![Кошмар на улице дачной](/covers_330/49550939.jpg)
Полная версия
Кошмар на улице дачной
От страха Шура сжалась в совсем крохотный комочек, но тут же с облегчением перевела дух. Это был человек. Ребенок. А если точнее, Алина. Девочка с соседней улицы, ровесница Шуры и Насти, но за отчаянный характер уже вхожая в компанию старших.
Но почему Алина так поправилась? Живот у Алины был круглый, майка туго натянулась, обтягивая надувшееся пузо. Казалось, что у Алины под майкой спрятан мяч. Но только это был довольно увесистый мяч, потому что Алина несла его, откинувшись назад всем телом для сохранения равновесия и поддерживая живот руками. Из того места, где полагалось быть пупку, у нее торчал какой-то шпенек вроде антенны. Шуре было очень интересно, но она сочла за благо не приставать к Алине с расспросами, потому что характер у той был еще тот, могла и врезать, если ей что-то не понравится.
Шура дождалась, когда Алина со своей ношей утопает прочь, и благополучно добежала до дома Полины. Постояла пару минуточек, коря себя за то, что не предупредила Полину о том, что планы снова изменились. Вот будет фокус, если Полина уже ушла или пойдет только через час-полтора. Что же Шуре все это время тут и торчать?
Но не успела Шура так подумать, как дверь дома Полины тихонько приоткрылась, и она собственной персоной появилась на пороге. Молча скользнув к Шуре, она порывисто ее обняла. На лице Полины сияла улыбка. И Шура ухмыльнулась в ответ, хотя до сих пор еще и сердилась на себя за глупую выходку – что за бред, удирать из дому по ночам, – и еще больше сердилась она на Полину, которая ее к этому подтолкнула.
Глава 2
Наобнимавшись и наулыбавшись, Полина спросила:
– Ну что? Идем? Или Настя тоже придет?
Шура пожала плечами. Настроение у нее снова резко пошло вниз. Признаваться не хотелось, но мишка Тедди с кровавыми лапками, сжимающими здоровущий молоток, здорово ее пугал. А Полинке хоть бы хны. Вот тебе и младше на два года. Пожалуй, через пару лет Нелька с Лолиткой сами будут зазывать Полинку к себе в компанию. А вот на Шуру с Настей они даже и не посмотрят.
– Полинка, ты уверена, что нам нужно идти?
– Конечно! – Глаза у Полинки горели. – Это же так интересно! Пошли!
Шура несколько раз глубоко вздохнула. В конце концов, что тут такого уж страшного? Если вооружиться хотя бы палкой или камнем, то вдвоем они с игрушечным мишкой точно справятся. Да и идти не так уж далеко. Всего-то и нужно перейти дорогу и войти в заросли, в которые превратилась полянка напротив дома Полинки. Глядя на эти заросли, Шура неожиданно вспомнила:
– Я только что видела Алину.
– А чего ей тут было нужно? Тоже хочет мишку караулить?
– Вряд ли. Она что-то несла вон оттуда.
– И что это было? – полюбопытствовала Полина.
– Она прятала его под майкой. Но это было что-то большое, круглое и тяжелое.
Полина поразмыслила и сказала:
– Наверное, это была тыква.
– Тыква?
– Ну да. Там у тети Лены на огороде растет несколько тыкв. Тетя Лена приезжает только на выходные. И во вторник я видела, как Алинка на ее огороде одну тыкву дергала, пытаясь оторвать от стебля. Кажется, ей это удалось, потому что самой большой тыквы там больше нет. Но зато остались несколько поменьше. Какого размера было то, что прятала Алина?
Шура показала.
– Правильно! – обрадовалась Полинка. – Примерно такие там и остались. Значит, Алина не унялась, сперла еще одну тыкву. Бедная тетя Лена, вот ей будет сюрприз, когда она приедет на выходные, а все ее тыквы тю-тю, испарились.
Полинка еще немного подумала и произнесла:
– Одного не пойму, зачем Алине тыква? Она вообще овощи не ест. Принципиально.
– И картошку?
– Картошку ест. И еще помидоры и огурцы. Но брокколи не ест, кабачки не ест, свеклу не ест, капусту не ест…
– Хватит, я уже поняла принцип.
– В общем, тыкву себе для еды Алина тырить бы никогда не стала, она ей явно нужна для какой-то другой цели.
На мгновение Шуре показалось, что Полинка сейчас предложит забыть про мишку и заняться слежкой за Алиной, но Полинка сдержалась. Все-таки она была очень цельная натура.
