bannerbanner
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
1 из 3

Иван Глемба

Андрей Прохоренко

АДАМ И ЭВИЯ. ТРУДНОСТИ НАЧАЛА

Предисловие

Первой книгой серии «У истоков человечества» авторы начинают рассказ непосредственно о выращивании представителями прошлой цивилизации своего продолжения – физических тел представителей нашей расы. Книги серии являются как продолжением предыдущей серии книг «Путь воина-интеллектуала», так и полностью самостоятельными произведениями, повествующими о появлении на Земле новой расы.

Именно в этой части записок элт Эдвин Таард продолжает рассказ о том, в каких условиях, с какими трудностями и коллизиями столкнулся коллектив во главе с Адамом и Эвией перед началом реализации первой стадии проекта по выращиванию физических тел нашего вида прямоходящих существ на закате Атлантиды. В то время оставалось примерно 500 лет до конца существования цивилизации атлантов. Именно тогда, примерно 13 800 лет до нашего времени, создавались предпосылки для появления на Земле человечества.

Положение дел и обстановка в Эльклее побуждают Адама, как главу проекта «Эг арай оди унисимум» или «Новое человечество», к смене места его продолжения. Для успешной реализации проекта необходим переезд коллектива, которым руководят Адам и Эвия, за пределы Эльклеи. По проекту Адама на одном из плато, где нет привычных и необходимых для жизнедеятельности элтов силовых башен, городов и поселений, климатических куполов и пониженной гравитации, необходимо построить поселение Эйхал. Южные склоны Эйда (Кавказа) – почти идеальное место для того, чтобы именно в здешних местах на земную твердь ступила нога первых представителей нового вида прямоходящих существ.

Денно и нощно в Эйхале, поочередно сменяясь, работают бригады элтов и биотов, сооружая на плато комплекс зданий и сооружений, уходящий сооружениями глубоко вглубь плато, спускаясь на сотни метров вниз к его основанию. Работа спорится, но сроки введения объекта в эксплуатацию постоянно откладываются. Реварн, один из зместителей правителя Эльклеи Эдарта, делает все для того, чтобы помешать элтам, а также поставить на ведущие должности своих ставленников, что приводит к ряду сюрпризов, с которыми сталкиваются Адам и коллектив под его началом после прибытия на место.

Адаму еще в Эльклее всячески мешают и ставят палки в колеса, пытаясь отстранить от руководства проектом, сломать, заставить пойти на договорённости или уступки с представителями Атлантической конфедерации, кровно заинтересованными в его результатах. Ведь нет ничего более важного, чем контроль над представителями новой расы, тем более, если с самого начала появления ее представителей на свет взять их под контроль. Речь зачастую идет о банальном выживании и сохранении относительной свободы и независимости тех, кто этим занят, а также об обеспечении должной защиты участников проекта и его результатов.

Эдвин Таард после приключений в Тулплее и успешного возвращения домой привлекается Адамом к проекту, становясь вначале начальником его охраны, а потом и руководителем службы безопасности в Эйхале. В его задачу входит обеспечение надлежащих условий для прохождения проекта и предупреждение происков противника. Если в Эльклее Эдвин, кроме прочего, еще занят другими делами, то по приезду в Эйхал он полностью загружен текущими делами, учитывая те происки врагов и события, на которые так богаты первые годы проживания элтов в Эйхале.

Приведение в тексте записок не только Эдвина, но и информации из дневников Адама, проливает свет на события первых лет пребывания элтов в Эйхале с точки зрения руководителей проекта. Адам и Эвия не видят для себя необходимости написания записок для потомков о своей жизни и их участия в проекте, но оставляют Эдвину свои дневники, чтобы он, в том числе и основываясь на информации, в них приведенной, смог наиболее полно осветить все текущие события. Именно эту задачу приходится выполнить Эдвину Таарду уже после того, как он завершает свое участие в проекте и возвращается в Эльклею, где и пишет записки, оставляя их для потомков в информационном поле Земли.

Глава 1

На новом месте

Нет ничего более важного, чем начать дело, от которого зависит судьба не только прямоходящих существ на Земле, но и Солнца, солнечной системы и даже галактики.

