Заговор небес

В этот момент распахнулась пассажирская дверца «Волги», и на свет появилась еще одна фигура – на этот раз женская. Одета она была в видавшее виды пальтишко. Сапоги также оставляли желать много лучшего. Лицо ее, как заметил Андрей, было довольно-таки потрепанным – и при этом несколько ярче, чем того требовала обстановка, накрашенным. Женщина подошла к Андрею, протянула маленькую красную руку без перчатки и кокетливо представилась:

– Мария.

– Оч-ч приятно, – проговорил Дьячков. – Наслышан. – И слегка покраснел – то, чего он успел «наслышаться» о новоприбывшей, было для нее не слишком лестным. Счастье, что на морозе его стыдливый румянец остался незамеченным.

– А вы Андрей – Катин супруг как бы? – столь же кокетливо осведомилась гостья.

– Точно так, – отвечал Андрей. Его слегка покоробило словечко «как бы».

Тут на крыльцо высыпали наконец три подруги: первой выбежала маленькая, хрупкая, черная, как грач, Настя – руки, перепачканные шашлычным соком, она держала на весу. Второй Валентина – подруги все-таки заставили ее причесаться, переодеться и сделать некое подобие макияжа. Третьей – Катюша. «Она все-таки лучше всех», – в который раз подумал, взглянув на нее, Андрей.

– Фомич!.. Фомич!.. Машка!.. Ну, наконец-то!.. – наперебой заголосили подружки. – А как вы встретились?.. Ну, идите сюда, целоваться будем!..

После довольно-таки бестолковых объятий и поцелуев, все, включая новеньких, исчезли внутри особняка. Под шумок туда удалился и юноша, безмолвный спутник бизнесменши Насти.

Андрей остался один во дворе. Он принес из сарая еще одну охапку дров. Наколол топориком щепочек. И стал разжигать костер.

Хорошо было заниматься очагом морозным вечером, под тихим и темным небом. И делать это одному. Андрей любил одиночество. А совсем рядом, но как будто бы из другого мира, светили теплые огни двухэтажного особняка…

Андрей разжег костер – не без удовлетворения подумал, что ему удалось это сделать с одной спички. Первые пять минут (детство – самый напряженный момент в жизни любого существа, и огонь в этом смысле – не исключение) он безотлучно был рядом с ним, поддерживая и подправляя слабенькое пламя.

Тут из дома вышла Катя. Молча подошла к Андрею, обняла.

За судьбу костра уже можно было не опасаться. Алые языки вовсю лизали сложенные по-пионерски дровишки. Катя, прижавшись к Андрею, молча смотрела на огонь. Потом тихо сказала:

– А я видела, как ты его зажег. С одной спички.

– Ишь ты, глазастая, – польщенно усмехнулся Андрей.

– «Мне сверху видно все, ты так и знай…» – пропела Катюша. – Нам Валька дом свой показывала.

– Ну и как?

– Хорошо, Андрюша, хорошо. Две ванные – вверху и внизу. С джакузи и биде. Внизу – гостиная, кухня – ну, это ты видел – и еще кабинет. Вверху – спальная, детская и три гостевые комнаты. Так что все поместимся… А на нулевом этаже – погреб, тренажерный зал и гараж на две машины. Две иномарки…

Андрей молчал, задумчиво глядя на огонь.

– Андрюш?

– А?

– А когда у нас такой дом будет?

– Когда ты начальником приемной комиссии станешь. Или когда я Нобелевскую премию получу.

– А ты получишь?

– Конечно.

– Ну, тогда подождем.

Катя чмокнула Андрея в щеку и пошла назад в дом. По пути, обернувшись, сказала:

– А я все-таки начальником приемной комиссии быстрей стану.

– Поглядим! – беспечно воскликнул Андрей.

Дверь за Катюшей захлопнулась, и Андрей опять остался один.