– Пошли, – сказала она. – Полночь скоро. Самое время для поимки злых духов. Сейчас для них самое раздолье.
– Подожди, мы же с тобой собирались следить за мишкой?
Полинка хмыкнула:
– А ты думаешь, что обычный игрушечный мишка может вытворять такое? Да ни в жизнь! В эту игрушку вселился злой дух. Хотя бы вспомнить, как он у меня появился!
– И как?
– Вечером его еще не было, а утром он уже сидел на развилке дерева у нас перед домом. На нем был ошейник, а на ошейнике была прикреплена записка. Я тебе про нее не говорила, чтобы слишком сильно не пугать.
Шура считала, что сейчас не самое подходящее время, чтобы начинать, но все же пролепетала:
– Какая еще записка?
– В ней была всего одна строчка. «Я заберу твою жизнь!»
– Ой! Полинка!
Шура невольно задрожала. Хотя она и считала, что Полинка это все нарочно придумывает, чтобы попугать их посильнее, но на минуточку Шура испугалась.
– Перестань!
– Бабушка сразу же забрала у меня эту записку и выкинула, – хмуро произнесла Полина. – И никто мне не верит, что в эту игрушку вселился злой дух. Но ничего, я им всем докажу. Мы с тобой докажем!
Меньше всего на свете сейчас хотелось Шуре кому-то что-то доказывать. Но Полина уже скрылась в зарослях кустов, где в развилке рябины обитал мишка. Сейчас его тут не было. И у Шуры вырвался вздох облегчения. Полина его услышала и тут же сказала:
– Не расслабляйся. Если его нету – значит, он отправился на промысел.
– Какой еще промысел?
– Добывает себе человеческие жизни. Ничего, к утру должен появиться. Все злые духи могут шастать до первого луча солнца или до первых петухов. Главное, чтобы он нас не заметил до того, как пропоют петухи. А то поймет, что мы за ним специально следим, и тогда заберет наши жизни себе!
Шура рассердилась. Нет, определенно Полинка переигрывает. И в отместку Шура рассказала Полине о том, что услышала сегодня от тети Иры. Но к ее удивлению, Полинка и не думала пугаться. Совсем даже напротив. Глаза у нее сверкали от восторга.
– Так это же он! Наш Тедди!
– Что?
– Он их всех и убил! Все эти люди погибли при невыясненных обстоятельствах. Преступников не поймали, потому что их и не было. Эти убийства – дело рук нашего мишки.
– Полина, хватит! – взмолилась Шура. – Не знаю, зачем я пришла, но точно не для того, чтобы слушать всякие глупости. Я хочу, чтобы ты убедилась, игрушечные мишки не могут ходить с молотками и тем более причинять кому-то вред. Это просто игрушки. У них внутри мягкая набивка и ничего больше. А ты не хочешь это признавать, все время выдумываешь что-то нелепое.
– Т-с-с!
Полина прижала палец к губам. Теперь на ее лице отчетливо читался страх.
– Тише! – прошептала она. – Сюда кто-то идет.
Шура открыла рот, чтобы велеть Полине заткнуться, но внезапно тоже услышала медленные тяжелые шаги.
– Топ-топ-топ!
Потом перерыв, словно бы идущий останавливался, чтобы передохнуть, потом снова раздалось мерное: «Топ-топ-топ!»
Полинка тихонько взвизгнула и схватила Шуру за руку. Ладонь у нее была холодная, но Шура и сама заледенела настолько, что просто не почувствовала этого. Это «топ-топ-топ» буквально завораживало девочек. У них не было сил, чтобы двинуться с места, бежать или предпринять какие-то меры для своего спасения от этого жутко страшного «топ-топ-топа» в ночи. Они так и сидели, вцепившись друг в друга, а шаги между тем приближались к ним.
– Он идет сюда.
– Я слышу.
Сначала шаги были слышны на дороге. Но после очередной передышки стало ясно, что издающий эти «топ-топ-топ» свернул с дороги и идет к ним! Никогда раньше Шура не испытывала такого сильного страха. Ей казалось, что она не умирает только потому, что просто не в состоянии сейчас что-то предпринять. А шаги все приближались и приближались.
– Я сейчас умру, – прошептала Полинка. – Честно.
Девочки думали, что хуже уже быть не может. Но когда ветви кустов раздвинулись и в их убежище шагнул кто-то огромный и лохматый, все прежние страхи показались сущей забавой. Завизжав так, что у самих заложило в ушах, девчонки ринулись наутек. Кусты – не кусты, трава – не трава. Бежали, падали и орали. Вскакивали, бежали и снова кричали.
