Жизнь, полная любви. Часть I. Посланник. Часть II. Постыдная тайна

Иногда, когда бывает трудно расслабиться, я считаю от ста до единицы, и обычно это помогает, даже когда ум того не желает. Я начал медленно считать и после нескольких цифр услышал чей-то очень тихий голос, считающий вместе со мной. Я остановился и прислушался, но ничего не услышал. Начинаю считать снова, но после одного или двух чисел снова слышу этот голос. Предположив, что это плод разыгравшегося воображения, решаю не считать, а ждать момента, когда тело заснет само. И вот, как раз на грани, за которой тело отключается, в точке, где слух и физические ощущения пропадают, что-то ударяет по кровати так сильно, что по ней проходит волна. Может, это приятель зашел ко мне в гости и так пробует разбудить меня? Приподнимаю повязку и открываю глаза. Не верю своим глазам – то, что я вижу, совсем не мой друг! Сердце, кажется, готово разорвать грудную клетку.

Передо мной стоит ангел! Большой, ростом, по крайней мере, фунтов семь (около двух метров десяти сантиметров). Отряхиваясь, он говорит что-то вроде: «Ты что, никогда не пылесосишь под кроватью? У тебя большие проблемы с пылью, дружище». Я все еще в наушниках и не должен его слышать, но отчетливо слышу в голове все, что он говорит.

На мгновение прервавшись, я взял еще одну сигарету из пачки. Нина и Денни как будто застыли во времени. По лицу Денни можно было предположить, что он думает, что ангел собирается содрать с меня живого полосу кожу. Я прикурил сигарету и продолжил рассказ.

– Это были не те слова, что ожидаешь услышать от ангела. Тела я не чувствовал, но сердце и ум мчались со скоростью миллиарда миль в час. Не знаю, как долго мы пялились друг на друга. При этом он еще и улыбался. Не думаю, что я улыбался в ответ. В голове проносились разные мысли. «Этого не может быть! Он пришел, чтобы напугать меня до смерти, – наверное, нельзя было пользоваться йогическими штучками для игры в лотерею! Вселенная потеряла терпение по отношению ко мне? А вдруг она послала этого ангела, чтобы меня исправить?» Тело начало дрожать. Мне приходилось пугаться и раньше, но так, как в этот раз, – никогда. Я подумал, не выпрыгнуть ли из окна, но сообразил, что ничего не получится. Вдобавок он стоял слишком близко к двери, чтобы можно было пробежать мимо. Я слышал, как часть меня кричала: «Сматывайся поскорее!» – «Подыграю ему, – сказал я себе. – Язык поможет мне выйти из этой ситуации. Скажу „привет“ и не буду терять голову».

С трудом удалось выдавить из себя одно слово – я сказал: «Привет!»

Он наклонился ко мне. «Вот это да! Посмотрите-ка, он разговаривает. Приятель, расслабься, а то твои глаза вылетят из орбит».

Я уже было начал свыкаться с новой ситуаций, как тут он наклонился в мою сторону и громко гавкнул: «Гав!»

– Во мне что-то перемкнуло, – сообщил я, наблюдая за оцепеневшими лицами Нины и Денни.

«Ну вот, теперь, когда к тебе вернулось дыхание, почему бы нам не поговорить по душам?» – с улыбкой предложил ангел.

– Тут уж я не выдержал – испуганный, вскочил и прыгнул на него. Если слова не помогают, буду драться! Но пролетаю прямо сквозь него – и угодил прямо головой в стену.

Я прервался, чтобы сделать глоток скотча и несколько затяжек. Каждый раз, когда вспоминаю об этом эпизоде, сердце начинает бешено биться в груди.

Денни покачал головой.

– Ты что, ненормальный, бросаться на ангела?!

Нина зашлась смехом, и нам двоим не оставалось ничего другого, как последовать ее примеру.

О друзьях-деревьях

Вспоминаю времена, когда был меньше ростом, младше годами и бегал быстрее. Когда шпага моя была проворней.

Одной из любимых игр было драться на шпагах с деревьями.

Кто-то подумает, что деревья – не такие уж грозные противники, и будет не прав. Нужно только правильно выбрать.

