Текст книги

Эдуард Рогов
Вальс со Смертью


Потом … Потом я отключился, так и не заметив ее прощального взгляда. Проверка адмирала, бег по кораблю, разборка с Чужим. Все это время, Карен покрывала листок торопливыми, убористыми строчками. Она знала о моей слабости к древней земной мифологии и таким образом, пыталась поддержать меня и придать силы для борьбы.

Ну что-ж, ты оказалась права и на это раз. Я пройду свой путь, до конца. Не из желания заслужить милость далеких богов и насладиться вечной жизнью, а из любви к тебе. Так будет, Карен, я обещаю, что так и будет …

_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ __ _ _ _ __ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _

– И все-таки, Серж, я против. Пятнадцатипроцентная вероятность столкновения – это очень много. Я не возражаю против твоего решения, отказаться от контактов с администрацией планеты. Высадка на десантном катере, тоже является рискованным, но необходимым шагом. Я проверил по флотскому справочнику – здесь нет сторожевых спутников и прочих серьезных оборонительных систем. Вероятность быть обнаруженным патрулем минимальна – ведь мы подойдем со стороны звезды, воспользовавшись для сброса скорости и корректировки орбиты, ее гравитационным полем.

– Блестящее решение! На это не пойдет ни один контрабандист, не говоря уже о том, что у их лоханок просто не хватит энергии для такого маневра. Но Серж, пытаться спрятать крейсер в поясе астероидов – авантюра чистой воды.! Да, моделирование на компьютере дало положительный результат, да, тебе удалось полностью восстановить работоспособность управляющих систем корабля. Теоретически, они способны выполнить возложенные на них задачи – обеспечение противометеоритной защиты и выполнение твоих команд по маневрированию. Но даже при самом благоприятном стечении обстоятельств, у тебя есть только восемьдесят пять шансов, из ста. Малейшая ошибка в расчетах, незначительное повреждение – и мы обречены. Для борьбы за живучесть нужен экипаж, а у нас его нет.

Наблюдая за расстилающейся передо мной панорамой, я слегка кивал головой, соглашаясь с приводимыми аргументами и зная, что не изменю своего решения. Голографический шлем послушно создавал иллюзию открытого пространства. Система HGS-1834, или Тайфон – по названию единственной освоенной планеты, была совсем рядом. Нам повезло – ближайшая к ней узловая сфера находилась в направлении, почти диаметрально противоположенным тому, с которого мы подходили.

Там же, были сосредоточены немногочисленные патрули таможенной службы и несколько устаревших корветов Флота, выделенных скорее для удовлетворения амбиций местной администрации, чем в связи с военной необходимостью. Узловые сферы, обеспечивали переброску последовательно – от одной, к другой. Изменяя вектор входа, можно было лишь выбирать из нескольких ближайших. Таким образом, у военных вновь стало актуальным понятие глубокого тыла, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Совершив «Кенгуру», мы в буквальном смысле слова, «возникли из ниоткуда». Именно для того, чтобы подольше сохранить свое инкогнито, а заодно приберечь козырь на самый крайний случай, я и решил пойти на риск. Крейсер, затерянный в хаосе разнокалиберных обломков, практически невозможно обнаружить с помощью технических средств, если только он сам не задействует свои двигатели, бортовое оружие и активную локацию. Конечно, остается риск повреждений из-за случайных флюктуаций астероидного потока, но составив более-менее точную математическую модель, можно выбрать относительно безопасный участок.

Зато, перенастроив бортовой радиомаяк на сверхузкую, известную только мне частоту, сделав так, чтобы даже этот сигнал уходил в пространство лишь полчаса в сутки, я обеспечу себе неплохой тыл. Аргус может возмущаться сколько угодно, но последнее слово будет за мной – это краеугольный камень, нашего соглашения.

А сейчас, мне надо выспаться и постараться напрочь выбросить из головы память о тех часах, в течение которых я, отключив внутреннюю гравитацию, перемещал в один из рефрижераторных отсеков крейсера, тела своих товарищей.

