Дневники: 1925–1930

3 марта, среда.

У меня тогда немного разболелась голова; эти постоянные боли выматывают. Закреплять флаг на мачте в шторм – именно так я описала работу над романом в письме Вите295. Впечатления от моего визита к Герберту296 и Фреде297 в Кукхем сильны; очень запоминающийся день. Из их окон видно лысую макушку старого мистера Уоткинса298, склонившегося над Темзой; два переплетенных деревянных сваи в реке, которые я приняла за журавлей; и какие-то холмы за Марлоу299. Они отвезли нас на холмы, и там было странно тихо, светло, пусто и много нераспустившихся цветов. Мы видели дом времен королевы Анны300 под названием – забыла; такой высокий и отдаленный, с газоном у переднего входа, с широкими аллеями, просторными окнами и женщиной. Что ж, никто не получает большего удовольствия от этих достопримечательностей, чем я; вот только волна удовольствия проходит и оставляет после себя какую-то печаль; красота постепенно стирается из памяти и исчезает, а на Тависток-сквер я ничего подобного не вижу. Да и в духовном плане это было очень интересно. Мне показалось, будто я обнаружила во Фреде настоящего человека, настолько простого и приспособленного к окружающей среде, что почти несклонного к рефлексии. Она ближе к людям, чем я; она находит путь в их сердца, а я не умею. Ее бедра манят мужчин. Но одни впечатления, как обычно, сменяются другими: потерей маленькой перламутровой броши, покупкой за 16 шиллингов шляпки, которая мне совсем не нравится и завтрашним походом на чай к Этель [Сэндс]. Но в чем же я пойду? Недостаток собственной красоты меня сегодня угнетает. Как долго просуществуют старые представления о красоте? Я думаю о людях, которых когда-то знала. Красивы ли они по сегодняшним меркам? Этот вопрос остается без ответа.

В воскресенье вечером Рэймонд устроил костюмированную вечеринку. Меня немного сморило от снотворного, и я задремала, когда к дому № 6 как раз подъезжали экипажи301. Но я позавидовала им и поняла, что в общем-то пропустила величайшее зрелище сезона, особенно когда Рэймонд позвонил по поводу моего подарка, экземпляра «Старого Кенсингтона»302, и рассказал, как прекрасно выглядела Нэнси [Кунард]. К счастью, на чай приходил Лукас, который заявил, что, по его сведениям, вечеринка оказалась ужасно скучной и там было не протолкнуться; это меня утешило. Лукас – Питер, как я должна называть его, – пришел по дружбе, которую, полагаю, немного стимулировала моя похвала в адрес его романа303. Он костлявый розовощекий маленький аскетичный священник, такой цельный, здравомыслящий и простой, что его невозможно не уважать, хотя в вопросах литературы мы расходимся во мнениях. Он говорит, что Том и прочие выбросили интеллект на ветер и отказались от души, а настоящими поэтами считает Хаусмана и Де Ла Мара304. Я говорю, что поэзия умерла, а Том и прочие пытаются ее воскресить. Ситуэллы, по его словам, просто хотят славы. Они аристократы, отвечаю я, и считают критику дерзостью выскочек из челяди. Он говорит, что в их произведениях в любом случае нет ничего хорошего. А что насчет этого любителя Де Ла Мара, спрашиваю я. Самый очаровательный из мужчин. Ну допустим. С учетом того, что у Питера нет никакой связности, он вечно гоняется за странными существами – золотыми рыбками в мисках, как я их называю. Да, но мы ведь не можем все быть великими поэтами-философами, отвечает он. Во всяком случае, Том не любитель, говорю я. Том читал лекции, и, как мне кажется, не произвел хорошего впечатления в Кембридже305. Наедине он рассказывает молодым людям, как в Париже готовят рыбу; опять эта его застенчивость, я полагаю. Однако Питер, на мой взгляд, слишком категоричен в суждениях; в их основе – начитанность и еще тяга к эстетике. У него невыдающийся ум; он не был и никогда не будет личностью, а это, на мой взгляд, самое главное в критике и в любом другом виде писательства, ведь все мы субъективны настолько, насколько это вообще возможно. Но главное – личность.

9 марта, вторник.

