Привычка любить

Все-таки мы решили сходить в жилищки – жилой комплекс, окружённый забором, который находился неподалеку отсюда. Многоэтажки, построенные в этом комплексе, стояли рядом с катакомбами, где находились мы. Девушки пошли вперед в их сторону, я тоже не стал отставать от них. Подошли ко входу и пересекли границу жилищек. Теперь мы ступали по чистенькой асфальтированной тропинке, по бокам которой был усажен газон с маленькими елочками и кустиками. Затем мы выбрались на дорогу и пошли по ней в сторону следующего двора. Следующий двор был усеян ровной травой и окружен двумя многоэтажками с двух сторон, из-за чего на него почти не падали лучи солнца. В этом дворе стояли пара качелей и горка. В стороне виднелся низкий забор, который отделял площадку для подвижных игр от остального двора.

Там мы и провели большую часть времени. Затем пошли на монолит и там погуляли до самого вечера. Вскоре настало время расходиться. День был этот веселый и необычный. Наверное, почти единственный день, когда я еще не знал никаких огорчений и боли в груди.

А ведь мне и правда еще не доставалось ни терять близких мне людей, ни ссориться с ними всерьез, не переживать предательства и разлуки. Сейчас я еще неприкосновенен для каких-либо потерь, разочарований, обид и всего прочего.

Мы дошли до подъезда Снежи и девушки распрощались друг с другом. Я улыбнулся сам себе, когда подумал, насколько они счастливы быть вместе. Сам я такого не мог почувствовать даже с самыми близкими друзьями. Даша отпустила свою подругу из объятий и отступила немного. Снежа зашла в подъезд.

– Чё, тебя проводить? – спросил я у Даши.

– Ну как хочешь, пошли, – ответила она с непринужденной улыбкой на своем личике.

И мы пошли вместе. Покинули подъезд Снежи, прошли всю дорогу, которая стелилась рядом с коричнево-белой многоэтажкой и вела к школе. Теперь, когда мы остались наедине, я не шутил и был весьма серьезен. Мы разговаривали о прошедшем дне: о том, как было странно увидеться в катакомбах, о том, как было весело гулять и как все-таки хорошо, что мы встретили друг друга, потому что иначе было бы гораздо скучнее. Я шёл и думал о том, как классно, что мы начали сближаться друг с другом, о том, как это хорошо, когда между нами есть общий язык.

– А вот Илья все пропустил, – говорила Даша.

– Ха-ха-ха, ну да, – смеялся я. Не во зло смеялся, в шутку.

Я смотрел ей в глаза, они иногда сами натыкались на мой взгляд. Что-то космическое в них было. Какое-то лиловое сияние. Было ощущение, что либо это глаза очень счастливого человека, либо, наоборот, проливающего частенько слезы. Либо то, и то. Неизвестно мне ещё было, что же стоит за этой девушкой. Но я верил, что всё теперь будет хорошо, и даже если она раньше часто проливала слёзы, то теперь все будет совершенно иначе. В это откровенно верилось. И я был счастлив.

Мы обошли школу и уже подходили к «114» двору. Впереди виднелся дом Даши. Вечерний блик окон освещал наше присутствие. Мы шли по асфальтовой дороге, окружённой спящими машинами. Вскоре мы подошли к её подъезду. Вокруг сияли огоньки фонарей, а по оживлённой дороге, где-то в стороне, катались из стороны в сторону разные автомобили. Мы подобрались почти к самому крыльцу подъезда. Даша примкнула ко мне по ближе, и мы слегка обнялись. Что-то приятное проскользнуло где-то в груди. Необычное. Странное.

– Ладно, пока, – сказала она. – Спасибо, что проводил.

Даша улыбнулась, я тоже с ней попрощался. Попрощался и пошел один обратно. Обратно теми же путями, по которым мы добирались сюда. И я, вроде бы, был теперь один, но почему-то казалось, что в этот момент я совсем не одинок. Я вспоминал, как шёл с Дашей за руку в заброшенном коридоре, как проводил её и как при нашем расставании обнял её. Я вспоминал её взгляд, который так и не мог раствориться в этом прошедшем дне, вспоминал тот оттенок теплоты, что остался на моей ладони надолго, ту прогулку вдвоем, которая длилась не так долго, но в то же время была пропитана теплыми чувствами.

Я поспешил уходить в сторону своего дома.