Вопили они так истошно, что переполошили своими криками жителей всех окрестных домов, которые выскочили на улицу, чтобы узнать, что же такого случилось у них в поселке.
– Там! Там! – заходилась в истеричных возгласах Полинка. – Там мишка! Тедди! Большой! Лохматый! Он ожил! Честное слово! Пришел за нами с молотком.
– Полина, хватит! – возмутилась тетя Ира. – Ты уже всем надоела со своими россказнями.
– Но он там!
– Мне уже Настя рассказывала, сколько ты выдумываешь.
– Клянусь! Почему вы мне не верите!
Пока все взрослые пытались вразумить Полину, объяснить ей, что шуткам тоже должен иметься предел, Шура размышляла, как бы ей потихоньку свалить отсюда. Ее собственные родители пока что отсутствовали. Видимо, они либо не услышали крики за окном, либо спутали их с криками из телевизора, а может быть, были увлечены чем-то еще другим. В любом случае их, на счастье Шуры, тут не наблюдалось. И Шура уже начала потихоньку отступать, как ее ухватила рука тети Иры.
– Вот и Шурку в свои байки втянула, – продолжала выговаривать она Полине. – Настя мне рассказывала, как ты пыталась подбить девочек отправиться с тобой ночью на дежурство. У моей Насти ума хватило сказать тебе нет. А вот у Шурки, как я погляжу, до сих пор ветер в голове гуляет.
Шура возмутилась. Но не слова тети Иры заставили ее покраснеть от гнева, разозлило ее поведение Насти. Ну не захотела ты пойти ночью, так зачем же взрослым об этом рассказывать? Получается, что Настя их с Полинкой попросту сдала.
– Полина говорит правду. Там кто-то был, – пробормотала Шура. – Страшный. Медведь или кто, но посмотрите сами, если не верите.
– И посмотрим. Показывай, где этот тип?
У Шуры дрожали ноги, когда она вела взрослых к зарослям напротив дома Полины. Сама Полина заявила, что даже под страхом смерти не сунется туда снова. Поэтому она держалась на безопасном расстоянии позади всех, цепляясь за руку своей бабушки, которая была почти единственной среди взрослых, кто не осуждал Полину и, кажется, даже не считал ее россказни выдумкой.
Каково же было недоумение Шуры, когда на полянке никого не оказалось.
– Ну? И где же тот, кто тут был?
– Я не знаю.
– Ах, не знаешь! – торжествующе воскликнула тетя Ира. – А я тебе скажу, почему ты не знаешь! Потому что тут никого и не было.
– Был! – топнула ногой Шура.
– Нету тут никого!
– Сейчас нету, но был!
– Вам в темноте что-то такое показалось, а вы его и приняли за чудище, – примирительно засмеялась тетя Ира. – Эх, вы, глупенькие! Зря только столько людей переполошили.
Вроде бы она уже не сердилась. И никто вокруг не сердился. Все были рады, что с девочками ничего не случилось, тревога оказалась ложной. Но Шура не считала, что все так просто.
– Он тут был! – твердо произнесла она. – Мохнатый и с молотком.
– Кстати, про молотки, – оживилась тетя Ира. – Мой старик третий день свой молоток найти не может. Хороший такой, советский еще инструмент, он к нему привык. Ручку даже специально для него знакомый выточил, красивая такая получилась, в форме стебля бамбука, чтобы держать удобно руке было. Дорогие соседи, никому из вас он его не давал?
Все отрицательно покачали головами.
– Можно бы новый купить, но, во-первых, качественный инструмент нынче стоит дорого. А во-вторых, дед к своему привык. Ходит как в воду опущенный. А куда сунул, не может вспомнить. С вечера хотел поработать с ним, в саду к забору планку прибить нужно. Глянь, а молотка на его обычном месте и нету. Весь сарай с инструментами перевернул, нету. В доме искал, кавардак мне форменный устроил, нету. В саду с металлодетектором прошелся, думал, может, обронил где. Так разной всячины нашел ведра два, секаторы, ножницы, проволоку, трубы… Пятак медный павловский! Представляете, нашел монету 1801 года. И откуда он у нас во дворе взялся, понять не могу. А молоток этот как корова языком слизнула.
