Ник Перумов
Не время для драконов

– Что-то не так… – прошептала Тэль. – Не так, Виктор…

– Или оставь девочку… сам иди… – внезапно предложил молчавший до сих пор, высокий и тонкий.

– Хорошо, договорились. – Виктор быстро отстранился от Тэль, отвел глаза, чтобы не видеть ее лица, и двинулся вперед. Фигуры медленно, растерянно расступились. Он прошел между ними – и коротко, без замаха, огрел ближайшего покойничка палкой. Удар пришелся куда-то по шее.

Трухлявый сук, конечно же, сломался. Но, как ни странно, мертвецу этого хватило вполне – он с оборвавшимся хрипом осел на землю.

– Ах ты… – завопил высокий, предлагавший оставить Тэль. Закинул руки за голову – и в быстром движении было что-то, сулящее большие неприятности. Виктор крутанулся, ударил его ногой в грудь. Удар был простенький, да еще и из неудобной позиции. На тренировках такой отбил бы любой новичок.

Но, опять же, покойник оказался на редкость неумелым воином. Может быть, в давние времена он был кашеваром или маркитантом, а после смерти ничему научиться не смог?

– У-у-х-х… – только и раздалось в темноте, когда удар вышиб ему воздух из легких. В следующую секунду Виктор был рядом и, заранее готовый к отвратительному ощущению гниющей плоти под руками, перехватил высокому горло.

Горло как горло. А еще от покойника приятно и успокаивающе пахло цветами.

Несколько мгновений враг не сопротивлялся, потом нанес быстрый, – к счастью, скользнувший по щеке, удар локтем в лицо. И стал вытягивать что-то из-за пояса.

Только тогда Виктор, даже не думая, что он делает, перехватил горло противника локтем, потянул вниз, уперся коленом в спину. Он оказался неожиданно легким и хрупким, этот неумелый враг. И шейные позвонки хрустнули сразу, переводя врага в царство мертвых окончательно. Уже коснувшийся тела Виктора нож дрогнул и выпал из разжавшихся пальцев.

А рядом происходило что-то очень странное. Двое оставшихся противников, которым полагалось давно уже наброситься на Виктора, медленно отступали. Не от него – от Тэль. Девочка шла на них, что-то негромко говоря на незнакомом языке. Откуда-то появился свет – слабые оранжевые отблески высвечивали их лица. Самые обычные человеческие лица, плохо выбритые, немолодые.

– Не надо! – вдруг взвизгнул мужчина, который первым заговорил с ними. Повернулся, намереваясь бежать, – и вдруг по его телу пробежали бледные лепестки пламени. Миг – и он вспыхнул, огонь заревел, пожирая тело так легко, словно несчастный был облит керосином. Короткий, почти нечеловеческий визг, и горящее тело упало.

Последний враг убегал. Карабкался по склону, подвывая, выкрикивая что-то в смертельном ужасе, проламываясь сквозь кустарник. Тэль проводила его долгим взглядом, потом посмотрела на Виктора.

– Ты могла бы справиться и сама, – сказал он.

– Нет. Со всеми сразу – нет.

Виктор нагнулся над тем, кому он сломал шею. В свете чудовищного факела, пылающего вблизи, можно было рассмотреть лицо. Бледная кожа, тонкие черты. Глаза очень большие, волосы светлые, вьющиеся. Что-то тоскливое было в нем, чахоточно-угасающее, но уж никак не потустороннее.

– Мне кажется, мертвецом он стал только что, – сказал Виктор. Посмотрел на жертву своей одноразовой дубинки. В этом мужичке уж точно не было ничего необычного. Среднего роста, в темной одежде, грязноватый. Чем-то он напомнил Виктору сантехника или электрика из родного жэка, и при этих ассоциациях жалость к оглушенному почему-то исчезла. – И этот на зомби не похож…

– Это не нежить, – спокойно ответила Тэль, – это просто разбойники. Додумались…

– Значит, все твои истории – сказки…

Из леса, с той стороны, куда убежал последний разбойник, вдруг донесся отчаянный вопль. Захлебывающийся, прервавшийся на высокой ноте. Виктора пробила дрожь. И наступила тишина, еще более страшная, чем предсмертный крик.

– Почему же? – Тэль повернулась на звук – тоненькая фигурка, почти невесомая тень на фоне погребального костра. – Правда. Я лишь не знала, что мертвые еще чтут Серые Пределы. Так странно… мертвые помнят клятву лучше живых.

Она помолчала, потом задумчиво добавила:

– Или боятся хозяина – больше, чем живые.

В воздухе разносился отвратительный запах горящей плоти. Виктор поднял с земли нож, собираясь засунуть за ремень, но остановился, вовремя оценив остроту лезвия. Стал снимать с убитого пояс с ножнами и флягой. Еще из оружия имелся высокий лук из отполированного дерева и колчан со стрелами – все это крепилось за спиной, но для Виктора в таком оружии не было никакого прока.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Тэль.

– Ты о чем?

– Первый раз ты отнял чью-то жизнь.

Виктор попытался ощутить хоть что-нибудь… но не было никаких эмоций. Только сердце колотилось от хлынувшего в кровь адреналина. И все вокруг стало четким, рельефным, ярким. Словно при легком опьянении.

– Я защищал тебя.

– И себя тоже. Неужели думаешь, что смог бы уйти?

– Не знаю. Это роли не играет, я не бросаю… друзей.

Тэль не ответила. Подошла к телу лучника, легонько пнула его в голову, разворачивая лицо. Фыркнула:

– Конечно. Полуэльф.

– Кто?

– Ублюдок от человека и эльфа.

Ругательство в ее устах прозвучало сухим академическим термином.

– Ты хочешь сказать… – Виктор уставился на бледное тонкое лицо. – Он родился от человеческой женщины и эльфа?

– Конечно, нет! Эльфы человеческими женщинами не увлекаются. Это порождение человека и эльфийки. Скорее всего результат насилия, впрочем – возможны варианты.

– Если эльфам человеческие женщины не нравятся, то зачем…

– Он не совсем эльф, а я… еще не совсем женщина. Девочками-подростками полуэльфы не брезгуют.

После этих слов Тэль утратила к полуэльфу всякий интерес. Отошла, уселась на валун, вытянула ноги.

– Виктор, поищи, у него должен быть кошелек. Полуэльфы все ценное таскают с собой, они никому не доверяют.

Действие было неприятным, но, видимо, необходимым. Виктор обшарил карманы полуэльфа – их оказалось неожиданно много а тонких одеждах зеленого шелка. Из одного кармана он вытащил две тонкие, как лаваш, лепешки, скатанные в трубочку.

– Дай одну, – попросила Тэль.

Есть хотелось слишком сильно, чтобы не последовать ее примеру. Даже тяжелый дух горелого мяса не помешал Виктору мгновенно сжевать лепешку, удивительно вкусную, с резким запахом неведомых пряностей.

Наконец он нашел и кошелек – тяжелый кожаный кисет, внутри которого позвякивала пригоршня маленьких монеток – серебряных и золотых.

– Должен быть еще один, – сказала Тэль.

Второй кисет оказался меньше и легче, а набит он был поблескивающими камешками.

– Видно, не первый раз они шалили на Пределах, – заметила Тэль.

Виктор с облегчением прекратил обыск тела, отошел от полуэльфа. Бледное лицо убитого казалось теперь умиротворенным и нежным.