Ник Перумов
Не время для драконов

– Неужели они хотят… – Хор осекся.

– Если только я хоть что-нибудь понимаю – да, – ответила Лой. – Я пойду к ним, Хор. А ты поднимай наших.

– Незаметно взять на прицел всех Водных? – деловито осведомился Хор. Он слыл непревзойденным мастером рукопашного боя, стремительных и быстротечных схваток в темноте, когда непонятно, где враг, где друг. Но в вопросах, кому именно следует первым вогнать под веко крошечную отравленную стрелку, он полностью доверял Лой, и она никогда не ошибалась. Схватка с испытанными бойцами Торна могла стать началом конца клана Кошек; но кто может сказать, что Хор испугался?!

– Ты с ума сошел, – схватилась за голову Лой, не жалея тщательно уложенной прически. – Вот это точно – оскорбление. Наоборот, пусть они нас видят. Пусть поймут, что мы будем сражаться. До конца. А я… я сейчас обращусь к гостям. Я скажу, что происходит. И еще… придется сделать кое-что еще. Только ты, пожалуйста, не обижайся. Ради блага клана! Как приятно, что порой благо клана совпадает с собственным желанием…

– Когда-нибудь я убью их всех, – бессильно прорычал Хор. – И притом без всякой там магии!

– Не делай глупостей, милый. – Она привстала на цыпочки, легонько поцеловала в висок, словно сестра. – Выводи наших. А я приготовлю самую горячую речь… нет, только все испорчу. Гостям пока говорить ничего не стану. Не медли, милый! И не пожирай меня глазами. Действуй!

Ритор в задумчивости стоял у теплого, словно живая плоть, центрального ствола. Чародеи тем и отличаются от обычных смертных, что умеют думать в любой ситуации, воспринимая даже угрозу собственной жизни всего лишь как еще одну тему для размышлений… Торн, конечно же, не шутил. Он не умел шутить, этот ловкий и удачливый предводитель клана Воды, талантливый волшебник, почти что прирожденный маг. Он знал, чего хотел, и твердо шел к цели. Когда надо, напролом, а когда и лавируя. О, он вовсе не был этаким книжным злодеем, властолюбцем, тираном и все прочее. Он просто хотел сохранить существующий порядок вещей… или все-таки нет? Отчего Торн так упорно обвинял его, Ритора, в намерении узурпировать власть? Не потому ли, что сам втайне стремился к этому? Да нет, вздор. Ритор даже рассмеялся. Многие в прошлом пытались создать в Срединном Мире единое королевство. Невозможно. Вода не возобладает над Огнем, а Земля – над Воздухом. Даже Крылатые Властители так и не озаботились придать хотя бы видимость единства рыхлому сообществу кланов, хотя уж Драконы-то как раз и не встретили бы сопротивления…

Он подумал, так и тотчас оспорил себя. Не встретили бы сопротивления? А сам он, Ритор?

Так что же ты задумал, Торн? Взыграла давняя человеческая гордыня – мол, все до меня дураки, один я знаю, что и как делать? Едва ли, ты более чем неглуп. Или ты возомнил себя спасителем мира? Но даже если ты справишься со мной, что возможно – сейчас ночь, моя Сила падает, а Сила Воды растет, Прирожденных тебе не остановить. А это значит, что мне, Ритору, погибнуть сейчас никак нельзя. Я с радостью отдал бы жизнь – даже тебе, Торн, – если б это спасло нас от вторжения. Но – не спасет. Когда орлиноголовые корабли выйдут из дымки, нам останется только одно – умирать с честью. Но если Прирожденных окажется слишком много, то не будет и этого.

Значит, надо прорываться, буднично решил Ритор. Ох, как же мне надоело это занятие. Кажется, ты не прожил ни одного дня без того, чтобы не прорываться куда-то. И все это считается высшей доблестью. Ты прорывался, когда судьба Убийцы Дракона казалась полной лишь сверкающих алмазных путей славы и геройства. Тогда ты был молод, жесток и глуп. Потом ты прорывался, преследуя по всей стране последнего, уже раненного тобой Крылатого Властителя. Последнего из некогда могучего рода. Потом ты… Впрочем, хватит вспоминать. Вот идет Лой Ивер, очаровательная Лой, о чьей чувственности и темпераменте прыщавые юнцы рассказывают друг другу срамные истории, краснея, пыхтя, сопя и чуть ли не кончая прямо в штаны.

Ритора окутало мягкое облако теплого аромата – Ивер славилась благовониями своего собственного изготовления. Быстрый взгляд из-под полуопущенных ресниц, едва заметный поворот упругого бедра, мелькнувшие на миг ямочки – и что это с тобой, Ритор? У тебя пересохло в горле? У тебя закололо сердце? Твой вороватый взгляд тщится проникнуть поглубже в острый вырез ее платья? Ты жадно смотришь на ее ноги, открытые выше колен?

– Этого не стоит стыдиться, – сказала Лой. Она была невероятно серьезна. – У тебя своя сила, а у меня – своя. Ритор с трудом отвел взгляд.

– Ты смешной человек, Ритор. Могущественный маг краснеет, как мальчишка, глядя на мою грудь. У тебя были плохие любовницы, Воздушный.

– Зачем ты говоришь мне это, Лой? – Если она заодно с Торном и хочет вывести его из себя, это ей не удастся.

– Я думаю об этом сейчас. И говорю тебе. С таким мастером, как ты, нет смысла что-то скрывать. Может, не стоило так презирать моих кошечек, мэтр?

