Ник Перумов
Война мага. Том 4. Конец игры. Часть 2

– Тогда командуйте, любезный мой целитель. – Игнациус развёл руками. – Вы стремились сюда. Мы на месте. Что дальше?

– А разве вы не знаете, мессир?

– Я-то? Простите, мой дорогой, но это ваша идея. Вам и решать. Хотя на вашем бы месте я воздержался от любых… необратимых поступков. Слишком хрупок баланс этого места. Если мы ударим, скорлупа Эвиала может не выдержать, скованное и пленённое здесь вырвется на свободу. А это, как вы понимаете, – бедствия, поистине неописуемые, не для одного мира, но для сотни, если не тысячи.

Динтра не ответил, и Игнациуса вдруг кольнуло внезапное беспокойство – целителю полагалось сейчас яриться, размахивать короткими ручками и требовать положить этому конец, положить немедленно и сейчас же, а он лишь молчал да, прищурившись, обозревал им открывшееся.

– Совершенно необязательно лупить по «скорлупе», как выразились вы, мессир, со всей силы кузнечным молотом.

– Динтра, не стоит тягаться со мной в многомудрых отвлечённых фразах, лекции нашим дорогим студиозусам я читаю куда дольше вашего, – раздражённо бросил Игнациус. – Скажите чётко и ясно, что вы от меня хотите? Сжечь это место? Затопить? Устроить извержение вулкана?

– Ну вот, мессир, а говорите – не надо отвлечённых фраз. Всё, вами предложенное, – это ж и есть тот самый молот. И вы это прекрасно понимаете.

– Всё, я умываю руки. – Раздражение Игнациуса сделалось непритворным. Ну, или почти непритворным. – Делайте что хотите, Динтра. А я посмотрю.

– В таком случае, мессир, позвольте покорнейше просить вас сопроводить меня к во-он тем скалам, примерно в паре лиг от нас к югу. Нет-нет, пойдём пешком, никаких больше перемещений тонкими путями. Здесь нас уже почуют, несмотря на всё ваше искусство и скрытность.

– Вон к тем скалам… – проворчал Игнациус, плотнее запахивая плащ, чтобы поменьше цеплялся за колючки. – Вам, Динтра, разумеется, требуются не скалы, а то маленькое строеньице, что перед ними? И вход, так напоминающий устье катакомб?

– Вы, мессир, сегодня сама проницательность.

Игнациус сдержал гнев. Пусть говорит. Я уже заставил его действовать. Ясно как день – Динтра вполне представляет, с чем мы здесь столкнулись. Или бывал здесь сам… или кто-то ему рассказал. И вот этот кто-то меня чрезвычайно интересует.

Пришлось тащиться, пробираясь сквозь ощетинившуюся острыми шипами чащу, вдоль самых скал. Игнациус не сомневался, что каждое дерево и каждый куст здесь – самые настоящие мастера по втыканию игл в живую добычу: мессир Архимаг постоянно ойкал, шипел и дёргался, то и дело натыкаясь на очень некстати подворачивающиеся ветки.

Ну ничего, вы и за это мне тоже ответите, мысленно посулил он. Когда надобность в вас отпадёт – ох, и устрою ж я тут фейерверк! Пусть даже для единственного зрителя – самого себя.

Понятно, почему Динтра даже не смотрит вправо. И не говорит. Лекаришке, пусть и пошедшему на службу к кому-то очень могущественному, с лежащим там не справиться. Вот и делает вид, что игнорирует, – что ему ещё остаётся? И понятно, отчего его заинтересовали те дальние скалы, – даже отсюда хорошо видна чёрная дыра входа в подземелье, вблизи, наверное, это покажется и вовсе грандиозным. А он, Игнациус, ощущает и слабые магические вибрации, доносящиеся оттуда, и, похоже, уже знает, с чем это связано. И с чем, и с кем.

А пока что приходится пробираться колючими зарослями, оставляя на шипах обрывки плаща.

* * *

– Утонувший Краб, кирия Клара. – Капитан орков не обернулся, пристально глядя на поднимавшиеся из воды скалы. Воды вокруг проклятого острова были пустынны, «длинные» не встретили ни единой чёрно-зелёной галеры. Исчезли, однако, и морские птицы, на побережье даже не оказалось чаек.

Клара Хюммель молча кивнула. Она почти висела над кипящей под носом драккара волной, обхватив резную шею морского страшилища, и до рези в глазах вглядывалась в смутные очертания неведомой земли.

Это здесь, говорило всё естество боевого мага. Это здесь, подсказывал богатый опыт. Чёрная завеса, разделившая мир, – ключи к ней спрятаны именно здесь, за кольцом невысоких скал.

Странно – ни стражи, ни охранных флотилий, словно хозяевам острова было совершенно всё равно, кто шастает по омывающим его водам. Где боевые башни, где дозорные галеры? Где укреплённые порты? Остров немал, но пустынен и не прокормит много ртов, сюда должны вереницей тащиться пузатые купеческие каравеллы – а корабли Уртханга не встретили ни одной. За скалами тоже ничего не видно, хотя драккары, пренебрегая осторожностью, подошли почти к самому берегу.

