Древняя Камбоджа: поэты и короли. Популярные историко-литературные очерки

Он расширил свою территорию на 5—6 тыс. ли. Затем он пожелал подчинить царство Цзинь линь, но заболел и послал в поход вместо себя своего сына-наследника Цзинь Шэна» (Цитировано по: Берзин Э. О., «История Таиланда», М., «Наука», 1973, с.18.).

Как видим, территория первой древнекхмерской империи была весьма внушительной. Китайская мера длины ли составляет около полкилометра.

Одной из самых богатых провинций Бапнома (Фунани) было царство, которое китайцы именовали Дуньсунь или Пань Пань. Это царство занимало земли у северо-западного угла Сиамского залива, на перешейке Кра. Это было превосходнейшее место для торговли, перекресток морских путей. От границ этой земли начинались пути в Северный Вьетнам, Индию, Парфию. Та же «Лян шу» свидетельствует о расцвете приморской торговли в этом зависимом от Бапнома царстве: «На этой ярмарке встречаются Восток и Запад. За день здесь бывает более 10 тысяч людей. Драгоценности, редкие товары – нет ничего, чего бы здесь не было» (Э. О. Берзин, «История Таиланда», с.22).

Неудивительно, что индийские купцы оседали в этой бапномской провинции. О масштабах индийской колонизации писали китайские путешественники и историки. Один из них, историк V века Чжу Чжи писал, что в царстве Дуньсунь имеются 500 семей ху, то есть жителей Индии и других западных стран. А это уже несколько тысяч человек. Кроме того, историк рассказывал, что здесь уже были два буддийских монастыря и более тысячи брахманов. Такой мощный приток индийцев ускорил развитие государства. В немалой степени в интересах индийских купцов велась и завоевательная политика Бапнома. В начале пятого века поток колонистов из Индии вырос чрезвычайно, поскольку индийский император Самудрагупта завершил завоевание значительной части Индии. Очень многим его противникам с семьями пришлось покинуть родные края, чтобы заняться прибыльной торговлей на Востоке или поступить на службу к «царю горы», на худой конец, к кому-нибудь из «малых царей». В Дуньсуне, например, правители относились к брахманам с необыкновенным почтением, не как к вынужденным переселенцам, а как к ценным иностранным специалистам.

Что же известно о литературе Бапнома? Очень немногое. Определенное количество надписей на камне, носящих в основном деловой характер. Китайские источники упоминают о том, что жители Бапнома «налоги платят золотом, серебром, жемчугом, благовонными смолами. У них есть книги, хранилища письменных документов и других вещей» (А. Миго, «Кхмеры», с. 31).

Вот. Есть книги. Такое могущественное государство, как Бапном, неизбежно имело свои культурные ценности. Значит, существовала и литература. Хотя никаких книг с тех давних времен не сохранилось. Это и неудивительно, если предположить, что они писались на пальмовых листьях и были поэтому весьма недолговечными. Кроме того, книги эти, скорее всего священные тексты брахманизма, писались на санскрите, то есть были доступны лишь узкому кругу образованной придворной элиты и предназначались для религиозных церемоний. Об их сюжетах мы можем догадываться. Чтобы представить себе содержание этих книг, нужно обратиться к древнеиндийской литературе.

Боги и герои Древней Индии

Культура Древней Индии вошла в плоть и кровь кхмерского общества. Сюжеты литературы и искусства Древней Индии, переработанные на местной почве, причудливо переплетенные с кхмерскими преданиями, сделались неотъемлемой частью камбоджийской культуры. Целое море сюжетов для кхмерской литературы дала богатейшая мифология, принесенная в Индию еще древними арьями, а затем, уже в преображенном виде распространившаяся вместе с индийскими религиями по странам Юго-Восточной Азии.

Примерно во II тысячелетии до н.э. новые пришельцы – арьи появились в землях Индии. В течение долгих веков, волна за волной, они переселялись на свою новую родину.