Все остальное, было просто работой – определение точки выхода, реанимация и перенастройка бортовых систем, расчет маневра торможения. Другое дело, что я никогда не делал все это в одиночку. И если бы не спецпрепараты, организм не выдержал бы и четверти выпавших на мою долю нагрузок. Зато, полностью оправдал себя принцип универсальности офицерского состава. Каждый из нас, обладает необходимым минимумом знаний, по всем ключевым системам корабля. Вот почему я сомневаюсь, что для успешного завершения прыжка, подходила только моя кандидатура …

Кстати, предчувствие насчет бортжурнала, подтвердилось – он оказался заблокированным. Асинхронный ключ. Шифровка – по личному коду капитана, дешифровка, возможна только на Земле. Да, именно так. Лишь подключенный (непосредственно, а не с помощью коммуникационных систем!) к главному суперкомпьютеру Флота, этот небольшой блок поделится информацией о нашем последнем походе. Что-ж, еще один факт, который я не в силах ни опровергнуть, ни изменить …

Глава 10

Пристальный взгляд темно-синих глаз, был до краев наполнен ощутимой неприязнью, но ненависти в нем все-таки не было. За исключением особых случаев, профессионал не может позволить себе подобной роскоши.

Пауза затягивалась, но с каждой прошедшей секундой мое настроение улучшалось. В этой смертельно опасной психологической дуэли, мне удалось-таки занять выигрышную позицию. На меня не давило начальство, поэтому следующий, ставящий его в невыгодное положение ход, должен был сделать противник. Кажется, в шахматах есть термин, отражающий данную ситуацию, но я ведь не полиглот, чтобы знать все …*

«Анжелика», чувствовала обстановку не хуже меня. Она нарушила молчание только тогда, когда стало ясно, что ее собеседник не собирается первым возобновлять диалог.

– Да, Серж, видимо Вы относитесь к людям, получающим удовольствие от любых ситуаций, в том числе – в голосе возникла неприкрытая угроза – достаточно серьезных. И если Вам так дорого мое общество, мы можем продолжить наше знакомство.

– Вот это другое дело! – я действительно испытал неподдельную радость и эмоциональный подъем, и не только в предвкушении плотских утех.

Реальная угроза потери свободы или жизни, хоть и обостряет чувства, но вовсе не является той приправой, которую я бы хотел добавлять в свой повседневный рацион. Но сейчас выяснилось, что Серж Голанов представляет собой действительно немалую ценность, раз ведущая за ним охоту структура готова пожертвовать амбициями своего первоклассного агента, ради формального согласия «объекта» на вербовку.

– Может быть, пройдем в спальню? – теперь голос звучал значительно мягче, он приглашал, манил, обещал …

– Чуть позже! На этот раз, режиссером буду я! – язвительно-наглые интонации, прекрасно подошли бы сутенеру самого низкого пошиба, собирающемуся ознакомиться с «достоинствами» своей новой «подопечной». – Можно попросить девушку, подойти поближе?

Почти мгновенное, неуловимо-текущее движение, и соблазнительная женщина уже не сидит в кресле напротив, а находится прямо передо мной. Я невольно вздрагиваю и отшатываюсь, но тут же натягиваю на лицо довольную улыбку и поднимаюсь из кресла, протягивая руку к полурасстегнутой блузке.

– Аргус! Работа для тебя! Анализ ее реакций, быстро! Мимика, выражение

глаз, жесты. Запоминай все. Я уже вывел ее из равновесия, иначе она не стала бы демонстрировать свои способности.

– Да уж! Два с лишним метра, за пол секунды! Серж, ты затеял игру с тигром.

– Со змеей, Аргус, со змеей.

Не спуская с Анжелики (интересно, узнаю ли я когда-нибудь ее подлиное

* Цугцванг – положение, при котором любой из возможных ходов, ведет к потерям.

имя?) блудливого взгляда, я медленно расстегиваю на ней блузку и не торопясь провожу рукой по полупрозрачным чашечкам бежевого бюстгальтера. Теперь спустить бретельки с плеч и обнажить точеные, прекрасной формы груди с напряженно застывшими нежно-розовыми сосками …

На первый взгляд, все мое внимание поглощено сей увлекательной процедурой. Но отдавая должное женским прелестям, я не выпускаю из переферийной зоны зрения и ее лицо. Для Аргуса этого достаточно, чтобы безошибочно зафиксировать выражение глаз …

Впрочем то, что дама явно не испытывает восторга по поводу моих бесцеремонных манипуляций, видно и так. Подожди, красавица! То ли еще будет!

– Прекрасно! А теперь, милая, повернись к стенке передом, а ко мне, гм – противоположной частью своего молодого, аппетитного тела, – чтобы не оставить никаких сомнений, я делаю рукой жест, символически разворачивающий девушку в нужном мне направлении.