Понимание важности и трудности в осуществлении взятой на себя задачи, к чему может привести любая, даже незначительная ошибка или отклонение, проявившиеся в работе, а также того, что никто кроме тебя самого не может помочь тебе справиться с делом твоей жизни, побуждает тебя к постоянной бдительности и самодисциплине.

Если, начав дело, у тебя нет воли и силы продолжить начатое и вести его твердой рукой к завершению, тогда все благие начинания и задумки есть лишь шаг в бездну и небытие.

Надо предельно четко отдавать себе отчет в том, что в любой момент все, что делается тобою, может привести к провалу. И лишь проявление воли в каждый момент, когда ты близок к этому, может исправить неблагоприятное положение дел.

Адам Ваа Трэйн. Из дневника

Чем ближе годы подходят к рубежу в двести лет, тем все более учащенным и интенсивным становится мое проживание. Интуитивно я чувствую, что еще многое не только можно, но и нужно мне сделать, в том числе и довести до завершения основное дело моей жизни, труд столетия, если так можно сказать, а силенок остается все меньше. Могу не успеть кое-что дописать, расставить акценты, а потом, выдержав паузу, «забыв» о том, что написано, где-то через годик, а то и два вернуться к написанному, чтобы «на свежий взгляд» еще уточнить мое детище. Тороплю себя, хотя отдаю отчет в том, что поступаю неправильно. Вместо того чтобы готовиться, иногда неэффективно расходую силы, которые мне в конце жизни особенно нужны.

В данный момент труд, как следует из выше приведенных строк, уже готов, но не доведен до нужной кондиции. Есть еще моменты, которые требуют моего участия, в частности, обобщения, выделения главного, дополнений и урезания материала с точки зрения выразительности моего слова. Многое из того, что понятно и ясно мне, для потомков, которым моя повесть адресована, будет неясным, а подчас и совсем непонятным. А раз так, то мне всякий раз приходится по ходу рассказа многое пояснять. Касается это, прежде всего некоторых понятий, мировоззрения и образа жизни элтов и наших противников – атлантов, а также представители «новой формации», элтами их у меня язык не поворачивается назвать. Попутно следует отобразить обстановку в Эльклее и в других странах нашего мира, чтобы ввести потомком в курс происходящего.

Тем не менее, несмотря на все сложности, чем дальше идет время, тем все больше я вхожу во вкус написания. Я не писатель, а воин. Я воспитывался, как воин-интеллектуал в школе, жил так, успел пройти все ступени от рядового воина до командующего всеми силами Эльклеи, а потом и до импра. Сейчас, в конце жизни, я на отдыхе, окруженный вниманием и заботой правнуков и праправнуков. Во многом я пережил детей, можно сказать, увидел счастье внуков и правнуков, если можно так назвать то, что открылось моему взору. Чем ближе я подхожу к моменту, когда мои тонкие тела и оболочки отделятся от тела, которое будет распылено по нашим обычаям, тем все отчетливее я понимаю, что многое не успел сделать, в том числе пожить так, как сильный и уверенный в себе мужчина, утверждающий своим проживанием такое явление, как Жизнь.

Травмы, раны, тяжелые состояния, тяжесть потерь и боль утрат оставили на мне свои следы. Я все делаю для того, чтобы освободиться от них, явив в своем рассказе все самое лучшее, что было у нас, элтов. Потомки моими глазами увидят нашу жизнь, наш быт, узнают, каким были наше отношение к окружающим, взгляды на мир и на себя. Мы, элты Эльклеи, больше всего ценили свободу и уважали силу. Это я с точностью могу сказать о своем поколении и даже о поколении детей, в чем-то даже внуков. Что же касается нашего продолжения, то оно, хочу я того или нет, уже не несет в себе того смысла и тех энергий, которыми были богаты деды и прадеды. И в этом, что я отчетливо вижу под конец жизни, немой укор всем нам, всему нашему поколению.