Когда я зашел домой, мы переписывались с Ильей, и я рассказал о том, как сегодня прошёл день. Он вернулся поздно, поэтому мы переписывались только к ночи. Потом я уснул, но до этого еще долго вспоминал весь прошедший день…

* * *

Проходили последние два дня каникул. У нас получилось встретиться сразу же на следующий день, после того дня, когда мы гуляли втроем – я, Даша и Снежа. Мы встретились и пошли во двор с домиком. Когда мы пришли туда, то начали играть в правду или действие, Илья и Даша бегали друг за другом вокруг домика, все мы веселились и не знали печали. Через какое-то время Илья погрустнел и вышел из домика, следуя на качели. Он присел на одну из качелей, и вскоре Даша решила выйти и поговорить с ним. Я замечал, как Даша стояла возле качели, а Илья сидел на одной из них. Они вели какой-то разговор. Вскоре Даша тоже села на другую качель, и они так же продолжили о чем-то беседовать.

Мы разговаривали о чем-то со Снежей. Думали о том, почему Илья иногда становился грустным и каким-то слишком унылым. У него ведь была и девушка, и друзья, так почему же он грустит. Может, я просто чего-то не понимаю? Может это всё потому, что у меня не было отношений и я не знаю всех их тонкостей? Может быть…

Даша и Илья вернулись обратно в домик и сели вместе. Я оглянулся на лавочку, где была та самая надпись, обведённая сердечком: «И + Д». Всё казалось каким-то неестественным. Что-то определенно менялось в отношениях Даши с Ильей. Хотя, может быть, это просто сегодня такой день?

Посидев еще какое-то время в домике, мы встали и пошли в сторону школы. Когда мы подошли ко входу, у нас с Ильёй возникла мысль сходить до магазина, который стоял почти возле школы, за девятиэтажным домом. Не долго подумав, мы ускользнули в сторону магазина, а девушки остались ждать нас на улице. Я редко заходил в этот магазин. У него, по-моему, даже названия толком-то и не было. Магазин этот был тихий и в нём продавались разные продукты. Мы купили какие-то сладкие трубочки, которые потом все вместе и скушали. Тогда я думал, что, может быть, я буду чаще заходить в этот магазин и покупать эти самые трубочки.

Затем мы еще не очень долго погуляли. Пришло время, и мы так же разошлись возле дома Даши, подождали, пока подруги наобнимаются и точно так же, проводя и Снежу, разошлись по домам.

При мне Илья уже не был таким грустным. Мы весело дошли до его дома и, когда настало время прощаться, он предложил:

– Ты же все равно завтра уезжаешь, давай сходим ко мне всей компанией – ты, я, Даша, Снежа – и посмотрим фильм? Последний день лета всё-таки.

– Ну хорошо, во сколько? – спросил я.

– Часа в два можно, ну я у Даши узнаю, когда она сможет. Ладно, пока.

– Пока, – попрощался я с другом, пожав ему руку.

И ушел домой.

Наступил последний день лета.

Мы встретились на монолите всей компанией и пошли в сторону дома Ильи. Подойдя к его двери, мы радостно начали ждать, пока Илья откроет её. Зайдя к нему домой, мы разулись в прихожей и пошли в его комнату. На этот раз там было всё прибрано, девушки устроились на застеленный диван, а мы с Ильей отнесли их куртки на вешалку и пошли на кухню греть чай.

Мы нашли всего две заварки, немного сухого завтрака и попкорна. «Как всегда у Ильи что-то есть к чаю», – подумал я и принялся наливать уже согретую до максимума воду из чайника. Мы наполнили четыре стакана горячей водой, макнули туда заварки и начали уносить все угощения вместе с чаем в комнату, где нас ждала девушка Ильи и её подруга.

После того, как мы приготовили стол, и всё сложили на него, следующей задачей было выбрать, кино или мультфильм мы будем смотреть. Даша и Снежа проголосовали за мультфильм, и, не замедляясь в решениях, Илья начал искать тот мультик, который захотел посмотреть каждый из нас.

Мне было без разницы, что смотреть.

Я присел с краю, Снежа с другого, а Илья с Дашей сидели в обнимку посередине дивана. На моей душе было радостно от того, что все мы собрались здесь. От того, что Илья с Дашей не ссорятся и даже не думают грустить. Все мы тут собрались, чтобы насладиться последним днём лета.