Взрослые заслушались тетю Иру и начали потихоньку продвигаться в обратном направлении. Но Шура не могла этого допустить. Если сейчас все уйдут, то этот ужас, который ей довелось пережить всего считаные минуты назад, так и останется с ней навсегда. Надо было разобраться, что это за тип в мохнатой шкуре бродит по округе.
– Стойте! – воскликнула она. – Он был тут. И он до сих пор где-то рядом. Его надо найти.
Взрослые остановились. На их лицах явственно читалась досада. Вот упрямый ребенок! Никак не угомонится. Дрожащими руками Шура включила фонарик на своем смартфоне. Как хорошо, что родители подарили ей новенький гаджет. В прошлом аккумулятор был таким дохлым, что фонарик нечего было и мечтать включить. А тут пожалуйста, свет яркий, светит сильно. Вот только мохнатой личности даже он высветить не мог.
– А это что такое? – внезапно ахнула тетя Ира. – Деточка, посвети вон туда. Да не туда, дурочка. На столик свети!
Шура послушно стала светить на столик. В зарослях у них была оборудована самодельная игровая площадка. Стоял зонтик, пара стульчиков, лавочка и столик. Собственно, это был всего-навсего пень, на который бабушка Полины положила квадратный кусок пластика. Он и служил столиком. Но сейчас на этом столе лежал какой-то предмет, который и привлек внимание тети Иры.
– Это же наш молоток! – воскликнула она. – Тот самый, который мой старик сбился с ног искать! А он тут все это время лежал! Это вы, негодницы, его стянули!
Шура с Полиной дружно возразили.
– Не брали мы у вас ничего.
Но тетя Ира им не поверила.
– Ну да, рассказывайте еще! Вот она, улика! Неопровержимая.
И она показала девочкам молоток.
– Еще испачкали его в чем-то. Что это? Краска?
И она принюхалась.
– Не пойму что-то.
Шура подавленно молчала. Но не обвинения тети Иры так на нее подействовали. Ей было страшно от того, что она узнала этот молоток. Именно он сопровождал таинственные появления мишки Тедди. Молоток то появлялся, то исчезал вместе с оставленными мишкой угрожающими записками. И теперь Шура была окончательно сбита с толку. Что же? Мишка существует? Ночью они с Полиной его видели. И он появился со своим излюбленным оружием – молотком. Но с другой стороны, тетя Ира утверждает, что молоток принадлежит ее мужу. Так что же, дядя Саша и мишка Тедди связаны друг с другом?
От всех этих мыслей голова буквально шла кругом. Но Шура упорно продолжала светить вокруг себя. И внезапно увидела за кустом темную кучу. Взвизгнула, снова всех напугала и подверглась за это критике. Но Шуре было уже все равно.
– Там! Там! Он там!
Надо отдать должное тете Ире, вперед двинулась именно она. Остальные взрослые не то чтобы испугались, но все же как-то замешкались. А тетя Ира без всякого страха направилась к кустам, раздвинула их и извлекла оттуда…
– Шуба! – растерянно произнесла она. – Смотрите-ка, дорогие соседи, вполне приличная еще шуба валяется. Кто же ее сюда принес?
Остальные тоже подошли поближе, чтобы изучить трофей, который достался тете Ире.
– Чья шуба-то? Девчонки, признавайтесь. Молоток вы у моего Саши стянули, это мы выяснили. А шубу у кого взяли?
– Это не мы! Это он в ней пришел! Тот! С молотком!
– Кто? Медведь ваш? Это какого же роста он должен быть? С человека? Таких игрушек не делают!
Полинка с Шурой сконфуженно молчали. И впрямь, их мишка был велик для игрушки, но все-таки никак не такой большой. И как же они сглупили! Вот уж правда, у страха глаза велики.
Тетя Ира между тем продолжала щупать шубу.
– Я в мехах разбираюсь, – бормотала она при этом. – Несколько лет на пункте приема пушнины проработала. Какие шкурки через нас на экспорт проходили, вы бы видели! Норка! Каракульча! Соболь!
– А это за что мех?
– Это мутон. Полированный мутон. Очень теплая шуба. И знаете, у кого-то я похожую видела.
Тетя Ира была человеком общительным. Любила водить гостей к себе, любила ходить в гости сама. Частенько и напрашивалась в гости без всякого стеснения. И поэтому не было ничего удивительного в том, что тетя Ира могла видеть у кого-то дома эту шубу.
– Где же я ее видела? – хмурила она лоб. – Батюшки, да у Риты и видела!
Кто такая Рита? Все с недоумением переглянулись.
– Бедная Рита хромоножка.
