Вячеслав Владимирович Шалыгин
Лучшая защита

Лучшая защита
Вячеслав Владимирович Шалыгин

Воины звезд #2
Перед спецгруппой военных разведчиков поставлена задача – во что бы то ни стало найти на планете Айрин оружие массового уничтожения, чтобы оправдать превентивную миротворческую акцию, проводимую правительством Объединенных Наций против одной из своих колоний. Истинные причины маленькой победоносной войны известны, пожалуй, только президенту и госсекретарю. А майору Фирсову и его людям остается только искать ракеты. Даже если их нет и никогда не было. Но слишком хорошо делать свою работу – значит искать неприятностей на свою... голову. То, что находят разведчики, оказывается опаснее самого современного оружия...

Вячеслав ШАЛЫГИН

ЛУЧШАЯ ЗАЩИТА

Основано на реальных событиях

Пролог

Капитан Демандгеро сделал шаг назад и полюбовался на свою работу. Замок был расположен достаточно высоко, чтобы до него не дотянулся какой-нибудь случайный путник. Капитан забросил на плечо контейнер с поклажей и направился к выходу из тоннеля. Да, все сделано правильно. В этих горах наследие правителя будет в полной безопасности. И пусть в метрополии сменяются династии, бушуют внутренние войны и льется кровь. Тайник не отыскать ни карленам, ни споленам. Никому, кроме самого Демандгеро. Такова была последняя воля Старца, свергнутого правителя Шевно, и капитан ее исполнил. Теперь он свободен от клятвы и может идти куда угодно. Выбор путей небогат, ведь корабль погиб, но и на этой планете можно вполне прилично устроиться, чтобы провести остаток дней в сытости и удовольствиях. Жаль, пришлось оставить в тайнике оружие и механических помощников. С ними можно было запросто стать правителем этого захолустья. Впрочем, это несложно сделать и без них. Дикий мир, примитивные существа, подчинить их могучей воле избранного богами будет легко. Демандгеро остановился на выходе из тоннеля и глубоко вдохнул чистый горный воздух. Конечно, здесь скучновато, но опорой для духа послужит надежда. Один шанс из тысячи, однако он вполне реален. Личный маяк настроен на гиперчастоты династии Шевно. Если братья по крови победят, они обязательно придут на помощь. Они разыщут эту затерянную на краю галактики планету. Разыщут и воздадут хвалу храброму отшельнику, сохранившему сокровища. Это обязательно произойдет. Рано или поздно. Пусть через тысячу лет, но произойдет…

Капитан Демандгеро поправил поклажу и направился вниз по склону, густо поросшему молодыми деревцами…

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Старший следователь Генеральной прокуратуры Руперт Ульрих никогда не просыпался так рано. Он и сегодня предпочел бы проваляться в постели до последнего, но будильник был особенно настойчив. Он будто чувствовал, что хозяину не следует залеживаться. А может, и знал это. Ульрих поморщился, пытаясь вспомнить, не давал ли трезвонящему извергу особо ценных указаний насчет сегодняшнего утра. Вроде бы ничего такого. Не до того было. Завалился вчера как обычно, без четверти три и в состоянии слабого алкогольного опьянения. Тьфу, зараза, даже не думается уже по-человечески. Поддатым уснул, пьяненьким в зюзю. Вот так-то лучше. А всякие там «состояния» пусть катятся к чертям! На работе, господин следователь, на работе «состояния», а в личной жизни все должно быть без протокола. Иначе совсем сдвинуться можно. И так голова кругом, если еще и дома о проклятых делах думать, обеспечен прямой путь в психушку. Ульрих нехотя откинул одеяло и почесал огромный волосатый живот. Будильник пропищал тревожную мелодию. Это означало, что хозяин уже опаздывает на службу. Руперт оценил выбранную прибором мелодию. Полифония полная, но неубедительная. Звуковых панелей в спальне не было, и приборчик пользовался собственным динамиком. Получалось нечто неопределенное: то ли трансляция симфонического концерта по водосточной трубе, то ли предсмертный вздох выброшенного в окно мультицентра. Руперт представил, как музыкальный блок домашнего компа стремительно уменьшается в размерах, а отсветы из окон нижних этажей делают его полет фрагментарным. Тридцать этажей до асфальта, двадцать, десять… Музыка истошно воет, но с высоты сорок четвертого ее голос уже едва различим. Он даже слабее и тоньше, чем у проклятого будильника. И вот – бац!

