Виталий Валерьевич Зыков
Под знаменем пророчества

Айрунг, поначалу даже не вполне понял, о чем ведет речь льер Дитрим. Будто сопливый мальчишка, он растерялся под пристальным вниманием столь влиятельного чародея. Маг, который уже многие годы бросал вызов Архимагу и Магистру Наказующих, вызывал по меньшей мере опасливое уважение. Вот только и оправился молодой колдун очень быстро: не привык он уступать опасности, да и стыдно робеть в мирной жизни, если на войне заглядывал в глаза смерти.

– Простите, льер Дитрим, но боевой маг тем и отличается от простого гражданского, что не тратит время на обдумывание и выбор заклинания. Он мгновенно ориентируется, ставит защиту и наносит ответный удар! – вежливо возразил маг третьего ранга и, заложив руки за спину, посмотрел гостю в глаза. – На войне не место для пустых теорий или нудных рассуждений. В битве надо сражаться!

– Верно подмечено! – с нарочитым весельем воскликнул Дитрим и, внезапно развернувшись к здоровенному кубу из базальта, вросшему в песок в саженях двадцати-двадцати пяти от них, стремительно нарисовал в воздухе какой-то сложный знак. Короткая фраза-приказ, и над каменным блоком тут же вспыхнуло золотистое облако, из которого пролился поток белого огня. Миг, и… цель взорвалась тучей черного песка. Волна обжигающе горячего воздуха обдала лица людей. – Знаешь ли, всегда любил все эти вспышки, взрывы, грохот… Осуждаешь?

Айрунг неопределенно пожал плечами, недоумевая о причинах этой демонстрации. В носу свербело от набившейся пыли, и в душе молодого мага медленно нарастало раздражение влиятельным гостем. Что надо Дитриму?! К чему вся эта мишура?!

– Все-таки прошу меня простить, за эту выходку. – Мастер с деланым сожалением покачал головой и одним движением руки сотворил маленький вихрь, который вмиг очистил одежду собеседников от налетевшего мусора. – Я всего лишь хотел продемонстрировать истинные возможности чародейства. Ты ведь правильно говоришь про наработанные комплексы заклятий, вот только получаются после таких тренировок не искусные воины, а средние бойцы. Нет, не спорю, Нолду потребны и крепкие вояки, способные расправиться с любым, даже самым лучшим, «крохобором», но как быть с подлинной волшбой, с дыханием стихии, которое ведет чародея, не ограничивая его рамками обычного арсенала заклятий?

– Не всем же дано разжечь в себе огонь Истинной Силы… Мастер, – вежливо протянул Айрунг и добавил: – Истинных магов мало, а еще меньше тех, кто способен полностью раскрыть собственный Дар.

– Вот именно, вот мы и подошли к главному, уважаемый льер, к главному! – Дитрим неуловимо фальшивил, словно политик на очередном выступлении. По коже молодого мага аж мурашки пробежали от вспыхнувшей неприязни. – Зачем столь перспективного мага упрятали в эту дыру?! Молодость духа проходит быстро, не успеешь оглянуться, как в толпе глупцов, цепляющихся за осколки прошлого, появится еще один упертый фанатик!

У Айрунга вдруг пересохло в горле, и он с усилием сглотнул ставшую вдруг вязкой слюну.

– Вы хотите мне что-то предложить, Мастер?

– Стань моим учеником, Айрунг, и перед тобой откроется лестница, ведущая к вершинам могущества! – Льер Дитрим оперся обеими руками о трость и чуть подался вперед, в глазах полыхало холодное пламя уверенности.

Молодой маг с чувством мысленно помянул глубины Бездны. И как теперь быть? Можно ли отказать такому человеку?! Да и стоит ли? Айрунг облизал губы и, осторожно подбирая слова, спросил:

– Очень необычное и весьма лестное для меня предложение. Я могу лишь поблагодарить за столь высокую оценку моих способностей… Но какова цена? Мастер, жизнь научила меня одному: чем ценнее подарок, тем выше плата… Что потребуется от меня?

Бывший капитан морского охотника и так и не состоявшийся драконий всадник ожидал лести, возвышенных, а от того просто нелепых речей, но услышал холодное:

– Преданности! Лично мне и навсегда!

