: «Христос Воскресе!»

Сборник

Тайна Воскресения

© Фонд «Традиция», 2019

Под небом радужным

Пасхальный рассказ: из прошлого в настоящее

Пасхальный рассказ – явление уникальное, задающее внутреннюю мелодию всей русской литературе. Лучезарное время, когда небо так близко, Царские врата открыты, и колокольный трезвон наполняет душу ликованием, красочно отражено в известных классических произведениях – от повестей Хомякова и Григоровича до рассказов Чехова, Лескова, Шмелева и Набокова. Ни в какой другой стране этот жанр не развивался столь ярко, стремительно и самобытно.

Это развитие было искусственно остановлено, прервано в советское время. Пасхальный рассказ оказался чем-то вроде антикварного предмета, спрятанного подальше, в темный пыльный сундук. Новые произведения уже не создаются и, тем более, не публикуются. Неужели не было даже надежды на возрождение?

И вот первая весточка после длительного молчания – сборник «Тайна Воскресения». В него вошли прозаические произведения современных писателей, священнослужителей и журналистов. Что же выяснилось? Жанр не только развивается, но и обретает новые, неведомые прежде, очертания. Тот духовный опыт, который пережил человек двадцатого века, изменил и стиль письма, и содержание самого рассказа. При этом некоторые общие особенности сохраняются. Как и в прошлом столетии, произведение может быть довольно обширным и разнообразным по теме, но в своей сердцевине обязательно содержит Пасхальное переживание и откровение. Происходит преображение героя, который встречается с подлинным чудом. Знаменательно, что само чудо подается не как фантастический элемент – взмах волшебной палочки – но как свойство обновленного мира. Наконец, важна и моральная составляющая. Как правило, Пасхальный рассказ поучителен, содержит четкие координаты добра и зла.

Проза такого характера представлена в главах «Здравствуй, новый день» и «Детская молитва». «Новый день» – в Евангельском смысле – наступает для человека в тот самый момент, когда под воздействием благодати он рождается для новой жизни. Сбрасывает ветхого человека, от земного – обращается к небесному и нетленному бытию. Глава открывается рассказами, действие которых происходит в старинные времена: в сербской деревушке XIV века у протоиерея Андрея Ткачева, в древнерусском Новгороде у Д. Володихина, в эпоху императрицы Елизаветы Петровны у К. Ковалева-Случевского. Во всех историях Праздник праздников определяет ключевые события жизни героев. Представлены в сборнике и произведения, которые могли появиться только сейчас, в наши дни. До революции подобных тем и сюжетов просто не существовало. Мы говорим про рассказы из главы «Листая старую тетрадь».

Ее открывает зарисовка Дениса Ахалашвили «Последняя Пасха». Герой задает себе вопрос: «А какой была для Государя и его семьи Пасха весной 1916 года»? Историческая тема продолжается отрывком из книги Бориса Ширяева «Неугасимая лампада». Автор вспоминает, как служили на Соловках Пасхальную заутреню. Разрешенную один-единственный раз.

Этот же исторический период, конец двадцатых годов, описывает Ирина Ордынская в рассказе «Монахини». Теперь действие переносится в Свято-Троицкий Александро-Невский женский монастырь, что в деревне Акатово Клинского района. Идут бесконечные проверки. Угроза так и довлеет над древними монастырскими стенами. Сестры понимают: возможно, еще совсем недолго им быть вместе. Возможно, впереди – их последняя Пасха…

Лейтмотивом многих произведений становится сюжет «Пройти в храм сквозь все кордоны». Например, в рассказе протоиерея Николая Агафонова школьница Вика идет на хитрость. Переодевается в старушку. «Она сгорбилась и под руку с мамой благополучно прошла в собор через все кордоны милиции и патрулей».

А ведь была еще Вторая мировая война, страшные реалии концлагерей. В одном из самых зловещих – концлагере Дахау – Пасху встречали песнопениями и молитвами. Облачения были сшиты из полотенец. Священники их надевали прямо на полосатые тюремные робы.