Ещё долго мы смотрели этот мультфильм. Я часто замечал, как Илья обнимает Дашу. Внутри я чувствовал, что он счастлив, но почему же тогда иногда на него находила какая-то грусть? А мне же ещё сегодня ехать… Ох, как не хочется-то…

Досмотрев мультфильм, мы принялись уносить весь оставшийся на столе мусор и немытые кружки от чая. Пробыли еще какое-то время в комнате, затем начали собираться выходить на улицу. Я посмотрел в окно с девятого этажа: в небе садилось яркое предосеннее солнце, какие-то далёкие птицы порхали где-то вдалеке от нас, внизу проезжали шумные машины и проходили по обочине редкие люди.

Я застегнул кофту и вышел из комнаты. Увидев, как две девушки стоят возле выхода в прихожей, я завернул на кухню, заметил, как Илья домывает посуду

Мы вместе зашли в прихожую и начали обуваться. Даша со Снежей сидели. Вскоре мой друг собрался, и мы все уже стояли в прихожей и обувались.

Завязав последний шнурок на ботинке, Илья закрыл дверь в квартиру, и мы все потихоньку вышли в подъезд. Недолго думая, Илья так же закрыл и входную дверь. Мы все спустились на этаж ниже и вызвали лифт на восьмой этаж. Отворив свою дверь, лифт терпеливо дожидался, пока мы зайдём в его тесную комнатку и отправимся вниз.

Мы разошлись возле подъезда Ильи, и я пошел домой за портфелем с вещами, чтобы уехать на поселок. И я уехал в этот последний наш летний день. В автобусе я всё думал о том, как же всё-таки хорошо, что Илье досталась такая девушка, как Даша. Я был искренне рад за него. Правда, я не понимал, почему он не делал первые шаги к ней навстречу, почему не обнимал, не целовал и не ходил с ней за руку. Почему они не могли гулять вдвоём, чтобы им никто не мешал, если дело заключалось в присутствии лишних глаз. Думать об этом, если честно, не особо хотелось. Завтра первое сентября, поэтому нужно держать себя в руках и начинать новую жизнь. И всё-таки хоть лето длилось три месяца, где-то в сердце я понимал, что только эти последние дни, проведённые с новыми лицами, стали самыми лучшими и только из-за этих прогулок и посиделок у Ильи в гостях, можно было считать, что это лето было самое лучшее.

ГЛАВА 4

На этом наше лето еще не закончилось. Буквально всю ночь мы переписывались в новой беседе, которую создала Даша. Так не хотелось расставаться друг с другом, расставаться с этим летом, и мы решили хотя бы переписываться все вместе в беседе. Там мы шутили, грустили и общались. Играли в правду или действие и всё было почти как вживую. Только чего-то не хватало. Наверное, всё же в жизни общаться было бы гораздо лучше.

Так проходила неделя. Каждый день мы что-то рассказывали друг другу, смеялись текстом и смайликами и делились через сообщения чувствами. Даша всё время писала, что она некрасивая и часто комплексовала из-за своих сомнений. Илья старался её поддержать и говорил, что она ошибается, но выходило это весьма сомнительно. В беседе мы особо ещё не ссорились и это было хорошо для нас всех.

На выходных у меня со всеми встретиться не получилось. Илья в субботу был в деревне, а девушки по такому случаю гуляли в другой компании. В воскресенье Даша и Снежа пошли к Илье в гости и сидели у него почти весь день. Настала новая неделя.

Илья мне ничего не рассказывал про его отношения с Дашей, да и я с ним на эту тему не особо-то и беседовал. Выходные прошли, и я так же сидел весь день после школы дома. В беседе никто не переписывался в течении двух-трех дней. Это было странно, ведь до этих выходных беседа жила чуть ли не каждый день, и оповещения приходили чуть ли не каждую секунду. Что-то происходило. Что-то невидимое и странное.

Прошло пару дней после начала учебной недели. Погода восстанавливалась, но все же еще не было так тепло, как хотелось бы. Те сырые дни, что мы провели в последние дни лета уже были позади. Началась учёба и было мучительно ждать выходных, чтобы встретиться всем вместе. Да и первая неделя была в пролёте – не получилось встретиться ни с Дашей, ни со Снежей, ни даже с Ильей. Я особо не переживал за то, что в беседе никто не переписывается, так как было много других дел. Проходила и вторая учебная неделя.

В четверг я так же пришел со школы домой и завалился на диван, с целью посмотреть, пишет ли кто-нибудь в нашей беседе. Я разблокировал экран телефона и зашел во «Вконтакте». Перешёл в диалоги и действительно увидел какие-то сообщения в беседе.

– Илья, а вы че с Дашей расстались? – спросила Снежа.