В каждом лесу найдется около полудюжины подходящих деревьев. Тут все имеет значение. Некоторые из них предпочитают гибкие шпаги, и вам придется точно рассчитывать свой удар, потому что удар в ответ может быть нанесен с удвоенной силой.

С другой стороны, получить укол гибкой шпагой не так больно, как рубящий удар жесткой саблей. В самом разгаре битвы ваше оружие может быть разрублено им пополам. Вот тогда вы влипли. Остается лишь спасаться бегством в надежде, что другое дерево даст вам свою шпагу. Если вы, конечно, еще не шатаетесь между стволами с клинком, торчащим из спины.

До сего дня, гуляя по лесу, я вспоминаю свои боевые кличи.

И слышу зов: «Дружище, выходи на поединок!»

Тут же просыпается сердце, в голову бьет адреналин, движения ускоряются.

Но я слышу лишь тишину, когда обнимаю деревья и отдаю им любовь.

Да, много раз получал я при этом уколы в спину и ношу эти шрамы с честью и достоинством.

Бросьте мне вызов, и, клянусь жизнью, я обниму вас так, что из ваших пор потечет сама любовь.

Моим друзьям деревьям, с любовью.

Глава 13

Мое счастливое число

– Никогда не слышал, чтобы кто-то лез в драку с Ангелом! Если попал в беду, зачем усугублять положение? – спросил Денни, качая головой и вытирая слезы смеха.

Я пожал плечами.

– Не знаю, что на меня нашло. Видно, перепугался до смерти. Помню, что запаниковал и сорвался, когда громко и отчетливо услышал его «Гав!», несмотря на то, что был в наушниках.

– Что же было дальше? – вернула меня к рассказу Нина.

– Я ударился головой о стену и отключился. А очнувшись, обнаружил себя сидящим в кресле в гостиной. Напротив на диване расположился полупрозрачный ангел – сквозь него были видны предметы. Удивительно, но у меня на лбу не было ни шишки, ни ссадины. Голова тоже не болела. Я чувствовал себя, как после долгого сна. Или как при параличе: ум спокоен, тело расслаблено. Странно, ведь я несомненно ударялся головой о стену, потому что слышал тот неописуемый звук, что обычно раздается за момент до отключения сознания при ударе. Часы показывали почти восемнадцать тридцать. Значит прошло четыре часа с четырнадцати тридцати, когда я лег и начал работу над ставками.

Я посмотрел на ангела и спросил:

– Ты кто?

– Разве это не очевидно? – ответил он вопросом на вопрос.

Я пялился на него, но парализованный мозг не справлялся с этой задачей. В голову пришла мысль, что, возможно, я сплю.

– Давай подскажу, – улыбнулся он. Почему-то его улыбка показалась мне знакомой.

– Смотри, кры-ы-ылья, – он расправил одно их своих крыльев, чтобы мне было лучше видно. – Вот перья. И смотри, я свечусь и могу включать и выключать свет.

До этого я не замечал, что свет был включен. Ошеломленный, я сидел, уставившись на него.

– Подожди, не отгадывай. Видишь, вот мой нимб, и это еще не все. Я могу парить, могу стать совсем маленьким или очень большим. Ладно, даю тебе три попытки.

Ангел продолжал сидеть на диване, а я собирался с мыслями. В его облике было что-то очень знакомое. Наконец, я прямо спросил:

– Откуда я тебя знаю?

Казалось, я думаю и произношу слова, как в замедленном кино.

– Не в бровь, а в глаз! Хотя, в твоем случае, скорее, головой в стену, – со смехом ответил ангел.

В моей голове воссиял свет. На секунду что-то неясное всплыло в мозгу.

Я ткнул пальцем в его сторону и произнес:

– Сники.

– Сказавший, что удар головой о стену не приносит пользы, явно никогда не встречался с тобой. Мы имеем дело с настоящей гениальностью, мой друг!

Я не успел ничего ответить, потому что в этот момент в мозгу открылась заслонка. Голова закружилась, воспоминания понеслись сплошным потоком, как будто кто-то загружал в меня целую жизнь. Я едва успел дойти до туалета, прежде чем меня вырвало. Не знаю, сколько я там находился, но когда вышел, ангел уже исчез. Что, наверное, было неплохо, так как в голове у меня пылал пожар. Я добрался до постели и уже через несколько минут спал мертвым сном.