Прежде чем попасть в Индию, арийские племена кочевали уже много сотен лет. Вся их жизнь была бесконечной дорогой. В III тысячелетии до н.э. арийские или индоевропейские племена начали свое движение на Балканы, в Малую Азию, Иран. Когда-то арийские предки иранцев и индийцев составляли, видимо, единую общность, разделение которой произошло как раз во II тысячелетии до н.э., когда одна часть индоиранцев осела в Иране (кстати, само название Иран восходит к слову Арьянам, что значит «Страна арьев»), а другая часть отправилась в поисках лучших земель в Индию. В памяти народа еще жили, но уже очень смутно, воспоминания о далекой северной родине на берегах молочно-белого моря, где многие месяцы царит светлый день без заката, сменяемый столь же долгой ночью. Возможно, что движение арьев на юг проходило по землям нынешней России. Об этом свидетельствуют и данные филологии, географические названия. Из современных европейских языков самыми близкими к санскриту оказываются балтийские и славянские языки, в частности русский. Более архаичные балтийские языки (литовский, латышский) по своему основному словарному фонду и по некоторым грамматическим характеристикам особенно напоминают санскрит.

В Индии арьи столкнулись с местным населением, этнический тип которого резко отличался от арийского. Арьи как выходцы из северных земель обладали европеоидным внешним обликом со светлой кожей, голубыми или серыми глазами, светлыми или каштановыми волосами. Местные жители были темнокожими людьми, которые внешне напоминали коренных жителей Австралии и Океании. Отношения пришельцев и коренного населения, естественно, далеко не всегда были мирными, особенно если учитывать воинственность арьев. Недаром в древнейших индийских текстах враги часто изображаются черными. Отсюда и разделение индийских богов на светлых и темных. Постепенное тысячелетнее взаимопроникновение, многовековое смешение европеоидной и негроидной рас и определило впоследствии современный облик индийцев.

Древнейшие племена арьев были самостоятельными политическими единицами. Между ними также бывали войны. Но временами, объединяясь против общего врага, они составляли военные союзы племен. Среди известных нам арийских племен, упоминаются пуру, бхараты, яду и криви. Последнее из названий очень напоминает название одного восточнославянского племенного союза – кривичей. Скорее всего, это случайное совпадение. Слишком уж разные эпохи и страны. Тем не менее, напрашивается ненаучное предположение, а не восходят ли эти два названия к общему индоевропейскому корню, а может быть, и к общему предку – племени? Например, известно, что в языке более архаичном, нежели славянские, а именно, в латышском языке Россия и по сей день именуется Криевия, а русские – криеви, (по-латгальски вообще Кривия и криви), то есть «кривы», так как соседями древних латышских племен всегда были кривичи. А сюда бы еще и санскритское слово «виш», обозначавшее «племя», «народ». Похоже на славянское «вич». «Криви» и «виш», вот и получается «кривич», то есть «кривы», или люди Крива. Но таким образом можно сблизить такие народы, как куру (древнеиндийская народность, образовавшаяся из слияния нескольких арийских племен, в том числе бхараты и пуру) и курши (одна из народностей – предков современных латышей). Возьмите латышское название «Курземе» – «земля куршей» и русское Курск. Интересно, что в Индии тоже была своя Курземе, священный край к северу от современного Дели, – Курукшетра, что значит «земля куру». Куру была одной из первых народностей, сложившихся в Индии в первые века I тысячелетия до н. э. Понятно, что подобная этимология наивна и напоминает изыски российских исследователей девятнадцатого века. Они, например, выводили название народа кривичей от прусского имени собственного Криве. А из упомянутого летописцем Нестором киевского идола Симарьглы сделали весеннюю богиню Зимцерлу, из слов «зима» и «стерла».

Но гипотетически имена Куру и Криви могли появиться в очень древние времена еще в индоевропейском праязыке. Вдруг в этом что-то есть?

Кроме всего прочего, арьи столкнулись на новой родине с тяжелым для жителей северных краев тропическим климатом. Душная жара, джунгли, тропические ливни, насекомые, болезни представляли не меньшую опасность для пришельцев, чем стычки с местными племенами. Возможно, что поражающие воображение упражнения индийских йогов, их невероятная способность управлять своим телом, выработались как реакция арьев на тяжелый климат новой родины.