– Эмм, кто тебе сказал? – написала в следующую минуту Даша.

Потом ещё какая-то переписка, я мельком прочитал все сообщения и, так и не найдя ответ на вопрос «почему всё-таки они расстались и правда ли это вообще», я решил всё-таки спросить:

– А чё вы с Ильей расстались?

– Это ты у него спроси, он просто ЭГОИСТ, – написала Даша.

Потом еще переписка. Разные грустные сообщения от Снежи про то, что она никому не нужна и так далее. Точно такие же от Даши. Было странно, что Илья расстался с Дашей, ведь вроде бы всё было нормально у них, она даже в воскресенье со Снежей у него была. Да и Илья ничего мне не говорил о своих отношениях, разве что мельком. Так может их и не было, этих отношений? Кто знает, когда они расстались? Может быть, почти сразу, как наступила осень? Кто его знает…

Я не стал думать над этим. Лишь спросил у Ильи, правда ли это, а затем отстал от этой темы. Это была правда. В беседе Даша опять писала что-то про то, что ей всё надоело, что её много раз уже бросали, про то, как тяжело девушкам и так далее. Я лишь изредка что-то писал, но писал я несерьёзно и даже иногда язвительно и надоедливо.

– Витя, ты кого любишь? – спросила Даша.

– Никого)

– Самое больное у тебя впереди, – написала она.

Я всё отшучивался, не воспринимая всерьёз всех Дашиных наставлений. Мне было сейчас совершенно по фигу на всю эту любовь. У меня ещё не было отношений, поэтому я не мог как чего-то посоветовать по этой части, так и самому понять, как же лучше было бы поступить Даше с Ильей. Я ни разу не чувствовал, что такое НАСТОЯЩАЯ любовь. Да, мне нравились какие-то девушки, но до отношений с ними у меня ни разу не доходило. Не хотелось. И мне было нормально. Я жил своей жизнью и не мучился так, как мучились мои друзья, у которых уже во всю порхали, но вскоре, чередой споров и ссор, умирали кружащие в животе бабочки.

Беседа жила еще до самой ночи. Мы о чём-то переписывались, но это общение было не такое, как хотелось бы. Я начал скучать по своим друзьям. Хотелось встретиться и пройтись по знакомым местам всей компанией. Ах да, точно… Даша же с Ильей теперь не вместе. Может, больше мы вообще не будем видеться из-за того, что Даше будет просто-напросто неприятно видеть Илью рядом с собой и общаться с ним. Хотя, из беседы же она его не исключила…

Так проходили осенние дни. В этот четверг все мы узнали, что Илья больше не в отношениях с Дашей. Да, это, наверное, серьезно могло потрясти нашу общую дружбу, да и к тому же, я был вообще удивлен, что мы до сих пор переписывались в беседе. В сообщениях стало больше какой-то скрытой депрессии, какого-то странного, невидимого гнева. Конечно, это было не всегда, но часто мы стали ссорились не из-за чего.

Подходили выходные. Я отучился в школе в субботнее утро и, как только пришел домой, начал собираться в город. На улице уже во всю светило яркое солнце, небо открыло свою голубизну, и все тучи куда-то словно испарились.

Я пришёл на остановку и стал дождаться автобуса. Через полчаса я уже был в городе и шагал по дворам мимо коричнево-белых многоэтажек. Зашел к Илье, и мы решили посидеть у него дома. Мы развалились на диване, писали в беседу сообщения и занимались всякой ерундой. Затем я ушел домой, а когда оказался дома, понял, что там никого нет. Через какое-то время мы встретились с Ильей на улице. Я предложил ему у меня ночевать.

Илья начал отпрашиваться у родителей и, когда они ему разрешили пойти ко мне на ночевку (а было это уже под вечер), мы пошли в магазин за всякими сладостями. Весь субботний день так и пролетел. Мы зашли ко мне домой. Повсюду было темно и ни единого шороха не доносилось из комнат квартиры. Мы включили яркий свет в коридоре и направились в зал. После пяти минут нашего пребывания дома, почти в каждом уголке квартиры горел свет.

Не долго думая, мы разлеглись в зале и начали перебирать сладости из портфелей. Я достал из своего рюкзака пару пачек сухариков, одну пачку чипсов и две бутылки какого-то лимонада. Илья не стал мешкать и тоже вытащил из своего портфеля разные вкусности, купленные нами для ночёвки. Следующим шагом Илья сфотографировал все наши покупки, которые мы для этого демонстративно разбросали на полу, а затем кинул эту фотографию в беседу.

