Трофей императора

Почему же он выбрал ее?

В чем здесь подвох?

Он не может не видеть ее ущербности. Зачем ему такая жена?

Но в одном правитель Ламаррии прав. Он здесь Закон. Да, именно так, с большой буквы.

Когда он ушел, оставив ее стоять с глухо бьющимся сердцем и искусанными губами, появилась Амина. Сопровождавшие ее ньорды втащили в комнату вещи принцессы. Камеристка целый час восторгалась роскошью новых покоев, пока Валенсия на нее не прикрикнула. Та замолчала, но продолжала обиженно пыхтеть, разбирая баулы и развешивая в гардеробной туалеты венценосной хозяйки.

Несколько раз Валенсия выглядывала за дверь. Но каждый раз натыкалась на угрюмые и нелюдимые лица охраны.

Потом подали ужин. Его принес хмурый ньорд. Молча поставил на стол и, не глядя по сторонам, так же молча ушел.

Ленси без всякого желания ковырялась в тарелке. Кормили в Ирригене неплохо, местный повар и впрямь был кудесник, но вся эта дурацкая ситуация напрочь отбила у девушки аппетит.

– Пора, – пробормотала она, когда гонг за окном возвестил о вечерней страже.

Отставив тарелку, Валенсия поднялась.

Платье, сшитое специально для этого случая умелыми руками этрурских мастериц, уже ждало ее в гардеробной. Расправленное и тщательно отутюженное, жемчужного цвета с тонким, как паутинка, кружевом из серебряных нитей. Оно казалось достаточно скромным и элегантным, ведь младшей принцессе было всего восемнадцать, и ей не следовало привлекать взгляды мужчин.

Переодевшись, принцесса вернулась к туалетному столику. Зеркало отразило ее лицо, которое после всего, что случилось, казалось бледнее обычного.

– Может, добавим немного румянца? – предложила Амина, скептично оглядывая свою госпожу.

– К Халлу румянец, – буркнула Ленси. – У меня нет ни малейшего желания выглядеть лучше, чем я есть.

Как нет ни малейшего желания участвовать в этом фарсе, который задумал император Ламаррии.

– Как пожелаете, Ваше Высочество.

Камеристка заканчивала украшать жемчугом ее высокий шиньон, как в дверь кротко постучали.

Девушки переглянулись.

– Иди, – кивнула Валенсия, – узнай, что им нужно.

Через минуту она услышала возмущенный голос Амины и, не выдержав, оглянулась.

На пороге стоял уже знакомый дарг в темно-зеленом кителе с эполетами.

– Ваше Высочество, – он привычно щелкнул каблуками и приложил руку раскрытой ладонью к груди.

– Капитан Ди Грейн, если не ошибаюсь, – на лице пленницы появилась натянутая улыбка. – Чем обязана?

– Карета уже ожидает. Я и мои люди будем сопровождать вас.

– Боитесь, что я сбегу?

Это предположение прозвучало так нелепо, что Ленси едва сдержала истерический смешок.

– Нет, Ваше Высочество, – покачал головой капитан. Вопреки ее ожиданиям он даже не улыбнулся. – Бежать вам некуда. Вокруг только скалы. Мы здесь для вашей защиты.

Она стиснула губы в тонкую линию. Рука сама легла на камешек, пульсирующий на груди.

Вот, опять, они говорят о ее защите. Но от кого и зачем ее защищать?

– Идемте, капитан, – произнесла девушка с горечью и поднялась. – Ваш император, наверно, уже заждался.

Глава 9

При виде кортежа, ожидавшего у крыльца, Ленси слегка побледнела. В карету с гербом императорского дома, была запряжена четверка инкардов, и эти твари весьма недвузначно щелкали челюстями. Пара ньордов гарцевала на таких же зверюгах в авангарде, еще четверо – в арьергарде. Еще один инкард, принадлежавший капитану, лениво позевывал, демонстрируя впечатляющий набор зубов.

– Прошу, – Ди Грейн распахнул перед принцессой дверцу.

Пришлось собрать силу воли в кулак, расправить плечи и, глядя прямо перед собой, пройти те несколько шагов, что отделяли крыльцо от кареты. Когда дверца захлопнулась, девушка облегченно выпустила воздух сквозь плотно сжатые зубы и осмотрелась.