– Почему же нахлынули воспоминания, да так, что тебя вырвало? – спросил Денни.

– Этот вопрос все еще открыт для обсуждения. Возможно, к концу рассказа вы сможете мне на него ответить.

– А кем или чем был этот Сники? – задала вопрос Нина.

– Вообще-то, Сники – это имя ангела. Пока так и будем его звать, но обратите внимание, как развернутся события ближе к концу рассказа.

– Если ты никогда не видел этого ангела раньше, откуда тебе знать, как его зовут? – спросил Денни. – К тому же, что за имя такое – Сники?

Мои слушатели рассмеялись. Это хорошо, подумал я, ведь им будет нелегко сложить всю картину воедино, понять ее смысл и при этом не тронуться рассудком.

– Что касается имени, все скоро станет ясным из моего рассказа. С другой стороны, все представляется не тем, что есть на самом деле. Что касается второго вопроса, Денни, я не смогу на него честно ответить, пока не закончу весь рассказ. Если, конечно, ответ на него вообще существует.

– Ответ всегда есть, – сказал Денни.

Я покачал головой.

– Ты можешь верить в это сколь угодно долго, но все в этом мире представляется не тем, чем есть на самом деле.

– Мне абсолютно очевидно, что либо ты окунулся в это с головой, либо у тебя огромные проблемы, – сказала Нина.

– Я бы поставил деньги на оба утверждения, – рассмеялся Денни.

Я затянулся сигаретой.

– Посмотрим. Иногда становится страшно, но меня это не останавливает. Во всяком случае, надолго.

Продается

Ангел-Хранитель, один.

С извращенным чувством юмора, как есть, без гарантии, назад не принимается.

Чек или денежный перевод посылать по адресу: почтовый ящик такой-то…

Глава 14

Денни захлопнул свою записную книжку.

– Полагаю, нет смысла сохранять эти записи, – он разочарованно вздохнул.

– Почему ты так считаешь?

– Разве не очевидно? Ведь ангел запретил тебе этим заниматься?

– Нет. Кроме того, я еще не закончил рассказ.

– Зачем же тогда приходил ангел? – спросила Нина.

– Запаситесь терпением, дойдем и до этого. И кто сказал, что это был ангел?

– Ты говорил, – ответил Денни.

– Я лишь сказал, что он был похож на ангела. А мне кажется подозрительным все слишком безупречное. Я никогда не видал ангела, но если он выглядит так, как будто играет главную роль в голливудском фильме, это вызывает у меня подозрение.

Денни слегка успокоился, но все еще выглядел запутавшимся.

– Если он не ангел, то кто? – спросила Нина.

– Я не утверждал и того, что он не ангел. Не стройте догадок, если хотите понять тайны вселенной, – это лишь запутывает. Собирайте новые фрагменты мозаики – факты, храните их и ждите, пока другие части головоломки не станут на свои места. Постижение вселенной больше походит на охоту, чем на угадывание. Вы добываете фрагменты информации, а не строите догадки о том, какими они могли бы быть. Порой вы разбираете на части то, что уже известно, с целью увидеть фрагменты поодиночке, а потом снова собрать их вместе, чтобы увидеть полную картину. Поступая таким образом, вы не строите догадки, а рассматриваете большую часть истины фрагмент за фрагментом.

– Хорошо, как же нам разобрать на части все, что ты рассказал до сих пор? – задала вопрос Нина.

– Вот как. Что мы имеем? Несчастье, желание, успех, страх, неудача, созерцание, будущее, нечто, похожее на ангела, и так далее. Теперь приглядитесь к каждому фрагменту.

Я дал им подумать над сказанным.

– Единственная картина, которую я вижу, – это та, которую ты нам описал, больше ничего нет, – произнес Денни. – Если не строить догадок, то это все.

Я взглянул на Нину, но и она отрицательно покачала головой.

– Затруднение в том, что вы не добавляете свои главные фрагменты, – сказал я.

– А что такое главные фрагменты? – спросил Денни.

– Все во вселенной является не более чем тенью своей противоположности, то есть самолет не будет самолетом без неба. Истина постоянно изменяется и расширяется, вот почему не существует такой вещи, как истина в последней инстанции.

