bannerbanner
Записки свободного человека, или Как я провел детство
Записки свободного человека, или Как я провел детство

Полная версия

Записки свободного человека, или Как я провел детство

текст

0

0
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
3 из 3

Господа потенциальные мужчины, пожалуйста, оставайтесь джентльменами. Пусть вам и будет стократ труднее, но боль от синяков пройдет, а вот гармония с самим собой и ощущение, что вам не в чем себя упрекнуть, останется навсегда. Да и девочки, которые будут вашими прекрасными дамами, а не просто партнершами по постели и выпивке, в России есть. И всегда будут.

Homo sovetikus uspeshnikus: от появления до вымирания

В анкете для поступления в токарный техникум всего один вопрос: «Ты хорошо подумал, сынок?»

Алгоритм преуспевания, как важной составляющей полноценной жизни юного джентльмена, стоит отдельного обсуждения. Тем более это становится актуальным на фоне распространения книг из серии «Как стать миллионером за десять дней», «Секреты богатых людей» и «Десять шагов к успеху». Есть ли все-таки универсальный рецепт достижения благополучия или нам стоит ориентироваться на проверенные временем способы – Сивку-Бурку, Золотую рыбку и Царевну-лягушку?

По мнению автора, алгоритмы были и есть. Только набор обязательных качеств, которыми должен обладать будущий царевич, а пока что Иван-дурак, может со временем меняться. Постараемся рассмотреть основные пути-дороги к успеху. Представим, что потенциальный мужчина подошел к камню или, в современном варианте, к планшету и собирается начать проходить квест под названием «человек, добившийся много в жизни».

Путь первый, он же вневременной, кастовый или наследственный.

Наследственно-кастовый путь советского периода был идеально, на взгляд автора, изображен Ю. Поляковым. «Чтобы стать сантехником-международником, надо было родиться в семье сантехника-международника или, на худой конец, жениться на дочке оного». Членство в партии и места в Политбюро по наследству, конечно, не передавались. Но вот попасть в Торговый институт или МГИМО, не будучи рожденным в семье выпускников указанных институтов, можно было только чудом. Чудеса случались ровно с той периодичностью, которая позволяла обеспечивать массовку на вступительных экзаменах и передавать из уст в уста рассказы о «том парне, которому удалось». Дальнейшее развитие карьеры этих «одобренных самородков» уже не имело значения, зато поставляло кадры в посольства СССР в республике Конго или аналогичном Зимбабве. Должен же был кто-то из дипломатического корпуса своей трагической гибелью от рук реакционеров дать повод советской армии вмешаться и свергнуть капиталистическое правительство, чтобы заблудшая страна встала, наконец, на светлый путь строительства социализма. Схема не то, чтобы новая, была опробована еще на А. С. Грибоедове. Талантов тогда на Руси было, видимо, больше, поэтому могли себе позволить. В СССР народ, наверное, уже измельчал, так что использовали тех, кто был под рукой, создание «Горя от ума» обязательным условием не являлось. Торговые институты, в свою очередь, своим неучастием в создании массовок на экзаменах показывали, что кое в чем превосходили даже МГИМО. Или просто мест для «не своих» совсем не хватало: торгпредство даже в стране каких-нибудь «тонтон-макутов» было делом все равно выгодным.

В России ситуация, естественно, немного отличается от СССР. Как мы уже выяснили раньше, ценность диплома об окончании даже самого элитного ВУЗа, не гарантирует сладкой жизни. Поэтому наследственно-кастовый принцип преуспевания плавно перешел с образования на трудоустройство. Процент наличия неординарных деловых качеств и таланта во всех сферах у детей элиты напоминает результаты ЕГЭ по русскому языку в отдельных регионах Федерации – 100 %. Это видно из сообщений СМИ о назначениях двадцати пяти – тридцатилетних топ-менеджеров в государственные корпорации или около государственные бизнес-структуры. Тут сразу видны преимущества демократии: советская власть свою причастность к спецраспределителям и персональным благам, от народа стыдливо скрывала. Было что скрывать, значит! Стеснялись, понимаешь, партийного кумовства и торгового протекционизма. А теперь все открыто, мы знаем своих героев-управленцев в лицо, что, естественно, говорит об их выдающихся деловых качествах и публичности. Поскольку членам касты талантливых наследников читать наши с вами дневники некогда (они нами управляют в это время), предлагаю закончить с первой дорогой у нашего камня-планшета и перейти к началу следующей.

