Європа

Игорю стоило больших трудов не рассмеяться («Вот ты дурносмех», – говорил отец ему в детстве) – пришлось даже присесть, затянуть шнурки на туфлях, лишь бы отвлечься. Благо помогло – Ждан проглотил слюну, и словно какой-то эко-вэлв перекрыл смеху путь наружу.

– А чё? – охранник почесал подбородок о ворот рубашки. – Это ж зашибись, когда так.

– Зашибись, – подтвердил Чижов.

Нейтральная рабочая интонация, привычная улыбка – но блеск в глазах всё-таки проскочил. Игорь был уверен, стоит им с Костей переглянуться, сказать друг другу: «Ну шо, пацарик, пошурупили?» – и они будут хохотать до самого закрытия.

– Я чё хотел узнать, – продолжил охранник. – У меня стиралка дома. Как вот эта. Или эта. Год назад покупали. И короче, ща чёта случилось. Включаешь, она гудит себе, но нифига не стирает. И бельё внутри не бултыхается.