Сергей Уделов
Книги чтеца: Сергей Уделов
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев едет в Италию и узнает о предательстве Марии. Ему нужно не только разобраться с этой ситуацией, но и придумать, как защитить семейство Эль-Хажж от подоб…
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев едет в Италию и узнает о предательстве Марии. Ему нужно не только разобраться с этой ситуацией, но и придумать, как защитить семейство Эль-Хажж от подоб…
«Еще с раннего утра все небо обложили дождевые тучи; было тихо, не жарко и скучно, как бывает в серые пасмурные дни, когда над полем давно уже нависли тучи, ждешь дождя, а его нет. Ветеринарный врач Иван Иваныч и учитель гимназии Буркин уже утомились…
«Еще с раннего утра все небо обложили дождевые тучи; было тихо, не жарко и скучно, как бывает в серые пасмурные дни, когда над полем давно уже нависли тучи, ждешь дождя, а его нет. Ветеринарный врач Иван Иваныч и учитель гимназии Буркин уже утомились…
Весной 1895 года Клим Ардашев отправляется в Италию, чтобы спасти известного русского коллекционера, обвиняемого в убийстве графа Монтесано и краже реликвии эпохи Медичи. В поисках истины дипломату приходится бросить вызов не только полиции, но и все…
Весной 1895 года Клим Ардашев отправляется в Италию, чтобы спасти известного русского коллекционера, обвиняемого в убийстве графа Монтесано и краже реликвии эпохи Медичи. В поисках истины дипломату приходится бросить вызов не только полиции, но и все…
«Я начал всматриваться в этого человека. Даже в наружности его было что-то такое особенное, что невольно заставляло вдруг, как бы вы рассеянны ни были, пристально приковаться к нему взглядом и тотчас же разразиться самым неумолкаемым смехом. Так и сл…
«Я начал всматриваться в этого человека. Даже в наружности его было что-то такое особенное, что невольно заставляло вдруг, как бы вы рассеянны ни были, пристально приковаться к нему взглядом и тотчас же разразиться самым неумолкаемым смехом. Так и сл…
«Поистине, миссис Сейзер промелькнула на небосклоне Доусона подобно метеору. Она прибыла весной, на собаках, с проводниками из канадских французов, ослепительно блеснула на один короткий месяц и уехала вверх по реке, как только сошел лед. Весь Доусон…
«Поистине, миссис Сейзер промелькнула на небосклоне Доусона подобно метеору. Она прибыла весной, на собаках, с проводниками из канадских французов, ослепительно блеснула на один короткий месяц и уехала вверх по реке, как только сошел лед. Весь Доусон…
«Это было шесть-семь лет тому назад, когда я жил в одном из уездов Т-ой губернии, в имении помещика Белокурова, молодого человека, который вставал очень рано, ходил в поддевке, по вечерам пил пиво и все жаловался мне, что он нигде и ни в ком не встре…
«Это было шесть-семь лет тому назад, когда я жил в одном из уездов Т-ой губернии, в имении помещика Белокурова, молодого человека, который вставал очень рано, ходил в поддевке, по вечерам пил пиво и все жаловался мне, что он нигде и ни в ком не встре…
Колечко с рубином Нефертари Меренмут, ради которой в Египте некогда светило солнце, дарует не только возможность преодолевать энергетическую границу между мирами и быть поводырём душ, обладающих фамильным кольцом перехода, но и открывает секрет триед…
Колечко с рубином Нефертари Меренмут, ради которой в Египте некогда светило солнце, дарует не только возможность преодолевать энергетическую границу между мирами и быть поводырём душ, обладающих фамильным кольцом перехода, но и открывает секрет триед…
«Мужчина редко понимает, как много значит для него близкая женщина, – во всяком случае, он не ценит ее по-настоящему, пока не лишится семьи. Он не замечает тончайшего, неуловимого тепла, создаваемого присутствием женщины в доме; но едва оно исчезнет,…
«Мужчина редко понимает, как много значит для него близкая женщина, – во всяком случае, он не ценит ее по-настоящему, пока не лишится семьи. Он не замечает тончайшего, неуловимого тепла, создаваемого присутствием женщины в доме; но едва оно исчезнет,…
Три истории о коммунальном быте начала нулевых. Герои первой – спившиеся маргиналы из провинции. Во второй вы познакомитесь с неунывающими алкоголиками, которых принудительно выселяют из старой коммуналки в центре столицы. В третьей речь пойдет о тих…
Три истории о коммунальном быте начала нулевых. Герои первой – спившиеся маргиналы из провинции. Во второй вы познакомитесь с неунывающими алкоголиками, которых принудительно выселяют из старой коммуналки в центре столицы. В третьей речь пойдет о тих…
Беда искренних людей в том, что они искренние.
И им веришь.
А потом оказывается, что они говорили правду…
Беда искренних людей в том, что они искренние.
И им веришь.