Главной ценностью кочевников – арьев были не золото и драгоценности, а скот. В своих молитвах они просили богов о приумножении их стад. Не случайно древнейшее слово для обозначения войны, борьбы у них было «гавишти» (от санскр. гавас – коровы, и ишти – поиск), то есть «поиски коров». Арийский корень слова «корова» в таджикском – гов, в латышском govs – тот же, что и в русском слове «говядина». В старославянском «говядо» – бык, рогатый скот. О значении скота в жизни древних индоевропейцев говорят разные дошедшие до нас из глубины веков современные слова, например английского или немецкого языков. Вот откуда, например, английское fee, обозначающее различные платежи и денежные вознаграждения? Древневерхненемецкий язык – fihu, готский язык – faihu, современный немецкий – Vieh. Всё это «скот», но ещё в древних языках это же слово означало «имущество», «средство платежа». Исследователи считают, что современное немецкое слово Schatz («сокровище»), возможно, тоже связано со скотом (древневерхненемецкое – scaz и готское – scatts («богатство, деньги») явно одного корня с русским «скот»). Не исключено, что германцы позаимствовали это слово у славян. В летописях про русского князя Ярослава пишут: «и начаша скот брати, от мужа по четыре куны, а от старост по 10 гривен, а от бояр по 18 гривен» (т. е. князь начал собирать деньги – «скот»). Отметим также, что древние римляне употребляли для обозначения денег слово pecunia, которое происходит от слова pecus – всё тот же «скот».

Придя в Индию, арьи постепенно сделались оседлыми людьми, стали привыкать к новым условиям жизни. Они заимствовали многие навыки у местного населения. Их верования стали сплетаться с религиозными представлениями доарийского населения. Много веков понадобилось индийцам, чтобы из двух основных пластов культуры выплавилась единая индийская культура, единая система ценностей, богатейшая мифология. Арьи привнесли в индуизм идею о верховенстве бога Брахмы, а также разделение общества на части, или варны: жрецов, брахманов, воинов-кшатриев и прочих – вайшьев, шудр. (Слово «варна» значит буквально «цвет». В связи с этим существуют гипотезы о том, что варны возникли в эпоху завоевания белокожими арьями темнокожих аборигенов. На деле, вероятнее всего, варны возникли в результате взаимодействия многих исторических факторов на стадии разложения первобытнообщинного строя (Бонгард-Леви Г. М., Ильин Г. Ф. «Древняя Индия», М.,1969 с. 162- 169). Так вырос и сформировался индуизм, как новая целостная система мировоззрения. Были записаны Священные книги индуизма – Веды, правом читать которые, и обучать которым были наделены только брахманы.

Знание гимнов

«Заря уже всходила раньше; да взойдет она опять, богиня, устремляющая вдаль наши колесницы, которые мчатся вперед при ее появлении, как корабли в погоне за богатством».

Из гимна богине Ушас. «Ригведа»

Арьи привезли в Индию своих богов. Скорее всего, это были деревянные фигурки в походных алтарях, которые арийские кочевники всегда возили с собой. Уже после прихода арьев в Индию была завершена первая из священных книг, самая древняя из них – «Ригведа» («Знание гимнов»).

Это собрание древнейших гимнов. В них в качестве главного бога упоминается Дьяус. Это отголосок более древнего культа, сложившегося еще до прихода арийцев в Индию. «В „Ригведе“ мы застаем культ этого очень древнего божества уже на стадии угасания, полузабытым отголоском более ранней эпохи. Он прославляется всего в шести гимнах „Ригведы“, причем неизменно в паре с Притхиви, богиней земли» (Эрман В. Г. «Очерк истории ведийской литературы» М., «Наука», с.54). Позднее первым среди богов стал почитаться Брахма. Дьяус в облике своего античного собрата Зевса (санскр. Дьяус-питар /Дьяус-отец/, др. греч. Зеус-патер, латин. Диес-питер или Юпитер), остался на небесном троне в верованиях индоевропейцев, которые поселились в на юге Европы, в Древней Греции и Риме.