Окна в карете были затянуты плотными кожаными шторами. Ленси подергала сначала одну, потом другую, но они не поддались. Не было даже крохотной щелочки, чтобы увидеть, что делается снаружи.

Пробормотав проклятье, она откинулась на мягкую спинку. Сердце неприятно заныло, словно предчувствуя грядущие беды. Все происходящее казалось каким-то неправильным.

Снаружи раздался громкий крик, и карета пришла в движение.

Но поездка оказалась короткой. Всего пятнадцать минут быстрой езды – и вот уже экипаж начал сбрасывать скорость, а потом и вовсе остановился. Нахмурившись, Ленси прислушалась к звукам, доносящимся снаружи.

Она услышала приближающиеся шаги и невольно насторожилась. Но это был всего лишь Ди Грейн. Распахнув дверцу, он галантно склонился:

– Ваше Высочество, прибыли.

– Где мы? – девушка глянула ему через плечо, оценивая обстановку, и снова ощущение опасности заскребло на душе. – Куда вы меня привезли?

То, что она видела, мало напоминало вход в главный зал Ирригена. Карета стояла у небольшой кованой двери, почти утонувшей в плюще. Тот же плющ вился по стенам, сложенным из крупных камней. Здесь не было ни души: ни других экипажей, ни гостей, ни их голосов. А вокруг царил полумрак, разгоняемый лишь кристаллическими фонарями в руках спешившихся ньордов.

– Не беспокойтесь, пока вы под нашей защитой, вам ничего не грозит, – поспешил заверить капитан. – Это всего лишь тайный вход. Император позаботился, чтобы о вашем существовании не узнали до времени.

– Не понимаю. Зачем такие ухищрения? Меня от кого-то прячут? Но почему?

– Там, в зале, собрались главы десяти кланов со своими свитами и телохранителями. Они явились, чтобы засвидетельствовать выбор Владыки. По традиции, вход с оружием в Бальный зал запрещен, но у любого дарга есть сотня способов убить человека, даже не прикасаясь к нему. Император уже дал вам защиту от магии, – он указал взглядом на тонкую нить, поблескивавшую на ее шее, – А я прошу вас не брать из чужих рук ни еды, ни питья.

– Вы думаете… – Ленси на мгновение задохнулась от понимания, – О, боги, вы думаете, кто-то из них захочет меня убить? Но зачем?!

– К сожалению, я не могу ответить на этот вопрос. Даже если бы и хотел.

– Но знаете ответ?

Он молча посторонился, пропуская одного из ньордов, вооруженного фонарем. Тот поколдовал над замком, и дверь приветственно распахнулась.

Вопреки ожиданиям, в открывшемся коридоре было довольно светло.

Ленси прищурилась, недоверчиво заглядывая вовнутрь.

– Идемте, принцесса, – поторопил ее Ди Грейн. – Здесь вы все равно не найдете ответы.

– Хорошо, – она одарила его натянутой улыбкой, – ведите, капитан. Мне все равно не оставили выбора.

Пока они шли, Валенсия молчала, обдумывая дальнейшие действия. А вот Ди Грейн явно пытался разрядить обстановку, рассказывая историю этого коридора. Девушка почти не вникала в смысл его слов, пока ее слуха не коснулась еле слышная музыка.

Замедлив шаг, она вскинула голову, но конца коридора еще не было видно.

– Мы уже близко, – пояснил капитан, видя ее настороженность. – За этой стеной, – он постучал по каменной кладке, – находится бальный зал. И музыка тоже оттуда.

Еще несколько шагов, и он поднял руку, приказывая остановиться. И Ленси замерла на полушаге, будто налетев на невидимую стену. Ей вдруг стало по-настоящему жутко. Запоздалая паника поползла по ногам, обхватывая ледяными щупальцами.

– Ваше Высочество, – дарг обернулся к похолодевшей принцессе, – помните, о чем я вас попросил. У нашего повелителя много врагов, и я не хочу, чтобы вы стали их следующей жертвой.

– Следующей? – пробормотала она, делая шаг назад. – Значит, были и другие?

Ленси охватило стойкое ощущение нереальности происходящего.

– Успокойтесь, Ваше Высочество. Вы под нашей защитой.