Айрунг ощутил, как от макушки до пят прокатилась волна жара, на лбу выступила испарина, и он откуда-то издалека услышал собственный голос:

– Пусть простит меня Мастер, но моя преданность уже принадлежит другим! Я благодарен за это безумно щедрое предложение, но… изменив своему слову раз, как можно потом говорить о чести?

– Значит, отказ… Жаль. Я бы назвал это решение, льер Айрунг, весьма опрометчивым и поспешным. Другого раза уже не будет! – Дитрим растянул губы в пугающе спокойной улыбке и, кивнув, не спеша направился в сторону моря, но, сделав несколько шагов, он вдруг повернулся и предупредил: – Надеюсь, не надо напоминать, о необходимости сохранить наш разговор в тайне?…

– Чтоб твою душу ветры Бездны в клочки изорвали, ублюдок! – процедил ругательство Айрунг, когда фигура члена Совета Мастеров скрылась за рощицей. Ну, он и влип! Заполучить в недруги Мастера!

Следовало срочно написать письмо льеру Бримсу, ведь, похоже, намечается что-то очень нехорошее! Но прежде, прежде стоит немного поколдовать. Возможно, Айрунг и ошибается, но учиненный Мастером фейерверк уж больно походит на маскарад, попытку отвлечь внимание от чего-то иного, гораздо более важного. Заморочил голову взрывами, воздушными вихрями и незаметно пристроил астрального соглядатая или еще какую-нибудь гадость… Вот только не Айрунгу тягаться с Мастером! Поэтому остается один путь – провести ритуал, который потребует от него выложиться полностью, раскрыть магии саму душу, и тем самым уничтожить все наведенное чародейство. Обряд Единения с Ветром подойдет, правда, будет больно, одни демоны знают, как же будет больно!

Глава 5

Каменные стены старых замков многое видели на своем веку, и если вдруг найдется умелец, способный силой магии или иным каким способом открыть похороненные во тьме небытия тайны прошлого, то не вздрогнет ли мир? Сколь многое из забытого не должно восстать из пепла забвения?

К'ирсан Кайфат многое отдал бы за то, чтобы ни одна живая душа не узнала, чем именно он занимался в южной башне замка барона Орианга. Нолд, взявший на себя обязанности жандарма всего Торна, обычные маги, да и властители всех рангов, весьма неодобрительно смотрели на чародеев-самоучек. Шаг в сторону, и вот еще один колдун пропадает неизвестно куда. Кто-то сгниет в застенках, кого-то сожгут в очищающем пламени костра, а кто-то затеряется на пугающем острове Истинных. Лишь единицы попадают в Гильдии или на службу правителю, единицы! Да и чем хороша участь этих горемык: оказаться в самом низу закостеневшей пирамиды власти магов или на короткой сворке у безжалостного хозяина?!

Беглому капитану Львов следовало затаиться, спрятавшись от ищущих взоров врагов, не появляться на людях, не творить волшбу. Вот только долго ли он протянет, скрываясь по дремучим углам Торна? Рано или поздно, но его найдут, кто-то раньше, а кто-то позже. Глупо надеяться укрыться от Нолда даже среди разбойной вольницы Баронств, особенно человеку со столь примечательным лицом и опасно яркой историей, а в лесах или даже в джунглях Сууда его выследят эльфы… Как быть?! И если в твоем багаже только умение убивать да обрывки так и непонятой волшбы, то что выбрать?!

Кайфату казалось, что он принял правильное решение. Хватит метаться перепуганным щенком, пора остановиться и перевести дух. У него мало времени, а значит надо потратить его с толком и подготовиться к неизбежной встрече с врагом. Следует многое обдумать, чтобы, согласно всем правилам стратегии и тактики, новое отступление прошло на подготовленные позиции. И чтобы будущая жизнь ничем не напоминала унылую участь нищего бродяги! Впрочем, по поводу последнего у К'ирсана уже имелись кое-какие соображения, но прежде следовало разобраться с магическими арсеналами.

Новый наниматель оказался личностью на редкость разносторонне развитой и взглядов весьма прогрессивных. Особенно сильный интерес барон проявлял всякий раз, когда заходили разговоры о магии и ее запретных областях. После первой же короткой беседы, полной намеков и недомолвок, капитан гарнизона замка с рабом и другом-сержантом получил в безраздельное пользование аж целую башню и множество столь необходимых для самостоятельных исследований материалов…

– Хозяин! Можно я пока на лавке посижу? – вновь заканючил Гхол, чем вызвал раздражение К'ирсана.

