
Полная версия
Инициатива наказуема, или Как (не) организовать мероприятие в своем городе
Менее известная из игр, но еще более интересная, имеет простое и ласковое название «Вишенка». Участники становятся в две шеренги напротив друг друга, каждый скрепляет руки с партнером, стоящим напротив него, и по очереди людей подбрасывают вверх на скрепленных руках от начала шеренги и до ее конца. Никто не остается при этом равнодушным, эмоции обеспечены.
Подобные игры непопулярны, о них мало кто знает, а людей собирается на таких мероприятиях даже в центре столицы не больше нескольких десятков человек. Возможно, все дело в том, что об этом не пишут и не показывают по телевизору. А может быть, из-за того, что мужчин сейчас редко воспитывают как воинов, готовых в любой момент дать отпор, и алкоголизм, курение и компьютерные игры делают свое дело. Наверное, и в том, и другом.
Затея была рискованной – организовать такое мероприятие, которое и в более крупных городах не набирало порой много людей. Но разве риск был когда-нибудь помехой для Кирилла? Он составил подробный план, где в мельчайших деталях, подробно и занудно описывалась каждая игра, заручился поддержкой местного отделения «Молодежного собрания» и с этим проектом пошел в администрацию района. Решено было провести мероприятие на празднование Масленицы, которое каждый год проводила администрация на центральной площади города, рядом с Домом культуры.
До Масленицы оставалось полтора месяца.
Мероприятие было в новинку, и поначалу к его инициативе отнеслись очень настороженно.
– Вы что, хотите устроить массовую драку на центральной площади? – спросили его знакомые боязливые женщины.
Кирилл задумался. Драка действительно будет. Но надо как-то доказать, что все поединки будут проходить в шутейном стиле, игровом. Строгие бюрократы действуют по строгому регламенту, сортируя все инициативы со стороны только по цветам «черно-белое», исключая любые оттенки. И поэтому любое лишнее слово может повлечь отказ в проведении мероприятия.
– Нет, конечно. Скажите, у вас какие-либо вообще игры будут на Масленицу? Для детей, например?
– Конечно, будут. Это же Масленица.
– Ну, вот… А я предлагаю просто расширенную программу всего этого, в большей степени для взрослых. Смотреть одну и ту же программу каждый год уже всем уже надоело на такой праздник.
Это Кирилл зря сказал. Бюрократы вопросительно посмотрели на него, промолчав. В их глазах читался вопрос – как это может надоесть? Им, например, не надоело же из года в год планировать одно и то же. Совсем даже наоборот. Для народа же стараются.
Но желание разделить труды по организации праздника с кем-то еще (тем более с тем, кому не нужно платить деньги) пересилило тяжелые сомнения. Кириллу откорректировали программу, убрали игру по перетягиванию каната, руководствуясь «железной» логикой – «у нас уже есть это в программе», а также попросили не организовывать сомнительные для них мужские состязания, типа «стенка на стенку».
«Хоть так, и то хорошо», – думал Кирилл. Сам план это мало изменило, а спорить все равно бессмысленно – никакие аргументы, а также показ видео на планшете проведения точно такого же мероприятия в центре столицы, в счет не принимались.
Следующим шагом было найти веселого гармониста. Молодецкие забавы, как-никак, народное древнерусское времяпровождение, плохо сочетается с современной музыкой. Все должно быть естественно. Кирилл обратился с соответствующей просьбой к дочке главы Дома культуры, Алене, которую хорошо знал как члена местного отделения «Молодежного собрания».
– Есть у нас такой гармонист. Он, кстати, даже лауреат международных конкурсов, – с гордостью сказала она.
Музыкант оказался молодым парнем, открытым и коммуникабельным. Несмотря на частые гастроли за границей и список наград с различных фестивалей, «звездной болезнью» он не страдал. Услышав, что от него требуется, он легко согласился помочь.
– Да, забавно. Давно хотел принять участие в подобном мероприятии. Только что именно играть?
– Что-нибудь веселое, – незамедлительно ответил ему Кирилл. – Ну, а если знаешь какие-нибудь традиционные народные мотивы, будет еще лучше.