– Еще вчера моя жизнь была в безопасности и без вашей защиты.

– Я не могу вернуть вам «вчера». – Он помолчал, словно решая, стоит ли откровенничать дальше. Потом тихо добавил: – Но сделаю все, чтобы вас защитить. Можете мне доверять.

Все это было очень странно и очень пугающе. Но что-то во взгляде Ди Грейна, в его тоне, в его словах заставило Ленси поверить. На мгновение в ее голове мелькнула мысль, что однажды она пожалеет об этом доверии. Что дарги – не люди. Что у них своя мораль, свои правила. И что маленькой принцессе человеческого государства было бы лучше держаться подальше от драконьих интриг…

Но эта мысль исчезла, как вспугнутая бабочка, стоило капитану нажать скрытый рычаг.

На глазах девушки часть стены, казавшейся монолитной, бесшумно отошла в сторону, открыв арочный вход, занавешенный плотной портьерой. И звуки музыки, хлынувшие из зала, на мгновение оглушили ее.

– Это ниша между двумя пилястрами, – пояснил дарг. – Она ведет в безопасную часть зала. Идите, Ваше Высочество, и ничего не бойтесь. Я буду рядом.

Он произнес это так, словно ее защита была делом всей его жизни. Но именно сила и убежденность, прозвучавшая в его тоне, придали ей смелости.

Принцессам не пристало бояться и прятаться. У каждой из них свой долг: перед своей семьей, перед народом и перед страной. И сейчас ей предстоит сделать шаг, от которого будет зависеть ее королевство.

Расправив плечи, с гордо понятой головой, она вышла в зал.

На секунду ее ослепил яркий свет, лившийся со всех сторон.

Зал был полон гостей, среди переливов музыки звучали их голоса. Ленси увидела несколько даргов, разодетых в золото и меха. Они стояли в стороне от основной толпы, что-то обсуждая вполголоса, и у каждого на груди сверкал крупный камень, свидетельствовавший об их принадлежности к одному из десяти кланов. Это были вожди.

Рядом с вождями неподвижно, как статуи, замерли телохранители-ньорды, чуть поодаль толпилась свита.

Центр зала, предназначенный для танцев, тоже не пустовал. Вдоль него прогуливались девицы, искоса оценивая конкуренток и стреляя глазками в сторону даргов. Среди них были не только темноволосые этрурки, но и смуглые, раскосые дочери Шандариата, заплетавшие свои волосы в сотни косичек. И где-то там находились принцессы.

Ленси остановилась, разглядывая толпу девиц в пестрых платьях. Что-то подсказывало: ее сестры не знают, что она никуда не уехала. Им никто не сообщил. Значит, ее появление будет для них неожиданностью.

Пряча улыбку, она шагнула вперед.

В этот момент музыка стихла, оборвавшись звоном тарелок, и вслед за ней, как по мановению палочки невидимого дирижера, начали стихать голоса. Первыми замолчали дарги-вожди. Краем глаза Ленси заметила, как они, один за другим, стали оборачиваться в ее сторону, но не придала значения. И все же, ее смутили их взгляды: пристальные, настойчивые, почти прожигающие. Некоторые из даргов даже подались вперед, словно забывшись. И принцессе показалось, что они стараются незаметно принюхаться, чтобы уловить ее запах. Это было так странно и так пугающе, что она вновь ощутила неприятную слабость.

А потом, поддаваясь возникшему в зале напряжению, притихли и девушки. Встревоженные, не понимая, в чем дело, они сбились в стайки и шепотом спрашивали друг у друга, что происходит.

Валенсии захотелось отступить, спрятаться в тень, но она не могла позволить себе подобную роскошь. Наоборот, нацепила самую обворожительную улыбку из своего арсенала и заставила себя идти дальше.

В наступившей тишине трижды прозвучал стук церемонного жезла о мраморный пол, призывая гостей к вниманию. А потом звучный голос церемониймейстера объявил:

– Ее Высочество принцесса Валенсия Кассандра Патриция Этрурская, герцогиня Данграй.

Ленси не смогла удержаться, выразительно вздернула брови. Каждый раз, когда слышала свое полное имя, ей казалось, что речь не о ней. Оно было словно платье с чужого плеча – неудобным, громоздким и душным.