Думается, мы еще только на первых подступах к осмыслению темы, важнейшей для ХХ века: темы подвига новомучеников. Сегодня появляются произведения, в которых описываются не только внешние события, подробности допросов и приговоров – но и свидетельства подлинной любви и радости. Вершиной, доминантой, такой христианской радости, конечно же, становится Пасхальный день.

В главе «Самолетом-поездом» собраны путевые заметки и очерки. Писатели, наши современники, совершают паломничества в самые разные страны и города, подмечают праздничные обычаи, делятся своими чудесными историями. Молитвенный путь в Иерусалим читатель сможет совершить вместе с Владимиром Крупиным, а на Афон – с Юрием Воробьевским. Душевно и поэтично создается праздничная атмосфера в зарисовках Екатерины Моисеенко и Людмилы Семеновой

О многом задумаешься, прочитав очерк Александра Сегеня «Багдадское небо». Простой сирийский житель обретет веру, откажется от ислама, примет крещение. Эта история напоминает… судьбу серба, отказавшегося от ислама (XVI век), из рассказа протоиерея Александра Ткачева. Жизненные реалии меняются, но подвиг – всегда остается подвигом.

Человеку эпохи революций и мировых войн довелось пережить Христово Воскресение «на дне земного ада», что во многом расширило восприятие праздника. В привычную оппозиции жизни и смерти вплетается мотив сиротства и страдания, который преобразуется в победную ликующую песнь. Как замечательно точно сказал Борис Ширяев: «Не вечны, а временны страдания и тлен. Бесконечна жизнь светлого Духа Христова».

Так было всегда. И так будет.

    Анастасия Чернова, кандидат филологических наук

Размышления и воспоминания

Владимир Щербинин

Тайна Воскресения

Размышление иконописца

В православном богословии существует понятие Божественного мрака – то есть область абсолютной непознаваемости Всевышнего. Скажем, большинство евангельских событий и явлений можно описать земными словами и красками, в крайнем случае – притчами и образами. Но есть то, пред чем «недоумевает всяк язык» (Задостойник Богоявления) и человеческий ум, – например преславное Воскресение Господа и Спаса нашего Иисуса Христа.

Начнем с того, что для всех великих церковных праздников написаны иконы, а для Воскресения – нет, хотя это «праздников праздник и торжество есть торжеств» (ирмос 8-й песни Пасхального канона). На саму Пасху и в обычные воскресные дни на середину храма выносится икона «Сошествие во ад», но по сути это образ Субботы Благословенной, а не Воскресения. Ведь, по церковному преданию, Господь сошел в преисподняя земли в день субботний накануне Своего Восстания.

Сошествие во ад. Икона

Часто можно услышать, что образ жен-мироносиц, пришедших к месту погребения Христа и обретших камень, отваленный от Гроба, а также ангела, сидящего на камне сем, – тоже образ Воскресения. Поэтому некоторые художники-иконописцы изображают на этой иконе, кроме жен, ангела и спящих воинов, еще и ходящего среди оливковых деревьев Спасителя. Но это всего лишь художественное самочиние. Другие считают, что иконы «Уверение Фомы» и «Явление Луке и Клеопе на пути в Эммаус» – тоже образы Воскресения. Однако эти события случились уже после самого Воскресения Христова и могут быть скорее названы Деяниями Воскресшего Спасителя. Иногда в пример приводят изображение Христа в белых одеждах, грядущего со знаменем в руках, как победителя. Но это всего лишь появившееся не ранее XVIII века заимствование из католической религиозной живописи, которое не имеет ничего общего с православной иконописной традицией.

Отсутствие изображения и словесного описания Воскресения Господа и Спаса нашего Иисуса Христа не случайно. Это и есть тот Божественный мрак, великая и сокровенная тайна, которую не описать никакими средствами и перед которой можно только предстоять в смиренном молчании, с величайшим благоговением и трепетом.

Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)

О силе пасхальной молитвы

В пасхальные дни мы приветствуем друг друга словами: «Христос Воскресе! Воистину Воскресе!» Дай Бог, чтобы эти святые слова всегда жили в нашей памяти и стали неизменной частью повседневной духовной жизни. Дай Бог, чтобы эта молитва не внешним ликованием и не только в светлые Пасхальные дни звучала в нашем сердце, но была глубинной убежденностью в будущем воскресении. Будем помнить, что «смерть есть к жизни приближение, к жизни той, где смерти нет».

Уверение апостола Фомы. Икона

Преподобный Никодим Святогорец считает, что молитва «Христос Воскресе! Воистину Воскресе!» способна избавить человека от уныния и безнадежности, от духа безверия. Дай Бог, чтобы эти святые слова были на наших устах в момент радости и в момент испытаний, в момент скорби, и в момент ликования. Чтобы в непростой момент перехода человека в вечность эти слова стали тем якорем, за который бы мы ухватились. И ладья нашей души не поколебалась бы в этом бушующем мире, а привела нас к той пристани, которая называется «Царствие Божие». В это Царствие Божие входят те люди, которые всем сердцем, всей душою, всем своим помышлением верят во Христа Распятого и во Христа Воскресшего, для которых слова «Христос Воскресе» являются смыслом их бытия и веры.

О чудотворной силе пасхальной молитвы свидетельствует случай, о котором рассказал митрополит Истринский Арсений, помощник Святейшего Патриарха Кирилла и его правая рука. Однажды в Пасхальную седмицу в Патриархии раздался звонок. Митрополит Арсений снимает трубку и слышит:

– Это Патриархия? Срочно позовите Патриарха.

– А может кого-нибудь поменьше? Я его помощник, вроде я к нему тоже отношение небольшое имею.

– Вы знаете, это звонят из 64-й больницы. У нас здесь привезли человека при смерти, без сознания, без паспорта. Мы вам звоним, потому что он уже вторые сутки бормочет, не приходя в сознание: «Христос Воскресе! Воистину Воскресе! Христос Воскресе! Воистину Воскресе!» Что нам с ним делать?

Владыка отвечает:

– Вы обратитесь в ближайший храм, пусть придет батюшка. И если есть хоть какая-то возможность, то его надо причастить, если он в сознании.

В это время раздается звонок от Патриарха:

– Владыка, я Вас уже десять минут жду на обед. Вы что, забыли?

– Ваше Святейшество, бегу!

Приходит он к Патриарху, все уже сидят за столом и спрашивают его, почему он так задержался. Владыка Арсений рассказал о звонке из больницы, о человеке без паспорта, судя по всему, бомже, который в бессознательном состоянии все время повторяет: «Христос Воскресе! Воистину Воскресе!».

Патриарх выслушал его и говорит:

– Владыка, поезжайте в больницу сами и разберитесь в этой ситуации. Если что-то надо сделать, все возьмите на себя.

Когда владыка Арсений приехал в больницу, ему сообщили, что человек, непрестанно повторявший пасхальную молитву, отошел ко Господу. И попечением владыки Арсения безымянный бомж был отпет и погребен по христианскому обряду, похоронен на церковные деньги. Вот как в последние минуты эта молитва сподобила его благословения Патриарха, христианской кончины, отпевания, погребения и поминания его Церковью, иже веси судьбами, с именем, которое знает Господь. Так идущая от сердца молитва может внести в нашу жизнь незримую, но реальную помощь Божию.

Расскажу еще одну поучительную историю о великой спасительной силе пасхальной молитвы «Христос Воскресе!» К одному священнику приходит бабушка-соседка и просит исповедовать и причастить ее мужа, который давно болен раком. Священник в изумлении: «Как же так? Ведь Иван Петрович человек безбожный. Он же последний человек в нашем подъезде и возмутитель спокойствия. Его трезвым никогда не видели». Бабушка отвечает: «За время болезни он изменился, высох весь, успокоился, крылышки опустил, его теперь и не узнать. Он сам попросил позвать батюшку».
this