Гармонист широко улыбнулся.
– Договорились.
Кирилл не стал спрашивать его про оплату. «Если игра на музыкальном инструменте доставляет удовольствие, и он близко знаком с местной властью, зачем еще что-то предлагать ему?» – в оправдание подумал он. Деньги всегда в большом количестве уходили на рекламу, и сокращать ее не хотелось.
Кирилл сделал красивую афишу. Администрация Дома культуры, которая как раз отвечала за проведение подобных развлекательных мероприятий в городе, обещала активное содействие и даже приняла от него макет афиши.
– Конечно, поможем, делаем ведь одно дело! И не только с распространением, но и с распечаткой тоже, – уверенно заявили Кириллу.
Похоже, дело было все-таки не совсем общим, так как афиш по будущему мероприятию он не увидел в городе вообще. Ну и ладно. После нескольких состоявшихся массовых мероприятий Кирилл уже стал надеяться только на свои силы. Поэтому после двух недель ожидания он направился в копировальный центр и за свои деньги отпечатал необходимое количество копий.
Учитывая специфику мероприятия, в этот раз афиши были поклеены даже в тех местах, о которых было сложно подумать, что они вообще могут быть подходящим местом для расклеивания объявлений. Ведь на «Молодецкие забавы» нужно было завлечь людей даже без спортивной подготовки, привлечь максимальное количество жителей. А потому все жители района должны были знать, что такое мероприятие будет проходить у них в районе. Если не пойдут сами, расскажут друзьям и знакомым.
Празднование городского праздника было назначено на два часа дня. Через полчаса запланировали выход Кирилла с его «Молодецкими забавами».
Незадолго до самой Масленицы Кириллу сообщили, что выделенное ему время сократили до получаса. Пришлось в срочном порядке сокращать программу и оставлять только самые интересные игры и состязания.
Прибыв на место, Кирилл испытал первые нерадостные эмоции. Несмотря на большую территорию городской площади и достаточно не маленький выделяемый бюджет местному Дому культуры, сцену организаторы выставить не удосужились, при этом оградили совсем небольшую территорию у самых ступенек Дома культуры. На ступеньках располагалась вся необходимая аппаратура (микрофоны, колонки) и сами ведущие.
– О, Кирилл, привет! – расплылась в улыбке Алена, увидев меня. – Ну как, готов? Твой выход в половину третьего, как и договаривались.
Алена была примерно ровесницей Кирилла. Обладающая удивительной способностью не высказывать никогда недовольство, она всегда мило улыбалась и не делала никаких замечаний. Но все это только при личном общении. За спиной она становилась настоящей коброй и незамедлительно старалась избавиться или расправиться с неугодными личностями. Пока, правда, только на уровне молодежной политики в районе. Больших полномочий у нее пока не было. Но решать дела в местном «Молодежном собрании» или вникать в активность молодежных лидеров она уже могла. К сожалению, перед ее глазами был «хороший» пример, и утруждать себя мыслью постараться помочь молодежи она не собиралась. «Политика партии» была важнее, чем поддержка инициативы местной молодежи.
– Конечно, готов, – ответил Кирилл, подражая ее милой улыбке. Затем он осмотрел не такую уж и большую толпу людей, собравшуюся к самому началу празднования Масленицы.
То, что «Молодецкие забавы» не очень популярное в народе мероприятие, в этом Кирилл еще раз убедился, внимательно и придирчиво осматривая людей, которые пришли. Людей, похожих на потенциальных участников, было от силы несколько человек.
Начало было нерадостным.
Тридцать минут до выхода на сцену. Двадцать минут. Время медленно, но верно приближалось к назначенному часу. Гармонист уже был здесь, медленно ходил взад-вперед с инструментом и разминал руки. Ведущая мероприятия, полная женщина в наряде, отдаленно напоминающем традиционное русское платье, во весь голос разогревала небольшую толпу, одновременно издалека кидая на Кирилла взгляды.
Но Кирилл готов не был. Рядом с ним было всего несколько человек. Проводить мероприятие в таком количестве было бы смешно и неинтересно.
Десять минут.
Кирилл принял решение отказаться.