Теперь все закивали головами. А Шура с Полиной тоже поняли, что речь идет о матери Павлика. Она одна на всю округу прихрамывала на правую ногу, результат какой-то давней, еще детской травмы.
– Как же ее шуба тут оказалась? Кто-то ее унес! Надо вернуть женщине ее имущество, а то она, наверное, переживает.
Шура про себя подумала, что будь у нее сын и шуба и случись им обоим пропасть, то она бы все-таки переживала за сына, а про шубу и думать бы не думала. Но тетя Ира, видимо, считала иначе.
– Как не стыдно! – повернулась она к девочкам. – У человека горе, а вы еще шубу у нее стащили! Это вам разве игрушки? Дорогая вещь!
Шура снова про себя подумала, что дорогие шубы на дачи не везут. Сюда везут все, что морально устарело, вышло из моды, но еще целое, теплое и годное для носки. Тут вещи потом и донашивают. А если шуба хорошая и дорогая, то ей место в городской квартире. Или мать Павлика привезла сюда эту шубу именно с целью ее хранения? Ведь она все лето проводит на даче, в городской квартире никого, воры могут залезть туда и украсть шубу. Но с другой стороны, как выяснилось, дача в этом плане тоже не была застрахована от воров. Ведь шубу кто-то украл. А потом таскался в ней по поселку и сбросил, когда девчонки подняли шум.
Теперь Шуре было очень стыдно. Как они с Полинкой могли быть такими глупыми! Решили, что их преследует ополоумевший мишка Тедди в то время, как это был какой-то человек. Судя по тяжелым шагам, мужчина. Но зачем мужчине брать женскую шубу? И кто это мог быть?
Тетя Ира забрала шубу к себе домой, сказав, что завтра же вернет ее хозяйке.
– А ты, Шура, еще раз выкинешь что-либо подобное, я пойду к твоим родителям с разговором! И не приходи больше к Насте. Я не разрешаю ей дружить с воровками и хулиганками.
Про Полину ничего не было сказано, то ли потому, что тут стояла ее бабушка, которая, при всей своей интеллигентности, тоже могла постоять за внучку, то ли потому, что Полину тетя Ира считала слишком ничтожной, чтобы вообще ее замечать. Все давно ушли, а Шура так и стояла, оплеванная, униженная и возмущенная до глубины души.
Полинка подошла поближе к Шуре.
– Не огорчайся.
Но как тут было не огорчаться? Шуре очень нравилось дружить именно с Настей. Это была ее лучшая подруга. Шура надеялась, что они вместе проведут долгие счастливые годы, и вдруг такой блямс! Им запрещено играть вместе. И ладно бы Шура что-то такое нехорошее сделала, но она ровным счетом ни в чем не была виновата. А тетя Ира обозвала ее воровкой, хулиганкой и обещала поговорить с ее родителями. Было от чего прийти в отчаяние.
Полинка потянула Шуру за руку:
– Я помогу тебе доказать, что ты говорила правду.
– Как?
– Смотри, что мы нашли с бабушкой.
Шура нехотя взглянула. Что там еще придумала неугомонная Полинка? Может, лучше и не смотреть? А то от ее затей одни неприятности. Но в руках у Полины ничего не было. Она указывала куда-то на землю.
– Там след!
Шура наклонилась и отчетливо увидела в мягкой земле отпечаток мужского ботинка. В том, что этот след оставил именно мужчина, сомневаться не приходилось. Такого размера лапы могли быть только у мужчины.
– Вчера его еще не было. И даже сегодня вечером не было. Он появился позднее… Ночью!
– Мало ли, кто это мог быть.
– Бабушка говорит, что он шел по дороге, потом свернул сюда к нам. И он очень высокий. И тяжелый.
– И как она это поняла? – поинтересовалась Шура, хотя вначале и дала себе зарок не вступать с Полиной ни в какие разговоры и, вообще, держаться от нее подальше.
Но Полинка тут же в ответ затараторила, и было невозможно ее не слушать.
– По глубине, с какой нога вошла в землю. И по ширине шагов. Один его отпечаток тут, следующий вон где! Это был крупный мужик! Вооруженный молотком! В шубе для маскировки!
У шубы был большой отложной воротник. Если его поднять, то лицо надевшего шубу человека полностью скрывал мех. Поэтому девчонкам и показалось, что на них идет не человек, а медведь. А богатое воображение подкинуло им идею с ожившим мишкой Тедди, которого они и караулили.
Шура пожала плечами.