«Кажется, тьфу-тьфу, не сглазить бы, – подумал он, – вечеринка обещает быть удачной». А ведь он не очень-то хотел сюда ехать. Андрею нравились мужскиесейшны – с банькой, преферансом, спорами о политике и футболе, анекдотами и спонтанными состязаниями в остроумии. Нынешний междусобойчик был, по определению, женским.

Вечеринку организовали четыре подруги – Катя, Валюха, Настя и Мэри. Собрались в память о времени, когда они были очень молоды и отчаянны, когда они быликомандой. И Фомич (безусловно, симпатичный человек) тоже был из того ихпрошлого времени. А он, Андрей, вкупе с Настиным недоноском, оказывались на этом сборище ни пришей, ни пристегни. Но очень уж Катюшке хотелось (он видел это), чтобы он поехал с нею. Ей хотелось показать, что она не одинока, продемонстрировать Андрея подругам, погордиться. А это лестно, черт побери, что ты из тех, кем женщина может гордиться.

Андрей подкинул в очаг еще пару полешек. Костер полыхал вовсю.

«Трудно поверить, – подумал он, – что когда-то эти четыре девчонки, такие разные, собирались вместе каждые выходные. Жили в одной комнате. Ходили вместе в столовку. Выпивали. Кадрились с мужиками. – Да, черт возьми, наверняка кадрились – что-то об этом и в Катиных рассказах проскальзывало. – А самое главное: эти девушки были заняты тем, что прыгали с парашютом. Каждую субботу, всякое воскресенье. Все лето, всю зиму… (Только в осеннюю и весеннюю распутицу делали перерывы.) Прыгали по пять, семь, десять раз ежедневно. Неслись к земле со страшной скоростью, в бездонной выси… А по пути встречались в воздухе. Организовывали в полете всякие фигуры. По команде одной из них (а, кстати, надо бы спросить Катю, кто из них тогда командовал – Настя, наверное?..) рассыпались, разлетались в воздухе. Раскрывали парашюты. Приземлялись…»

Отчаянные головы! Слава богу, что все это у них позади! У Катюши, во всяком случае, позади. Слава создателю, угомонились, утихомирились.

«Я бы здесь, на земле, извелся, – подумал Андрей, – если бы Катя носилась где-то там, за облаками. От одной мысли все внутри холодеет… И почему им нельзя было заниматься каким-нибудь спокойным, благородным спортом: теннисом, плаванием, фигурным катанием?.. Нет: потянуло в облака. И ведь у каждой из них – по куче прыжков. У Кати, кажется, четыреста семьдесят восемь… У Мэри – того больше: вроде бы даже за тысячу. Она, по-моему, и до сих пор прыгает… Надо бы спросить, сколько там набралось у Насти и у Валентины… Тоже, наверное, под пятьсот… А у Фомича – вообще какая-то оглушительная цифра… Десять тысяч прыжков, что ли… Ну, это его жизнь… Его судьба!.. На то он и директор аэроклуба…»

На крыльцо из особняка вышла Валентина.

– Эй, костровой, – весело окликнула она Андрея, – когда угли будут? Шашлык мы нанизали. Народ уже жрать просит.

– Еще пятнадцать минут, – глянул на часы Андрей. – Да вы закусывайте пока.

– Ну, нет, мы без тебя не будем. И без шашлыков – тоже… Рюмочку тебе вынести?

– А вы там уже выпиваете?

– Естественно!

– Тогда тащи бутылку. Сухого, если есть.

– Есть сухое. Мэри какую-то гадость молдавскую притащила. Сейчас принесу. Валенки только надену.

Около восьми вечера компания наконец-то уселась за стол. Валентина сервировала его в огромной гостиной.

Стол удался на славу. Валюха расстелила крахмальную скатерть – белее, чем в рекламе отбеливателей. Поставила сервиз из тонкого немецкого фарфора. Достала столовое серебро, богемского стекла фужеры, бокалы и рюмашки, накрахмаленные салфетки. Потушила верхний свет, зажгла не менее двух дюжин свечей. Кроме того, комнату освещал то глухо мерцающий, то вдруг вспыхивающий камин.