«В конце концов, у них своя программа, никто не заметит ничего. Найдут, чем занять время. Детишек вон развлекут», – старательно придумывал оправдание.
Пять минут.
Половина третьего.
Кирилл решительно сделал шаг в сторону ведущей, чтобы оповестить ее об отмене мероприятия. Нервы были напряжены до предела. Он думал о том, как ему не сорваться на мат, если она вдруг задаст излюбленный людьми вопрос «почему?».
И в этот момент он заметил знакомые лица в толпе. Человек пятнадцать, и еще рядом с ними несколько незнакомых ему людей. Участники местного отделения «Молодежного собрания», парни, принимавшие участие в спортивных турнирах, и, конечно, близкие друзья – тот самый «костяк», помогавший ему все это время организовывать крупные и не очень мероприятия, которые он проводил в своем районе. Порядка двадцати человек, это уже кое-что. Там, может, и еще кто присоединится в процессе мероприятия. Можно начинать.
Кирилл взял микрофон у недовольной женщины, которая вынуждена лишь издалека догадываться, будет что-то проводиться или нет, и громким голосом возвестил всех присутствующих о начале мероприятия.
Дальше уже все проходило хорошо. Одна игра сменяла другую, участники были веселы и довольны. Вот только из зевак вызвались к участию лишь двое-трое взрослых человек. Ленивые зрители сделали по-другому – отправили принимать участие своих детей.
Самым правильным было бы не втягивать их в это. Все-таки программа была рассчитана на взрослых людей, и детям было опасно находиться в зоне таких игр. Но он все взвесил и решил – раз мероприятие и так плохо удалось, нужно его хоть как-то вывести на должный уровень. И дал согласие на присоединение к ним огромной оравы кричащих от удовольствия детей.
Конечно, после этого о проведении полноценных мужских «забав» не было и речи. Все превратилось в обычное детское развлечение. Даже когда в конце мероприятия Кирилл попросил родителей убрать своих чад к себе за ограду, чтобы все-таки были проведены назло всем шуточные бои «стенку на стенку», практически никто не стал этого делать.
Кирилл ощущал себя воспитателем детского сада или пионервожатым. Хотя плюсы, безусловно, были. Родители детей, принявших участие в мероприятии, выглядели очень довольными, а некоторые даже и счастливыми (наверное, это их отпрыски бегали самые активные). «Что ж, захочу избираться в депутаты – это будут уже мои первые избиратели», – подумал Кирилл.
Мероприятие не прошло так, как планировалось. Вместо мужских боев и игр Кирилл получил нечто похожее на детский утренник. Однако все, кто принимал участие в мероприятии, остались довольны. Понравилось даже зрителям, до этого не видавшим подобные действия на проводимом праздновании Масленицы. Все же это что-то новое, а не одна и та же программа каждый год.
Глава 13. «Молодежное собрание». Прекращение деятельности
Спустя некоторое время внутри отделения «Молодежного собрания» начался раздор, и произошли колоссальные изменения, повлекшие за собой окончательную смерть немногочисленного молодежного движения в районе.
Елена, девушка честная, прямолинейная и целеустремленная, умела организовать то или иное мероприятие и довести до конца даже самое сложное дело. Не было для нее даже проблемой привлечь необходимые ресурсы. Когда лидером был Николай Кудрявцев, она постоянно предлагала новые проекты, которые позже в основном и вела сама. После того как Николай ушел из движения, работы у нее прибавилось, нервов и терпения потребовалось еще больше. Но, несмотря на это, она не жаловалась и всегда старалась сделать все возможное и невозможное.
К сожалению, наличие различных бюрократических нюансов работы, требования делать те мероприятия, которые были нужны местным властям, а не те, которые были действительно нужны молодежи, необходимость еженедельно сдавать непонятную отчетность и отказы в содействии и помощи со стороны администрации, в конце концов, начали выводить из себя и Лену. С каждым днем она становилась все более нервной, задерганной. А через некоторое время вообще прекратила предлагать креативные идеи и рассказывать свое видение организации молодежных мероприятий.