Потом я была на двух вечеринках: чай у Этель и ужин у Мэри.

У Этель была ужасная жуткая духота. Я болтала в ярком свете, словно на сцене.

– Ну что, – спросила Оттолин, – как поживаешь? Выглядишь просто замечательно, как будто никогда и не болела.

(Зачем она это говорит? Чтобы вызвать жалость к себе, конечно.)

– Не могу сказать, что мне лучше.

Сама же она была одета как 18-летняя девушка; платье из жоржета томатного цвета, отороченное мехом.

Этель говорит, хихикая:

– Какая милая шляпка.

А я в своей старой фетровой шляпе вся продрогла, пока шла вместе с Дэди сквозь снег.

«Что ж, – говорю я себе, – все равно доведу дело до конца: займу свое место, сяду будто на трон и сперва заговорю о самодовольном юнце Ли Эштоне306: “Гляньте, что сегодня написали в “Times” на передовице”» (они цитируют меня и Джойса307, чтобы продемонстрировать хорошую прозу в сравнении с «Королевой Викторией»308).

– Мне бы очень хотелось узнать, действительно ли вы считаете, что этот очаровательный человек так уж хорошо пишет.

Потом Этель нас отвлекла; в разговоре о Перси Лаббоке309 Оттолин спросила:

– А русские более страстные, чем мы?

– Нет, –ответила я,– уж точно не по сравнению со мной.Меня попросили привести пример. Когда я принимаю приглашения Оттолин, Леонард постоянно говорит: «Я думаю о тебе хуже некуда». Внезапно вспоминаю, что меня пригласила именно Оттолин. «Будь у мистера Лаббокадочь, он бы нашел, о чем писать», – ужасно эгоистичная жестокость со стороны Оттолин, так что я отправилась домой, держа Дэди за руку; обсуждая с ним стипендиатов, которых объявят в субботу (Питер считает, что Дэди ничего не получит310); оскорбляя Челси и Оттолин; причитая, как же низко я пала.

Что касается вечеринки у Мэри, то там, если не считать обычного стеснения по поводу пудры и румян, туфель и чулок, я была счастлива благодаря главенству темы литературы. Она помогает нам оставаться милыми и здравомыслящими – я имею в виду Джорджа Мура311 и себя.

У него розовое глуповатое лицо; голубые глаза, похожие на твердые камешки; копна белоснежных волос; худые слабые руки; покатые плечи; большой живот; хорошо подогнанный и выглаженный фиолетовый костюм; и, на мой взгляд, идеальные манеры. То есть он говорит без заискивания или давления на собеседника и принимает меня такой, какая я есть; да и ко всем остальным у него тот же подход. Несмотря на свой возраст, он по-прежнему непоколебим, непобедим, бодр и проницателен. А что насчет Харди и Генри Джеймса312?

– Я довольно скромный человек, но, признаться, считаю, что “Эстер Уотерс”313лучше “Тэсс”314. Но что тут скажешь об этом человеке? Он не умеет писать. Он не может рассказать историю. Вся суть художественной литературы в том, чтобы рассказывать. Потом он заставляет женщину признаваться. Но как именно? От третьего лица! А ведь эта сцена должна быть трогательной и сильной. Представьте, как бы ее написал Толстой315!

– Но “Война и мир”,– сказал Джек [Хатчинсон],– это величайший роман. Я сразу вспоминаю сцену, в которой Наташа приклеивает усы, а Ростов, впервые обратив на Соню внимание, влюбляется.

– Нет, мой добрый друг, нет в этом ничего особенного. Самое обыкновенное наблюдение. Ну, мой добрый друг, –сказал он мне, замешкавшись на мгновение, прежде чем так обратиться, – а вы что думаете о Харди? Вам нечего добавить. Художественная – худшая часть английской литературы. Сравните ее с французской, с русской. Генри Джеймснаписал несколько прелестных рассказов, прежде чем изобрел свой жаргон. Но они о богатых людях. Нельзя писать о богачах, потому что, –вроде бы сказал он,– у них нет инстинктов. Но Генри Джеймса, похоже, вообще интересовали только описания мраморных балюстрад. Ни в одном из его персонажей нет страсти. А вот Энн Бронте316была величайшей из всех Бронте; Конрад317не умел писать и т.д.