А потом оказывается, что они говорили правду…
«Летом 1897 года семейство Таруотеров не на шутку всполошилось. Дедушка Таруотер, который, казалось, окончательно покорился своей судьбе и сидел смирнехонько почти полных десять лет, вдруг снова будто с цепи сорвался. На сей раз это была клондайкская…
«Летом 1897 года семейство Таруотеров не на шутку всполошилось. Дедушка Таруотер, который, казалось, окончательно покорился своей судьбе и сидел смирнехонько почти полных десять лет, вдруг снова будто с цепи сорвался. На сей раз это была клондайкская…
Дядя Фёдор всё время чему-нибудь учится. В первой повести «Дядя Фёдор, пёс и кот» он учился жить в деревне, управляться с хозяйством. Потом он учился дружить с девочкой Катей. Потом тётя дяди Фёдора пыталась учить его музыке. А в этой книге дядя Фёдо…
Дядя Фёдор всё время чему-нибудь учится. В первой повести «Дядя Фёдор, пёс и кот» он учился жить в деревне, управляться с хозяйством. Потом он учился дружить с девочкой Катей. Потом тётя дяди Фёдора пыталась учить его музыке. А в этой книге дядя Фёдо…
«…В Столицу приехал я поздно вечером. После мрака и однообразия бесконечного тоннеля, по которому подземная железная дорога пробегает восьмую часть земной параллели, огни и движение главной станции, ее сутолка, гул и блеск меня ошеломили. Пятнадцать …
«…В Столицу приехал я поздно вечером. После мрака и однообразия бесконечного тоннеля, по которому подземная железная дорога пробегает восьмую часть земной параллели, огни и движение главной станции, ее сутолка, гул и блеск меня ошеломили. Пятнадцать …
У тьмы много обличий, и порой её формы причудливы, а истории трагичны. На Кимринский авиаремонтный завод доставляют пугающую самолётную турбину, и вскоре пятый ангар становится логовом зла.
У тьмы много обличий, и порой её формы причудливы, а истории трагичны. На Кимринский авиаремонтный завод доставляют пугающую самолётную турбину, и вскоре пятый ангар становится логовом зла.
Игорь Рабинер пишет об НХЛ с 1990-х и знаком со всеми ее нашими героями. «Бомбора» выпускает аудиоверсию его книги в двух томах о фантастичеких судьбах российских звезд, которые по сей день доминируют в НХЛ.
Героями первой книги стали Александр Овечк…
Игорь Рабинер пишет об НХЛ с 1990-х и знаком со всеми ее нашими героями. «Бомбора» выпускает аудиоверсию его книги в двух томах о фантастичеких судьбах российских звезд, которые по сей день доминируют в НХЛ.
Героями первой книги стали Александр Овечк…
Я был офицером ВДВ и старость решил встретить простым егерем. Но погиб на спасательной операции и попал в… СССР! В день, когда уходил в армию, в год, когда потерял младшего брата.
На дворе октябрь 80-го. Советская армия воюет в Афгане.
Я снова молод …
Я был офицером ВДВ и старость решил встретить простым егерем. Но погиб на спасательной операции и попал в… СССР! В день, когда уходил в армию, в год, когда потерял младшего брата.
На дворе октябрь 80-го. Советская армия воюет в Афгане.
Я снова молод …
Все, что нужно знать и уметь для того, чтобы быстро и качественно записывать продающиеся аудиокниги. Какое железо купить для домашней аудиостудии, как решать проблему со звукоизоляцией, с какой программой работать, как качественно и, главное, быстро …
Все, что нужно знать и уметь для того, чтобы быстро и качественно записывать продающиеся аудиокниги. Какое железо купить для домашней аудиостудии, как решать проблему со звукоизоляцией, с какой программой работать, как качественно и, главное, быстро …
Козьма Прутков – самый уникальный сатирик 19 века, насмехавшийся над нравами и устоями своей эпохи и раздававший запоминающиеся звонкие оплеухи общественному вкусу. Необычность Козьмы Пруткова проявилась не только в стиле и содержании его произведени…
Козьма Прутков – самый уникальный сатирик 19 века, насмехавшийся над нравами и устоями своей эпохи и раздававший запоминающиеся звонкие оплеухи общественному вкусу. Необычность Козьмы Пруткова проявилась не только в стиле и содержании его произведени…
Время надежд. Время ошибок. Время, изменившее всё.
Перестройка стала одним из самых драматичных периодов XX века. Миллионы людей ждали перемен, верили в лучшее будущее, но итог оказался совсем иным.
Павел Крашенинников предлагает взглянуть на события…
Время надежд. Время ошибок. Время, изменившее всё.
Перестройка стала одним из самых драматичных периодов XX века. Миллионы людей ждали перемен, верили в лучшее будущее, но итог оказался совсем иным.
Павел Крашенинников предлагает взглянуть на события…





