– Какое это имеет значение? – невозмутимо спросил Ритор. Ей не удастся вызвать в нем гнева.

– Значение имеет только то, – с внезапной резкостью сказала Ивер, – что вы с Торном собираетесь устроить тут потасовку. Мне плевать, из-за чего вы хотите драться – вы, Стихийные, просто помешаны на своих предрассудках, – но здесь я крови не допущу. И не допущу, чтобы тебя убили. Торн привел с собой слишком многих. Это будет не поединок, а убийство. Я хочу, чтобы ты ушел отсюда живым, Ритор.

– Почему? – хладнокровно спросил маг, и Лой невольно закусила губу – пробить эту ледяную глыбу казалось невозможным. Ну, разве что начать заниматься с ним любовью на глазах всего зала. Забавная мысль… но тут уж не выдержит Хор.

– Потому что как мужчина ты нравишься мне больше Торна, – ядовито сказала она, поворачиваясь к нему спиной. Как бы то ни было, цели она достигла. Ритору пришлось успокаивать свой гнев, тратить силы. Непроницаемая защита на краткий миг дала трещину. Разумеется, и десяток таких, как Лой, не смогли бы причинить ему никакого вреда, однако кое-что она понять успела.

Именно Торн хотел убить Ритора. А не наоборот.

Что и требовалось доказать.

* * *

– Все готово. Хор.

– Начинаем.

Ночь ожила.

– Эй, вы! – надсаживаясь, гаркнул Хор. – Которые тут из Воды! Вот что я вам скажу, Стихийные! Шли бы вы лучше к нам, у нас тепло, весело и сухо! Потому что сделать вам ваше дело мы все равно не позволим. Нас вдесятеро больше, и, даже если каждый из вас убьет девятерых, десятый его все равно прикончит. Голыми руками, без всякого оружия. Ну что, шпаги в ножны? Или будем драться?..

Темнота молчала.

– Мэтр Торн… – Лой церемонно присела, так, чтобы ему было удобнее заглянуть ей за край глубокого декольте. – Какая честь для нас…

– Брось, Лой. – Она заметила, как он нервно облизнул губы. – С каких это пор я стал «мэтром»? Просто Торн, это только Ритор у нас так любит официальные титулования…

– Тогда давай потанцуем, Торн. – Она грациозно опустила руку к нему на плечо.

Бал клана Кошек был уже в полном разгаре. Гости успокоились. Два могущественных мага разошлись, внешне – вполне мирно. Никому больше не было никакого дела до Ритора и Торна – никто не знал о случившемся с кланом Огня, никто не знал и о чем говорили волшебники. Наигрывала музыка; мягко кружились пары. По густой листве метались алые, серебристые и голубые отблески. Дебютантка из клана Воды танцевала без перерыва.

Торн и Лой вошли в круг. Тонкие пальцы Ивер тотчас легли на жилистую шею волшебника. Он вздрогнул.

– Что это с тобой, любезная хозяйка?

Лой знала, что у нее совсем нет времени. Хор уже начал действовать, а это значило, что Торн в любой момент может получить сигнал тревоги. И заглушить его можно было лишь одним-единственным способом. Кроме того, с ним долго притворяться было невозможно. Только стремительный натиск, как бы нелепо это ни выглядело. Впрочем, ее опыт говорил, что именно нелепостям мужчины верят легче всего.

– А что ты скажешь, если узнаешь – развратница Ивер очень хочет выяснить, каков же в деле настоящий маг? – Она сделала ударение на слове «настоящий». Сквозь тонкую ткань платья она ощутила, как ладони его мгновенно стали горячими. Он судорожно сглотнул.

«Еще один мальчик, – с легким презрением подумала Кошка. – Неужели высшая магия Стихийных и впрямь требует от своих адептов столько сил, что на самый обычный секс не остается времени?»

Голова Торна резко дернулась – трудно было различить согласный кивок в этом торопливом движении.

– Тогда пойдем, – шепотом сказала Лой, теснее прижимаясь к нему. Они растворились в стене бального зала.

Крошечный закуток был специально создан Лой Ивер для таких вот стремительных свиданий. Тут был сумрак. Торн стоял, уронив руки и тяжело дыша – ну точь-в-точь неопытный мальчик перед первой в его жизни ночью. Она усмехнулась – насколько же сейчас больше ее сила!

– Смелее, мэтр, – улыбнулась она, одним движением освобождаясь от платья.

Он схватил ее, точно тонущий – спасательный круг.

– Ну же… – хрипло прошептала она.

Маг терял голову, и это было хорошо.

Торн прижался к ней.

– А теперь скомандуй своим выпустить Ритора, – нежно промурлыкала Ивер. Сталь сверкнула возле самого горла Торна; острие оцарапало кожу.

– Ч-что?! – Казалось, он сейчас рухнет бездыханным.

– Мне не нужны трупы на балу, – резко сказала она. – Ты хотел убить Ритора. Я не допущу этого. Сводите счеты где угодно, но не на моих землях. Ты понял, Торн? Скомандуй своим людям отступить. Слышишь? Иначе, клянусь, я перережу тебе глотку. Что потом будет со мной, ты уже никогда не узнаешь. – Она вновь коснулась лезвием его горла.

Торн захрипел.

– Сука…

– Не стоит ругаться, – мягко сказала она. – Ты не оставил мне выбора. Командуй!