Сергей Д. Дудашвили
Неизвестный Кыргызстан. Земля, где оставляю свое сердце

Неизвестный Кыргызстан. Земля, где оставляю свое сердце
Сергей Д. Дудашвили

Жанр поэтической прозы – лишь часть литературного увлечения Сергея Дудашвили. Как и прежние издания, вышедшие в серии «Неизвестный Кыргызстан», книга «Земля, где оставляю свое сердце» восхищает высокохудожественной поэтичностью фотографий, лиричностью текстов и глубоким философским смыслом. Проза Дудашвили поэтична, она насыщена массой точных знаний и тем легким поэтическим вымыслом, который придает каждой встрече легкий привкус неразгаданной прелести. Ее можно перечитывать много раз, находя всё новые и новые, ранее не замеченные оттенки.

Сергей Дудашвили

Неизвестный Кыргызстан: земля, где оставляю свое сердце

© «Раритет», 2016

Марсианский пейзаж

(Баткенская область)

Как выглядят пейзажи Марса в реальности? Чтобы ответить на этот вопрос, мы отправились на самый юго-запад республики – в Баткенскую область, где среди низких гор Сары-Тоо лежат фантастические ландшафты, которые с большой долей реальности можно назвать марсианскими.

Красный цвет небу придает рассеянная в атмосфере пыль. Полосчатые останцы на розовом фоне застывшего над горизонтом солнца, словно из слоистого льда. А дальше темно-бордовые дюны, застывший пыльный вихрь и каменные стога в пурпурных тонах… Днем, когда солнце еще высоко и нет горизонта, на пустынное холмогорье опускается молочная дымка. В это время ландшафт теряет объём и лучше отсидеться в тени.

Площадь марсианских экспозиций Баткена – свыше 20 квадратных километров. У этих гор бесчисленное количество ликов и декораций. Здесь нет дорог и рекомендованных маршрутов. Нет точки для съемки лучших пейзажей, как, скажем, у большинства известных памятников природы. Фотоохота в этих местах невероятно увлекательна. На внедорожнике или пешком доступны все участки инопланетной мистерии, а экспромт и интуиция в этом занятии – единственный и надежный гид.

Покрытая красно-белыми волдырями поверхность пребывала в нирване. Облюбовав замкнутую со всех сторон котловину, мы устроились на ночлег. Перед рассветом небо озарилось волшебным розовым сиянием, и началось марсианское утро.

Каменная пустыня сияла микроскопическими цветочками и каплями росы. Стены каньонов – словно витрины музейной экспозиции по истории прошлого Земли. Под тонким слоем отложений останки древних обитателей: головоногие аммониты, ростры, белемниты, брахиоподы, артроподы, креветки… Спиралевидные и двухстворчатые моллюски и прочие обитатели древних морей.

Суша образовалась здесь в результате накопления отложений. Вода, стекая в низины, размыла лощины, ущелья и каньоны. Ветер, сгладив уступы, в силу неоднородности пород придал камню непредсказуемый, случайный образ. Но самое впечатляющее – это цветная окраска окружающего ландшафта, возникающая вследствие окислений сопутствующих минералов. Красный цвет – это калий и железо. Синие и лиловые оттенки рождает марганец. Зеленый – медь, голубой – кобальт и кадмий, темно-коричневый и черный – углерод. Желтый – это натрий, сера и ее соли, фиолетовая окраска присуща фосфоритам. Словом, таблица Менделеева почти в полном составе. Все это разнообразие солнечные лучи превращают в пыль и песок. Ветер, корректируя оттенки, разносит по пространствам. Так поочередно, без отдыха и отпусков, на протяжении миллионов лет творят земные стихии в далеком Баткене марсианский ландшафт.