В конечном итоге, находясь в таком состоянии, она вступила в перепалку с одним парнем в «Вконтакте», который раскритиковал деятельность «Молодежного собрания» и лично ее работу как председателя. Спор был виден всем, так как проходил в комментариях к записи одного из проведенных мероприятий. Тот парень не занимался общественной деятельностью, а судя по записям и фотографиям, размещенным на его странице в социальной сети, не занимался ничем полезным в своей жизни вовсе. Он относился к обычным обывателям, которые только критикуют (и то бестолково) всех и вся. На него вовсе не стоило обращать внимания. «Собака лает – караван идет». Однако Елена сдержаться не смогла и выплеснула на него если не весь, то почти весь запас своего раздражения и гнева, которые накопились за последнее время.
Несмотря на такой поступок, Кирилл выступил целиком и полностью на ее стороне. Потому что знал, как она работала и сколько сделала для местной молодежи. А предел терпения есть у каждого человека, и рано или поздно он заканчивается. Конечно, выражать на публике свои эмоции нельзя. Но кто знает, как поступил бы другой человек на ее месте, после всей той проведенной работы, которую не ценил никто, кроме близких людей рядом?
Алена, та самая, что помогала Кириллу с проведением «Молодецких забав», и имеющая маму, которая являлась и директором ДК, и местным депутатом, на следующий же день была вызвана «на ковер» в администрацию. Как человеку, имеющему наибольшее доверие, на нее возложили ответственную миссию – позорно исключить Елену Кульгину из рядов «Молодежного собрания», забыть все ее заслуги и отвести от нее максимальное количество членов организации. Алена со всей ответственностью прилежного исполнителя приступила к своей задаче. Она поручила своему парню, Олегу Чернышеву, лично встретиться со всеми активистами, чтобы получить у них подписи в знак согласия решения об исключении из «Собрания» Елены. После них Алена намеревалась провести собрание, на котором утвердить новые изменения.
Обо всем этом Кирилл, к счастью, узнал еще до того, как ему позвонил сам Олег.
– Кирилл, привет! Ты уже знаешь, что случилось с Леной?
Парень Алены всегда вызывал у Кирилла легкое презрение. Олег принципиально не работал, повсюду ходил за Аленой, ловил каждое ее слово и выполнял любое ее поручение. «Подобно преданному псу», – как-то подумал про себя Кирилл. А однажды и вовсе услышал от него фразу, которая объяснила все его поведение.
Разговор касался привлечения спонсоров на спортивные мероприятия Кирилла.
– У меня знакомый есть, работающий в известной ресторанной сети. Должность руководящая. Я позвоню ему, может быть, он поможет тебе.
И, помолчав, вдруг мечтательно добавил:
– Вот, парень удачно женился! Был никем, а потом вдруг сразу стал директором в богатой компании.
Кирилл никогда не показывал своего отношения к нему, что наедине, что в компании, и всегда общался с ним вежливо, считая интересы движения выше личных отношений. «В конце концов, каждому свое», – философски думал он.
И вот теперь тот выполнял самую «грязную» работу – подставлял их общую подругу, боевого товарища, в угоду своей низменной мечте – обустроить свою жизнь за счет состоятельной жены.
– Да, знаю, – коротко ответил Кирилл. «Предложит ли он мне то же самое, что предложил всем остальным членам «Собрания», или нет?» – подумал он.
– Мы решили, что ее надо срочно исключить, чтобы она не позорила наше движение. Ты сможешь сегодня встретиться со мной, чтобы поставить подпись…
– Олег, ты что, вообще спятил? – вдруг перебил его Кирилл на полуслове. Сдерживаться уже не хотелось, да и было бы перед кем.
Он подождал немного, но ответа не последовало. В трубке повисло молчание.
– Ты соображаешь хоть, что ты делаешь? Ты разобрался в ситуации? Лена – наш общий друг и соратник. Вспомни, сколько она сделала для города и района, для местной молодежи, для того же «Собрания». Ошибиться может каждый. Зачем ты так предательски, так подло поступаешь у нее за спиной?
Олег обиженно запыхтел в трубку и задал абсолютно идиотский, по мнению Кирилла, вопрос:
– Значит, ты подписывать ничего не будешь?