– О-о-о, – написала Снежа. – Вы чё, ночуете?

– Да, – написал Илья со своей страницы, пока я глядел в его экран, через его спину.

– Воу, – написала в следующее мгновение Даша. – Крутые, чё)

Затем началась дружеская переписка. Было такое ощущение, что Даше было уже совершенно плевать на недавнее расставание с Ильёй. Или, может быть, она уже привыкла к тому, что ее бросают? И этот вывод я не сам выдумал, ведь она это и писала как-то на днях в беседу, когда начинался очередной депрессняк.

Я оглядывал весь зал – вот, балкон, за дверью и окнами которого скрывается тёмная осенняя городская улица, освещённая где-то вдалеке фонарями, стоящими у дорог. Я посмотрел в другое место. Заметил какой-то уют в том, что повсюду сейчас царила какая-то лёгкая и светлая тишина. Илья сидел в телефоне и все так же переписывался с кем-то, похрустывая сухариками. Я же просто лежал на диване и, держа в одной руке телефон, писал что-то в нашу беседу. Мне приходили в ответ сообщения, и я всякий раз тут же старался на них быстрее ответить, убирая в сторону пачку чипсов и отряхивая от крошек руки.

Илья был веселым, он так и не рассказал мне про то, почему они расстались с Дашей. Мой друг лишь что-то намекал и мельком говорил о какой-то ревности и о том, что сейчас у него сложный период в жизни и он не готов к серьёзным отношениям. Наверное, это и объясняло его застенчивость и то, что он не делал первые шаги к Даше навстречу.

– Я некрасивая, – опять в беседе началась какая-то сомнительная суета. На этот раз писала первая Даша. – Вот скажите, кому я нужна? Один бросил, как и другие, а мне теперь переживать. Как же сложно девушкам…

– О чем ты, Даш? – на этот раз сообщение отправила её подруга Снежа. – Я вообще ни с кем не встречаюсь и не буду, наверное, никогда.

– Так, всё, успокойтесь, – вписался, будто в крутой поворот, в разговор Илья.

– Нет, – ответила Даша и добавила к этому сообщению стикер со злым котиком. – Я чмо.

– Нет, Даш, я думаю, ты красивее меня в сто раз, – написала Снежа.

– Не думаю… – тут же пришло сообщение от Даши. – Го у пацанов спросим, Снеж?

– Да, Даш, го.

– Давай в лс спросим только, – написала Даша.

– Чё спросите? – спросил я.

– Щас, – написала Даша.

Прошло полминуты.

– Пацаны, кто красивее, я или Даша? – написала Снежа.

Мы начали думать, что ответить. Сказать, обе – не поймут и всё равно будут докапываться. Признаваться в том, что Даша мне действительно нравится больше, как-то не хотелось только из-за того, чтобы не обидеть Снежу в том случае, если Илья тоже выберет Дашу. Мы начали спорить сразу после того, как всё-таки попробовали написать:

– Обе норм.

Но тут же нас тормознули:

– Так нечестно, – написала Даша. – Вы одну должны выбрать.

Я разлёгся на диване, сделав вид, будто мне без разницы кого выбрать. Илья начал спрашивать, кого написать от меня.

– Ты кого выбираешь? – спросил он.

– Ну не знаю…

Минута молчания. Я сделал задумчивое лицо.

– Ну тебе кто больше нравится? – продолжал Илья.

Я всё мялся, но старался придерживать уверенный и расчётливый вид. Лёжа на диване, я понимал, что сейчас, наверное, придётся сказать правду. Хотя что в этом такого? Девушки просто спросили, поэтому можно ответить так, как есть. Всё равно ничего от этого не изменится.

– Ну я Дашу выбираю, – сказал я вслух.

– Ясно, я все-таки Снежу.

– Чё, так и пишем? – спросил я, но уже через минуту прочитал сообщение с нашими ответами, которое написал Илья. Ещё ранее Илья тоже пытался как-то ответить, что они обе хорошие и красивые, но эти попытки не увенчались особым успехом. Разве что лишь одно Снежа один раз написала «Спасибо!»

Мы переписывались ещё примерно до часу ночи, а затем улеглись спать.

На следующий день Илья посидел у меня ещё где-то до двенадцати дня, а затем ушел домой. В этот же день уехал и я к себе домой на поселок.