Брахма возник из золотого яйца и создал мир и все, что существует в нем. Подобно Зевсу, породившему из своей головы Афину, из своего чела он произвел великого бога Рудру. В имени Рудра корень «руд» – «рыдать» (ср. русск. «рыдать», латышск. Raudāt). Еще это имя толкуется иногда как «Красный» (ср. немецкое rot, английское red). Рудра – сочетание гнева и милости. Рудра – «красный вепрь небес», поражает людей страшными стрелами, злыми болезнями, но он может проявить милость и исцелять. И стали называть его люди «Милостивый», по-санскритски «Шива». Позднее в Индии, как затем и в древней Камбодже, возник культ могучего бога Шивы, символа созидания и разрушения. Обиталище великого Шивы находится на вершине священной горы Кайласа. Одно из имен этого бога – Пашупати, что значит «Отец всех животных», так как Шива покровительствует и стадам домашнего скота и диким животным. Еще одно его имя – Ишана – Властитель. Другое имя могущественного бога – Владыка трезубца. Этим страшным оружием наносит он сокрушительные, смертельные удары всем врагам и грешникам на исходе Времени. Сокрушив грешный мир, Шива начинает танец созидания, и жизнь возрождается вновь.

Первым из богов познал Шива мудрость аскетизма. Он сделался отшельником. В одиночестве среди величественных гор проводил он все время в святых размышлениях. Но однажды покой его посмела нарушить девушка Парвати, дочь владыки гор. Дело в том, что лукавый Кама, шаловливый бог любви и желания, во многом похожий на древнегреческого Эрота, поднял свой волшебный лук и послал стрелу любви прямо в сердце бедной девушки. Пылая страстью к великому отшельнику, Парвати приблизилась к Шиве. И тот, исполнившись гнева, испепелил дерзкого Каму смертоносным лучом своего третьего глаза.

И все-таки Парвати стала супругой великого Шивы. Смягчилось сердце грозного бога при виде покорно склонившейся перед ним милой девушки. Только тогда понял бог, что могущество и сила его многократно выросли благодаря соединению с женским началом «шакти». С тех пор Шива олицетворяет зарождение жизни. Повсюду поклоняются его фаллическим изображениям – шивалингам.

Вместе с солнцем возник справедливый бог Вишну. Неотделим был он от бога солнца – Сурьи, измеряя тремя великими шагами год на берегах молочного океана. Два его шага были видны людям. А третий шаг Вишну сокрыт был от глаз людей непроницаемой мглой, потому что чудовищный змей Вритра захватывал солнце, пряча его светлый диск в подземном мире. Но Вишну не мог надолго оставить людей во тьме без согревающего солнечного света. Вместе с богом-воителем Индрой Вишну вызволил солнце на радость людям. Возможно, что Вритра первоначально был у арьев символом долгой полярной ночи в тех северных краях, где они обитали в незапамятные времена.

«Видя только два шага того,Кто выглядит, как солнце, мечется смертный —На его третий шаг никто не отважится взглянуть,Даже крылатые птицы в полете…»

(Гусева Н. Р., «Мифы Древней Индии», М., 1999, с. 49)

Вишну – хранитель справедливости в мире. Он спит, и в такт его дыханию пульсирует мир. Когда наступает время, Вишну просыпается и воплощается на земле, чтобы восстановить утраченный порядок и справедливость.

В Национальном музее Камбоджи (Пномпень). Фото из альбома Кобелев Е. В., Солнцев Н. Н. Кампучия. Фотоальбом. – М.: Планета, 1986.

Вишну и Шива так близки в стремлении к справедливости, что сливаются в единый образ, и потому получили они от великого Брахмы общее имя Хари-Хара.