По центру стола располагались закуски. В интимном огне свечей и камина они выглядели еще аппетитней, чем обычно. Мерцали вазочки с красной и черной (привез Фомич) икрой. Вызывающе лоснились белые и красные ломти севрюги и семги. Искрился радужными пятнами холодец. Сиял изготовленный экзотический салат Андрея. Изнывало серебряное ведерко со льдом. Запотевшие бутылки дружным отрядом, плечом к плечу, притаились на углу стола.

В процессе приготовления пищи, а этим были заняты все, кроме Фомича и Настиного хахаля, компания уже успела распить бутылочку. Девушки, порой мешаясь и сталкиваясь друг с другом на огромной Валюхиной кухне, почистили и сварили картошку, поджарили грибы, заправили майонезом и сметаной салаты. Андрей колдовал на улице над шашлыками. Время от времени готовка прерывалась дружескими возлияниями. Поэтому к ужину все (за исключением, пожалуй, Настиного компаньона) пребывали в несколько приподнятом настроении. Казалось, публика – не исключая чужого, в общем-то, в компании Андрея – заразилась неким вирусом веселья, добросердечия и взаимной любви. Реплики налетали одна на другую, смех раздавался порой без всякой причины. Один только Настинвьюноша был далек от всеобщего благодушия, стоял близ камина в позе Чайльд Гарольда, порой криво усмехался и пощипывал себя за бороденку.

– Садимся! Садимся! Садимся! – троекратно прокричала Валюха. – Что, Вовик, тебе особое приглашение нужно? – фамильярно прикрикнула она на Настиного хахаля. – Давай за стол!

За крахмальным столом расположились в следующем порядке: во главу стола посадили, по общему молчаливому согласию, начальника аэроклуба, заслуженного мастера спорта Фомича. По правую руку от него устроилась Настя. Рядом с нею поместился ее молчаливый альфонс. А рядышком с ним – Мария-Мэри. Она оказалась в скромненьком деловом костюмчике из вискозы, весьма не соответствующем загородному характеру мероприятия. («Костюмчик – не иначе как от Тома Клайма», – шепнула Катюше зловредная Валентина.) Напротив Насти, юноши и Мэри (от Фомича, стало быть, по левую руку) уселась Катюша. Рядом с нею занял позицию ее невенчанный супруг Андрей. И, наконец, противоположный край стола заняла хозяйка – Валюха: села так, чтобы быть поближе к кухне.

Выпили по первой: «За высокое небо!» Потом – за себя, любимых, за то, что наконец встретились. «А то сидим по углам, как будто и командой никогда не были», – прокомментировала Валя.

Салаты подверглись немедленному разграблению.

Фомич подналег на «оливье» с холодцом, девушки – дружно, не сговариваясь, – наSalade exotique a la Andre Diachcoff.[3] Его смели мгновенно и с удовольствием. Сделали паузу только для третьего тоста, который пили молча, не чокаясь – «за тех, кто не приземлился». Женщины принялись несколько преувеличенно расхваливать салат в частности, кулинарные способности Андрея вообще и его самого в целом. Понеслись реплики: «Эх, повезло тебе, Катенька!» – «Золотой мужик!» – «А как готовит!» – «Да он вообще прелесть!» – «И голова у него варит!» – «А гляньте, какая у него попочка!»

Последняя фразочка, конечно же, принадлежала Валентине.

Девушки расхохотались, Андрей густо, до шеи, покраснел и стал протирать платком очки.

– А шашлык у него получается – еще лучше салата! – закричала приободренная похвалами подруг Катюша.

– Горячее! Горячее! – подхватила Мэри.

– В самом деле, где горячее? – осведомилась Настя. – Шашлык ведь там стынет!

– И грибочки! – воскликнул Андрей, отвлекая внимание от своей персоны.

– Ну, что, подавать? – спросила хозяйка. – А как же закуски?

– Закуски потом!

– После доедим!

– Шашлык остынет!

– Даешь горячее!