Но все уже в прошлом.

20 марта, суббота.

Вчера я спрашивала себя, что будет со всеми этими дневниками. Если я умру, что с ними сделает Лео? Сжигать он не захочет, но и опубликовать не сможет. Думаю, ему надо составить из них одну книгу, а остальное сжечь. Рискну предположить, что на небольшой сборник хватит, особенно если разобрать все каракули и собрать фрагменты воедино. Бог с ними.

Это все из-за легкой меланхолии, которая иногда наваливается на меня и заставляет думать, будто я уродливая старуха. Повторяю одно и то же. И все-таки мне кажется, что только сейчас я начала излагать свои мысли как настоящая писательница.

Вчера вечером ужинала с Клайвом, чтобы познакомиться с лордом Айвором Спенсером-Черчиллем318 – элегантным, утонченным юношей, похожим на комара; очень гладким и гибким; с полупрозрачным лицом-бутоном и ногами газели; в белом жилете с модными бриллиантовыми пуговицами; и с типичным для всех американцев желанием понять психоанализ. Именно он и заставил меня задуматься о своем возрасте. Я допустила ужасную оплошность еще в начале вечера, сказав, будто мне нравится картина, которая мне не нравится, а потом поняла, что ошиблась и имела в виду совсем другую. Если бы я чаще слушала интуицию, ничего подобного бы не произошло. По какой-то необъяснимой причине эта ситуация немного испортила мне вечер. Лорд очень оригинально все подмечал и анализировал – умный мальчик. Меня впечатлила сообразительность мужчин и их способность быстро и уверенно переходить с темы на тему туда-обратно; никаких осечек, все четко. Пришел Адриан Бишоп319, румяный лягушонок; потом я начала собираться домой, и Клайв с присущей ему проницательностью и лаской, но не вполне уместно извинился за то, что мне не удалось вдоволь наговориться; я ответила какую-то ерунду и была немного расстроена из-за этого. В остальном вечер меня позабавил, и я, как ребенок, хотела остаться и подискутировать. Правда, тема спора вышла за пределы моей компетентности: как, если Эйнштейн320 прав, мы сможем предсказывать жизнь наперед?! Гадалки теперь умеют точно читать мысли людей, по словам лорда Айвора, который, кстати, не читал ни Генри Джеймса, ни ВВ; ему примерно 23 года, и сегодня утром он послушно явился в типографию, чтобы купить полное собрание моих сочинений. Ни один интеллектуал так бы не поступил. Они слишком озабочены спасением своих душ, эти аристократы; вот, например, лорд Бернерс на днях посылал за Пикоком321 по моей рекомендации.

Кроме этого, у нас ужинала Би Хоу, а в один из теплых прелестных дней мы ездили к Филиппу322, увидев и дом, и лошадей, и башни-перечницы в Уоддесдоне, и мне понравилась Бэбс323, но, как говорит Эдди, который приезжал на чай в воскресенье, это, «уверяю вас», все мое воображение. Если узнать ее поближе, она наверняка окажется очень скучной. Он знает десятки таких, как она. Но кто не скучен? По словам Эдди, только блумсберийцы.

Потом была Сивилла Коулфакс, которая быстро смирилась с тем, что я к ней больше ни ногой; дешевого чая можно выпить и здесь, что она с благодарностью и делает. Она в привычной ей манере, безрадостно сухо, описывала свою поездку в Америку; никакого анализа – просто отчет. Чарли Чаплин324

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Нелли Боксолл и ее подруга Лотти Хоуп пришли по рекомендации Роджера Фрая и начали работать у Вулфов кухаркой и горничной соответственно 1 февраля 1916 года. В 1924 году Нелли переехала вместе с Вулфами на Тависток-сквер в Блумсбери, а Лотти стала работать на Адриана Стивена, который жил по соседству на Гордон-сквер.

2

Мэри Барнс Хатчинсон (1889–1977) – писательница, светская львица, модель и член группы «Блумсбери». Ее мать была кузиной Литтона Стрэйчи. В 1910 году Мэри вышла замуж за Сент-Джона Хатчинсона (1884–1942). Вирджиния Вулф (здесь и далее В. или ВВ) ужинала у Мэри Хатчинсон и ее мужа Сент-Джона. В 1924 году Хатчинсоны переехали из Ривер-хауса в Хаммерсмите на Принц-Альберт-роуд, 3, в Риджентс-парке. У них было двое детей: Барбара (1911–1989) и Джереми (1915–2017).

