Опиумная война

– Это еще что? – Наставник Цзюнь в рубахе с красным поясом с написанным на лице отвращением осмотрел кучку студентов. – Постройтесь в ровную шеренгу, не толпитесь, как перепуганные несушки.

Кустистые брови Цзюня почти встречались на переносице, и оттого смуглое лицо постоянно выглядело недовольным, словно надвинулась грозовая туча.

– Выпрямите спины. – Голос Цзюня соответствовал лицу – сердитый и безжалостный. – Смотреть вперед. Руки за спину.

Рин постаралась скопировать позы стоящих перед ней однокурсников. Левое бедро зачесалось, но она не осмелилась его тронуть. Она слишком поздно поняла, что нужно было сходить в туалет.

Цзюнь расхаживал перед студентами, довольный тем, что они стоят в таких неудобных позах. Рядом с Нэчжой он остановился.

– Что это с твоим лицом?

Под левым глазом Нэчжи расплылся впечатляющий фингал – яркое фиолетовое пятно на безупречной скуле.

– Подрался, – промямлил Нэчжа.

– Когда?

– Вчера вечером.

– Тебе повезло, – сказал Цзюнь. – Если бы это произошло позже, я бы тебя отчислил. – Первое и самое важное правило в моем классе, – сказал он, повысив голос, чтобы все слышали, – никаких безответственных драк. Вы овладеете смертоносными приемами. Если применять их неправильно, можно нанести серьезные раны себе и партнеру по тренировке. Если будете драться, я выгоню вас из своего класса и буду настаивать на исключении из Синегарда. Всем ясно?

– Да, наставник, – ответили они.

Нэчжа оглянулся через плечо и бросил на Рин полный яда взгляд. Она сделала вид, что не заметила.

– Кто уже обучался боевым искусствам? – поинтересовался Цзюнь. – Поднимите руки.

Почти весь курс поднял руки. Рин в панике оглядывалась. Неужели многие уже тренировались до академии? И где же? Насколько они ее опередили? А если она не сумеет их догнать?

– Сколько лет? – спросил Цзюнь у Венки.

– Двенадцать, – ответила та. – Я обучалась стилю Мягкий кулак.

Рин вытаращила глаза. Это значит, Венка тренировалась с тех пор, как начала ходить.

Цзюнь показал на деревянный манекен.

– Серповидный удар ногой из-за спины. Снеси ему голову.

Снести голову? Рин с сомнением посмотрела на манекен. Голова и корпус были вырезаны из единого куска дерева. Голова не привинчивалась, а накрепко соединялась с торсом.

Однако Венку это ничуть не смутило. Она заняла позицию, бросила взгляд на цель, развернулась в прыжке и пнула ногой по голове манекена. Пятка пронеслась в воздухе по четкой дуге.

Нога впечаталась в голову манекена, снесла ее, и та отлетела. Голова с грохотом закатилась в угол, к стене.

У Рин отвисла челюсть.

Цзюнь одобрительно кивнул и отпустил Венку. Она с довольным видом вернулась обратно в шеренгу.

– Как она это сделала? – спросил Цзюнь.

По волшебству, решила Рин.

Цзюнь остановился перед Нян.

– Ты. Выглядишь озадаченной. Как, по-твоему, она это сделала?

Нян встревоженно прищурилась.

– Ци?

– Что такое ци?

Нян покраснела.

– Э‐э‐э… Внутренняя сила. Энергия духа?

– Энергия духа, – повторил наставник Цзюнь и фыркнул. – Деревенская чепуха. Те, кто превозносят ци до уровня загадки или сверхъестественных способностей, оказывают медвежью услугу боевым искусствам. Ци – не что иное, как обычная энергия. Та же самая, что бежит по вашим кровеносным сосудам и легким. Та же энергия, что заставляет реки течь вниз, а ветер дуть.

Он поднял руку и показал на колокольную башню пятого яруса.

– В прошлом году двое прислужников установили новый колокол. Сами они никогда бы не подняли его на такую высоту. Но с помощью хитроумной системы веревок два человека среднего телосложения сумели поднять предмет в несколько раз больше собственного веса. Этот же принцип, только в своей противоположности, работает и в боевых искусствах. В вашем теле – ограниченный запас энергии. Никакие тренировки не позволят вам исполнить сверхъестественные трюки. Но при должном упорстве и знаниях, куда нанести удар и когда…

Цзюнь обрушил кулак на корпус манекена. Он раскололся, и под рукой ровным кругом разошлись трещины.

Наставник убрал руку. Корпус манекена разлетелся на куски и рухнул на землю.

– Вы сможете сделать то, что обычный человек считает невозможным. Главное в боевом искусстве – это действие и реакция. Углы и тригонометрия. Правильный расчет силы и точный вектор. Напряжение мышц и приложение силы так, чтобы она пришлась точно в цель. Если нарастите бо́льшую мышечную массу, вы увеличите и силу. Если отточите технику, сила будет распределяться более точно и эффективно. Боевое искусство не сложнее обычной физики. Если вас это смущает, просто посоветуйтесь с великими мастерами. Не задавайте вопросов. Просто подчиняйтесь.

