Владимир Вячеславович Адамчик
Белорусские сказки. Кот-призрак…


Вышли они во двор, коней своих оседлали и поскакали. Скачут, лошадей подгоняют. Скакали, скакали, далеко отъехали, верст этак триста.

Тем временем Баба Юга Костяная нога – старшая проснулась, увидела, что мечсамосеч вместо гостей незваных ее дочерей зарубил, рассердилась, села на одного из своих козлов и помчалась. Мчится, железным пестом того козла подгоняет, метлой след за собой заметает. Триста верст за три часа одолела. Догоняет она братьев и кричит:

– Ну что, Мал-Малышок, думал меня обмануть? Выходи, биться будем.

– Биться, так биться, – говорит Мал-Малышок.

Братья отъехали в сторону. А Мал-Малышок с бабой Югой Костяной ногой – старшей бились, бились, пока Мал-Малышок козла, на котором Баба Юга Костяная нога – старшая их догнала, не убил.

Бабу Югу Костяную ногу – старшую аж перекосило от злости. Кричит:

– Ну, Мал-Малышок! Попадешься ты мне в руки!

– Когда еще это будет! – отвечает Мал-Малышок.

А его братья смотрят на них и смеются. Баба Юга Костяная нога – старшая пешком домой пошла.

Ехали братья, ехали и приехали в тридевятое царство. Пришли к царю. А тот у них спрашивает:

– Кто вы, добры молодцы, откуда? Куда путь-дорогу держите?

Мал-Малышок отвечает:

– Едем мы из далеких краев. Хотим или на службу куда пристроиться, или жениться.

Царь тогда им говорит:

– Так идите ко мне на службу! Мне такие молодцы, как вы, очень нужны.

И стали братья служить царю верой и правдой. Но если посоветоваться надо, то царь к себе всегда Мал-Малышка зовет. Обидно братьям стало, что меньший большими командует, и решили они его со свету сжить.

Пошли братья к царю и говорят:

– Не хочешь ли ты, царь-батюшка, иметь волшебный меч-самосеч? Ему только скажи, он сам головы рубит и горкой складывает.

– А где же мне взять такой меч-самосеч? – спрашивает царь.

– А об этом Мал-Малышок знает, – говорят братья.

Зовет царь к себе Мал-Малышка и спрашивает у него:

– Правда ли то, что где-то есть волшебный меч-самосеч, который сам головы рубит и горкой их складывает?

– Правда, – подтвердил Мал-Малышок.

– Привези мне его! – велит царь.

– Очень трудно это сделать, – говорит Мал-Малышок.

– Не привезешь мне меч-самосеч, – рассердился царь, – я прикажу тебя самого убить.

Вышел Мал-Малышок во двор и пошел к своему коню.

Тот видит, что Мал-Малышок чуть не плачет, и спрашивает:

– Чего ты невесел, чего голову повесил?

– Да приказал царь мне меч-самосеч ему привезти, – отвечает Мал-Малышок.

– А ты видел, где Баба Юга Костяная нога – старшая его прячет? – спрашивает конь.

– Видел, – отвечает Мал-Малышок, – только как его оттуда умыкнуть?

– Не тревожься об этом, садись на меня, поехали, – говорит конь.

Приехали они к той избушке на курьих ножках ровно в полночь.

Конь говорит Мал-Малышку:

– Теперь ступай тихонечко и бери тот меч-самосеч, пока Баба Юга Костяная нога – старшая спит.

Зашел Мал-Малышок в домик тихонько, меч-самосеч с полатей снял – да бегом во двор, сел на коня и к царю поскакал.

А Баба Юга Костяная нога – старшая проснулась, потянула носом: человечьим духом пахнет. На полати взобралась, видит: меч-самосеч исчез.

Она тут же догадалась, чьих рук это дело, села на козла и вдогонку бросилась. Железным пестом козла своего подгоняет, метлой след за собой заметает.

Триста верст Мал-Малышок проскакал, Баба Юга Костяная нога – старшая его за три часа догнала.

– Отдавай меч-самосеч, – кричит, – или биться будем.

Стали они биться, Мал-Малышок и этого козла убил. Разозлилась Баба Юга Костяная нога – старшая, но что поделаешь, обратно пешком пошла.

Мал-Малышок отдал меч-самосеч царю, тот его еще ближе к себе приблизил.

А братья завистью терзаются, хотят Мал-Малышка со свету сжить. Опять пошли они к царю и говорят:

– Царь-батюшка, слыхали мы, что там, где меч-самосеч был, есть еще гусли-самогулы. Тронешь их, они сами играют, сами пляшут и поют.

– А как же мне достать их? – спрашивает царь.

– А ты Мал-Малышка попроси, он тебе их привезет, – говорят братья.

Позвал царь Мал-Малышка и спрашивает:

– Говорят, что есть такие гусли-самогулы, тронешь их, они сами играют, сами пляшут и поют.

– Может, и есть… – говорит Мал-Малышок.