Cерия Кто мы? (Алгоритм)
В этой книге собраны ключевые произведения выдающегося русского культуролога, историка литературы Петра Палиевского. Среди его героев – Александр Пушкин, Николай Гоголь, Михаил Булгаков. Понять и осмыслить их – значит, понять Россию. Крупный учёный, …
В этой книге собраны ключевые произведения выдающегося русского культуролога, историка литературы Петра Палиевского. Среди его героев – Александр Пушкин, Николай Гоголь, Михаил Булгаков. Понять и осмыслить их – значит, понять Россию. Крупный учёный, …
««Один из нас должен уехать», – сказал мне губернатор, но так как в городе меня любили, то губернатор не захотел рисковать, и уехал я», – писал в автобиографии Аркадий Аверченко (1880–1925), русский писатель-сатирик, редактор журнала «Сатирикон».
Рас…
««Один из нас должен уехать», – сказал мне губернатор, но так как в городе меня любили, то губернатор не захотел рисковать, и уехал я», – писал в автобиографии Аркадий Аверченко (1880–1925), русский писатель-сатирик, редактор журнала «Сатирикон».
Рас…
«Ничего нет наивнее и хуже, как в наше время что-то скрывать от народа», – писал Михаил Пришвин, русский писатель, прозаик и публицист в годы Первой мировой войны. «Сейчас каждый, самый даже темный крестьянин, понимает, что не армия виновата, а внутр…
«Ничего нет наивнее и хуже, как в наше время что-то скрывать от народа», – писал Михаил Пришвин, русский писатель, прозаик и публицист в годы Первой мировой войны. «Сейчас каждый, самый даже темный крестьянин, понимает, что не армия виновата, а внутр…
«Все законы подчиняются требованиям безопасности государства, когда оно в опасности, – писал Михаил Катков, главный идеолог консервативно-охранительного направления в России второй половины XIX века. – Пора развязать себе руки и перестать стыдиться ч…
«Все законы подчиняются требованиям безопасности государства, когда оно в опасности, – писал Михаил Катков, главный идеолог консервативно-охранительного направления в России второй половины XIX века. – Пора развязать себе руки и перестать стыдиться ч…
«В нынешнем веке пишут всё тяжелое, ничего отрадного. Я хочу отрадного и буду писать только отрадное», – говорил В.А. Серов, великий русский художник. Помимо живописных работ, он оставил большое эпистолярное наследие, представленное в данной книге: в…
«В нынешнем веке пишут всё тяжелое, ничего отрадного. Я хочу отрадного и буду писать только отрадное», – говорил В.А. Серов, великий русский художник. Помимо живописных работ, он оставил большое эпистолярное наследие, представленное в данной книге: в…
Широко известно имя прославленного русского педагога Константина Дмитриевича Ушинского. Смелый новатор, он часто был гоним при жизни. Ученое сословие той эпохи не могло в полной мере оценить его выдающихся талантов. По прошествии времени идеи Ушинско…
Широко известно имя прославленного русского педагога Константина Дмитриевича Ушинского. Смелый новатор, он часто был гоним при жизни. Ученое сословие той эпохи не могло в полной мере оценить его выдающихся талантов. По прошествии времени идеи Ушинско…
«Наша мутно-серая история так сложилась, что не на чем было воспитаться чувству собственного достоинства, которое побуждало бы брезгливо отталкивать от себя всякую гадину», – писал Н.К. Михайловский (1842–1904), русский публицист, социолог и литерату…
«Наша мутно-серая история так сложилась, что не на чем было воспитаться чувству собственного достоинства, которое побуждало бы брезгливо отталкивать от себя всякую гадину», – писал Н.К. Михайловский (1842–1904), русский публицист, социолог и литерату…
Эта книга посвящена анализу результатов первой гималайской экспедиции Эрнста Мулдашева. Ученым удалось проникнуть в таинственные уголки этих гор и обнаружить такое, что, как говорится, ни словом сказать, ни пером описать. А именно они выявили, что на…
Эта книга посвящена анализу результатов первой гималайской экспедиции Эрнста Мулдашева. Ученым удалось проникнуть в таинственные уголки этих гор и обнаружить такое, что, как говорится, ни словом сказать, ни пером описать. А именно они выявили, что на…