Долина реки Мурдаш

(Ошская область)

Мурдашский каньон… Тема для серии «Неизвестный Кыргызстан» вполне уместна. Являясь одним из удивительных природных чудес, он незаслуженно обделен вниманием туристов. Мурдаш – небольшая река, впадающая в Гульчу в местечке Кызыл-Токой, расположенном на 120-м километре Памирского тракта. Дорога на Памир – это выход в китайский Кашгар и таджикский Бадахшан, величайшие географические точки Азии. Что уж там какой-то Мурдаш. А мы не поленились, поехали и очень пожалели тех путешественников, которые проезжают мимо. Таких за сезон, по самым скромным подсчетам, около пяти тысяч человек.

Через десять километров асфальта живописное село, за которым дорога буквально втискивается в узкую каменную брешь каньона. По сути, это ворота в другой мир. Мир удивительной красоты и первозданной природы. Мурдаш не просто какой-то конкретный объект. Это обширный район Памиро-Алая между хребтом Ак-Тор и горами Туюк-Су. От скал Кожа-Келена до берегов Гульчи.

В сумрачном синем свете утра выхожу из палатки. Спящая природа еще окутана волшебным сном. От обилия росы на зеленом бархате трав она – как юная красавица в алмазном ожерелье нарождающегося небесного света. Стоит волшебная тишина. Оглядываюсь. Острые пики на дальнем плане озаряются малиновой зарей. Лишь ручей, переливаясь изумрудными струями, намекает на то, что вокруг не иллюзия, а реальный мир. Поднимаюсь к утесу. На нем площадка, и видно, как затаенная вокруг тишина льётся над землей благоуханием альпийских лугов. Её так много, что можно захлебнуться от счастья. Неожиданно из-за каменных прижимов в просыпающуюся долину ворвался КамАЗ. Дымя и сердито урча, он скрылся за поворотом, сорвав волшебный спектакль просыпающегося утра.

Позавтракав, мы тоже отправились в путь. Мурдаш продолжал удивлять. Высоченные, полированные частыми дождями стены взлетали нависающими отвесами, падали вертикалями, сливались в карнизы, рассыпались цветными осыпями. Химическое воздействие воды и воздуха на породы, образующие стены каньона, придаёт каждому пласту характерную окраску. Под лучами солнца камни переливаются множеством красок – от черной, желтой, коричневой до бело-голубой.

Калейдоскоп пейзажей продолжался: изумрудный приток ручья, рубиновый от народившегося восхода гребень. Сорвавшийся с отвеса взвод можжевельника. Юрты кочевников, табуны лошадей и приветствие чабана. И на этом фоне перечисленной классики, гармонично сочетаясь со всем окружающим миром, – жилища горцев из глины и камня.

Красота под чадрой

(Уч-Добо, Алайский район)

Это восхитительное чудо природы надежно спрятано среди выточенных стихиями мраморных пирамид. Уч-Добо означает «три горы». Проехать не заметив просто невозможно. Великолепные по форме, они гармонично формируют ландшафт правого берега реки, дразня спешащих на Памир альпинистов.

Перед селом от оживленной Памирской трассы отслаивается едва заметная колея. Преодолев мост через Гульчу, она достигает подножий Трех гор. По крутой тропе поднимаемся вдоль основания самого левого добо.

Добраться до седловины меж отливающих сталью скал вдоль подножья конусовидной горы оказалось нелегкой задачей. Минут сорок подъёма по древней осыпи и под палящим солнцем. И вот она, седловина – кругозор алайских картин. За ней котловина, застеленная плотным ковром трав. Стоит безмолвие, и новая цепь осыпей уходит в небо. Вдоль правой стены лошадиная тропа, она зовет продолжить путь. Новый взлет еще более затяжной. Вертикальный рельеф закручивает тропу в замысловатую спираль мимо кустов рябины и бесконечного числа скальных бастионов. А вот и награда с вершины перемычки – сказочная панорама. Просторная, замкнутая со всех сторон котловина и зеленое от обилия водорослей озеро в окружении высоченных каменных стен. Сделав несколько снимков, спускаемся к берегу. Горизонтальные картины выглядят куда богаче. В южной части выступающий над водой удобный плоский утес. Многопрофильное природное сооружение – не только фотосалон, оно удобно для созерцания красот и медитации.