– Стой, тебе говорят! Чему тебя только учили эти ваши шаманы! – рявкнул капитан и с ожесточением продолжил высекать искры старым огнивом. Сухой пучок душистых трав никак не желал разгораться.

Всю прошедшую седмицу маг-самоучка потратил на поиски ответа на простой вопрос: можно ли исхитриться и колдовать незаметно для бдительного ока магов-наблюдателей. Не экспериментировать в Астрале, а именно колдовать, оперировать Силами в обычном мире?! В том, что его чары работают совсем по другим принципам и законам, отличным от практикуемых волшебниками Торна, К'ирсан знал давно, а потому приходилось до всего доходить самому.

Оказалось, что наименьший след, этакую едва ощутимую дрожь эфирных струн магии вызывают слабые, хорошо сбалансированные заклинания, построенные по четким канонам самой примитивной ритуальной магии. Значит, в ход идут свечи, всевозможные травы, разноцветные мелки и прочие ингредиенты из запасников сказочных черных колдунов, огонь же обязательно разжигается с помощью огнива. Вот только как быть, если ты им и пользовался-то пару раз?!

– О, Бездна! Наконец-то! – с удовлетворением воскликнул Кайфат и принялся осторожно раздувать язычки пламени.

Маленький гоблин тяжело вздохнул и расправил плечи, высоко задрав подбородок, как того требовал хозяин. Черный ошейник масляно поблескивал в лучах, пробивающихся сквозь щели в ставнях. Гхол стоял в центре равностороннего треугольника, образованного тремя старыми бронзовыми зеркалами на подставках. Их мутная поверхность была хаотично и совершенно бессистемно испещрена разнообразными значками и символами, точно картина спятившего художника. Гоблин то и дело косил глазом в сторону и скептически кривился. Даже авторитет Рырги не мог уберечь от греха сомнения!

Сам же К'ирсан подошел к рабу и принялся водить над его головой самодельным факелом, осипшим от напряжения голосом произнося слова заклинания. Знаки древнего алфавита, точно кирпичики, укладывались в фундамент ритуала, вызывая знакомую пульсацию в источнике магии Кайфата и вырываясь в мир странно, незнакомо звучащими нотами. Для капитана происходящее в зале ничуть не походило на сценку из спектакля с дешевыми декорациями. Изумрудное магическое свечение заклятых якорей-зеркал, гаснущая волна отката и извивающаяся змея смертельного чародейства на шее у гоблина… Как только в воздухе растаяли последние отголоски заклинания, тысячи клиньев вонзились в черный ошейник корда, и тугие удушающие кольца дрогнули, разжимаясь. Еще миг, и свечение вокруг погасло.

К'ирсан подошел к рабу и внимательно осмотрел украшение на его шее.

– Что ж, еще несколько таких ритуалов, и можно будет пытаться снять. Правда, будем делать перерывы, но все же неплохо! Здесь главное – не спешить, – удовлетворенно заметил капитан и уже другим тоном приказал: – Ладно, можешь здесь все убрать. И осторожней с зеркалами, не потревожь знаки!

Кайфат испытывал ни с чем не сравнимое удовлетворение творца, чья идея обрела плоть и задышала жизнью. Наверное, во всякой работе можно найти что-то особенно увлекательное, притягательное, но К'ирсан уже выбрал занятие, близкое его мятежной душе. Жаль только, что жизнь вечно ломает планы и устремления, а потому вечно приходится выкраивать лишние минуты, оглядываться назад и спешить, спешить, в надежде обогнать время. Вот только у капитана гарнизона есть заботы и помимо возни с чародейством. Не все дела можно свалить на Терна, слишком многое требует особого присмотра. Потому приходилось К'ирсану разрываться между магическими исследованиями и военными заботами, а ведь еще и барон настоятельно требовал общения!

Надо сказать, личность барона Орианга очень заинтересовала капитана. Так уж повелось, но аристократы всегда обожали чародейские игры, стараясь упрочить и расширить собственную власть грозной силой волшбы. И пряный аромат запретного плода вечно манил многих, заставляя идти наперекор законам королевств и воле Объединенного Протектората… Но грасс Беор выделялся из безликой толпы любителей, выучивших одно-два заклинания и возомнивших себя магами. Он действительно искал забытые формулы, изучал их со всем тщанием и, если удавалось разобраться с головоломным чародейством, подстраивал находки под себя. Он действительно кое-что знал и умел, а потому и его интерес к изысканиям К'ирсана был совсем не праздным. Некоторые осторожные беседы с бароном приносили капитану неподдельное удовольствие. Пусть хозяин замка во многом ошибался, но он давал ученику Шипящего возможность узнать чужой взгляд на очередную, не всегда понятную ему проблему. Это дорогого стоит!