Сторожевые и охранные заклинания? Быть может. Однако лишь на магию опирается только глупец – Кларе уже приходилось сталкиваться с такими, под другими солнцами и в других мирах.

– Где станем высаживаться, кирия?

Ночь никак не окончится, спокойное и пустынное море, с «длинных» виден пляж с неспешным прибоем… Идиллия. Разумеется, это обман. В лесу за полосой дюн наверняка скрыта засада, скалы таят в себе замаскированные гнёзда мощных катапульт и баллист, и хорошо, если только их.

– Тебе совсем необязательно следовать за мной, капитан, – вдруг бросила Клара, поддавшись внезапному порыву. Слишком уж мирен этот берег, слишком спокоен. Слишком смахивает на западню. А что смогут сделать храбрые, но простые орки против настоящего чародейства? – Я бы отправилась с моим отрядом, право слово. Это не урон вашей чести! – поспешно добавила она, видя, как набычился предводитель вольной дружины. – Это…

– Это трусость! – рявкнул Уртханг. – Мы – орки, и мы пойдём до конца. Ты думаешь, кирия, мы не чуем того зла, что за скалами? Чуем, и ещё как! Вся грязь, вся накипь, все подонки Эвиала – там, впереди. Их сюда стягивали специально, невесть сколько годков – а ты говоришь нам «оставайтесь на палубах»?! Ни один из моих тебя не послушает, и прав будет. Такой бой один раз в жизни выпадает, и даже кто голову сложит – падёт с великой славой, песни о нём петь станут, баллады слагать! А ты говоришь – «необязательно следовать». Нет уж, мы последуем. Вот только бы где проход в этих утёсах отыскать… – добавил он уже задумчиво, не гневно.

– Обходить остров, что тут ещё поделаешь, – подал голос кормчий Дарграт.

– Не надо ничего обходить. Я сама всё сделаю, – вызвалась вдруг Тави. – Путь найти – этому у Вольных учили круто. Да и наставник мой тоже руку приложил.

Клара промолчала. Конечно, можно проделать это самой, но зачем лишать мельинку удовольствия быть нужной?

…Проход в скалах отыскался, и даже не слишком далеко – на самой северной оконечности острова. «Длинные», не таясь, скользили по спокойному морю, и Дарграт даже стал ворчать – «нам бы сейчас хоть завалящего туману…»

– Туман я соберу, – пообещала Клара.

Заклятье она плела очень осторожно, упрятывая его, насколько возможно, – пусть на Утонувшем Крабе поломают головы, естественным путём появилась здесь мгла над волнами или нет. А пока станут ломать, мы окажемся уже у цели.

…– Башня! Башня! – вдруг зашептались орки, и Клара приподнялась с покрытой плащом скамьи. Ей казалось – она едва преклонила голову, а флотилия, оказывается, уже на месте.

Впереди, на чуть выдавшемся вперёд мысу, и впрямь возвышалась башня, белая, словно выпиленная из огромного куска сахара. Увенчанная короной из пяти острых рогов, она не имела ни одного окна или бойницы – во всяком случае, никто из наблюдателей, проглядев все глаза, так ничего и не заметил. За мысом лежала узкая и вытянутая к югу бухта; стены скал размыкались, пропуская морской язык в глубь загадочного острова.

Однако и тут драккары не встретили ни одного чужого судна. Громада башни немо застыла, прочертив чёрное небо, отразившись в спокойных водах океана; ни флагов над ней, ни вымпелов. Между зубцами на самой верхотуре тоже никого.

– Вымерли они тут все, что ли? – сквозь зубы пробормотал Уртханг.

– Башня пуста, – заметил Бельт, пристально поглядев на исполинское строение. – Не знаю, есть ли на ней какие чары, но никого живого тут нет.

– А неживого? – Клара припомнила жутких воинов Империи Клешней.

– Неживого тоже, – проговорил Кицум. Клоун казался донельзя озабоченным, хмурил лоб, смотрел то на небо, то на волны; Утонувшего Краба и белой башни он словно бы и не замечал. – И не могу сказать, что мне это нравится.

– Но, господин, – почтительно поклонился Бельт. – Разве не можете вы сказать, куда и почему исчезли…

– Не могу! – резко и зло оборвал старого некроманта Кицум. – Если б ты знал, Бельт, как я сам от этого устал, – добавил он немного погодя, уже существенно мягче. – Знать – и не иметь возможности поделиться. Чувствовать, как подступает удушающий барьер, за которым – горящие миры, прорывы козлоногих и иные, неведомые никому бедствия. Если б ты знал, как я хочу выдернуть свою петельку, лихо присвистнуть и пойти сносить головы, как прежде!.. Я с наслаждением вспоминаю, как мы дрались с Сильвией. Потому что тогда мне на шею ещё не накинули удавку.


Конец ознакомительного фрагмента
Купить и скачать всю книгу