Алексей Александрович Калугин
Дом на болоте

– А Семецкий, говорят, шуток не понимает.

– Ну, а если серьезно? – Штырь глотнул пива и недовольно поморщился – кислое. – Откуда у этой легенды про Вечного сталкера ноги растут?

– Оттуда же, откуда и у тебя, – ответил Бычок. – Из жопы.

– Будет тебе, – решил все же утихомирить приятеля Борода. – Парня не дразнить надо, а объяснить ему, что к чему.

– Ага, – ехидно сощурился Бычок. – Точно, точно. Чем больше ты ему расскажешь, тем больше у тебя самого шансов выиграть пари.

– Какое пари? – насторожился молодой.

– А, так, – пренебрежительно махнул рукой Борода. – Не о том разговор. Ты про Монолит слышал?

– Слушайте, если вы опять собираетесь меня своими сказками потчевать…

– Слышал или нет?

– Слышал, что дальше?

– Так вот, имей в виду: был только один человек, которому удалось до Монолита добраться и назад живым вернуться.

– Ну, насчет живого я сильно сомневаюсь, – вставил Бычок.

– Но он и не мертвый.

Бычок сделал движение рукой, которое можно было расценить как знак согласия, хотя и не очень уверенный.

– И он не зомби, – добавил Борода.

– Я бы так сказал: Семецкий пребывает в неком странном, неизученном состоянии, промежуточным между жизнью и смертью. Он одновременно и жив, и мертв.

– Как это? – озадаченно сдвинул брови Штырь.

– А вот так, – развел руками Бычок. – Живой человек может пережить выброс на открытой местности?

– Нет, – уверенно качнул головой Штырь. А что сомневаться – это аксиома, которую нет смысла проверять на собственной шкуре.

– А Семецкому выброс хоть бы что, – Бычок стукнул ладонью по столу. – Вот так!

– А как же сообщения о смерти Семецкого, которые приходят на ПДА?

– Если бы кто знал, – Борода свистнул негромко. – Одни считают, что это ловушка такая. Другие говорят, что сообщение о смерти Семецкого непременно совпадает по времени с реальной гибелью одного из сталкеров.

– Хорошо, сказку я вашу выслушал. – Штырь повертел в руках полупустую банку и поставил ее на стол – пиво ему не понравилось. – И в чем тут мораль?

– Мораль в том, что не суйся туда, куда тебя не зовут, – ответил Бычок.

– И десять раз подумай, прежде чем сделать шаг, – добавил Борода.

– Прямо сталкерский дзэн какой-то, – усмехнулся Штырь.

– Дзэн не дзэн, но запомни, парень: прежде чем обживать Зону, нужно самому стать ее частью. Только тогда у тебя будет шанс остаться в живых.

Штырь откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.

– Это как же прикажете понимать?

– А вот как хочешь, так и понимай.

– Есть хочется, Борода, – пожаловался приятелю Бычок.

Борода недовольно поджал губы.

– Как тряхнет при выбросе, так весь харч наружу.

– Да сколько его еще ждать, выброс этот!

Бычок выставил на стол банку мясных консервов и пачку галет с перцем. Борода ловко открыл жестянку ножом, вывалил содержимое на одноразовую тарелку, после чего перевернул нож и вытянул из рукоятки вилку. Бычок вооружился одноразовой пластиковой вилкой, и приятели принялись за еду.

Штырю присоединиться к трапезе никто не предложил, поэтому он сидел с жутко независимым видом, оглядывая зал и осторожно рассматривая посетителей. Не сказать чтобы это было ему очень интересно, просто нужно было чем-то занять время.

– Скоро тряхнет, – ни к кому конкретно не обращаясь, сообщил сталкер в разорванном комбинезоне. – Зубы заныли.

Дверь бара приоткрылась, пропуская в помещение невысокого худого человека с прямой и длинной палкой в руке. Войдя, он аккуратно прикрыл за собой дверь, поставил палку у стены и откинул на спину широкий капюшон пыльника, скрывавший почти все его лицо. Затем настала очередь респиратора и больших мотоциклетных очков. На вид вновь прибывшему можно было дать лет пятьдесят, может быть, чуть больше. Узкое, худое лицо с длинным носом, широким лбом, выступающими скулами и ввалившимися щеками, отмеченными глубокими вертикальными морщинами, трудно было отнести к какому-либо ярко выраженному национальному типу. Длинные седые волосы, зачесанные назад, открывали глубокие залысины на висках. Бородка клинышком могла бы сделать человека похожим на испанского гранда, будь она аккуратно подстрижена или, на худой конец, причесана.

– Всем доброго дня, – произнес человек негромким, чуть сипловатым голосом.

Ответом ему был нестройный хор голосов. Казалось, каждый, находившийся в баре, непременно хотел поздороваться с новым гостем. А кое-кто даже поднялся на ноги, чтобы пожать ему руку.

– Кто это? – спросил негромко Штырь.

– «Кто это», – передразнил Бычок. – Это, друг ты мой ситный, Доктор с Верхних Болот. Еще одна легенда Зоны.

– И чем же он знаменит?

– Тем, что ежели вляпаешься по-серьезному в какое-нибудь дерьмо, но при этом чудом жив останешься, единственный, кто, быть может, сумеет тебя спасти, – это Болотный Доктор. Он лучше, чем кто-либо другой, разбирается в специфических болезнях Зоны и знает, что как лечить. Любой другой специалист, взглянув на тебя, только руками разведет, а Доктор, глядишь, и вытащит с того света.

– Доктора в Зоне ни одна тварь не трогает, – добавил Борода. – Говорят, он даже контролеров и изломов лечит, если раненого или больного встретит.

Доктор тем временем подошел к свободному месту за крайним столом, снял пыльник, сложил аккуратно и повесил на спинку стула. Под пыльником на нем был новенький защитный костюм со специальным покрытием, усиленный биометаллическими пластинами на груди и спине. Такой не всякая аномалия пробьет. Рюкзак у Доктора был такой же новенький, емкий, на раме. Судя по тому, как легко, одной рукой Доктор скинул его и поставил у стены, рюкзак был пустой. Последним легла на стул легкая штурмовая винтовка с откидным прикладом LR-300, на фоне «калашниковых», «ингремов» и даже редких «галил» смотревшаяся как топ-модель международного класса, непонятно зачем явившаяся на провинциальный конкурс красоты.

– Однако вооружен ваш Доктор очень даже неплохо, – не преминул заметить Штырь.

– А как же иначе, – с плохо скрытой завистью глянул на винтовку Доктора Борода. – По Зоне ведь, помимо тварей всяких, полно всяких людей мотается. А человеки – они порой страшнее дикого зверя бывают.

Разложив вещи, Доктор сел за стол. Он не успел еще ничего заказать, а перед ним уже появилась тарелка с едой: жареная картошка с мясом, явно не из консервной банки, даже с венчиком зеленой петрушки на краю, и чашка чая с лимоном. Доставил еду лично Крыс, который обычно обслуживанием клиентов не занимался. Доктор улыбкой поблагодарил хозяина бара и протянул ему сложенную в несколько раз бумажку. Крыс быстро кивнул, взял стоявший у стены рюкзак Доктора и удалился к себе в подсобку. А Болотный Доктор достал из кармашка на бедре пластиковый чехольчик, извлек из нее серебряную вилку и принялся за еду.

– И что все это значит? – спросил озадаченный Штырь.