– Ну, горячее – так горячее, – несколько обиженно проговорила Валя. – Еще бы: все, кроме Фомича, пренебрегли ее замечательным холодцом и не менее прекрасным «оливье». – Но тарелки я вам мыть не буду! Отставьте в сторонку! – распорядилась она. – Потом будете из них снова есть закуски. Ночь-то длинная!..

Валентина собрала тарелки, ей бросились помогать и Катя, и Мэри. Настя оказалась увлечена узкоспециальной парашютной беседой с Фомичом. Андрей в ней ничего не понимал. Мелькали какие-то термины: «отцепка», «ПЗ-81» и даже какие-то «задние концы»…

Валя достала новую посуду, с помощью Кати и Мэри разложила по тарелкам шашлык – он, пока суд да дело, подогревался в углу камина и томил всех своим ароматом. В каждую тарелку положили, в качестве гарнира, чудесным образом сохраненных с осени грибочков. Один только Настин молодой человек отказался отглавного блюда:

– Я мяса не ем, – безапелляционно заявил он.

– А грибочков?

– И грибов не ем.

Даже Настя метнула на капризничающего спутника уничижительный взгляд.

Наконец все снова уселись.

– Под горячее!.. Выпьем под горячее!.. – донеслись возгласы.

Фомич постучал вилкой по бокалу, поднялся – девушки сразу стихли – и с долей патетики проговорил:

– Дорогие мои девушки! Милые мои Валя, – легкий поклон в сторону хозяйки, – Мэри, – поклон, – Настя, – поклон, – и Катюша!.. Я – в небе давно. Я при парашютах уже без малого сорок лет. И разные команды у меня были. Были – успешней, чем вы. Были – вообще чемпионы. И СССР, и России, и Европы, и мира. Были, честно говоря, команды более яркие. И более талантливые, прямо скажу, были… – Фомич сделал тщательно продуманную паузу. Все молчали и неотрывно глядели на руководителя аэроклуба. Слышно было только, как потрескивают поленья в камине. – …Но не было, – продолжил Фомич, – у меня команды, которую я… – снова пауза, председатель аэроклуба обвел всех своих девочек взглядом – …любил бы больше, чем вашу! Не было – более любимой, не было – более милой, не было – более очаровательной!.. И это – чистая правда!

Девушки наперебой закричали «Ура!», выбежали из-за стола и бросились к Фомичу целоваться. Получилась этакая веселая, влюбленная друг в друга куча мала.

Андрей погрустнел. Что там его экзотический салат в сравнении с десятью тысячами прыжков Фомича!

Наконец девочки отцеловались, отчокались. Расселись снова по местам, выпили.

– Шашлык-то – прелесть! – громко сказала Катя.

– Да, удался!

– Настя постаралась, – Андрей отвел от себя внимание. А может, напротив, привлек? – И мясо высший класс, и маринад.

– И повар! – подхватила Мэри, глянув на Андрея этаким многообещающим взглядом.

– А грибочки – чудо! – воскликнула Настя.

– Сама собирала, – откликнулась хозяйка. – У нас тут роща грибная. Выйдешь в будний день утречком, когда все на работе, и через час – готова корзинка. Все – белые, один к одному!

– Давайте еще выпьем – за кулинарию и кулинаров! – предложила Мэри, опять сверкнув на Андрея особенным взглядом.

Галантные мужчины снова наполнили рюмки бывшим спортсменкам.

Чокнулись, выпили, принялись закусывать.

Один только Настин Вовочка сидел, по-прежнему скрестив руки на груди, над пустой тарелкой.

За столом просидели еще долго. Воздали дань и Валентининому холодцу, и салату «оливье», и икре, и рыбе. Приговорили литровую бутыль «Мартини» и бутылку водки. Девушки налегали на «Мартини», Фомич и Дьячков пили водку, Мэри принимала и тот, и другой напиток без особого разбора, и тольковьюноша

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Пожалуйста (англ.).

2

Имеется в виду Экспертно-криминалистический центр МВД России.

3

Экзотический салат а-ля Андрей Дьячков (франц.).