«Да, умом и сообразительностью ты никогда не отличался», – подумал Кирилл.
– Догадайся, – сказал он и положил трубку.
Беседовать с тем, кто всячески старался выслужиться, мечтая присосаться к кормушке, ничего при этом не делая, было противно. Тем более когда это касалось молодого здорового парня, не обремененного никакими заботами и жизненными проблемами.
Данное событие разделили уже и без того немногочисленную организацию на два фронта. Это было предсказуемо, но все равно грустно. Вчерашние товарищи, которые вместе принимали участие в акциях, ходили друг к другу на дни рождения и праздники, всегда помогали друг другу, теперь разругались между собой.
Конечно, сотрудники администрации не просто так, забавы ради, решили избавиться от активистки. Считалось, что обвинение члена «Молодежного собрания» – это обвинение и местной администрации, так как именно последняя по уставу должна курировать работу молодежи в своем районе. И если активисты «Собрания» не соблюдают рамки приличия, то виноваты не только они, но и представители местной власти.
Однако наказать можно по-разному. Но к чему разбираться или проводить беседы? Елена всего лишь простая активистка, не имеющая связей или больших денег. Пусть и незаурядная особа, стоящая по своей активности, энтузиазму и уму нескольких десятков людей, занимающих официальные посты в местной администрации.
Собрание было назначено через два дня после вынесения неофициального обвинения и приговора Елене. Этого срока должно было хватить, чтобы собрать автографы у всех, кто наивно полагал, что администрация всегда обратит внимание на своих преданных сторонников.
Что ж, в любом случае собрание – дело нужное и правильное. Кирилл считал, что лучше обсудить за общим столом все вопросы, чем решать их за спиной обвиняемого человека. В тот день у него было много дел на работе, и он приехал на встречу с опозданием минут на двадцать.
Встречи «Молодежного собрания» проходили в одном из больших кабинетов (или, точнее, залов) в здании администрации. Все садились за большой круглый стол и, представляя себя депутатами или министрами в свои неполные тридцать лет, решали различные вопросы по организации молодежных мероприятий.
В этот раз Кирилл увидел не всех участников молодежного движения. Видимо, кто-то не пришел принципиально. Елены тоже не было, вместо нее пришел ее парень Стас. «Она заболела», – коротко объяснил он ее отсутствие.
Беседа была в самом разгаре. Хотя нельзя было сказать, что спор был оживленный и участники, будто на дебатах, громко и эмоционально отстаивали свое мнение. Вовсе нет, ничего этого не было. Говорил в основном Стас, защищая свою будущую супругу. Осторожно, подобно хитрой змее, вставляла свои замечания Алена. Сухо констатировал нерадостное будущее для своей карьеры и, попутно, для всех присутствующих работник администрации Алексей, всегда помогающий активистам (по возрасту он был практически их ровесником). И еще пара человек периодически вставляли свои редкие реплики в общую беседу. Остальные же сидели и молчали. По виду и взгляду каждого из них легко можно было догадаться, что это они подписали бумагу, которую к ним подвозил Олег.
Кирилл смотрел на них и не понимал, как можно было так легко предать своих товарищей по первому зову местных властей. Ладно бы им посулили должности, деньги, какие-либо привилегии. Оно и в этом случае являлось бы позорным предательством, но хоть как-то объясняло тогда их поведение. Однако он точно знал, что ни обещано, ни уж тем более ни предоставлено не было и не будет им ничего. Каждый имел лишь свои призрачные мечтания и думал «отличусь сейчас – в будущем мне обязательно зачтется».
Кириллу вдруг стало понятно, что это начало конца. О чем бы сейчас они ни договорились, как бы мирно ни решили проблему, прежней организации уже не будет. Ровно как и сплоченности старого коллектива.
– Я вот смотрю на вас, – сказал он негромко, оглядев еще раз всех. – И не понимаю, что вы вообще делаете.
Все замолчали и непонимающе посмотрели на него.
– В городе, где я провел свое суровое детство, таких людей били без лишних слов. Даже не утруждая себя произносить обвинительные речи. Вы забыли, сколько Лена сделала для молодежного движения нашего района?