Прелесть озера в искрящейся скромности пуглива и изменчива. У него нет собственного имени, только прописка. Здесь никогда не было туристов. И само оно лишь часть сюрреалистического пейзажа – один из главных фрагментов общей картины. Вертикальная стена и обширный грот придают картине таинственно приключенческий оттенок. Цветные лишайники, оседлав каменные осыпи, спускаются прямо к воде. Их двойное изображение – неизвестные науке земноводные.

Я сидел на теплом камне, впитывая красоты пространств. Какая одухотворенная, многоликая и чистая картина! Я парю над зелёным благоухающим пространством, но у природы свои оценки прекрасного. Нужен романтический штрих? Вот вам колеблющаяся рябь легкого ветерка бежит по зеленому прозрачному полю к противоположному берегу.

Природа творит красоту для человека. И это высшая истина! Закройте глаза, и все исчезнет. Не хочу быть пророком, но жизненный опыт подсказывает, что подобная красота, как бы она ни скрывалась под чадрой природных стихий, непременно найдет почитателей, готовых предложить взамен свое сердце.

В плену каменного очарования

(река Куршаб)

Возвращались с Памира в Ош. Дорога, подружившись у подножий Талдыка со звонкой рекой, теперь держалась рядом. Иногда ненадолго подруги расходились, но в основном бежали вместе, открывая на мостах и поворотах чудные пейзажи долины. В Гульче перекресток расставания, дорога направо к перевалу Чыйырчык, а река прямо к Куршабу и Карадарье.

А можно ли по Гульче проехать вниз по течению? – пришла вдруг интересная мысль. Смотрю карту. Оказывается, можно – до Куршаба километров 50, а там и до Узгена рукой подать. Приличная срезочка получается.

За Гульчой – столицей Алая – река течет по широкой котловине. Затем, прорезая горы Конуртобе и Алдырьян, на протяжении трех десятков километров она несется по глубокому узкому ущелью. Относительно спокойная Гульча превращается в стремительный и напористый Куршаб.

В среднем течении каньона Куршаб-Дарья, как ее еще называют, встречает могучей завораживающей красотой. Полюбоваться искусством природы можно, остановившись над пропастью с крутых серпантинов левого борта. Мраморизованный известняк – достаточно прочная горная порода, но и он не в силах противостоять амбициозным желаниям напористой реки. Зажатая в крутых скальных берегах, она пенится, грохоча на многочисленных порогах.

Полированные до блеска глыбы, выступающие из бирюзовых волн, – результат страстной борьбы стихий. В центре картины гранитные скалы и бирюзовая вода. В пойме настоящий березовый лес, тополиные рощи и заросли ивы… На кромке береговых обрывов кусты облепихи, шиповника и барбариса. А выше, по склонам, почти до видимых гребней в беспорядке плотные конусы темно-зеленой арчи. И еще одна удачно вписавшаяся в природный пейзаж деталь – самодельный, нависающий над потоком мост.

После выхода из каньона Куршаб, теряя силу инерции и разбившись на рукава, разливается по широкой, густо заселенной долине, щедро орошая значительные территории.

Привыкнув к стесненным условиям каньона, река продолжает размывать теперь уже четвертичные, более рыхлые отложения широкой долины. В какой-то момент она исчезает из поля зрения. Оставив машину, подходим к обрыву. На крутом изломе меандра геологическая дизайнерская студия. Красно-белые и розовые слои четвертичных отложений, серо-небесные глыбы песчаников, бледно-зеленые сланцы и молочные травертины… Палящее солнце августа, и мы в плену каменного очарования.

Символ караханидской культуры

(г. Узген)

Он возник как торговый пункт на одном из маршрутов Великого Шелкового пути, соединявшего Ферганскую долину с китайским Кашгаром. С середины X века и до начала XII эта земля принадлежала государству Караханидов. В результате междоусобных войн завистливых правителей государство распалось на два каганата – западный и восточный. Между ними не было границ. Столицей Восточно-караханидского каганата был город Кашгар, затем Бала-сагун, западного – Узген.


Конец ознакомительного фрагмента
Купить и скачать всю книгу
this