3

Сэр Лесли Стивен (1832–1904) – историк, писатель, критик, отец ВВ. Вирджиния уже упоминала образ Старика (см. ВВ-Д-II, 17 октября 1924 г.), который перерастет в задумку романа «На маяк».

4

Джон Мильтон (1608–1674) – английский поэт, политический деятель и мыслитель, автор политических памфлетов и религиозных трактатов. Образ«профессора Брайели, специалиста по Мильтону» представлен в романе «Миссис Дэллоуэй».

5

Статья ВВ «Заметки к пьесам елизаветинской эпохи» вышла в ЛПТ от 5 марта 1925 года.

6

Джайлс Литтон Стрэйчи (1880–1932) – писатель, биограф и литературный критик. После смерти брата ВВ (Тоби) в 1906 году он стал ее близким другом, а в 1909 году недолго раздумывал над тем, чтобы жениться на ней.

7

Сэмюэл Ричардсон (1689–1761) – английский писатель-сентименталист.

8

Ангус Генри Дэвидсон (1898–1982) – выпускник Магдален-колледжа Кембриджа, писавший художественную критику для «Nation & Athenaeum» (здесь и далее N&A). Он пришел работать в «Hogarth Press» в декабре 1924 года в качестве преемника Д.Х.В. Райландса (см. 8 апреля 1925 г.) и оставался там до конца 1927 года.

9

Simpkin, Marshall, Hamilton Kent & Co» – фирма, существовавшая в 1819–1954 гг. и занимавшаяся оптовой книготорговлей; крупнейший дистрибьютор книг в свое время.

10

Здесь и далее Л. или ЛВ – Леонард Вулф (1880–1969) – политический теоретик, писатель, издатель, муж ВВ. Офис «Nation», где работал ЛВ, находился на Грейт-Джеймс-стрит, 38.

11

Нэнси Кунард (1896–1965) – экстравагантная, капризная английская писательница и политическая активистка; дочь леди Кунард. Ее поэма «Параллакс» как раз готовилась к публикации издательством «Hogarth Press» в апреле 1925 года.

12

Американская часовая компания, основанная в 1890 году.

13

Имеется в виду типография издательства «R. & R. Clark of Edinburgh».

14

Набор оттисков напечатанного материала на больших листах бумаги без разделения на отдельные страницы для проверки и правки.

15

Нью-йоркское издательство «Harcourt, Brace, & Co», публиковавшее ВВ в Америке.

16

Дневниковая запись следует за одностраничным, сильно переработанным черновиком заключительного абзаца (о сэре Томасе Брауне) статьи «Елизаветинский сундук», вошедшей в сборник «Обыкновенный читатель». Он был опубликован 23 апреля 1925 года.

17

«Параллакс» Нэнси Кунард и «Поэмы и басни» Роберта Тревельяна были напечатаны вручную в «Hogarth Press» и опубликованы в апреле 1925 года. ВВ, вероятно, заразилась гриппом от ЛВ, который болел 11–13 марта.

18

Ванесса Белл (1879–1961) – художница и дизайнер, старшая сестра ВВ и наиболее важный (после ЛВ) человек в ее жизни. В 1907 году она вышла замуж за Клайва Белла и родила ему двоих детей. Еще до начала Первой мировой войны Ванесса ушла от мужа и жила с Дунканом Грантом и его любовником Дэвидом Гарнеттом, поддерживая дружеские отношения с Клайвом. В 1918 году Ванесса родила от Дункана дочь Анжелику.

19

Квентин Клодиан Стивен Белл (1910–1996) – историк искусства и писатель. Вслед за своим старшим братом Джулианом Квентин поступил в школу Лейтон-Парк недалеко от Рединга в графстве Беркшир; это был его второй семестр.

20

Джулиан Хьюард Белл (1908–1937) – английский поэт, сын Клайва и Ванессы Белл, погибший во время гражданской войны в Испании.