Ульрих перевалился на бок, сел, спустил ноги на пол и нащупал тапку. Разрушительная фантазия его почему-то взбодрила. Правда, не избавила от жажды и головной боли.

– Но первый кандидат в летчики – это ты, – погрозил он толстым пальцем будильнику.

Вряд ли тот испугался. Просто замолчал. Хозяин встал, а значит, свою программу приборчик отработал.

– Выслужился перед начальством? – проворчал Руперт. – Будильник, а туда же. Вот заменю вас всех одним новым компом, будете знать…

Угроза была формальная. Сменить электронную начинку жилища следовало еще прадеду Руперта, но ему и всем последующим Ульрихам было удобно и так. Какая разница, сколько в доме приборов и подключены ли они к «гипернету», если и без того все работает и вполне соответствует потребностям хозяина? Системный комп-администратор, конечно, ныл и упрашивал Руперта модернизировать берлогу, хотя бы из соображений пожарной безопасности, но Ульрих был глух к его мольбам. Тратить свои кровные на железки? Сумасшедший он, что ли? На выпивку еще куда ни шло, но на новый комп – дудки. Пусть будет отдельный будильник с гнусным характером, дряхлый мажордом с трижды устаревшей программой, кухонный автомат времен освоения Марса, автономный видеомузыкальный центр…

Последний был особенно дорог. Его еще дед покупал, на заре юности. На распродаже устаревших моделей. Тогда модно было обставляться «под старину». Красивый, серебристый, с настоящими колонками, а не подключенный к каким-то там говорящим стенам. А главное – на кремниевых процессорах. Это вам не биочипы, звук совсем другой. И видеокартинка на плазменном экране – это вам не объемное изображение, из которого всякие рекламные деятели так и тянутся к кошелькам доверчивых обывателей. «Мы знаем, что вам это не нужно, но как только вы купите эту вещь, то сразу поймете, что просто не могли без нее жить!» И ведь покупаешь. Сильно уж все реально. А если видишь эту гадость на плоском экране – ничего подобного. Не нужно и не понадобится!

По пути в ванную Руперт на секунду остановился у телевизора и, дыхнув перегаром, любовно протер потускневшую табличку «Сони-Эриксон». Старье безбожное, ну и что? Работает же. А что городской сервер, контролирующий всю электронику в зданиях Стокгольма, не в состоянии наладить коннект с такими вот раритетами, это его проблемы. А штрафы за техническую отсталость «сисадмин» может засунуть себе…

…Ульрих нашарил в аптечке аспирин. Запил таблетку водой из-под крана и мельком взглянул в зеркало. Глаза красноватые и блестят, как маслины. Не проспался. Мешки под глазами, багровый цвет внушительного, мясистого лица и глубокие залысины в седой шевелюре. Для «полтинника», да еще с похмелья, в общем-то, нормально. Еще бы побриться, а то щеки от седой щетины будто солью обсыпаны. А-а, перед кем выделываться? Руперт наклонился над ванной, набрал в пригоршню ледяной воды и плеснул в лицо…

…А штрафы этот нудный администратор пусть засунет в свободный разъем, этот, как его… «юэсби», кажется. Или нет, сейчас такие уже не выпускают. Ну, значит, в тот, который выпускают. В самый новый.

«Да, я ретроград. – Руперт вернулся в спальню и принялся неторопливо одеваться. – Ну и что? При моей профессии это полезно. Чем меньше доверяешь, неважно – людям или машинам, тем правильнее выводы. А ошибаться с выводами следователю никак нельзя…»

В лифте Ульриха, как обычно, атаковал упрямый комп-администратор. Он украсил стеклянные стенки множеством объемных рекламок на одну и ту же тему – новейшие модели мажордомов с мгновенным доступом в любую область гиперсети. Руперт привычно буркнул «прозрачно», и вместо надоевших картинок ему открылся вид на город.

Сегодня над столицей Земли повисла сплошная облачность. Мелкие капли дождя скользили по стеклу, смазывая очертания кварталов и жилых башен. И все равно вид был предпочтительнее голографических плакатов. Ульрих задумчиво уставился на далекий шпиль Дворца Наций и не отрывал от него взгляда, пока лифт не нырнул в холл. Яркие лампы разорвали серую ткань пасмурного утра, но когда Ульрих миновал стеклянные двери и вышел на площадку перед зданием, ткань сомкнулась вновь. Но теперь она была еще и насквозь промокшей.