С самого первого дня службы у барона капитан взял себе за правило ровно в полдень выходить во двор замка и заниматься с солдатами. Терн, отвечавший в роте К'ирсана за подготовку новобранцев, умело натаскивал местных вояк, справляясь и без участия командира, но слишком уж часто стерва Судьба устраивала Кайфату самые омерзительные каверзы. Потому и следовало гонять подчиненных, точно бесправных каторжан, заставляя выкладываться на тренировках полностью, без остатка. Изнеможение и боль – это именно та цена, которую стоит платить за выживание на войне.

Капитан подошел к плацу как раз, чтобы застать привычную картину – построенная в две шеренги рота, орущий сержант Терн и валяющийся на камнях солдат с окровавленным лицом.

– …хфургово вымя! Тебе что вчера было сказано, а?! Еще раз учую запах браги – пеняй на себя! А ты что?!.. Не слышу ответа, урод! – надсаживаясь, кричал Согнар, не обращая ни на что внимания. Избитый солдат что-то бубнил, но сержанта мало интересовали слова провинившегося. Кивнув паре его товарищей, он приказал: – Всыпьте этому дерьму мархуза десять плетей, а если будет орать, то набавляйте по одному удару за каждый крик!..

Нарушителя уже тащили к специальным колодкам, когда сержант заметил К'ирсана. Старый товарищ резко выпрямился и четким, отработанным движением отдал честь.

– Капитан…

– Вольно, сержант. Давай без лишних церемоний, – поморщившись потребовал Кайфат, ответно прижав кулак к груди. – Сегодня еще много дел, а потому пусть сразу разбиваются на пары и начинают бой. Командуй, а я пока посмотрю.

Пока Терн раздавал необходимые распоряжения, К'ирсан подхватил лежащий на земле тяжелый деревянный меч и сделал пару пробных замахов. С некоторыми бойцами капитан иногда занимался лично, по-настоящему вколачивая в них суровую науку побеждать. И если с сержантом солдаты еще пытались иногда спорить, то перед Кайфатом они попросту трепетали, до ужаса страшась его гнева. Впрочем, К'ирсан уже свыкся с окружающим его ореолом страха, и иная реакция его бы несказанно удивила…

Обедал Кайфат вместе с бароном и управляющим замка Лиссом в Малом зале. Грасс Беор овдовел два года назад, сын его учился в Джугском университете, а потому единственным достойным дворянина обществом были его ближайшие сподвижники. Впрочем, барон не слишком уважал чистоту крови, предпочитая беседу с интересным человеком общению с аристократом.

– Как думаете, капитан, король Зелода решится-таки нанести визит вежливости к нам в Баронства или нет? Не забыв, само собой, свой знаменитый Молот и грозную армию?

С утра в замок вернулся из соседнего города управляющий и привез почту и газеты, а потому за столом вовсю обсуждались последние новости и свежие сплетни.

– Знаете, господин барон, думаю, у Его Величества и без новой войны дел хватает. Страна в руинах, и еще не остыла кровь жертв междоусобицы. Сердце мятежа уничтожено, но впереди еще долгая агония, – с непоколебимой уверенностью ответил К'ирсан и тут же презрительно фыркнул: – Гелид I Ранс окажется тупицей, если швырнет измученную страну в горнило новой войны. Даже разбив армии Союза городов, он рискует остаться без трона. Взбунтуется чернь, пришлют убийц аристократы, припомнят все хорошее союзники…

Лисс задумчиво жевал, молчаливо кивая, подтверждая слова капитана, а вот грасс Беор азартно воскликнул:

– Точно! Силенок у него, может, и хватит, да кто ж ему сегодня позволит их показывать-то?! Советник, опять же, у короля толковый, предложит войну в следующем году начать, а там, глядишь, и какие другие проблемы найдутся!

– Господин барон, а что, главы Союза готовятся к обороне? – внезапно заинтересовался управляющий.

Новости
Библиотека
Обратная связь
Поиск