Слова церемониймейстера еще таяли в воздухе, а девушки-невесты уже склонились в низком реверансе, кто – приветствуя дочь своего короля, кто – отдавая дань уважения принцессе соседней державы. Вновь полилась тихая, ненавязчивая мелодия, и поверх склоненных голов Ленси увидела сестер.

Принцессы сидели на возвышении, отведенном для венценосных невест. И на их лицах читалось ничем не прикрытое изумление.

Она послала им ободряющую улыбку, но ни одна не улыбнулась в ответ. Наоборот, казалось, Даная и Флора мечтают раствориться в спинках своих кресел, Сильвия слишком внимательно рассматривает виноградную гроздь на столе, Дельфина что-то шепчет, едва шевеля губами и выразительно косясь в сторону Лидии, а та вообще застыла в странной позе, словно хотела вскочить, но в последний момент передумала.

И они были явно не рады ее увидеть.

Сбитая с толку, Ленси направилась к ним. За ее спиной девушки-невесты поднимались и возвращались к своим нехитрым делам. Вновь зазвучали голоса, тихий смех, звон бокалов. Толпа отдала дань внимания, а теперь хотела утех.

– Что ты здесь делаешь?! – первой отмерла Лидия. – Разве ты не должна сейчас лететь в Этрурию?

– Извини, – Ленси повинно склонила голову перед старшей сестрой. – Это не моя прихоть.

– Ты хоть представляешь, что с тобой будет, когда вы вернетесь? – зашипела та, почти не разжимая зубов. Остальные принцессы сидели молча, делая вид, что интересуются чем угодно, только не разговором. – Это открытое неповиновение своему королю! За такое по головке не гладят!

Ленси знала, Лидия права, но оправдываться никакого желания не было. Странная отчужденность и холодность, шедшие от сестер, неприятно ее царапнули. Не такую встречу она ожидала, не такой прием.

– Я же сказала, в том нет моей вины, – повторила она уже тверже.

Но Лидия точно не слышала.

– Я чувствовала, что все так и будет! Мне нужно было самой убедиться, что ты села на этот треклятый дирижабль! Молись теперь, чтобы отец не отправил тебя в монастырь за непослушание! Будешь там всю оставшуюся жизнь зажигать свечи Пресветлой Эльхе!

– Тише, – внезапно встряла Даная, подаваясь вперед.

Но Лидия лишь отмахнулась и продолжила, прожигая непутевую сестру яростным взглядом:

– Где ты была все это время? Отвечай!

Но Ленси не успела ответить.

– Все это время она была со мной, – произнес за ее спиной бесстрастный голос, и на плечи внезапно опустились чьи-то ладони.

Твердые, сильные и поразительно знакомые. Слегка сжали, словно в знак ободрения.

Ленси резко выдохнула. Она видела, как меняются лица сестер, как застывают на них растерянность и недоверие, граничащее с потрясением. И сама в замешательстве оглянулась.

За ее спиной стоял император Ламаррии собственной персоной. В белоснежном парадном мундире, украшенном золотыми эполетами и усыпанной бриллиантами перевязью. И улыбался, глядя на нее. Но от этой улыбки веяло силой и властью.

За столиком воцарилась мертвая тишина.

– Прошу прощения, принцессы, – слова Владыки падали в эту тишину словно камни в бездонную пропасть, – вас не поставили в известность по моей воле. Теперь вы знаете, что с вашей сестрой все в порядке.

Он одарил Валенсию спокойным и уверенным взглядом, на дне которого плескалось тепло, так не вязавшееся с невозмутимым лицом императора.

Настойчивое покашливание заставило Ленси обернуться к столу.

Лидия уже успела взять себя в руки. Старшая принцесса сидела, выгнув спину так, что платье обтянуло ее талию и плоский живот, а низкое декольте обнажило ложбинку между грудей. Она поигрывала хрустальным бокалом, вертя его в пальцах, а на губах застыла кокетливая улыбка, предназначавшаяся Владыке.

– Мой император, – почти пропела она, жеманно пожимая плечами, – нам очень приятна забота Вашего Владычества о нашей сестре. Но можем ли мы узнать, чем она вызвана?

Лицо императора на секунду осветила ответная улыбка. Это была всего лишь любезность, но Ленси поймала себя на странном ощущении. Ее словно что-то кольнуло в этот момент.