Длинный прозрачный козырек над подъездом защищал от капель дождя, но не препятствовал движению влажного воздуха. Руперт вдохнул полной грудью и махнул стоящему на парковке «Вольво». На огромной пустой площадке машина выглядела сиротливо. Все ее соседки давно разъехались, увозя приличных людей по конторам, и она уже час скучала в одиночестве, ожидая недисциплинированного хозяина.

Машина включила габариты, послушно въехала под козырек и открыла дверцу. Следователь втиснул грузные телеса на задний диван и буркнул: «Прокуратура». Авто почему-то не послушалось. Ульрих удивленно взглянул на лобовое стекло-экран. На нем высвечивались параметры работы всех систем автомобиля. Руперт никогда не вникал в тонкости, но твердо знал, что неисправные блоки обозначаются красным. Сейчас же все светились зеленым, кроме пиктограммы закрытия дверей. Может, край плаща зацепился? Ульрих выглянул наружу.

– Простите, господин следователь… – В просвете двери стоял невысокий мужчина в старомодной куртке и светлых джинсах.

Теперь стало понятно, почему не едет машина. Человек придерживал дверцу рукой. На вид ему не было и сорока, но в темных волосах проступала седина, а глаза были какими-то погасшими, будто у столетнего старца. Руперт уже встречал людей с такими глазами. Но где и когда, он пока не припоминал.

– Ну? – Ульрих нахмурился.

– Я поселился здесь только вчера вечером и еще не оформил машину. Вы не подбросите меня в центр?

– Метро прямо и налево. – Руперт встретился с ним взглядом. – Руку уберите.

– К сожалению, я и кредитку пока не завел.

– Вчера родились? – Ульрих вдруг понял, где видел людей с такими глазами. – Сколько отмотал?

– Извините? – Новый сосед недоуменно поднял брови. – А-а, вы об этом…

– Об этом. Судя по одежке, не меньше десяти? И что, не насиделся? Если желаешь, могу устроить вторую ходку. Например, за вторжение в частные владения.

– Простите, господин следователь. – Мужчина убрал руку, и дверца машины закрылась.

Руперт взглянул в зеркало. Человек стоял на месте, глядя куда-то в пространство. Уходить он не спешил. Да, скорее всего, ему и некуда было идти. После десяти лет отсидки остаются только воспоминания и сомнительные знакомства, обычно приводящие к рецидиву. Хотя этот кадр на закоренелого уголовника не походил. А если присмотреться повнимательнее… Выправка как у военного и прическа… И взгляд этот проклятый! Ни дать ни взять – на смотре стоит, в строю. И словечек жаргонных не понимает. В военной тюрьме, что ли, чалился? Ульрих ткнул в сенсор, и дверца снова открылась.

– Эй, дембель, а что ты в центре забыл?

На русское словечко «дембель» мужчина откликнулся охотно. Он смущенно улыбнулся и спрятал руки за спину.

– Да мне все равно, куда… Я поговорить с вами хотел.

– Ну, приходи в прокуратуру.

– Так ведь у меня, кроме «справки о демобилизации», ничего нет. Ни доехать до вас, ни пропуск выписать.

– Пропуск и по справке можно оформить, – усмехнулся Руперт. – А вот доехать… Ладно, садись, если не брезгуешь в одной машине со следователем ехать.

– Я не уголовник. – Человек произнес это чуть обиженно. – И зла ни на кого не держу. Наказан я был вполне справедливо. Даже мягко. Будь я судьей, я бы…

– Двадцать дал вместо десяти? – Следователь недоверчиво ухмыльнулся.

– Расстрелял бы к чертовой матери. – Военный нервно потер ладони. – Выслушайте меня, пожалуй-ста, господин следователь, прямо сейчас.

– Что за спешка? – Ульрих приказал машине отправляться. – Десять лет дело терпело. Лицензия кончается?

– Я… – Человек обернулся и бросил взгляд на подъезд, будто стараясь запомнить, как теперь выглядит его жилище. – Я не хочу появляться в прокуратуре.

– Это почему? Ты же теперь честный человек.

– Я – да.

– Вот как?! – Ульрих удивленно крякнул. – А в Генпрокуратуре, значит, не честные?