Елена Михайловна Малиновская
Безымянный Бог

«Он приказывает мне, как собаке, – грустно подумала девушка, покорно отправляясь вслед за мужчиной в дом. – Хотя нет, даже с цепным псом говорят уважительнее».

Далион не отпускал Эвелину от себя ни на шаг в этот день. Она была вынуждена присутствовать и на торжественном обеде, данном в честь вновь прибывших, и на первой пробной тренировке младших гончих. Наблюдая, как жестко, а порой и жестоко ее хозяин гоняет новых обитателей дома, девушка даже обрадовалась, что не находится сейчас на их месте. Нет, Далион не причинял физической боли своим ученикам. Он умел вовремя остановиться, когда его меч готов был буквально впиться в беззащитную плоть. Но его ехидные комментарии и многозначительные смешки выводили учеников из себя. Эвелина видела, как темноволосая Дария отвернулась, скрывая от мужчины слезы после очередной неудачи, как рыжая, бесшабашная Райя беззвучно ругалась, пытаясь прийти в себя после оскорбительного комментария. Крепкий Ранол лишь сжал кулаки, когда услышал от Далиона нелестный отзыв о своей манере ведения боя. Только молчаливый Нор продержался против старшей гончей дольше всех. И ничем не выдал своих чувств, когда его меч, звякнув, отлетел далеко в сторону после выпада Далиона.

– Хорошо, – наконец, небрежно утерев пот со лба, констатировал Далион. – Вы подходите мне. Завтра начнем нормальные занятия. Отдыхайте и готовьтесь к тому, что в дальнейшем я не буду делать скидок на вашу неопытность и юность.

– Подождите, – неожиданно выступила вперед Райя. – Мы бы хотели увидеть, как справится с заданием ваша тень. Вы ведь выбрали ее на столь почетную должность, и теперь наше любопытство не знает границ. Мы хотим знать – чем она лучше нас.

Далион с некоторым сомнением посмотрел на Эвелину, которая позволила себе лишь едва заметную усмешку после слов младшей гончей. Затем задумчиво пожевал губами.

– Почему бы и нет? – наконец принял он решение. – Это послужит наглядным уроком для вас.

Эвелина едва успела выхватить меч, когда ее хозяин резко, без предупреждения пошел в атаку. Увернулась от первого выпада и тут же ударила в ответ. Среди зрителей неожиданной схватки прошел легкий гул недоумения. Далион и Эвелина сейчас сражались всерьез – без малейшей скидки друг другу. Даже Шари со свистом вдохнул в себя воздух, когда клинок девушки прошелся в опасной близости от плеча гончей.

– Что они делают? – с недоумением прошептала Ирра, хватаясь за руку толстяка. – Они же убьют друг друга!

Эвелина улыбалась. Впервые за долгое время она искренне и от души веселилась. Нет, Далион не поддавался ей, да чужачка и не собиралась обманывать невольных зрителей. Но сейчас, как никогда ранее, девушка ощущала в своем сердце ликование. Словно зверь впервые показал клыки, почуяв близкую погибель гончей. Хотелось сражаться до конца, до смерти противника. Чтобы потом припасть к горлу поверженного врага и пить, пить всласть его кровь.

Не девушка сейчас танцевала напротив гончей. Зверь выглядывал из ее красных, светящихся бешенством глаз, зверь уворачивался от ударов и без боязни атаковал, не обращая внимания на острый клинок противника.

Райя печально потупила взор. Она уже поняла, что ее выпад послужил только на пользу тени старшей гончей. Такого темпа боя никто из этой четверки не смог бы держать столь долго. Более того – никто из них просто-напросто не сумел бы достичь скорости, на которой велась схватка. Иногда даже лезвия мечей нельзя было различить – лишь размазанные взмахи клинков очерчивали круг поединка.

Эвелина заигралась. Она подпустила Далиона слишком близко, надеясь поймать его на обманный прием. А когда поняла, что ошиблась, было слишком поздно. Мужчина не стал ее обезоруживать. Просто неуловимым движением перехватил руку с клинком и резко вывернул ее. Пальцы тут же свело от невыносимой боли. Они сами собой разжались и выпустили меч.

– Довольно, – мягко сказал Далион, с некоторым интересом наблюдая, как красные всполохи в глазах его подопечной уходят, сменяясь безразличием. – Кто готов повторить?

Молчание было ему ответом.

– Я так и думал, – пожал плечами мужчина и холодно посмотрел на Райю. – Надеюсь, я ответил на твой вопрос, милое дитя. И, надеюсь, никто из вас больше не посмеет усомниться в том, что я выбрал в качестве своей тени достойного противника.

Рыжеволосая девушка молча склонила голову, признавая правоту Далиона. А Эвелина пристально рассматривала свою рубашку, по которой вновь поползли красные разводы. И боролась с диким желанием попробовать на вкус свою кровь.