Наиболее почитаема великая триада богов Брахма, Шива и Вишну – Тримурти. За ними в индуистской мифологии следует целый сонм богов и богинь, олицетворяющих разные стихии: Агни – огонь, Сурья – солнце, Ваю – ветер. В предрассветные сумерки появляются на небосклоне предвестники зари – братья Ашвины, собратья древнегреческих Диоскуров. За ними выступает светлая богиня зари – Ушас. (Сравните с именами древнегреческой богини Эос с ее пурпурными перстами или латинской Авроры. Этим именам родственно также и русское слово «утро». )

Образ прекрасной девы Ушас в сверкающем жемчужным светом наряде наиболее поэтичен. Ее яркие лучи подобны стадам багряных коров.

Грозами повелевает прекрасный бог Индра, сжимающий в своей руке грозное оружие, громовую палицу – ваджру. В этом отношении именно он близок древнегреческому Зевсу. Он всегда готов к жаркой схватке с врагом. Едва родившись, в сверкающих доспехах, он сразу потянулся к оружию. Обликом своим он напоминает арийского вождя. Этот великан с золотыми или рыжими волосами и бородой, как и человек, обладает не только отвагой, но и присущими обыкновенному человеку страстями и пороками. Индра выпивает огромное количество сомы, сказочного пьянящего напитка. Этот напиток делался из сока какого-то растения, обладающего, по-видимому, галлюциногенными свойствами. Некоторые ученые считают, что древние арии использовали в качестве такого растения мухоморы. Впоследствии Сома стал ассоциироваться с богом луны. Не только Индра, подобно обыкновенному земному вождю, подвержен греху пьянства, но и другие боги древних индийцев не отказываются от обильных возлияний на пирах. В. Г. Эрман приводит такие строки из «Ригведы»: «Индра пьян, Агни пьян, все боги захмелели» (с.71).

Временами Индра, подобно скандинавскому воину-берсерку, впадает в ярость. Однажды в припадке ярости он разбил колесницу прекрасной Ушас (Зари), и та в ужасе убежала прочь. Во многом он похож и на скандинавского бога Тора, с его разящим насмерть молотом Мьельниром. Индра может быть и милосердным. Когда же, выпив безмерное количество сомы, он во главе своих воинов-богов бури, Марутов летит на врага, страшен и грозен он. Ничто не устоит перед ним. Вся его жизнь проходит в неустанных походах и битвах с демонами. Он мчится на золотой колеснице, запряженной двумя рыжими или гнедыми конями с золотыми гривами. Его колесничий Ваю, бог ветра.

В древнейших текстах Индра выступает как бог битвы, побеждающий земных врагов. Он сокрушает враждебные арьям племена нечестивцев, которые не признают арийских богов и обрядов. Десятками тысяч истребляет он темнокожих дасов, захватывает во множестве их города. Индра воюет на стороне арьев, помогая их вождям достичь победы.

Постоянный эпитет Индры – «Победитель Вритры». Ударом огненной ваджры Индра поразил космического змея и освободил воды и солнце. В. Г. Эрман приводит один из гимнов, описывающих победу Индры над Вритрой: «Когда ты поразил его, о, Индра, перворожденного из драконов, когда убил его, применив непревзойденные свои чары, и породил тем солнце, небо и зарю, не осталось поистине достойного тебя противника. Вритру, злейшего Вритру, Змея, поразил Индра ваджрой, могучим оружием. Как сучья дерева, срубленные топором, лежит дракон, распростертый на земле» (с.68).

Индра – божество воздушной сферы. Он красив и обольстителен. Подобно античному Зевсу – Юпитеру он часто выступает в качестве героя-любовника в различных похождениях, соблазняя земных женщин.

В небесах у Индры прекраснейший дворец, где взор прекрасного бога услаждают небесные танцовщицы – апсары и сладкоголосые певцы – гандхарвы. Это настоящий рай (по-санскритски «сварга»), в котором находят покой и усладу доблестные воины.

Интересно, что в совсем древнем представлении апсарами и гандхарвами назывались оборотни, низшие демоны. По происхождению эти существа были первоначально духами воды и деревьев, подобные русским русалкам, греческим нимфам и фавнам, германским эльфам.