ГЛАВА 5

Неделя встретила нашу компанию ссорами среди девушек. Даша обижалась на Снежу и не отвечала на её сообщения и вопросы. Понедельник прошёл как-то мимолетом, что ли. А затем настал вторник. Это был странный день. Даже в чём-то он был переломный. Но для начала, о моих чувствах…

Я ощущал эту боль внутри Даши. Точнее, не ощущал, а видел. Ощущать ещё не мог. Она часто была вся на нервах после расставания с Ильей, грустила не из-за чего и обижалась на любые нелепые шутки. Она мне нравилась, не смотря на то, что часто вздорила с подругой и не по-божески посылала всех, кто пошутит в её адрес хоть раз. И я шутил. После того, как они расстались с Ильей, я стал действительно почти каждый раз над ней шутить. Это выглядело даже не так обидно со стороны. Иногда я перебивал её в сообщениях (да, и такое, как оказывается, возможно), иногда передразнивал или писал что-то несерьёзное во всякие грустные и депрессивные моменты. Такие подколы её, откровенно говоря, бесили и раздражали, но я даже не пытался переставать.

Мне нравилось, когда она злилась, когда бесилась из-за меня и писала с ненавистью каждое сообщение, адресованное мне. Иногда я, наоборот, пытался ее успокоить и один раз, когда она пошла спать и сказала, чтобы мы не писали сообщения и не отвлекали ее, начал уговаривать всех участников беседы ничего не писать и дал Даше выспаться, но… Но я сам не понимал, что пишу эти сообщения и отвлекаю ее. Смешно, аж плакать хочется. Хотя, это только сейчас. Может быть, каждому знакомо, когда пытаешься сделать как лучше, а получается – наоборот? Думаю, да. Только это сейчас мне смешно. А потом все будет по-другому.

Даша была на взводе и послала Илью, при этом сказав что-то по то, что в душе он слабый и те, кто об этом ей говорили, были правы. Затем Илья тоже высказался:

– Знаешь, я даже не сожалею, что мы расстались.

– Ну и ладно. Ты просто ЭГОИСТ! Тебе наплевать на других, – все писала Даша.

А потом диалог обрывался. Я не читал сообщения, был чем-то занят. Позже заходил, все прочитывал и остановился на одном сообщении, которое отправила Снежа:

– Даша меня не прощает, парня нет, это уже капец какой-то…

Затем Илья ей отвечал:

– Я пессимист, пофигист, мне плевать на все и так далее. Будь как я, Снеж.

Я читал и недоумевал. Сейчас мне было как-то не до этих споров, но все-таки я делал для себя кое-какие выводы из всех переписок. Когда Даша писала что-то про Илью, я понимал, что она пытается быть сильной и не переживать из-за их расставания. Да и она не переживала особо. Ей хотелось чего-то другого. Она сама говорила, что хочет парня, который бы ее не бросил, который бы любил только ее одну… Писала его приметы – выше ее самой, красивый, смешной, любящий музыку… Сюда бы добавить «смелый и дерзкий», но сейчас мне было не до того. Я думал о Снеже. Точнее, так же пытался разобрать ее проблему. Она писала про своего друга, который делает ей всякие намеки, но она не понимает, любит ли он ее или нет, а сама боится ему признаться в своих чувствах. Илья, наверное, тоже хотел себе девушку, которая бы любила его. Я не понимал, зачем все-таки он бросил Дашу, ведь, по ее словам, она очень верная и любит долго. Она так говорила не раз. И я прислушивался. Наверное, она хотела найти себе парня, который был бы похож на нее, поэтому искала такого же верного, как она, такого же красивого… Красивого, как она? Может она мне действительно нравится, если я так рассуждаю? Наверное, да. Точнее, точно нравится. Но сейчас я этого не замечаю. Да и не судьба, я думаю, мне с ней быть вместе. Что же скажет Илья? Хотя, судя по нашим перепискам, ему наплевать на нее совершенно. Как и ей на него. Да что там, она точно не будет со мной встречаться. Да и мне не надо. Только чего-то не хватало. Когда они с Ильей были вместе, я был счастлив за него, но сейчас я просто ничего не чувствовал, кроме какой-то тянущейся пустоты. Эта пустота переплеталась с воспоминаниями о том дне, когда я проводил Дашу до дома, обнял ее и поплелся обратно домой по холодной улице. Эти воспоминания был беспощадно горячими. Так же были горячи и те воспоминания, когда в этот же день она взяла меня за руку в темном коридоре, когда мы шли по катакомбам. Вспоминались наши посиделки в домике во дворе у её дома, прогулки и прощания.