21

Некий Т.К. Элиот (?–1969), преподаватель французского.

22

Скотт Годдард (1895–1965) – преподаватель музыки, а позже музыкальный критик.

23

Город и коммуна на юго-востоке Франции.

24

Статья ВВ «Американская проза» вышла в нью-йоркском журнале «Saturday Review of Literature» от 1 августа 1925 года.

25

Дункан Грант (1885–1978) – шотландский художник, член группы «Блумсбери». Будучи единственным ребенком майора Бартла Гранта, сестрой которого была леди Стрэйчи, большую часть детства и юности Дункан провел в семье Стрэйчи. ВВ, вероятно, познакомилась с ним в Париже в 1907 году. Когда Вирджиния и ее брат Адриан жили на Фицрой-сквер, Дункан стал их соседом, а в 1911 году – жильцом их дома на Брансвик-сквер. Несмотря на свою гомосексуальность, перед Первой мировой войной Дункан сошелся с сестрой Вирджинии, Ванессой Белл, которая родила от него дочь Анжелику. Дункан с Ванессой оставались компаньонами вплоть до ее смерти в 1961 году.

26

Анжелика Ванесса Белл (1918–2012) – младший ребенок Ванессы, писательница и художница, впоследствии жена Дэвида Гарнетта – любовника Дункана Гранта. История несчастного случая с Анжеликой была описана ранее в дневнике (см. ВВ-Д-II, 5 апреля 1924 г.).

27

Жак Пьер Поль Равера (1885–1925) – французский художник, получивший образование в Бедалесе (школа в Хэмпшире), Сорбонне и Эммануэль-колледже Кембриджа; один из группы друзей, которых ВВ называла«неоязычниками». В 1911 году он женился на одной из соратниц – Гвендолен Мэри Дарвин (1885–1957). Супруги Равера жили в Вансе на юго-востоке Франции. Из-за рассеянного склероза состояние Жака ухудшалось, и в конце концов он был вынужден диктовать письма жене. Примерно за месяц до его смерти, случившейся 7 марта 1925 года, ВВ отправила ему гранки «Миссис Дэллоуэй», и Жак ответил: «Этого оказалось почти достаточно, чтобы мне захотелось пожить еще немного ради таких писем и таких книг… Я польщен, а вы знаете, насколько это важное для человека ощущение, и горд, и доволен…»

28

Валентин Луи Жорж Эжен Марсель Пруст (1871–1922) – французский писатель, романист и поэт, представитель модернизма в литературе.

29

Саморассасывающийся хирургический шовный материал из высушенных и скрученных кишок рогатого скота; кроме того, его используют для струн музыкальных инструментов.

30

Артур Клайв Хьюард Белл (1881–1964) – писатель, философ искусства, арт-критик, связанный с формализмом и группой «Блумсбери». В 1907 году он женился на Ванессе Стивен и, как зять, играл заметную роль в жизни ВВ, будучи в разное время то ухажером, то ее литературным доверенным лицом.

31

Некая Беатрис Изабель Хоу (1900–?), позже миссис Марк Лаббок, – автор книги «Фея, запрыгнувшая мне на колени» (1927). Дункан Грант написал ее портрет в 1926 году.

32

Джулия Фрэнсис Стрэйчи (1901–1979) – падчерица Рэй; единственный ребенок Оливера Стрэйчи и его первой жены Руби Майер, с которой он развелся в 1908 году. Воспитанная в основном в домах благонамеренных родственников и в Бедалесе, она в 1924 году делила квартиру в Челси с другой молодой женщиной и пыталась зарабатывать на жизнь. Ей предстояло стать необычной, но не очень плодотворной писательницей.

33

Джордж Хамфри Вулферстан («Дэди») Райландс (1902–1999) – театральный режиссер, выпускник Итона и Кингс-колледжа Кембриджа. На первом курсе он сыграл роль Электры в постановке трилогии «Орестея» Эсхила; Райландс был энергичным и талантливым участником многих театральных постановок университета. Став членом общества«Апостолов», он привлек внимание как Мейнарда Кейнса, так и Литтона Стрэйчи. Всю вторую половину 1924 года Дэди проработал в издательстве «Hogarth Press», а затем уехал в Кембридж писать диссертацию.