– Ну, допустим. И что с того?
– А в поселке уже который год случаются убийства. Я слышала, как взрослые между собой говорили. И преступника до сих пор не поймали. Это может быть делом рук маньяка!
Шура похолодела окончательно. Глаза Полины горели неуемным азартом. Как же Шуре хорошо был знаком этот блеск! Он всегда являлся предвестником большой суматохи и суеты. Было ясно, что у Полины в жизни появилась новая цель. Маньяк! Забыв про жалкого мишку Тедди, Полина была готова с головой окунуться в новое приключение. А ловля опасного маньяка в представлении Полины именно таким приключением и была.
Глава 3
На другое утро Шура проснулась от звуков голосов. Ей показалось, что она слышит голоса родителей, а также тети Иры и еще чей-то голос. Выглянув в окно, она убедилась, что все ее самые худшие подозрения полностью оправдались. Тетя Ира о чем-то рассказывала родителям, возбужденно размахивая руками. Было ясно, что тема весьма животрепещущая, потому что подтянулись и другие соседи, которые также участвовали в разговоре.
В полной уверенности, что тетя Ира сдержала свое слово и заявилась, чтобы ябедничать родителям на поведение их дочери, Шура отошла от окна. Мелькнула мысль вовсе сбежать из дома или хотя бы затеряться до вечера. Но потом Шура пересилила этот малодушный порыв и ограничилась тем, что забралась в кровать и накрылась одеялом с головой. Всё! Она спит! Если маме захочется отругать свою дочь, то ей сначала придется подняться на второй этаж!
Но мама что-то мешкала. Тетя Ира уже давно отправилась дальше, все соседи разошлись, а мама все не спешила идти к Шуре. И в конце концов той надоело валяться в кровати, да и завтракать хотелось все сильнее. И почему родители не подают голоса? Что это за странная новая тактика воспитания ребенка? Они что, делают вид, что Шуры вовсе нету на свете? Ну, этот фокус у них не пройдет!
И спрыгнув с кровати, Шура оделась и решительно отправилась вниз. К ее удивлению, родители ее и не думали завтракать или как-то заботиться о том, чтобы этот завтрак вообще появился на столе. Они сидели и разговаривали друг с другом. Лица у них были встревоженные. И стоило им увидеть Шурку, как они тут же замолчали. А мама и вовсе сделала удивительную штуку. Подошла к Шуре, без всяких предисловий крепко ее обняла, поцеловала в макушку, а потом долго не выпускала из своих объятий, словно Шурка была вернувшимся с полюса полярником.
– Мама, ну чего ты, мама! Что случилось?
– Ничего. Просто я рада, что ты тут, рядом со мной.
И мама отпустила Шуру и принялась наконец готовить завтрак. Инициатива тут же перешла к папе, который и усадил Шуру напротив себя.
– Нам с тобой надо поговорить очень серьезно, Шуренок.
– О чем, папа?
– Ты уже девочка взрослая и во многих вещах, спасибо интернету, от которого мы тебя не можем никак отвадить, разбираешься лучше нас с матерью. И в этом мире есть люди, которые… ну, не очень хорошие.
– Я знаю, папа.
– И очень часто случается, что не всегда этих людей можно так сразу вычислить.
– Понятно.
Шура ждала продолжения, но отец отчего-то смутился и замолчал.
– В общем, играйте с девочками только на нашей улице, а больше никуда не ходите.
– А в магазин?
– Нет.
– На озеро?
– Нет.
– А хотя бы к Полине можно в гости сходить?
– Я же сказал, – необычайно резко произнес отец, – играйте на нашей улице. Чтобы мама могла все время тебя видеть.
Шура была в недоумении. Это не было похоже на наказание. Родители не ругались за то, что Шурка ночью удрала из дома. Похоже, они про это вообще не знали. Значит, тетя Ира не рассказала им про события этой ночи? Но тогда зачем она приходила?
– Я видела, к нам бабушка Насти приходила.
Но и это не помогло ей разговорить родителей. Мама сделала вид, что страшно увлечена приготовлением манной каши. А отец нарочито громко завел разговор про погоду, которая сегодня еще ожидалась умеренной и теплой, а вот завтра прогноз уже обещал грозы и штормовой ветер, а за ними и похолодание, которое должен был принести ветер из Арктики.
– В Европе жара, все горит, температура бьет рекорды исторических максимумов. Теплый воздух от них вытесняет холодные слои в Арктике, и их задувает к нам. Утепляй свои огурцы, Эля.