– Я все еще не понимаю, – пожал плечами Денни.

– Хорошо, все является ни чем иным, как тенью своей противоположности. Тогда возьми фрагмент, который мы называем несчастьем, и разложи его на противоположности. Теперь у тебя два фрагмента, несчастье и…

– Радость, – ответила Нина, – а для желания это удовлетворение. Теперь я вижу, картина выросла.

– Я не понимаю, – сказал Денни расстроенным тоном.

Нина посмотрела на меня.

– Можно мне?

– Пожалуйста, – удивительно, что она схватила мысль так быстро.

– Денни, представь, что все эти фрагменты принадлежат одной картине, но картине без конца и без начала, на которой все продолжает переплетаться. Но существуют определенные правила, как, к примеру, если существует какой-то фрагмент, то где-то будет его противоположность. Противоположный фрагмент может быть большим или маленьким – нам пока неизвестно, знаем только, что он где-то есть.

Было видно, что от попыток понять сказанное у Денни голова пошла кругом.

– Давай я объясню это иначе, – предложил я. – Пару минут назад ты сказал, что по какой-то причине эту медитацию не разрешается использовать для игры в лотерею, и почему-то решил, что это – настоящий фрагмент мозаики. Но, на самом деле, это придуманный фрагмент, ты домыслил его и затем поместил в картину. Теперь, не скажи я об этом, придуманный фрагмент стал бы частью твоей действительности. Иными словами, картина, которую рисуешь ты, будет отличаться от той, что рисую я, хоть мы и начали с одного набора фрагментов. Картина, созданная из этих фрагментов тобою, была бы для тебя подлинной, то есть правдой. Но, с другой стороны, картина, сложенная мною, тоже была бы правдой, но для меня. Итак, какая же из этих двух правд – настоящая, и как человеку максимально приблизиться к подлинной правде?

– Твои слова понимаю, но полной ясности нет, – ответил Денни.

– Прекрасно, нам как раз и нужно оставить общую картину немного в тумане. Тогда мозг не будет придумывать новую историю из имеющейся.

На протяжении многих лет я работал над тем, чтобы понять вселенную, понять, как она работает. Но существует фундаментальная проблема – некоторые вещи ум охватить не в состоянии. Взять, к примеру, попытки понять время или идею отсутствия времени. Говорят, что на самом деле все происходит одновременно, и такая вещь, как линейное время, начисто отсутствует. Но одно дело – говорить, а совсем иное дело – понимать, что удается очень немногим людям. Это как теория относительности Эйнштейна: многие читали часть теории, но не понимают ее, и есть прочитавшие ее и полагающие, что разобрались в ней. Но по их исследованиям вы легко увидите, что эти ученые не поняли послания Эйнштейна. Вопрос совсем не в силе ума. Нас учили, что для понимания сложных вопросов нужно иметь большой мозг или быть невероятно умным, но это неправда, и я сам служу ярким доказательством тому.

Денни прыснул со смеху.

– Как это может нам помочь? – спросила Нина.

– Сейчас объясню. Некоторым понятиям трудно дать краткое разъяснение, но, может, следующее будет иметь для вас смысл. Много лет назад я пытался разбираться в ряде сложных вопросов, но мой мозг не мог ни справиться с соответствующими теориями, ни поместить их в подходящую систему представлений. В то время компьютеры лишь начали появляться в продаже, и как-то я разговорился с одним из их продавцов. Он сообщил, что важен не столько сам компьютер, сколько программа в нем. Потому что компьютер без программ – лишь большое пресс-папье. Меня осенило – дело не в том, что я глуп, – просто в моем мозгу не хватает программы, необходимой для понимания интересующих меня вопросов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ах, ну почему люди не летают, а книги не говорят? Или все-таки говорят? А люди тогда все-таки летают?

2

… и даже не подозревает, что реальность существует независимо от него, до тех пор пока он с этим согласен.

3

В смысле: насколько!

4

Или Чеширского кота?

5

Дилер – участник, который сдает карты, сам оставаясь вне игры. (Примеч. перев.)

6

Джокер – по-английски шут. (Примеч. перев.)