34

Мишель де Монтень (1533–1592) – французский писатель и философ. См. «Монтень» из сборника «Обыкновенный читатель»:«Впрочем, хватит о смерти: жизнь – вот что главное» (в пер. Н.И. Рейнгольд). ВВ написала Гвен Равера в тот же день (см. ВВ-П-III, № 1547).

35

Французский портовый город на Лазурном берегу.

36

Род однолетних и многолетних травянистых растений семейства Крестоцветные.

37

Хью Скелтон Андерсон (1900–1925) – выпускник Нью-колледжа Оксфорда, умерший от менингита 15 июля 1925 года. Позже ВВ упоминает его еще один раз (см. 19 июля 1925 г.).

38

Джордж Гарроу Томлин (1898–1931) – старший брат Стивена Томлина (см. 27 марта 1926 г.). Остальные гости отеля не идентифицированы.

39

Вероятно, это отсылка к пьесе Уильяма Шекспира «Отелло» (акт II, сцена 1):«Умереть сейчас я счел бы высшим счастьем…»(в пер. М. Лозинского).

40

Ринггольд (Ринг) Уилмер Ларднер (1885–1933) – американский писатель, фельетонист, спортивный обозреватель, автор коротких рассказов и повестей. ВВ писала о его книгах в своем эссе «Американская проза» (см. 8 апреля 1925 г.).

41

В этот период ВВ написала несколько рассказов, связанных с«социальным сознанием, сознанием человека в платье и т.д.» (см. 27 апреля 1925 г.), семь из которых были выпущены в виде сборника «Вечеринка миссис Дэллоуэй» (1973) под редакцией Стеллы Макникол. Рукописи и машинописные версии этих рассказов сейчас находятся в коллекции Бергов.

42

Дороти Тодд (1883–1966) стала редактором британского «Vogue» в 1922 году; ее идея заключалась в том, что журнал должен не только быть самым авторитетным изданием в области высокой моды, но и стимулировать искусство в целом, и с этой целью она искала и активно привлекала к работе авангардистов из Франции и Англии. Эта политика, хотя и привела к созданию очень оригинальной продукции, не принесла коммерческого успеха, которого требовали американские владельцы; контракт с ней был расторгнут в 1926 году.

43

Леди Сивилла Софи Джулия Коулфакс (1874–1950) – английская светская львица, декоратор интерьеров и«коллекционер интересных людей», которых она и ее муж сэр Артур развлекали в своем доме Аргайл-хаус в Челси.

44

Филипп Чарльз Томсон Ричи (1899–1927) – старший сын 1-го барона Ричи Дандийского. В 1924 году он закончил Оксфорд, стал барристером, а также новой любовью Литтона.

45

Смысл не до конца ясен. В большинстве случаев под«полковником Клайва» подразумевается его старший брат подполковник Уильям Кори Белл (1875–1961), ЧП от юнионистов в Девайзесе (город в Уилтшире) в 1918–1923 гг., чьи взгляды на содомию были, вероятно, более категоричными, чем у Вирджинии. Однако Клайв Белл как раз опубликовал статью под названием «Теория полковника» (N&A от 7 марта 1925 года), в которой обсуждалась книга Эйлмера Мода «Толстой об искусстве» и упоминался Толстой как «отставной полковник – или он был лейтенантом?». Трудно понять, какого именно полковника имела в виду ВВ, но она, вероятно, критиковала не мужскую гомосексуальность саму по себе, а своих современников, способствующих существованию системы поощрений, ориентированной на мужчин.

46

Великая пятница – пятница Страстной недели, которая посвящена воспоминанию осуждения на смерть, крестных страданий и смерть Иисуса Христа.

47

Вулфы отправились на машине в Сассекс с Клайвом Беллом и Дунканом Грантом и пробыли в Родмелле с Великого четверга по Пасхальный понедельник, 9–13 апреля.

48

Макс Бирбом (1872–1956) – английский писатель, художник-карикатурист, книжный иллюстратор. 18 апреля Вулфы ходили на открытие выставки новых карикатур Бирбома в Лестерских галереях – музей, существовавший в Лондоне в 1902–1977 гг. Выставка включала серию «Старый и молодой Я», а также огромное количество политических карикатур.