– Ты видел, что она писала? – хотела было взять инициативу в свои руки Алена.
– Видел. Но это не стоит того, чтобы так предательски и подло решать за спиной ее судьбу. Вы должны вызвать ее сюда, переговорить с ней. Узнать ее мотивы, что ей руководило. Может быть, у нее душевная травма, ей нужна помощь? Может быть, у нее проблемы с работой? Тебе ведь такое вряд ли понять, – он обратился к ней. – У тебя ведь будущее уже все расписано? Работу искать не нужно, проблем с деньгами нет и не будет. Так ведь?
Алена смущенно улыбнулась, не зная, как реагировать. Учитывая, кем были ее родители, это была чистая правда.
– Вы уже заигрались в чиновников и политиков, – продолжал Кирилл. – Причем перенимая самые худшие стороны их профессий. Не нужно этого делать. Завтра вы сделаете ошибку, и вас так же быстро выкинут из «Собрания». Ваши друзья, с которыми вы сегодня ставили подписи за лишение членства Лены, так же спокойно поставят подписи за ваше исключение из молодежного движения. Причем у вас же за спиной и без вашего ведома.
В зале повисло молчание. Это было печально, но из всех присутствующих парней и девушек Кирилла поддерживали взглядами и кивками головы лишь пара человек. Остальные либо отводили глаза, либо малозаметно улыбались, всем своим видом показывая, что все сказанное только что – ерунда, и подобное их никогда не коснется.
Ему стало противно. До такой степени, что находиться дальше уже не было никакого желания. Однако уйти – значит легко оставить свое место и сдаться без боя, позволить предателям делать свое дело. В принципе, шансов было мало, но побороться все же было нужно. Плюс к этому, не хотелось бросать Стаса, который намеревался добиться того, чтобы его девушка хоть и не принимала дальнейшего участия в делах, но номинально пока осталась в рядах членов «Собрания».
Дальнейшие полчаса были заполнены пустыми разговорами. Все предпочитали либо говорить и так понятные вещи, повторяя уже сказанное, либо молчать. Резко выступать, как Кирилл или Стас, не хотел никто. Боялись, что их так же могут потом исключить, не будут звать на мероприятия, не будут с ними общаться. Хотя что они теряли от исключения из «Молодежного собрания», было не понятно. На отношения с администрацией это никак бы не повлияло, местной власти было ровным счетом плевать на каких-то рядовых, ничем не примечательных активистов. Организация никаких привилегий, бонусов или перспектив не давала.
Наверное, страх потери того, на что ставятся надежды, был больше здравого смысла.
В итоге собрание закончилось ничем. Конкретного решения не было принято. Высказаться четко и конкретно все боялись, а Алена еще не обладала лидерскими качествами, чтобы категорично поставить точку и склонить всех к своей воле (или, скорее, к воле ее покровителей).
Это стало началом быстрого конца былой молодежной активности в районе. После собрания прошло около двух или трех месяцев, прежде чем Алене дали официальную работу в местном ДК, и она, параллельно со своими обязанностями, возглавила то, что осталось от «Молодежного собрания» (к тому времени Елена сама вышла из движения). К сожалению, как это часто бывает у детей влиятельных родителей, активности, ума, креатива и лидерских качеств у Алены было не много. Поэтому ни для кого не стало удивительным то, что еще спустя пару месяцев в «Собрании» осталась пара-тройка человек, а мероприятия стали организовываться примерно раз в месяц. Да и те не выходили за рамки помощи местным властям – проведение «субботников» (уборки территории) или шествия на праздничных мероприятиях.
Глава 14. Еще раз про армрестлинг
Турниры по армрестлингу стали хорошей традицией – за три года Кирилл с командой единомышленников провел их целых восемь. После третьего турнира он уже перестал волноваться за его проведение, после четвертого знал все тонкости мероприятия, а после шестого ему даже стало скучно их проводить, так как все начало превращаться в монотонную работу. Даже поиск участников упростился в разы – Кирилл заработал себе хорошую репутацию, известность, разрекламировал страницы в социальных сетях, и часто люди уже сами задавали вопросы, когда будет следующее соревнование.