Больше всего в жизни ломает именно это, когда смотришь на молодую поросль и отчётливо понимаешь, что по-другому не может и быть. Если бы не школы, не учителя, не обязательное обучение, то с Эльклеей и с нашей свободой было бы все уже давно закончено, а так, пусть даже по привычке, мы все еще утверждаем нашим проживанием, как умеем, силу. Да, эта сила зачастую пассивна, ленива и сдобрена слабостью, как своей противоположностью. Да, мы больше декларируем, чем реально делаем и проявляем себя, как сильные элты, но даже такое действие во многом отдаляет конец нашего вида прямоходящих существ. Мы реально сможем по моим расчётам отодвинуть на несколько столетий конец и полный крах нашей цивилизации. Удовлетворяет меня лишь то, что я этого не увижу.

Хотя на самом деле это не совсем так. Я, будучи ицлом (видящим), получил доступ к работе, как с прошлым, так и с будущим. Если прошлое мне больше понятно, то будущее, когда я устремляю в него взор, воздействует во многом на меня так, что силы и устойчивости удерживать относительно спокойное состояние у меня явно недостаточно. Я, несколько раз видя формирующееся будущее, самые лучшие его варианты, расстраивался так, что «пробивался» изнутри. «Неужели, – думал я. – Люди, наше продолжение, придут к еще более худшим реалиям, чем мы». Ни разу я не получил отрицательного ответа, а картины, которые проходили перед моим взором, только лишь подтверждали ответ.

С другой стороны, то, чем успокаивал я себя, мы, элты, сделали все, что могли и даже больше, чтобы жизнь на Земле после нас в следующем цикле продолжалась. Мы, вырастив представителей новой расы, дали им путевку в жизнь, обучив и снабдив всем необходимым, отправили на кораблях-ковчегах в будущее. Мы выполнили свою задачу. Наша цивилизация уйдет в небытие. Не будет о ней в будущем почти что никаких упоминаний, кроме искаженных фактов, как и следов присутствия, через которые из будущего можно влиять негативным образом на прошлое, которое есть и никуда не девалось. И это – лучшее, что может быть, как для нас, так и для потомков.

Но придет время, когда положение дел изменится, когда мы, забытые и затерянные во времени, обретем то, чем не обладали. В таком случае мы сможем сделать многое, возможно и отсрочить гибель планеты. Земля – один из последних приютов прямоходящих существ в космосе, учитывая то, к чему он идёт. Во многом записки – мой посильный вклад в то, чтобы как наша, так и ваша раса не уничтожились раньше времени, а вышли на новый путь. Во многом для этого я пишу повесть о своей жизни, полагая, что некоторые потомки воспримут сказанное в ней, в том числе и то, о чем упомянуто, как будут говорить в будущем, между строк. Эта информация поможет потомкам увидеть свои истоки и хотя бы отдаленно осознать преемственность сознания и цивилизаций.

Да, для этого во многом необходимо изменить взгляд на себя и на мир, избавиться от догм, искривлений, заблуждений, стать сильными и хотя бы отдаленно опирающимися на себя, на работу своего сознания, а не на чьи-то рассуждения, многое понять, избавиться от понурости и надломленности, от пассива и не только. С другой стороны, а что еще делать? Не терять же себя, отживая, занимаясь привычными делами, слабея при этом, становясь все более подверженными воздействиям и влияниям, питая собой паразитов. Наш мир, как грустно это не прозвучит, устроен так, что одни, являясь воплощениями духа, всего лишь питание для энергий тьмы, тени и мрака, антидуха и перерожденного духа. Так было не только на Земле, но и на всех других планетах, где когда-либо существовала жизнь.

Я ознакомился с хрониками и Лаэса (Фаэтона), и Ноэла (Марса), других планет и не только в солнечной системе, где когда-то была жизнь, а твердь этих планет топтали прямоходящие существа. Лучшие из них оставили свои записки для потомков. Так вот, все планеты и планетарные содружества рано или поздно приходили к упадку и к гибели. Земля не является исключением. К такому порогу подойдут и люди, когда мои записки станут достоянием более широкого круга людей. И в данном случае все будет в руках личностей из числа потомков, расу которых во многом произвели элты под руководством Адама. Мы, как и наши предтечи, рассчитывали и рассчитываем на то, что потомки во многом решат накопившиеся проблемы и не только свои, но и предыдущих цивилизаций. Мои слова – лишь та картина и панорама, которые, возможно, посодействуют некоторым из них.