Путь второй, он же стандартно-этапный.

Не поручусь за цитату, надеюсь, наш талантливый сатирик М. Жванецкий, меня простит. «Консерватория, областной оркестр, зарубежные гастроли, частные уроки, валютные спекуляции, суд, Сибирь». Притом, что гениальный юморист говорил о другом (не подправить ли что-то в консерватории), стройную структуру и этапы карьерной лестницы он отразил четко. Действительно, в СССР все было прозрачно. Путь юного джентльмена был определен с детства. При наличии способностей к мозговой деятельности: школа – институт – распределение – карьера. Иногда всю жизнь на одном предприятии, от шофера до директора, иногда организации менялись. Но отрасль народного хозяйства – нет. Государство тебя выучило на инженера, поэтому в виолончелисты тебе дорога закрыта. Сиди на месте и рисуй проекты строек народного хозяйства. Музицировать будешь дома в нерабочее время. Никакие искания творческой личности в расчет не принимались. Кризис среднего возраста? Поменять что-то хочется? Не нравится работа? Мебель в квартире переставь местами, на крайний случай, город смени и, соответственно, один НИИ на другой. И все, дальше бегом проекты рисовать.

Если по своим интеллектуальным способностям на высшее образование ты не замахиваешься, но руки у тебя растут из нужного места, то милости просим после восьмого класса на производство: школа – ПТУ – распределение – станок. Между ПТУ и распределением – служба в армии. Итогом все равно становился станок (баранка грузовика, уличный «стакан» постового милиционера и т. д.). Потом росли только разряды и квалификации. Карьерный же рост измерялся уважением в трудовом коллективе и восхождением по тарифной сетке оплаты труда. Самооценка рабочего класса была на весьма высоком уровне – и продукцией гордились, благо вся она была надежной, как автомат Калашникова, и получка равнялась двум окладам врача или учителя. В общем, как говорят представители братского белорусского народа, «смогались».

Направленные родной страной по стандартно-этапному пути развития вчерашние школьники и есть классические Homo sovetikus uspeshnikus, вид, к настоящему времени, к сожалению, почти полностью уничтоженный. Как бизоны в Северной Америке. Если с бизонами все более-менее понятно – белые и краснокожие охотники и трапперы оказались для них единственным олицетворением Старухи-с-Косой, то у бывшего советского среднего класса врагов оказалось гораздо больше. Тут приложили руку и западные капиталисты со своим дешевым товаром, из-за которых закрывались производства, и доморощенные маркетологи, не способные спрогнозировать ситуацию в экономике дольше, чем на квартал (а Homo sovetikus мог существовать только в стабильно-неизменной экосистеме). Пытавшиеся адаптироваться к изменившемуся инвестиционному климату инженеры тысячами гибли в сражениях с представителями новых капиталистически-адаптированных видов, которые разыгрывались на рынках Турции из-за партии кожаных курток. Правда, инженеры уходили интеллигентно, без истерик и не портили статистику радужных сводок о повальном переходе страны к капитализму. Рабочий класс, как более жизнеспособный, пытался отстоять свою территорию: стучал касками по мостовой перед Кремлем, перекрывал трассы и даже поставил одного из олигархов в неудобное положение – заставил приехать в моногород, да еще и без ручки, пришлось ему подписывать капитуляцию чужой. Собирался в спешке, видимо, забыл захватить. Но финал был одинаковый. Последнего представителя подвида инженеров наука пропустила, поэтому сказать, где он нашел свой конец, мы не в состоянии. Про последнего представителя пролетариата известно больше – говорят, он с мужиками, т. е., как минимум, их было несколько, собирался ехать в Москву и кого-то разгонять. Дальше след обрывается. Видимо, кто-то разогнал их более успешно…

Путь третий, он же партийно-корпоративный.

Сразу оговорюсь, что партийный путь построения карьеры был характерен исключительно для СССР. Все-таки без малого семидесятилетний срок существования в стране однопартийной системы позволяет исследователям делать вывод о репрезентативности выборки. В России, учитывая, что партийным патриархом по возрасту является ЛДПР со своим бессменным лидером, которая в сравнении с КПСС еще дошкольник, говорить о влиянии партий на карьеру, на мой взгляд, преждевременно. О корпоративном пути, наверное, тоже, в силу его молодости. Но упомянуть этот способ достижения успеха юным джентльменом мы просто обязаны. Иначе картина возможных вариантов была бы неполной.