Медленно тянулось время, оставшееся до превращения. Каждый день оборачивался для Эвелины кошмаром. С каждым прожитым мгновением пить хотелось все сильнее. Это желание изнуряло девушку. И даже ночью не было покоя от сильнейшего чувства жажды. Чужачка ворочалась без сна, боясь закрыть глаза, потому как уже знала, какие картины предстанут перед ее внутренним взором. Каждый раз, стоило ей лишь соскользнуть в липкую паутину кошмара, она видела одно и то же. Маленькая девочка бежит по темному ночному лесу. Спотыкается, едва не падая, но упрямо продолжает свой путь. Эвелина всегда видела ребенка сзади и чуть со стороны. Будто следя за девочкой из густого бурелома. Девушка не знала, что так пугало ее в этом сне. Может быть, полная тишина, которая всегда в нем царила. Нет, каким-то шестым чувством Эвелина понимала, что ребенок очень напуган и плачет. Но не слышала этого. Все ее внимание было приковано к тоненькой шейке девочки, которую, казалось, можно переломить двумя пальцами. Или, возможно, страшило ее то, что с каждым новым сном расстояние между ней и ребенком сокращалось. Еще день или два – и чужачка неминуемо должна была настичь девочку из сна. Но зачем? Чтобы заглянуть в ее лицо? Увидеть полные ужаса глаза и рассмеяться, торжествуя победу? Эвелина не знала. И не стремилась узнать. Поэтому она всеми возможными способами старалась избегать сновидений. Металась по тесной комнатушке до рассвета, боясь присесть на кровать даже на миг. Потому как понимала, что встать уже не сможет – безвольно погрузится в черное забытье. Однако долго так продолжаться не могло. После первых же бессонных суток имперка едва не грохнулась постыдно в обморок на глазах у младших гончих. Шел обычный урок. Хозяин показывал своим новым ученикам элементарные приемы фехтования, заставляя повторять их до тех пор, пока руки не начинали действовать самостоятельно, не дожидаясь команды мозга. Эвелина стояла в стороне, с легкой усмешкой наблюдая за старанием гончих. Она в свое время уже проходила через такие же испытания. Но вдруг накатила волна слабости. Видимо, кроме бессонной ночи сказалась и кровопотеря, пусть и не очень большая. Рана от когтей перекидыша после поединка с Далионом больше не затягивалась – приходилось менять повязку несколько раз в сутки. Вот и затянуло все перед глазами багровой пеленой изнеможения. Стало душно. В оглушительной тишине в ушах отдавался лишь бешеный стук сердца – больше никаких звуков. Мир вокруг отодвинулся, стал блеклым и невыразительным. Благо, Далион вовремя заметил, что с его тенью творится что-то неладное, и успел незаметно подхватить девушку под локоть. Затем кивнул Шари, который вместо него повел урок, а сам отвел чужачку в свой кабинет. Если младшие гончие и удивились этому, то не показали вида.

– Плохо? – спросил он, усаживая девушку в свое кресло. Эвелина с недоумением на него посмотрела. Она не понимала, чего от нее хочет этот мужчина. Девушка вдруг с невольным страхом осознала, что вообще забыла – кем он является. Далион хмыкнул и, небрежно замахнувшись, отвесил пощечину своей тени. От несильного удара голова Эвелины мотнулась в сторону, но способность соображать вернулась почти сразу.

– Тебе плохо? – повторил вопрос мужчина. – Или мне повторить?

– Не надо, – глухо отозвалась девушка, растирая щеку. – Мне уже лучше. Спасибо.

– Ты сегодня ночью спала? – продолжил расспросы Далион. По тому, с каким смущением девушка отвела взгляд, он все понял и без слов. – Почему? Тебе сейчас необходимо много отдыхать. Иначе ты ослабнешь и станешь уязвима для зверя. А ведь до превращения еще несколько дней.

– Разве это отдых? – глухо спросила Эвелина. – Каждую ночь одно и то же. Кошмары, так напоминающие реальность, что не сразу понимаешь, где правда, а где сон.

– И что ты видишь в своих видениях? – с легкой искоркой любопытства в глазах поинтересовался Далион.

– Девочку, – с неохотой ответила чужачка. – За которой я слежу. С каждым разом она все ближе и ближе ко мне. Я боюсь, что вскоре загляну в ее лицо, и случится что-то страшное.

– Ты боишься, что, когда девочка обернется, ты увидишь свое лицо? – догадливо усмехнулся мужчина. Эвелина лишь опустила глаза.

– Ну что же. Превращение и в самом деле близко, – констатировал Далион. – Я распоряжусь, чтобы на ночь тебе давали сонный отвар. После него кошмары не будут тебя мучить.

– Спасибо, – поблагодарила девушка с измученной улыбкой.

– Не за что. – Мужчина замолчал, но потом продолжил: – Я думаю, через пару дней тебе придется перебраться в мою комнату. Становится слишком опасно оставлять тебя в одиночестве.

– Вот как? – удивленно подняла брови Эвелина. – А вы не боитесь, что поползут определенного рода слухи?

– Я? – улыбнулся Далион. – Нет, не боюсь. В моем положении уже можно не обращать внимания на то, что говорят люди. Ирре, конечно, будет тяжеловато объяснить мое решение. Но, думаю, я справлюсь.

В комнате наступила тишина. Девушка собиралась с силами, чтобы попробовать встать из кресла. Слабость прошла, но перед глазами еще мельтешили навязчивые черные мушки, как признак недавно перенесенного приступа.

– Можешь не торопиться, – угадал ее мысли маг и присел на подлокотник кресла. – Шари прекрасно справится и без меня. Лучше скажи, а ты сама не опасаешься за свою репутацию? Быть может, мое предложение тебе кажется неприемлемым?

– Мне все равно, – пожала плечами Эвелина. – В свое время каких только гадостей обо мне не говорили. Пережила. И сейчас справлюсь.

– Даже если оскорбление нанесут тебе в лицо? – продолжил расспрашивать Далион.

Эвелина долго молчала, прежде чем ответить на этот вопрос. Хозяин не торопил ее – просто наблюдал, как в темных глазах его подопечной то вспыхивали, то гасли красные искры потаенной злости. А девушка вспоминала злополучный поединок с воспитанником Майра, когда ей пришлось вступиться за честь безродной. Как же звали того парня? Уже забыла, а казалось – тот день навсегда останется в ее памяти.


Конец ознакомительного фрагмента
Купить и скачать всю книгу