Кланг! Можете смеяться, но именно такой звук – звук взведенного затвора, явственно прозвучал у меня в голове. Снова взгляд в упор – безжалостный синий прожектор, пытающийся просветить бедного Ульрика насквозь. Опять начнет воздействие?

Нет! Прожектор потух, голос звучит твердо, но урезвонивающе.

– Серж! Я предлагаю перестать обращаться со мной, как с дешевой шлюхой. Поверь, от этого ты только выиграешь. Если все дело в твоих привычках, мы могли бы …

Невзирая на всю серьезность момента, я не выдержал и прервал свою собеседницу невежливым, но искренним смехом.

– Мы?! Ну, знаешь, ты меня действительно насмешила! А теперь запомни, детка – нет и не будет, никаких «мы». Есть только я, и мои желания. Условие, остается прежним. Или я покидаю этот номер, обездвиженный тем или иным способом, или добровольно. Второй вариант возможен только после того, как я получу от тебя то, что мне нужно. Если же этому помешают твои этические принципы, то сделка не состоится.

Пауза в несколько секунд. Очень и очень важных секунд. Для меня ее глаза непроницаемы, но возможно Аргусу, повезет больше. Наконец, на аристократически-надменном лице появилась легкая, добрая улыбка, напугавшая меня куда сильнее предыдущих жестких «наездов».

– Как знаешь, Серж. Это был твой выбор.

В голосе женщины звучит мягкое сочувствие и сожаление. Четкий, но элегантный поворот кругом – и я получил возможность перевести дух. Блин, похоже способности этой крошки, простираются в весьма широком диапазоне. Явную агрессию Аргус отразил, а вот этот «хуг левой», попал в цель.

Что-ж, будем держать удар. Кстати, о приятном. Что мы имеем в порядке компенсации?

Слегка нажимаю рукой на спину, и девушка покорно наклоняется до нуж-

ного мне градуса. Медленно задираю вверх юбку, обозревая превосходные ноги в элегантных черных чулках. Тонкая полоска трусиков почти не скрывает ягодиц, но полный обзор всегда лучше. Легкий шлепок по заду и хозяйский, не терпящий возражения приказ: «Приспусти-ка штанишки, малышка!»

Моя рука продолжает упираться в стройную спину, подразумевая, что указание нужно выполнить полусогнувшись. Секундная пауза, тело еле заметно вздрагивает (Аргусу на заметку), и – процесс пошел. Все-таки, уважаю профессионалов! Тонкие руки, именно приспускают трусики до колен, создавая требуемую картину. Эротоман внутри меня ликует, успешно пробуждая к действию самую нужную, по его мнению, часть моего тела. Но профессиональный взгляд человека, проведшего в спортзалах не одну сотню часов, замечает кое-что еще.

– Детка, у тебя прекрасно развиты ягодичные мышцы. Я бы сказал, они даже нарушают картину женской хрупкости и беззащитности. Сейчас мы займемся делом, так что пожалуйста, контролируй себя. Нам не нужны несчастные случаи, не так ли?

Ответа нет, что впрочем, меня не удивляет. Находясь в такой позиции трудно вести непринужденную беседу, так что дама воздерживается от реплик, пока это возможно.

Еще один шлепок по заду, за которым следует обстоятельное прощупывание ягодиц – все в порядке, мышцы действительно расслабленны. Можно начинать. А если кому-то мои предосторожности покажутся излишними, пожелаю ему как-нибудь совершить акт насилия в отношении хорошо подготовленного полевого агента, женского пола.

Для того чтобы причинить серьезные повреждения, весьма важной части вашего тела, ей вовсе не обязательно шевелить руками или ногами. Достаточно использовать другие группы мышц, в полной мере усиленные спецупражнениями … Ладно, у нас ситуация несколько иная, опасаться следует лишь непроизвольных рефлексов.

Приступаю к делу достаточно аккуратно, придерживая партнершу за упругие, литые бедра. Даже расслабленные, ее мышцы постоянно дают о себе знать. Постепенно наращиваю темп, и высвободив правую руку, стискиваю женщину за грудь. Звериное наслаждение, испытываемое телом, немного заглушает страх, терзающий рассудок. Прекрасно, самое время для звонка другу.

– Аргус, как?