Почему я так говорю? Лишь потому, что личность, иной раз одна-одинешенька, решает вопросы цивилизаций, которые прекратили свое существование во времени иной раз миллиарды лет назад. Личность вершит историю, прилагая определённые усилия, побуждаемая волей и силой, обеспечивающей ее действие. Нет иной ценности, нет больше силы, чем индивид, который, вооружившись знанием, пришел к пониманию ряда вещей. Ради этого стоит жить и трудиться. В таком случае не напрасна гибель многочисленных цивилизаций. Вся моя жизнь, как я понял под занавес жизни – готовность стать такой личностью. Это, по всей видимости, я не успею сделать. Слишком велик груз проблем. Однако я рассчитываю, что потомки, единицы из них, возможно, обретут знание и способность его реализовать.

Вам, пытливым и озорным, не потерявшим вкус к жизни и интерес к себе, во многом адресовано мое повествование. Мы, элты Эльклеи, не погибли и не умерли. В своем времени мы, как и раньше, живем и существуем на Земле. Мы есть и живем, становясь сильнее, а не теряя в силе. Возможно, что в дальнейшем это поможет нашему общему дому. Земля – лучшее, что у нас есть. В вашем времени, потомки, не будет, кроме Земли, планет для возможных воплощений прямоходящих существ. С другой стороны, всегда есть решение задачи, даже когда его нет. Так в чем смысл? В нахождении решения и в творческом делании этого. Что мы есть? Лишь то, что мы можем сделать на данный момент, приложив усилия. Вся сила в нас. Мы и есть сила. Кто осознает это и сможет реализовать, тот не только обретет себя нового, но и станет первопроходцем, обретя новое знание и условия для существования. И время, и пространство не будут иметь для этого факта особого значения.

Сказал достаточно перед началом «разбега». Первую часть своего развернутого послания я уже доработал. Вторая, которая выйдет, как я вижу, в серии книг «У истоков человечества», требует некоторой корректировки. Тогда, когда я, обращая свой взор в прошлое, смотрю с высоты жизни на уже зрелого Эдвина, мне исполнилось 78 лет. Та весна была для меня знаменательной. Мы отправлялись в Эйхал, в поселение, которое специально было построено для продолжения проекта «Эг арай оди унисимум» или «Новое человечество» вне Эльклеи. Именно тогда моя жизнь получала иное продолжение. Ведь я сделал сознательный выбор, который связал мою жизнь с жизнью ведущей пары, с Адамом и Эвией. Именно рассказ об этих своих годах я вижу основополагающим для моего повествования. Именно из него потомки узнают правду о том, как появилось на Земле человечество.

Я, Эдвин Таард, приступаю к самой ответственной и сложной части моего повествования. Даже сейчас, спустя десятилетия после произошедших событий, когда я во многом предоставлен сам себе и своим размышлениям, мне трудно начать свой рассказ о них так, чтобы передать всю сложность и многогранность той ситуации и обстановки, которая сложилась в начале реализации задуманного нами. На Земле тогда не было сил, которые, так или иначе, если не вначале, то в середине или на стадии завершения не пытались вмешаться в ход проекта и контролировать его.

Передо мной встает вопрос: как описать минувшие события в доступной форме потомкам так, чтобы они не запутались во многочисленных хитросплетениях сюжетных линий и в действиях различных сил? Хочется рассказать о многом, материала хватит на несколько десятков книг, но обилие информации – не выход в моей ситуации. Много времени я провел в размышлениях, прежде чем у меня в сознании не вырисовался весь замысел этого рассказа, и я не увидел всю цепь событий от начала и до конца, как единое целое, из которого ничего нельзя убрать, а тем более добавить.

В моем повествовании есть недостатки. Я о многом говорю вскользь, многое пропускаю, стараясь раскрыть главное. Оно, на мой взгляд, заключается в том, чтобы представить вам, потомки, по возможности цельную, панорамную картину всего происходящего, связанного с началом, развитием и завершением проекта выращивания физических тел нового вида прямоходящих существ, который будет называться человечеством. Насколько мне это удалось, судить не берусь. Вы сами сделаете об этом выводы. Моя задача донести до вас информацию об этом действе максимально полно, точно и последовательно. В этом я вижу свою основную задачу.

