Владимир Григорьевич Колычев
Чужая жена

А на Стаса смотрела восхитительная красавица. Может, это сестра Пузыря? Или речь шла о каком-то другом Паше?

– Да, он звонил, говорил, что через две недели, – сказала женщина.

– А мы его боевые друзья, – заявил Тимоха, широко улыбнулся, расправил плечи и выпятил грудь, усеянную значками так же густо, как небо – звездами.

Хлебнули они лиха на войне. Парням не раз случалось стрелять и убивать. Дело доходило до рукопашных схваток. Но боевые награды обошли их стороной. Представления на медали ушли наверх, но армейская бюрократия оказалась сильнее вооруженных врагов. А медаль «За отвагу» была бы сейчас в самый раз.

– Боевые?…

– Ну а как же. Полгода в Чечне с Пашей были. Разве он про нас не писал?

– Нет.

– Странно. А то я черкнул бы вам письмецо из горящего танка.

Красавица удивленно повела бровью.

– Дорогая Катерина Матвеевна, пишу вам письмо из горящего танка, на груди погибшего товарища, – бодро проговорил Тимоха.

– Это шутка такая?

– Да, вроде того. В танке мы не горели, не довелось. А погибшие товарищи были, – с героическим видом произнес Тимоха и тяжело вздохнул.

– Паша ничего не говорил.

– Вас не хотел расстраивать. Да и скромный он.

– Да, скромный, – согласилась красавица.

– Но мы-то знаем, как он воевал. Столько всего можем рассказать! – с намеком сказал Тимоха.

Он рвался в гости, но хозяйка квартиры держала его на пороге. Это недоразумение нужно было срочно исправлять.

– Паша сам все расскажет, – сказала женщина и мило улыбнулась.

– Да нет…

– Приятно было познакомиться. – Она явно давала понять, что разговор окончен.

– Так мы и не знакомились.

– Ирина.

– Тимоха! Тимофей.

– Очень приятно! Всего вам доброго! – Ирина улыбнулась еще ярче и стала закрывать дверь.

Стас не мог ее за это осуждать. Замужняя женщина не должна впускать в дом холостых мужчин. Хотя бы из опасения стать жертвой злых языков. Соседи могут не так все понять.

– Может, мы тебе помешали? – спросил он.

– Помешали? – Ирина настороженно замерла.

– Ну, может, там у тебя гость? – Тимоха кивнул ей за спину.

– Гость?!

Сначала она возмущенно распахнула глаза, и только затем – дверь.

– Нет у меня никого! – Ирина посторонилась, чтобы дорогие гости могли пройти в дом.

– Как это нет? – с улыбкой спросил Тимоха, переступая порог. – А мы?

Но Стас так и остался стоять. Он в гости не напрашивался. Его совесть была чиста. А раз так, то и не стоит ее пачкать.

Тимоха бросил сумку на пол, присел, чтобы расшнуровать берцы. На хитрой и наглой физиономии ни капли сомнения. Его нельзя было исправить. К нему можно было только привыкнуть. Стас давно это уже понял.

– А ты чего стоишь? – спросила Ирина, с затаенной насмешкой глянув на него.

– Да я во дворе подожду. Тимоха, я перекурить успею? – нарочно громко спросил Стас.

Он ясно давал понять, что времени у Тимохи в обрез. Пузырь, может, и трус, но это вовсе не повод, чтобы досаждать его жене.

– Давай-давай, проходи. – Ирина подалась к Стасу, будто собиралась взять его под локоть, но даже руку через порог не протянула.

– Нет, я во дворе посижу, – буркнул он и качнул головой.

– Хочешь, чтобы я тебя упрашивала? – Ирина повела бровью, собираясь возмутиться.

– Вовсе нет.

Снимая берцы, Стас думал о том, что не зря прихватил с собой новые носки. Утром в поезде он выбросил старые и надел свежие. Но уже полдень. Как бы обнова не завоняла.

Еще он сразу же подумал о том, что квартира у Ирины просторная, с хорошим ремонтом. В прихожей новая мебель, в гостиной через арочный проход виднелась роскошная гарнитурная стенка. Да и на кухне, куда провела его Ирина, все в норме, как в лучших домах.

Вот как не позавидовать Пузырю? И жена у него – недостижимый идеал, и квартира трехкомнатная чуть ли не в центре Москвы. Вернется пацан из армии, будет как сыр в масле кататься. В объятиях жены. Он очень скоро забудет о том, что закосил от командировки в Чечню.

Вот-вот. Потому и закосил, чтобы не потерять этот свой прижизненный рай.

– Чай, кофе? – спросила Ирина.

– И то, и другое, – ответил Тимоха, улыбнулся и скользнул взглядом по ее бедру, по всей длине закрытому полой шелкового халата, украшенного иероглифами.

– Тогда чайник поставь, а я сейчас, – сказала она, неприязненно глянула на Тимоху, зашла в спальню и закрыла за собой дверь.

– Мы пойдем, – тихо сказал Стас, обращаясь к другу.

– Чего это? – спросил тот и скривился.

Новости
Библиотека
Обратная связь
Поиск