Итак, ступени партийной карьеры: школа (командир звездочки, звеньевой пионеров, староста класса, участие в совете школы, комсорг); институт (опять же, комсорг, член студенческого научного общества, активный общественный деятель, инструктор ВЛКСМ); работа (либо сразу партийная: райком, горком, обком и далее stairway to heaven, либо партком на предприятии).

Корпоративное ответвление – специалисты: старший, ведущий, главный; заместитель начальника отдела, начальник отдела; заместитель начальника и начальник управления. Затем департамент, вице-президент и остальные небожители.

Роднит две ветки третьего пути несколько моментов. Первый: корпорация и партия – структуры с большим количеством сотрудников. Второй: корпорации в российском понимании, равно как и партия в СССР, ничего не производят, а только осуществляют руководство, читай, потребление. Третий: в определенные исторические периоды членство в партии, работа на корпорацию или наличие тесных связей с указанными структурами, является необходимым условием для преуспевания. И, наконец, последнее, плавно вытекающее из первого: в толпе сотрудников легче затеряться и вместо работы заниматься демагогией, интригами или просто бездельничать, регулярно получая за это деньги или иные блага.

Действительно, если раньше на вопрос: «Кем ты хочешь быть?» школьники честно отвечали, в зависимости от года проведения опроса: военным, космонавтом, ученым, бандитом, бизнесменом и т. д., то теперь капитаны российского бизнеса честно говорят, что вместо открытия собственного дела пошли бы наемным сотрудником либо в государственную структуру, либо в около государственную корпорацию. Значит, наступила эпоха обязательности какого-нибудь членства хотя бы где-нибудь. Не в первый и не в последний раз, конечно, ведь все, что мы видим вокруг, когда-то уже было.

Для юного джентльмена важно понять, устраивает ли его хотя бы один из рассмотренных выше путей прохождения квеста «успешный человек». Если да, то выбор очевиден. Если нет и вы, подобно автору, цените личную независимость, в том числе от работодателей, превыше всего, то с вами мы еще встретимся в одной из следующих глав.

Ломка школьных стереотипов и ее последствия

Отвечая ударом на удар, трудно удержаться, чтоб не добавить еще парочку.

Мы уже говорили о наборе обязательных требований к потенциальному мужчине времен СССР. Расставленные флажки четко очерчивали грани дозволенного. Демократические ветры перемен снесли социалистические ограждения и вчерашние школьники оказались в измененном мире. Конечно, в силу молодости и сопутствующей ей гибкости, перестройка сознания выпускников бывших советских, а ныне российских школ, прошла не так болезненно, как у их родителей. Если упоминавшийся ранее Homo sovetikus почти полностью вымер, то его потомки имели больше шансов адаптироваться к новой действительности. Хотя им тоже было непросто.

Рассмотрим это на довольно необычном примере. Речь пойдет о «второй» или сменной обуви. Социалистическое толкование вопроса сменной обуви в школе было буквальным: труд уборщицы надо уважать, поэтому в грязных ботинках ходить по школе нельзя. Следили за этим учителя и следили строго. Потом принципы демократического централизма сменились просто демократическими и в школах начали «вреднять» основы местного самоуправления. Чтобы все не рухнуло окончательно, привлекать школьников решили к довольно безобидным, как казалось поначалу, проблемам. К вопросу контроля наличия сменной обуви, например. Тут-то на свет Божий и вылезли первые конфликты из серии «человек, дорвавшийся до власти».

Дежурить по контролю были обязаны ученики старших классов, с девятого по одиннадцатый включительно. Чтобы было понятно, сразу поясню: десятые и одиннадцатые классы – это практически дембеля. Девятые классы, как еще не сдавшие переходные экзамены, в число дембелей могли и не попасть. И, если в устойчивой системе ценностей советского периода, девятиклассники смотрели на старших снизу вверх, в полном соответствии с табелем о рангах, то вручение им пусть и временной власти над старослужащими было стратегической ошибкой. Как говорится, «дедушкам» мыть ноги по сроку службы не положено». Т. е., сменной обуви у старшеклассников не было по принципиальным соображениям. Действительно, уважение к труду уборщиц на тот момент уже было отменено, кругом сплошная махновщина, а тут вдруг у нас что-то контролировать будут. Еще и не учителя (их мы пока что уважали, благо, было за что), а какие-то сопляки из девятых классов!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента
Купить и скачать всю книгу
На страницу:
3 из 3