Я не буду подробно описывать первые месяцы и годы, прошедшие с момента прихода нескольких тысяч свободнорожденных во главе с Адамом в никем не заселенные, дикие и первозданные по своей красоте места. Несколькими широкими мазками постараюсь охарактеризовать сложившуюся ситуацию и наши первые шаги на новом месте. А начну я с краткого описания плато, куда мы прибыли для нашей работы, территорий и земель, окружавших его.

Еще на подлете к месту высадки с борта лерфа, на котором я находился, было видно, что места, куда нас забросила судьба, были пустынны и суровы. Вокруг только горы, и эти горы уходили высоко в небо, задевая его макушками и создавая вокруг обстановку неприступности, природного величия и вечности. Так было до нас сотни тысяч и миллионы лет назад, так было и сейчас. Между горами кое-где виднелись долины и ленты речек, и так без конца и края со всех сторон. Лишь к северу угадывались менее гористые пространства, а восточнее должна была быть водная гладь, но отсюда, с нашей машины, ее не было видно.

Перед моими глазами разворачивалась величественная перспектива гор. Это был Кавказ, который будет воспет поэтами в вашем времени, его юго-восточная оконечность. Кавказ в том виде, в котором он существовал до перестройки материковых плит. Эта горная гряда занимала большую площадь, была более рельефной и протяженной на юго-восток. Там, на одном из плато, находилась наша база, на которой мы должны были вырастить физическое тело нового прямоходящего существа, получившего впоследствии название человек и заложить основу для человечества.

Мои размышления прервал голос оператора.

– Все смотрите вниз. Мы приближаемся. Вот ваше плато, а на нем Эйхал, – ваше поселение и новое место работы. Сверху его не видно. Когда подлетим ближе, защиту и невидимость снимут, тогда вы сможете увидеть поселение с высоты. Не пропустите…

Мы подлетали к плато. Сверху оно ничем не выделялось, казалось небольшим и отстояло от прилегающих к нему гор на некотором расстоянии. На нем чередовались массивы леса, скалистые выступы и голая земля, покрытая травами и редкой растительностью. «Дикие места, – подумалось мне, а где же само поселение?» Как бы в ответ на свой вопрос я увидел еле заметный серебристый купол одного из зданий. По мере нашего приближения все четче проступали контуры зданий и сооружений.

– Внимание! Прямо по курсу под нами Эйхал, – громко произнес оператор.

На возвышенной части плато, почти по центру, располагалось обустроенное для нашей работы поселение. Оно спускалось вниз по рельефу, подходя площадками к самому краю плато. Со всех сторон плато окружали горы, покрытые лесом, сменяющиеся высокогорными лугами, еще дальше за горизонт шли заснеженные пики. Внизу между горами на расстоянии двадцати километров от плато в долине виднелась излучина реки. Ее светло-голубой след уходил на юго-восток. Мы были за краем цивилизованного мира предоставленные сами себе и забытые всеми. Вокруг не было ничего похожего на цивилизацию.

– Как тебе места, Эд? – донесся до меня по мыслесвязи слегка насмешливый голос Адама. – Ты не был здесь, а я неоднократно приезжал сюда, пока велось строительство. Дико и первобытно, не так ли? Как раз то, что нам нужно. День нам на разгрузку вещей и привыкание, а к вечеру заходи к нам с Эвией, отметим прибытие, заодно поговорим.

– Тэр, я буду.

– Помни, твоя работа уже началась. Неожиданности у нас будут с самого начала, будь внимательным и сильным.

Я не успел ничего ответить, а Адам уже выключил связь. Через пару секунд лерфы подлетели еще ближе и на короткое время зависли над плато. Я успел отчетливо разглядеть наше силовое поселение, запроектированное и выполненное по всем правилам оборонного строительства. Это означало, что основные помещения, этажи и постройки всего комплекса зданий и сооружений, который был возведен здесь, были расположены под землей и в скальных выступах. Лишь малая часть зданий и построек находилась на поверхности. Центром всей композиции была силовая башня Тоорн, купол которой я и заметил на подлете. Она гордо возвышалась над плато, поблескивая своей купольной верхушкой, выполненной из литаниумного сплава.