История была уроком смирения. Не успели они войти в аудиторию, как сутулый и лысый наставник Йим выдал интерпретацию военных затруднений Никана.

– В прошлом веке империя вела пять войн, – сказал Йим. – И все проиграла. Вот почему мы называем прошлый век «столетием унижения».

– Оптимистично, – пробормотал кудрявый парень впереди.

Если Йим его и слышал, то не подал вида. Он указал на большой пергамент с картой Восточного полушария.

– Под властью Красного императора наша страна занимала половину континента. Старая Никанская империя была местом рождения современной цивилизации. Центром мира. Все изобретения пошли из Никана, среди них магнит, печатный пресс и доменная печь. Представители Никана принесли культуру и передовые методы управления на острова Муген на востоке и Спир на юге. Но империи рушатся. Старая империя пала жертвой собственного величия. После побед и расширения на север наместники начали драться между собой. Смерть Красного императора повлекла несколько сражений без определенного исхода. И Никан разделился на двенадцать провинций, каждую возглавил один из наместников. И бо́льшую часть современной истории они сражались друг с другом. До…

– До Опиумных войн, – сказал кудрявый ученик.

– Да. До Опиумных войн. – Йим указал на страну у границы Никана, крохотный остров в форме лука. – Младший брат Никана с востока, наш прежний данник, вонзил кинжал в страну, подарившую ему цивилизацию. Остальное вы, конечно же, знаете.

Нян подняла руку.

– Почему испортились отношения между Никаном и Мугеном? В дни Красного императора Федерация мирно платила дань. Что случилось? Чего они от нас хотят?

– Наши отношения никогда не были мирными, – поправил ее Йим. – Таковы и по сегодняшний день. Муген всегда хотел большего, даже когда платил дань. Федерация – амбициозная, быстро растущая страна с большим населением на крохотном острове. Представьте, что вы милитаристская страна, где жителей больше, чем может вместить ваш остров, а расширяться некуда. Представьте, что правители объявляют себя богами, считают, что они имеют данное богами право расширить империю на все Восточное полушарие. И тогда огромная земля за морем Нариин покажется главной целью, верно?

Он снова повернулся к карте.

– Первая опиумная война была катастрофой. Раздробленная империя никогда бы не выстояла против хорошо подготовленных войск Федерации, которых муштровали для этого похода несколько десятилетий. И вот вам загадка. Как же мы выиграли Вторую опиумную войну?

Мальчик по имени Хан поднял руку.

– Благодаря Триумвирату?

В классе раздались приглушенные смешки. Триумвират – Гадюка, Дракон-император и Страж – это три героя, объединившие империю в войне против Федерации. Они вполне реальны, и женщина, известная как Гадюка, до сих пор сидит на троне в Синегарде, но их легендарное боевое искусство, скорее, больше относилось к детским сказкам. Рин выросла на историях о Триумвирате, голыми руками расправляющемся с целыми батальонами Федерации, с помощью сверхъестественных способностей насылающем бури и наводнения.

– Не смейтесь. Три героя сыграли важную роль – без их политических интриг мы бы никогда не сплотили двенадцать провинций, – сказал Йим. – Но я ждал другого ответа.

Рин подняла руку. Она помнила ответ из рассказов учителя Фейрика об истории.

– Мы уничтожили центр страны. Применили стратегию «вырубать и жечь». Когда армия Федерации углубилась слишком далеко, у нее закончились припасы, солдат нечем стало кормить.

Йим передернул плечами.

– Хороший ответ, но неверный. Это лишь пропаганда из провинциальных учебников. Стратегия «вырубать и жечь» больше навредила местному населению, чем Мугену. Еще варианты?

Поднял руку кудрявый мальчик впереди.

– Мы победили, потому что потеряли Спир.

Йим кивнул.

– Встань. Объясни.

Мальчик откинул волосы назад и поднялся.

– Мы победили, потому что потеря Спира вынудила вмешаться Гесперию. Ну а флот Гесперии намного превосходил мугенский. Они выиграли войну на море, а Никан подключился к мирному договору. На самом деле победа не вполне наша.

– Верно, – сказал Йим.

Мальчик с явным облегчением сел.

– Никан не выиграл Вторую опиумную войну, – повторил Йим. – Федерация отступила, потому что над нами сжалилась великая морская держава с запада. Мы так паршиво оборонялись, что Гесперия вмешалась из-за геноцида. Пока никанские войска застряли на северном фронте, флот Федерации за одну ночь превратил Спир в остров мертвецов. Они вырезали всех, включая детей, а тела сожгли. Весь народ перестал существовать.

Класс притих. Они выросли на историях о резне на Спире, крохотном островке, слезинке в океане между морем Нариин и заливом Омонод, лежащем рядом с провинцией Змея. Это был единственный оставшийся данник империи, покоренный и присоединенный во времена правления Красного императора. Эти события стали печальной вехой в истории Никана, ярким примером провала разрозненной армии при режиме наместников.