– Узнаете, – произнес он уклончиво, – все в свое время.

Взгляд Лидии вернулся к его рукам, которые продолжали лежать на плечах Валенсии, словно он позабыл их убрать.

– Мы беспокоимся за нашу сестру, – старшая принцесса снова улыбнулась, но на этот раз ее улыбка была натянутой, – она необычная девушка, если вы успели заметить. К тому же, вы здесь не за этим, не так ли?

Это «необычная» было сказано таким тоном, будто речь шла о постыдной болезни или уродстве, которое нужно скрывать. Что ж, Лидия знала, как бить побольнее.

Валенсия опустила ресницы, чувствуя, как под торжествующим взглядом сестры ее щеки заливает румянец. С самого рождения вокруг нее вились эти намеки и недомолвки. Это странное отчуждение, которое она долгое время не могла объяснить. И даже потом, когда узнала, в чем дело, не нашлось никого, с кем бы она смогла откровенно поговорить.

Весь королевский Двор знал, что происходит. Кто не знал – тот догадывался. И все молчали, боясь навлечь на себя беду. Суеверия и страх перед всем неизведанным прочно вошли в сердца этих людей. И даже король не был здесь исключением.

А теперь Лидия намекает императору на ее ущербность. Да еще столь открыто. Как же может сестра так ее унижать?

Горло девушки перехватило. Появилось желание сбросить с себя эти руки, вырваться из-под одуряющего влияния императорской ауры и, упрямо вскинув голову, заявить: «Да, я такая! Это моя суть! Моя сущность! И мне с ней жить!»

Но вместо этого Ленси продолжала стоять и краснеть под самодовольным взглядом сестры.

– Вы правы, принцесса, – услышала она над своей головой абсолютно спокойный голос Владыки, и вздрогнула. Его пальцы слегка шевельнулись, поглаживая нежную кожу плеч. – Ваша сестра весьма необычна, и мне это нравится.

– Вы уделяете ей слишком много внимания, – заметила Лидия уже более сухо. – Как самая старшая, я несу ответственность за ее жизнь и здоровье.

Император слегка усмехнулся.

– Об этом можете больше не беспокоиться, принцесса. Теперь я позабочусь обо всех ее нуждах.

– В каком смысле, позвольте узнать?

– В самом прямом.

Ленси не сразу сообразила, что он сказал. А когда поняла, то решила, что ослышалась. Ну не мог же император Ламаррии и в самом деле такое сказать? Она подняла взгляд на сестру, но та сидела белая, как полотно, вцепившись в бокал с такой силой, что на запястье прорезались синие вены.

Коротко выдохнув, старшая принцесса открыла рот, но не успела издать ни звука.

Император вдруг наклонился, на глазах у всех, прикоснулся губами к макушке оторопевшей Валенсии. И все тем же бесстрастным голосом произнес:

– А сейчас, позвольте, я ее у вас украду. По традиции, хозяин Гнезда должен открыть первый танец с почетной гостьей.

Глава 10

– Зачем вы это сделали?

– Что именно?

Они кружились в танце под звуки оркестра. Всего одна пара в центре огромного зала, под взглядами сотен гостей. Валенсия чувствовала эти взгляды каждой клеточкой тела, так же, как и близость мужчины – опасную, запретную и такую манящую.

Взгляды толпы были разными. Восхищенными и завистливыми, пылкими и полными неприязни. Одни принадлежали даргам, другие – потенциальным невестам. Но каждый из них жадно ловил малейшее движение пары.

– Вы прекрасно понимаете, о чем я, Владыка. Зачем вы сказали моим сестрам…

Он не дал ей договорить, прижал сильнее, нарушая все приличия, и шепнул почти в самое ухо:

– Я сказал чистую правду.

Ленси вспыхнула, охваченная двоякими чувствами. Возмущение хорошо воспитанной девушки столкнулось с тайным удовольствием, тешившим женское самолюбие. Она должна была возмутиться, дать понять, что при всем его титуле с ней нельзя обращаться фривольно. Должна была указать на дистанцию между ними. И не смогла.

Император Ламаррии был молод, силен и очень хорош собой, а еще от него шел такой мужской магнетизм, что устоять перед ним было очень непросто. И, чего уж греха таить, сердце юной принцессы затрепетало.