Здесь же возле нее стояли силовые маяки, отражающие экраны, тут же находились наземные сооружения, связанные переходами в единую систему, площадки, летние навесы и зона отдыха. Все поселение опоясывал силовой периметр, а само оно было накрыто двойным силовым зеркальным куполом. Поэтому с воздуха, если не знать точных координат Эйхала, его невозможно было заметить любым радаром или установкой улавливающего типа любой сложности. Мы были не видимы для посторонних глаз. Вот такая была небольшая площадка для всех нас, спутников Адама, островок цивилизации среди моря холмов, скал и зелени, в изобилии присутствующей везде на плато и возле него. Так коротко можно описать место, где нам пришлось провести долгие годы.

Для того чтобы мы удобно себя чувствовали и могли выполнять свою работу, около пяти лет в полном секрете группа из нескольких десятков свободнорожденных и нескольких сотен биотов и биогулей, экипированных и снабженных соответствующей техникой и силовым обеспечением, под временным защитным куполом день и ночь вела работу. Их усилиями плато было преобразовано, в теле плато были организованы многочисленные этажи, связанные между собой вертикальными коммуникациями, лифтовыми шахтами и переходами.

Сразу несколькими подземными ходами, которые уходили на десятки километров от плато, можно было выйти к реке и еще дальше в низины, где горы уже были холмами, а между ними располагались равнины и леса. По роду своей деятельности я заранее изучил все расположение этажей и переходов, шахт коммуникаций и мог с закрытыми глазами из одной части пройти в другую, выйти наверх плато или спуститься вниз к его основанию. Там, внизу, были леса и такая же дикая местность.

Предвижу возможный вопрос, который захотят задать многие. Где же сейчас эти места, плато и десятки этажей, расположенные в скальных породах плато? Отвечу сразу, ничего из упомянутого выше не существует. Катаклизм, который прошел после описываемых мной событий, изменил лицо планеты, а само плато уже после сворачивания Эйхала (элты намеренно не оставляли после себя ничего, устраняя следы своей деятельности) подверглось разрушительным ударам и прекратило свое существование.

На месте нас уже ждали. На экранах лерфа мы увидели фигуры встречающих. Оператор с башни разрешил посадку, после чего лерф, на котором мы прилетели, через минуту уже опустился на гладкую плиту посадочной площадки. Первый шаг на новом месте, глоток свежего, горного воздуха, терпкого, как вино, вызвал у меня прилив сил и бодрости. Я не успел еще осмотреться, а к нам уже подошли.

Нас встречали: Тэнад – староста поселения, Алфар – начальник охраны Эйхала со своими подчиненными, Рэй Нат – ответственный за научно-исследовательскую часть и по совместительству заведующий всем хозяйством базы и Энзим – глава воинского контингента. Рядом с ними стояли их жены, чуть сзади воины охраны и несколько десятков биотов, готовых помочь нам и в любую секунду начать разгрузку. Наша экспедиция была столь многочисленна, что всем лерфам места на основной площадке не хватило, часть из них была вынуждена высадиться на запасной площадке, расположенной невдалеке, чуть ниже.

Адам был первым, чья нога ступила на землю плато. Он уже успел поговорить по мыслесвязи со встречающими и, собрав всех старших и начальников групп, произнес:

– С прибытием всех. Будьте сильными. Сила всем нам понадобится, так как дело, которое мы должны выполнить, трудное. Оно потребует от нас приложения постоянных усилий и сознательности. Все вы знаете, что вам делать. Координируйте свои действия со мной. Начинайте разгрузку в соответствии с планом, который мы согласовали в Эльклее.

Назначив старшего по разгрузке, Адам с помощниками направился к встречающим. Элты, заметив наше движение, пошли навстречу. Через несколько секунд нас уже приветствовали. Адаму по очереди было представлено все местное начальство. Контингент свободнорожденных, находящихся здесь, был небольшим. Он насчитывал всего восемьдесят два элта. Из них большинство были воинами, охранявшими поселение. Остальные элты были ранее присланы Адамом для подготовки Эйхала к прибытию основной группы.

На страницу:
1 из 3