Покраснев до корней волос, она еле слышно пролепетала:

– Ваше Владычество, на нас смотрят…

– Я этому рад.

– Но… вы не должны…

– Ш-ш-ш, – развернув девушку в танце, он на секунду приложил палец к ее губам, – не нужно говорить мне, что я должен и чего я не должен, моя дорогая. Я же сказал, что избрал вас своей невестой. А теперь даю понять всем и каждому в этом зале, что уже сделал свой выбор.

Валенсия на мгновение сбилась с ритма.

– Это шутка? – забыв про этикет, глянула ему прямо в лицо. – Вы не можете выбрать меня. Это же против правил!

В его глазах полыхнул темный огонь.

– Правила здесь устанавливаю я. Привыкайте.

Музыка стихла, означая конец танца, но тут же зазвучала вновь. На этот раз это была веселая, зажигательная мелодия, и в круг начали выходить новые пары. Дарги приглашали приглянувшихся девушек. Теперь до самого рассвета один танец будет сменяться другим, чтобы пары могли познакомиться ближе.

Роннар поднес к губам ладошку партнерши и, не отрывая взгляда от пунцового лица девушки, запечатлел поцелуй.

– Вы прекрасно танцуете.

Ленси ждала, что он отведет ее к сестрам и, как предписывает обычай, пригласит на танец следующую принцессу. Но ему, похоже, нравилось шокировать публику.

Вместо этого, он повел ее за собой, все так же сжимая в ладони ее дрожащие пальчики.

– Куда мы идем? – она растерянно оглянулась на ту часть зала, где оставались сестры.

– Туда, где вы будете в безопасности.

– Я буду в безопасности, если вы отведете меня к сестрам.

– Ну, уж нет, – на его лице промелькнула кривая ухмылка, – в этом змеином гнезде я вас не оставлю.

Вокруг было слишком много народа, чтобы продолжать возмущаться. Ленси не желала привлекать лишнее внимание, которого и так хватало с избытком, а потому, смирившись, молча пошла за ним. В какой-то момент Роннар на секунду замедлил шаг, окинул девушку задумчивым взглядом, в котором ей почудилась горечь, и произнес:

– Я бы хотел все сделать иначе. Но сделаю то, что должен. – Уголок его губ дрогнул в странной полуулыбке. – Ничего не бойтесь, принцесса. Что бы сейчас ни случилось, молчите и не закрывайте глаза.

Это жутковатое предупреждение заставило что-то сжаться внутри. Ленси поспешно кивнула, понимая, что выбора нет. Да, она могла бы остановиться, выдернуть руку из крепких тисков дарга, заартачиться и потребовать объяснений.

Но…

Это она представляла просящую сторону. Это ее стране нужна была помощь. Это войска ее отца уже не могли сдержать недовольства, бродившего по провинции. И раз уж судьбе угодно, чтобы выбор Владыки пал на нее, ей остается лишь подчиниться.

Договор должен быть подписан несмотря ни на что.

Они поднялись на возвышение, к главному столу, где сейчас находились все десять вождей. Дарги встали, приветствуя своего повелителя. И девушка поймала на себе их пристальные, оценивающие взгляды.

Только тогда она запоздало отметила то, чего не заметила раньше.

За овальным столом императора стояло одиннадцать кресел, не считая его собственного. Одиннадцать, а не десять. И кресло по левую руку от Владыки пустовало.

Охваченная внезапным подозрением, она оглянулась. Отсюда была отлично видна та часть зала, где находились ее сестры. Их столик стоял на подобном возвышении, подчеркивая статус гостей, и его окружали пять кресел.

Всего пять кресел, в которых сидели принцессы.

Шестого, предназначенного для нее, там не было.

– Приветствуем вас, Владыка, – вожди кланов склонили головы перед своим императором. Подскочившие слуги тут же отодвинули кресла для правителя и его спутницы.

Роннар сильнее сжал ее руку, и Ленси пришлось прикусить язык, хотя слова возмущения уже готовы были сорваться с него.

Он все устроил заранее! Все спланировал! Его слова не были пустым звуком или желанием шокировать публику, когда он сказал, что выбрал ее.

Подчиняясь его желанию, она заняла предназначенное ей место.